Хэллоуин в книжном «Ленивые кости»

Глава 5

Суббота началась идеально. От обычной утренней пробежки я отказалась — успею набегаться за день. Дедушка пообещал посидеть с Джеком и вывести его на прогулку после обеда. Даже мои короткие волнистые волосы лежали хорошо, а не как обычно. Я взяла с собой футболку с логотипом книжного магазина — вдруг надо будет переодеться? Класть в сумку запасные джинсы я себе запретила. Если мне и потребуется настолько кардинальная смена гардероба, зайду домой.

Джек дремал на заднем дворе, а дедушка пил кофе на крыльце.

— Тебе точно не нужна помощь? — спросил он.

— Сегодня в магазине Тара и Майло. Они как-нибудь да справятся.

Дедушка нанял Тару двадцать лет назад, когда ее младший только пошел в садик, так что там, где я училась, она преподавала. Майло подрабатывал у нас последние четыре года, в основном по выходным.

— Звони, если понадоблюсь.

— Конечно.

Сперва я отправилась в библиотеку, где в субботу утром проводились чтения для детей. На этот раз выступал Тарик, и справлялся он превосходно. Успевал все: и читать смешными голосами за разных персонажей, и комментировать иллюстрации. Закончив, он сел по-турецки на пол и предложил просто поболтать.

Один мальчик лет четырех долго смотрел на Тарика и наконец спросил:

— Вы любите бейсбол?

Тарик отозвался с той же серьезностью:

— Я обожаю бейсбол.

Мы с Колби наблюдали за происходящим со стороны.

— Он великолепен. Магия общения с детьми восьмидесятого уровня. Нечасто такое встретишь, — сказала Колби. — Но больше всего мне нравится, что его творческий мастер-класс пройдет не здесь, а на Тыковке.

Я уловила иронию.

— До сих пор выметаешь отовсюду блестки?

— О, они будут изводить нас еще лет десять, не меньше.

Из библиотеки я помчалась в «Глаз тритона», где Мелани встречалась с читателями. На той неделе мы завезли туда несколько пачек книг. После мероприятия Дэнби соберет их и вернет непроданные экземпляры в наш магазин. Клэрити подготовилась основательно: расклады на картах Таро для желающих, чай и легкие полезные закуски — разумеется, веганские и безглютеновые. Стол был уставлен мисочками с хумусом и овощными палочками, хрустящими рисовыми крекерами, затейливо нарезанными фруктами, ломтиками бананового хлеба на миндальной муке и кексиками, из которых торчали шпажки с ведьминскими шляпками.

Мелани выглядела потрясающе: темно-зеленое платье — не менее стильное, чем вчера, и новые бронзовые украшения с кельтскими узорами.

Я налила себе чашку черного чая с нотками груши и каких-то цветов. Конечно, не мой любимый матча, но неплохо.

— Погадать тебе потом на чаинках? — спросила Клэрити.

Я покачала головой.

— Звучит подозрительно.

Но когда я допила и почти поставила чашку на поднос, Клэрити подхватила ее и заглянула внутрь. Перевела взгляд на меня, потом снова принялась изучать узор из чаинок.

— Твой труд окупится так, как ты даже не представляешь, и прольет яркий свет на твою тайную жизнь, — сказала Клэрити.

— Я буду безумно счастлива, если фестиваль пройдет успешно. А вот подсветка вряд ли что-то изменит. Я живу скучно — никаких темных тайн.

Даже не знаю, какие мои секреты могут вскрыться, кроме разве что незаконченного графического романа.

— О, по поводу фестиваля сомнений нет. Но я вижу, что твои мечты близки к исполнению.

Потом лицо Клэрити погрустнело.

— Ты не говорила, что из твоих родителей жив только один.

— Э-э-э…

— Но помни: то, что вы никогда не встретитесь, не значит, что нельзя найти ответы, которые помогут тебе двигаться дальше.

К счастью, в этот момент рядом оказалась Мелани. Я готова была ее расцеловать.

— Бэйли, можешь мне помочь?

Один из посетителей хотел, чтобы Мелани оставила автограф на книге, которую не привезли в «Глаз тритона». Мы договорились, что он сделает заказ сейчас, а я свяжусь с писательницей. Она подпишет экземпляр, и его можно будет забрать в «Ленивых костях». Я быстро сделала все с телефона, радуясь, что до начала фестиваля установила приложение для обработки платежей по карте. Теперь не нужно таскать с собой лишний планшет или отсылать клиентов в магазин.

Потом оказалось, что о той же книге мечтают еще пять человек.

Когда я разобралась со всеми заказами, мероприятие подошло к концу. Значит, пора бежать на следующее. Перекидывая через плечо ремень сумки, я заметила, как Клэрити наблюдает за мной с непривычным мрачно-печальным видом.

У меня мурашки по спине побежали.

Я развернулась и зашагала по направлению к Тыковке.

Тыковкой у нас прозвали площадь в самом сердце города, зажатую между улочками со всех сторон. Она была средоточием праздничных событий, и я подумала, что будет здорово провести здесь творческий мастер-класс Тарика Эсхана. Городские власти установили навесы, дававшие желанную тень, — солнце понемногу начинало припекать.

Тарик с женой уже ждали меня на площади.

Одна моя покупательница, арт-директор, как-то раз сказала, что у художников, с которыми она работает, в разных комбинациях сочетаются два из трех качеств: коммуникабельность, талант и пунктуальность. Однако проще встретиться с единорогом, чем найти того, кто обладает всеми этими достоинствами. Так что каждый проект для нее превращался в своего рода пазл.

Кажется, Тарик и был тем самым единорогом. Мало того что явился заранее, так еще и подготовил все необходимое. И самодельные картонные украшения в виде призраков, школьных автобусов и тыкв. И заготовки, на которых надо рисовать фломастерами. И даже стопку раскрасок с иллюстрациями из его книжек — по виду для малышей, но некоторые явно понравятся и взрослым. Не удивлюсь, если кто-то из родителей возьмет пару штук и сядет раскрашивать вместе с детьми или прихватит домой.

Кстати, раскраски для взрослых очень хорошо продаются.

Дэнби помогла мне разложить книги Тарика на отдельном столике и поставила поверх табличку с указанием цены. Приложение для оплаты отлично себя зарекомендовало на встрече с Мелани, так что я была во всеоружии.

Никаких блесток Тарик не принес. Колби одобрила бы.

— Какая красота, — сказала я ему.

— Раньше я работал учителем рисования в начальной школе, — ответил он. — Научился кое-чему в плане художественных проектов для детей младше десяти.

— Ты скучаешь по преподаванию?

— Иногда — да. Сейчас я работаю с подающими надежды взрослыми иллюстраторами. Хлопот с ними меньше, но порой мне не хватает хаоса, который могут устроить только дети. А вот по чему я не скучаю, так это по школьной бюрократии. Благодаря жене знаю об этом немало.

— Твоя жена тоже учительница?

Стоило ему упомянуть молодых иллюстраторов, как у меня екнуло сердце. Вечные мысли: нас таких много, я одна из тысяч, и моя судьба — вечно оставаться на втором плане. Не те у меня способности, чтобы чего-то достичь.

— Да, ведет математику в старших классах, — сказал Тарик. — Кстати, пойду-ка ей помогу.

Жена Тарика раскладывала на уголке стола оранжевые ленточки с рисунком в виде тыкв и черные шнурки для декорирования поделок.

Пора было начинать: дети с родителями собрались, некоторых из них я уже видела в библиотеке.

Тарик и его жена ни секунды не стояли на месте: то помогали, то хвалили, то отвечали на вопросы. Дэнби тоже оказалась прирожденным аниматором и вовсю болтала с детьми.

— До чего же весело! Устраивайте что-нибудь подобное почаще, — сказала мне женщина, которая привела на мастер-класс сразу троих. Она купила и «Школу для непослушных призраков», и «Автобус с привидениями».

Я улыбнулась.

— Надеюсь, так будет каждый год, а если на детские мероприятия станут ходить регулярно, мы точно запланируем еще.

— Час в библиотеке и час творческих занятий — это уже отличный план.

— Я хотела, чтобы все дети в городе чувствовали, что им тут рады. Книги должны быть доступны каждому. В том числе и тому, у кого нет возможности их купить. И встречи с писателями и иллюстраторами тоже для всех.

— Счастье, что есть библиотеки. Вы бы видели, какие стопки книжек приносят оттуда мои дети. Но их самые любимые истории есть у нас дома. Уверена, эти две книги будут стоять на виду. Дети обожают Тарика.

Два часа пролетели незаметно. Пора наводить порядок на площади. Впереди главное мероприятие.

Выступление Рекса.

Самое громкое событие фестиваля.

Тарик и его жена предложили помочь нам с уборкой, я отмахнулась и отправила их выпить кофе или что-нибудь перекусить.

— Вы заслужили перерыв.

— Мы вернемся к выступлению Рекса. Его книги среди наших любимых.

Они ушли.

Дэнби и ребята из городской службы благоустройства выносили столы, чтобы освободить побольше места для великого события. Несколько особо рьяных зрителей взялись расставлять стулья, а потом сами и уселись в первом ряду. На солнце было уже больше двадцати градусов, так что вся эта активность вполне сошла за тренировку. На отдельном столике я подготовила все для автограф-сессии: полный стакан ручек с тонким стержнем и, по просьбе Рекса, табличку с предупреждением: один читатель может подписать максимум две книги.

Так, посмотрим, что у нас на сценической площадке. Деревянная кафедра для писателя — вот она. Микрофон, колонки, видеоаппаратура работают, их уже проверили. На тот случай, если кафедры писателю не по душе, есть беспроводная гарнитура. Я не видела выступлений Рекса и не знала, что он предпочитает: свободно расхаживать по сцене или стоять на одном месте, поглядывая в заметки? Мне он показался довольно тихим, но некоторые раскрываются перед большой аудиторией, а не в личном общении.

— Завтра утром организуем пространство так же? — спросил парень из городской службы.

— Да, только понадобится еще стол для всех троих спикеров и ведущего.

На утро у нас намечена общая дискуссия, которую согласилась модерировать заведующая библиотекой.

Народ все прибывал, и за пять минут до начала стулья были заняты. Люди стояли сзади и в проходах, предвкушая встречу со знаменитостью.

Но Рекс не показывался.

Я проверила телефон — никаких сообщений. Тогда я написала сама:

Нам пора начинать. Вы не заблудились? Вам помочь найти площадь?

Но сколько бы я ни проверяла телефон, Рекс не отвечал. Позвонила ему — автоответчик.

— Где же Рекс? — спросила Дэнби.

— Без понятия.

От тревоги, звучавшей в ее голосе, я разволновалась еще сильнее. Собралось столько людей, а я их подвожу. Взяв микрофон, я встала перед зрителями.

— Прошу прощения. Похоже, Рекс опаздывает.

Из толпы донеслось ворчание, и кто-то недовольно сказал:

— А когда он будет?

— Это отличный вопрос, и мне бы самой хотелось знать на него ответ.

Тарик и Мелани, сидевшие впереди, переглянулись и поднялись с места.

— Можно? — Тарик потянулся к микрофону.

Конечно можно, я была только рада дать слово человеку, который так здорово умеет работать с аудиторией.

— Не знаю, как вы, а я очень хочу послушать Рекса, — спокойно произнес он.

Толпа отозвалась согласными выкриками.

— А пока мы ждем, давайте узнаем у нашей замечательной Мелани Уайлд, где она черпает вдохновение. Если вы еще не читали ее книг, искренне их рекомендую. Потрясающее сочетание юмора и задушевности! Лично мне очень интересно, как Мелани придумала волшебную ювелирную лавку для своей героини-ведьмы. Я бы с удовольствием туда наведался. Может быть, у хозяйки есть зелье от творческого кризиса? Мне такое пригодится.

Он передал микрофон улыбающейся Мелани.

— Я отвечу на твой вопрос, Тарик, но при одном условии: ты расскажешь, как у тебя возникла идея «Школы для непослушных призраков». Ведь эта история не просто уморительная, а полная глубокого смысла. Всего тридцать две страницы и — сколько? — шесть сотен слов, а обсуждать можно часами.

Следующий час Тарик и Мелани рассказывали об уникальных мирах, созданных ими в книгах, обсуждали любимые хэллоуинские фильмы и расшевелили зрителей так, что те охотно вовлеклись в дискуссию и хохотали над шутками. Все это время я тщетно звонила и писала Рексу, закидала сообщениями его помощницу, но и ей тоже не удалось с ним связаться. В книжном магазине и у Мэрион он не появлялся.

По крайней мере, я уже не так истерила, как в начале мероприятия. Тарик и Мелани профессионально удерживали внимание публики, так что сердце у меня перестало скакать как сумасшедшее.

На исходе часа я поблагодарила наших авторов за импровизированное выступление. Зрители начали расходиться. Тарика с Мелани окружили читатели, желавшие получить автограф, — наверное, успели сбегать в «Ленивые кости» за книгами.

— Я специально пришла подписать книгу у Рекса, — сетовала какая-то его поклонница. — У меня с собой первое издание его дебютного романа, которое вышло двадцать лет назад.

— Мне очень жаль, что Рекса здесь нет. Возможно, мы с ним неправильно поняли друг друга, хотя я ума не приложу, как это могло произойти. На завтрашнее утро у нас запланирована дискуссия, и я обязательно договорюсь с Рексом об автограф-сессии. Постараемся провести ее днем в книжном магазине.

Даже если придется стоять у него над душой, пока он не подпишет все книги до единой. И нет, мне не будет стыдно.

— А если я не смогу прийти? — в ее голосе звучало разочарование.

— Тогда сообщите нам свои контактные данные и оставьте книги в магазине, а потом заберете их уже с автографом Рекса.

— Но это же первое издание.

— Я понимаю ваши опасения. Мы попробуем найти подходящее решение.

Я поговорила с другими расстроенными зрителями и позвонила в книжный — предупредить о нашествии печальных поклонников знаменитого писателя.

Колби ждала меня неподалеку от Тыковки. В голове не укладывалось, как и почему Рекс мог вот так пропасть, особенно учитывая, что со вчерашнего приема в пансионе он ушел рано. Мне надо было или планировать тщательнее, или приглашать не местную знаменитость, а других авторов, которые точно оценили бы такой шанс.

— Прогуляешься со мной? — спросила я.

Хотелось загасить тревогу, которая донимала меня последний час. Колби кивнула.

Мы молча шагали к мосту «Гоблинские ворота». Колби без комментариев шла рядом, несмотря на мой бешеный темп. К лабиринту в углу парка, выстроенному из тюков сена, не было никакой очереди, и мы решили туда заглянуть, как делали каждый год.

По крайней мере, выход из лабиринта всегда найдется, чего не скажешь о выходе из ситуации с необязательным Рексом.

У входа дежурила одна из моих постоянных покупательниц. Она приветливо помахала рукой и пропустила нас. Я отдала ей жетоны за себя и Колби. Во время Хэллоуина каждый получает десять таких жетонов, по которым можно посетить комнату страха, лабиринт и разовые мероприятия вроде фотосессии на Тыковке. Плюс призрачный поезд (на самом деле это тягач с вагончиками, который катается по городу).

Недалеко от входа мы наткнулись на горку нарядных тыкв, из-за которых выглядывал скелет в пиратском костюме. Надпись «Найдешь выход или останешься со мной навсегда?» мало кого могла напугать. Еще никто не оставался здесь навеки.

— Поверить не могу, что Рекс не пришел. Я-то рассчитывала, что он будет моей суперзвездой.

Хотя бы и с опозданием, но мог бы прийти. Мы покрыли все его расходы на дорогу. График выступлений он согласовал заранее, так что никаких сюрпризов в программе фестиваля для него не было. У меня есть доказательства: я сохранила всю нашу переписку.

Вот как теперь быть? Вызвать Рекса на серьезный разговор? Позвонить его помощнице? Прокрасться ночью в «Сонную лощину» и намазать его зубной пастой? Последняя мысль заставила меня улыбнуться.

— Он ни разу тебе не ответил? — спросила Колби.

Я покачала головой. Мы повернули налево на перекрестке, где сидела русалка с котлом. Интересно, как она умудряется что-то в нем готовить, не выходя на сушу. Наверное, русалочья магия позволяет разводить огонь под водой. Забавные опознавательные знаки встречались на каждом перекрестке: устроители лабиринта творчески подошли к разметке маршрута, по которой ориентировались дежурные.

— Не ответил. Ни на сообщения, ни на звонки. А ведь мы оплатили ему перелет, трансфер, номер в пансионе и перечислили гонорар, чтобы компенсировать потраченное на фестиваль время и расходы на еду, — мой голос звенел от обиды.

— Может, с ним что-то случилось?

— Или он решил, что читатели из Элиан-Холлоу недостойны его внимания. Мы и раньше его приглашали, и он каждый раз отказывался.

Я остановилась сделать фото. При свете дня тюк сена, увенчанный тыквой, отбрасывал жуткую тень. Она резко контрастировала с безобидным окружением. Как будто зловещая тьма наползала на беспечный мир, готовая его поглотить.

Болтая и периодически останавливаясь ради пары кадров, мы добрели почти до центра лабиринта.

— Как продвигается твой суперсекретный проект?

Колби — одна из немногих, кто знает о моем графическом романе, хотя пока я ей ничего не показывала.

— Восемьдесят страниц — раскадровка с эскизами, но до законченных рисунков еще далеко. Мне хочется, чтобы они передавали все нюансы истории.

Это означало, что я начерно распределила действие по кадрам, продумала их композицию и разбросала реплики, но пока не отточила стилистику рисунка и цветовые решения. Хотя главный герой был практически готов: я сделал множество эскизов с разных ракурсов.

— Если тебе понадобится обратная связь, дай знать.

В центре лабиринта стояли скамейки, на одной из которых сидела сгорбленная человеческая фигура в красно-синей клетчатой рубашке, темных джинсах, ботинках и с тыквой вместо головы.

— Странный антураж, — хмыкнула Колби.

— Это не декорация.

Дизайнер лабиринта еще в июне показывала мне эскизы и мудборд. И подобных реалистичных сцен там не было. Она склонялась к семейному стилю ретро.

Я заставила себя подойти и, преодолевая тошноту, взяла человека за руку. На его запястье были дорогие часы с серебристым циферблатом.

Совсем как те, которые я видела вчера на Рексе.

Рука оказалась холодной. Слишком холодной. А от распространявшегося вокруг запаха меня затошнило еще сильнее. Я отступила назад и кое-как набрала 911.

— Кажется, здесь труп.