Хозяин вернулся 2

Глава 2

29 августа 2024.

В этом мире, когда все хорошо обычно министров вызывают к императору, а не наоборот. Так принято. Увы, царь Владимир выше правильности и обыденности. Князь Николай набрасывал пункты и этапы задачи для своих людей как из приемной позвонили. В следующую секунду дверь распахнулась и на пороге возник император собственной персоной.

— Не помешал? Добрый день!

— Здравствуй, — князь поднялся навстречу визитеру. — Что случилось?

— Решил проверить, как ты устроился и еще раз увидеть твое удивленное лицо. Коля, ты бы на себя в зеркале посмотрел.

— Спасибо, не пользуюсь. Не завел. У меня в штате дам нет.

Император подошел к окну, постоял, скрестив руки на груди и глядя на улицу, затем вернулся к столу.

— Кабинет хороший. Все на месте, русский деловой стиль. Секретарь тебя набрал предупредить? Я ему сказал, чтоб не звонил, — с этим император неожиданно продолжил. — Оставь его. Он все правильно сделал.

— Дядя, не верю, что ты пришел чтоб проверить достоинства моего секретаря, — князь сел за стол. Нарушение субординации? Это допустимо. Тем более между родствениками.

— И это тоже, — император опустился в кресло. — У тебя намечается официальный тур по Скандинавии. Включи себе в график.

— Куда и когда?

— Швеция и Норвегия. Все очень официально, как мой доверенный министр и член дома Романовых.

— Дипломатия с Бернадотами и Глюксбургами? Если не ошибаюсь, первые правят номинально.

— Это не важно. В Швеции торгуешь лицом, обнимаешься и пьешь кофе на камеру. В Норвегии на тебе завершение переговоров и подписание договоров.

— С королем? — уточнил князь.

— Да. Если ты не слышал, старик Харальд устроил негласный переворот и подмял под себя парламент. Не знаю сколько он продержится, надо спешить. Понимаешь, у старика больное сердце.

— Стортинг, — князь машинально поправил царя.

— Хоть Дума, ты понял, — бросил Владимир легким движением смахивая пылинки с рукава. — В парламенте сплошные социал-демократы, но это не твоя проблема. Со своими марксистами пусть Харальд разбирается сам. Твоя задача: прочный нормальный союз с королевством.

— Открываем им наш рынок?

— Да. Их внутренний рынок берем под себя. Чтоб ты знал, льготная таможенная ставка в пять процентов, открытое небо и открытые порты. Весь избыток норвежского газа забираем мы.

— Осло присоединяется к эмбарго против Евросоюза? — князь ухватил суть.

— Да. Это твоя работа. Опирайся на бабушку. Ты произвел на нее очень хорошее впечатление.

— Она на меня тоже. Удивительно хороший, светлый и сильный человек.

Император откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову. К своему удивлению он только сейчас заметил один пикантнейший момент в оформлении кабинета. Владимир привык везде в присутственных местах и кабинетах встречать свои парадные портреты. У некоторых весьма близких людей на стене висели портретные фото императора, бывало, не парадные, бывало в совершенно неподобающей обстановке. Однако, у князя крови Николая Аристарховича кабинет украшал портрет императора Николая Александровича.

— Слушай, Коля, а почему вдруг именно он, а не дедушка к примеру? — прозвучал вполне ожидаемый вопрос.

— Бог послал России двух Николаев, оба великие. Третий же будет править под рукой самого Христа, — князь процитировал народную легенду.

— Тоже верно. Только считается, что Третий будет последним императором. Он придет перед Концом Света.

— Твой дед и Алексей Несгибаемый стояли на плечах этого человека. Именно он выдернул страну из застоя блистательных царств, долго строил то, что наследники довели до ума. Им оставалось только последние венцы положить.

— Согласен, России удивительно повезло получить плеяду таких правителей, настоящих хозяев. Знаешь, Коля, боюсь, как бы на мне эта замечательная традиция не прервалась, — говорил это Владимир совершенно серьезным чуть грустным голосом. — Как думаешь, вытянем?

— Пока получается. Последние отчеты министра финансов оптимистичны. Мы вытягиваем.

— Вытягиваем после того как я загнал страну в этот бедлам и содомский бордель, — лицо императора исказила саркастическая усмешка.

— Год назад нашим самым сложным конкурентом была Британская империя. Сейчас англичане в экономике и по флоту в конце списка, против нас играют Штаты. У последних сам знаешь, все очень плохо.

— Как раз англичане против нас и играют. Неплохо играют. В дипломатии и стратегии они даже в этом мире традиции не утратили, — император рывком сел ровно и положил локти на стол. — Давай думать, как оформить твой визит? Поплывешь на корабле. Яхта, или крейсер? «Громобой» возвращается с Эспаньолы на Балтику. Плановый ремонт. Думаю, на нем и сходишь с визитами.

— Не стоит, — резкий отрицающий жест головой. — Нам нет смысла показывать силу. Мы должны продемонстрировать богатство. «Полярная звезда» на ходу?

— Да. Стоит в Либаве, если не ошибаюсь. У тебя губа не дура, — речь шла об императорской яхте первого ранга. Атомный пожиратель пространства в восемь тысяч тонн водоизмещения, поражавший ценителей элегантными обводами, а гостей фешенебельной отделкой салонов. — Я хотел отправить «Громобой». Ладно, ты меня убедил. Крейсер пойдет эскортом.

— Дядя, не стоит.

— Так надо. Коля, ты забыл, что член императорской фамилии обязан выходить в море с эскортом из боевых кораблей. Да еще на моей яхте. Исключено.

Николай кивнул бровями. Ключевой момент он определил сам. Остальное частности. Стоило поинтересоваться вопросом Дании. Раз предстоит тур по Балтийским монархиям, то почему об этой стране ни слова? Поразмыслив, князь, решил, что не стоит. Не стоит даже напоминать, раз император ни слова не сказал об этой стране. Скорее всего визит в Копенгаген не имеет смысла, результат известен заранее.

— Почему ты сказал, что в Швеции ничего кроме светского раута? Вполне можно напомнить Карлу Густаву, что Швеция в обеих Мировых войнах сохраняла нейтральный статус. Будет хорошо, если и в Третьей Мировой они продолжат славную традицию.

— Напомнишь, но Карл фактически давно отрекся от престола. Он вообще ни на что не влияет, да и стар дедушка. Ему ничего не нужно. А с премьером поговорили люди Виктора Геннадьевича. Потому ты и заглянешь в Стокгольм.

— Все решено. Я только фотографируюсь на публику.

— Все верно. Самая лучшая работа, — на губах царя расцвела улыбка, глаза лучились радостью. — Мы обрушили весь северный фланг. Спасибо бабушке Астрид.

— Государь, — этим официальным обращением Николай подчеркнул серьезность того что собирался сказать.

— Слушаю, князь.

— Ваше величество, у американцев под Госдепом организована мощная структура — Агентство по международному развитию. Очень сильная структура, продвигающая интересы страны на неформальном и полуофициальном уровне, то, что местные называют «мягкой силой». У нас тем же самым занимаются, занимались, — поправился князь. — У нас этим занимались самые разные ведомства: МИД, все три внешние разведки, что-то в руках Третьего отделения, на своем уровне вопросы решают генерал-губернаторы колоний. Пока не понимаю, кто и что делает через культурные центры и международные программы.

— Политическая разведка, — подсказал царь. — Куда ты клонишь?

— Семь нянек. Раньше этого хватало. Сейчас слишком много. Я предлагаю собрать вся работу по мягкому продвижению наших интересов в одни руки. Как это будет выглядеть сказать не могу.

— Хорошая идея, — глаза Владимира светились пониманием. — У нас уже приключались казусы. Буквально на днях вскрылось, что разведка флота сделала ставку на оппозицию в Венесуэле, вытащили из страны интересных персонажей, а МИД наоборот дал гарантии законному режиму. В том числе пообещали помощь в нейтрализации оппозиционеров.

— Нормально. Сами с собой играем. Кто хоть нам более выгоден?

— Сам не знаю. И с правительством мы плотно работаем, Кенигсберг передал нам долговременные контракты на нефть и поставку оружия, сейчас прорабатываются экспортные контракты. Страна бедная, но рынок большой. С другой стороны, оппозиция обещает сохранить все наши интересы и еще приплатить сверху. Есть интересные сырьевые активы, за которые наши промышленники спасибо скажут.

— Надо чтоб тебе докладывали вовремя, — Николай прекрасно понимал, о чем идет речь. Известная проблема управления. Информация не доходит, а то и искажается. И ничего с этим не сделать. Нельзя быть всесильным и всемудрым, как сказочный герой.

— Нет. Мне нужен человек, который будет со всем этим разбираться, решать вопросы, а мне докладывать результат. Справишься?

К последнему вопросу Николай был не готов. Молодой человек повернулся к окну, глубоко вздохнул, медленно выпустил воздух. Уровень ответственности его не пугал, а вот собственная некомпетентность нервировала. Неприятный момент. Любой ответ может быть неправильным. Гадать нельзя. Думать тоже смысла нет.

— Это не прямо завтра, — обнадежил царь. — Проработай структуру, схемы подчиненности и взаимодействия. Отвечать будешь за все. Не беспокойся. Я тоже за все отвечаю.

— Если откажусь?

— Не сможешь. Ты точно не откажешься, понервничаешь, психанешь, но дело потянешь.

— Хорошо. Первый вопрос, в Европе очень сложная обстановка. С одной стороны, марксисты и социал-демократы спровоцировали миграционный кризис, фактически проводят вялотекущую подспудную исламизацию региона, плавную замену населения. С другой стороны, растет популярность правоцентристских националистических движений. Мы через наших мусульманских вождей можем поддержать исламизацию. Либо мы можем помочь патриотам. Что нам выгодно в стратегии?

— Я не знаю, Коля. Честно не знаю. Вот на такой случай тебе нужен свой аналитический стол, люди, умеющие думать на десять шагов вперед. А лучше несколько таких групп, чтоб смотрели на ситуацию с разных сторон. Я пока сам не понимаю, какой нам нужна Западная Европа через двадцать лет.

После ухода императора Николай пытался сосредоточиться на текущих задачах. Увы, в мыслях он постоянно возвращался новому департаменту. Скорее это даже будет отдельное управление под Министерством Императорского двора. Вроде бы второстепенная структура, занимавшаяся хозяйством императора, церемониями и геральдикой. На самом деле под крылом министерства творились весьма интересные дела. И далеко не все так безобидны, как содержание парков при дворцах или заповедников. Достаточно вспомнить, что знаменитое Третье отделение формально тоже относится к министерству Двора. Вот так-то.

Наконец-то разобравшись с делами, князь вызвал товарища и продиктовал ему целых две страницы срочных и важных заданий. Работа шла, кипела и бурлила. Разразившаяся экономическая война привлекала к себе внимание, приходилось держать руку на пульсе. Тем более ситуация менялась по нескольку раз на дню.

Наконец нашлось время еще раз перечитать отчет политической разведки о ситуации в Германии. Жесткий ответ России стал последней соломинкой, доломавшей спину верблюду «разноцветной» коалиции в Бундестаге. Усугубившийся экономический кризис повлек за собой кризис политический. По стране прокатилась череда скандалов и громких отставок. Неожиданно вылезли весьма интересные коррупционные дела, на которые раньше почему-то не обращали внимания. С точки зрения русских аналитиков, старт кризису дал доклад о бюджетном дефиците. Федеративная Республика банально не может свети концы с концами, денег нет, перекредитоваться негде, а курс евро и так снижается, да еще на фоне жестких демаршей России разом просел на 14%.

Для исправления ситуации надо резать социальные программы и решать вопрос с пособиями для мигрантов. Идеи разумные, но идут в разрез с политикой правящей коалиции. Выходом мог стать мораторий на платежи в фонды Евросоюза. Опять правящий кабинет не мог пойти на такое. Сейчас «цветная» коалиция фактически развалилась. Канцлер потерял большинство в Бундестаге. Закономерный итог — внеплановые выборы.

Князя Николая вся эта петрушка с союзами и межпартийными дрязгами интересовала меньше всего. Внимание министра больше привлекали сухие строчки с цифрами. Топливное эмбарго с первых дней показало хороший результат. Не менее эффективным оказался запрет европейцам на проводку судов через Суэц. И дело не в росте стоимости перевозок, транспортное плечо удлинилось. В перспективе ничего страшного, но в краткосроке оно сильно ухудшило ситуацию.

Металлургия встала, химическая промышленность осталась без базовых полимеров, машиностроение снижает объемы. Компании сокращают людей и несут расходы на выплату компенсаций. Социальная сфера перегружена. К этому подвисают поставки из Китая. Дефицит нарастает. Плюсом вдруг сорвались сделки по поставке высокоточной машинерии, комплектующих, оборудования из России.

Князь Николай задумался, а что бы он сделал на месте канцлера? Варианты есть, но князь не был уверен, что они работающие. Увы, молодой человек не считал себя экспертом по экономике. Одно ясно, повышать налоги нельзя, а их снижение даст эффект в перспективе, но не прямо сейчас. С социальной сферой тоже не все так просто. Почему-то Николай был уверен, что снижение в первую очередь ударит по самим немцам, а не по социальным паразитам.

Кстати, в Германии более полутора миллионов беженцев из выморочных стран с неопределенным статусом. Сбросить этот груз, и сразу станет легче. Тем более многие из них висят бременем на социальных фондах. К сожалению, а может быть к счастью, многие из этого контингента не стремятся ехать в Россию, некоторые заслуженно опасаются за свою судьбу, а часть и так развернут на пограничном переходе. Да-с, единая пограничная и миграционная политика с Российской Федерацией палка о двух концах. Империя признала все запреты на въезд выданные Федерацией.

Князь имел на этот счет особое мнение, но его голос звучал слишком слабо. Николай искренне считал, что Россия вполне может перековать почти всех русских, даже оболваненных пропагандой, с промытыми мозгами. Нет не всех конечно. С неисправимыми разберется само общество. Люди у нас такие. Некоторая доза зомбированных мигрантов даже будет полезна. Стоит еще раз напомнить согражданам, что живем далеко не в идеальном мире. Люди на этой планете обитают разные, далеко не все адекватны и достойны человеческого обращения.