Хозяйка Тейновых холмов

Глава 16 Новые идеи

И в этот раз мы выходим из пространства прямо перед высокими дверями, а мимо, не поднимая головы, снуют невысокие, чем-то напоминающие Джунеса существа.

– А почему не перемещаемся прямо внутрь? – спрашиваю я и заинтересованно осматриваюсь.

Деловая часть города – кстати, даже не узнала, как он называется – разительно отличается от улицы, где расположился магазин Мариты.

Если там буйство цвета, изящества и какофония соблазнительных запахов, то здесь строгость и сдержанная роскошь. Сразу видно, что в этом месте правят деньги. Большие деньги.

Серые, в несколько этажей здания с высокими колоннами, перед одним из которых мы и появились. Невысокие и приземистые, но не менее внушительные постройки, сверкающие глянцем черные цилиндрические сооружения, и нечто, отдаленно похожее на наш земной театр.

– Потому что защитные чары не пропустят, – поясняет Инсид, а потом склоняется и лицом касается волос. Я вздрагиваю, хочу отстраниться, но он крепче сжимает мою руку. – Городская управа, – шепчет на ухо Инсид, указывая на него взмахом руки. – Банки, суды, конторы судовладельцев, владельцев верфей и конезаводчиков. В общем, всех, у кого в руках большие деньги, – при этих словах в его глазах появляется странный огонек. – Ну и, конечно же, отделение стражников,

Фырчание и шипение сначала ошеломляют и сбивают с толку. Что-то влажное касается уха. Клянусь, что слышу свист рассекаемого воздуха, и Инсид отскакивает от меня, прижимая руку к кровоточащей щеке.

– Не прилиж-жайс-ся к моей ублаж-жительнице без-з ее разр-реш-шения!

Оп-па! И что это было? Аррон, конечно получает по лапам в целях воспитания, но в глубине души я ему бесконечно признательна. Не очень люблю, когда на меня так наседают.

– Сдаюсь! О, грозный стаж, и принимаю твои правила, – смеется Инсид, а в глазах застывает лед.

Да и фиг с ним. Меня сейчас больше интересует совсем другое.

Судовладельцы… верфи… это интересно, особенно в свете того, что могу стать владелицей загадочного острова. Надо хоть осмотреть неизвестную собственность, да и отелю не помешает катер.

Тпру, Сашка! Тормози. Ты еще и отель не открыла, а уже думаешь о катере. Но как же это все соблазнительно!

Я уже вижу небольшой причал и белоснежный катер, покачивающийся на морской зыби.

Именно с этими заманчивыми мыслями я поднимаюсь по широким ступенькам и толкаю тяжелую деревянную дверь.

После ярко освещенной улицы мы попадаем в полумрак, я даже на какое-то мгновение слепну и, неуверенно покачиваясь, застываю на пороге.

– Добро пожаловать в Первый Греинский банк, – торжественно заявляет неизвестно откуда появившийся низкорослый, отдаленно смахивающий на Джунеса субъект в убийственном костюме цвета фуксии и аквамариновом галстуке.

Жуть! Как они еще всех своих клиентов не распугали? Раньше я всегда думала, что банк – это четкость, строгость и вызывающий доверие консерватизм. Никогда не оставила бы свои кровные в распоряжение работников со столь авангардными вкусами. Это не говоря уже о том, что глазам просто больно на них смотреть.

– Меня зовут денф Скержес, чем могу быть полезен?.. – он окидывает мой необычный наряд долгим вопросительным взглядом, после чего неуверенно добавляет, – Венари?

– Венари Лексия Тейн хочет узнать о состоянии своего счета, – отойдя от Пираны, Ретфер выступает вперед.

– Да-да, – снова дает о себе знать неугомонный шерстокрыл. – Мы хотим знать, сколько можем купить для прекрасного меня маумс… – и снова я зажимаю ему слишком болтливую пасть.

– Подскажите, пожалуйста, к кому мне подойти? – приветливо улыбаюсь денфу, решив, что хватит изображать безмолвную статую.

– Венари Тейн? – он окидывает меня еще более долгим взглядом и неодобрительно качает головой.

На себя бы посмотрел. От моего наряда хотя бы кровь из глаз не идет.

– Пойдемте, я провожу, – наконец снисходит он. – У вашего отца был личный сопровождающий, – он кивает и идет по просторному холлу, с двух сторон которого расположились высокие, отгороженные стеклом стойки с такими же маленькими существами. Все они что-то сосредоточенно писали, сверяясь с ворохом бумаг.

Почти как раньше в отделениях родного земного банка.

Интересно, а личный сопровождающий – наверное, менеджер, – это хорошо или плохо? Отец был настолько богат, что числился здесь как VIP-клиент, или же стоял на грани разорения и его курировал личный коллектор?

– Венари Тейн, вот ваш сопровождающий, денф Руспес, – Скержес подводит меня к одному из служащих в ослепительно оранжевом костюме и спешит к дверям.

Руспес приподнимается, слегка кланяется, и его глаза сверкают азартом.

– Рад наконец видеть прекрасную венари Тейн, о которой уже столько наслышан, – расплывается он в острозубый улыбке.

И что же он обо мне наслышан?

Невольно вспоминается мое вчерашнее появление в этом мире.

Ой, что-то мне нехорошо.

Но Руспес не торопится просвещать.

– Позвольте вашу руку, – он приоткрывает небольшое окошко в прозрачной перегородке и протягивает длиннопалую ладонь.

– Зачем? – подозрительно интересуюсь я.

На плече насмешливо фыркает Аррон.

– Конечно же, чтобы пройти идентификацию личности, – укоризненно, будто неразумному дитю, поясняет Руспес.

И опять кровь! Да сколько же можно? На них же крови не напасешься! Надо обязательно ввести в рацион что-то вроде гранатов или печени, а то такими темпами заработаю анемию.

Но делать нечего. Оглядываюсь на своих компаньонов и протягиваю руку.

Вот только… За спиной никого нет!

От неожиданности едва не отдергиваю ладонь, но Руспес успевает вцепиться в запястье невероятно длинными сильными пальцами и прокалывает подушечку.

Больно же!

– Вот и все, – довольно заявляет он, размазываю красную каплю по какой-то пластинке, и даже облизывается, а я начинаю подозревать, что в его роду явно отметились акулы или какие-нибудь вампиры – слишком уже он плотоядно смотрит на кровь, да и не бывает у людей или человекообразных таких острых зубов.

Мамочки мои, куда же я попала? И где мои спутники? Их уже съели?

– Со мной пришли двое мужчин и девушка, где они? – настороженно спрашиваю я, пока Руспес изучает пластинку.

– Ушли по своим делам или дожидаются вас в специальном помещении, – он отмахивается от меня, как от надоедливой мухи. – Возможно, вы еще не знаете, что к служащим банка можно подходить только по одному в целях сохранения банковской тайны.

Вон оно че, Семеныч…

– Но как же? – спохватываюсь я. – Вас здесь много. Пока я с вами общаюсь, остальные в это время будут бездельничать?

– На нас с вами звукопоглащающий купол? – снисходительно усмехается Руспес. – Выходит, вы действительно иномрянка.

– Но это не значит, что ее можно легко обмануть! – задиристо восклицает на плече Аррон. – Я всегда буду стоять на страже благосостояния своей ублажительницы!

Ничего же себе, какие слова знает мой шерстокрыл! Здесь все животные такие умные?

Заинтересовывается им и Руспес.

– Какой у вас питомец забавный, – скупо улыбается он. – Долго учили говорить? А на плече почему сидит? Вы ему крылья подрезали? – мы с шерстокрылом изумленно переглядываемся. – Я бы у вас его купил. За вполне неплохие деньги. Вы знаете, что у них очень хороший охранный инстинкт?

Ха! Я успела заметить! Стоит кому-то протянуть ко мне руку, как рискует остаться без пальцев.

– Я бы посадил его охранять свой сейф. Разумеется, пришлось бы посадить на цепь и дополнительно заточить когти…

Мы шерстокрылом снова переглядываемся, теперь уже возмущенно – точно, нелюди! Как можно так издеваться над беззащитной животинкой?! Ну ладно, не совсем беззащитной, но такой милой!

– Ты это что сейчас сказал, недомерок? – брызгая слюной рычит и шипит Аррон. – Да это мы тебя на цепь посадим и когти подпилим, чтобы мяско мое сторожил! А чтобы случайно не съел, зубья повыдергаем? Да чтобы меня, Аррона Великолепного, да на цепь! Да я сейчас тебя!.. – и выпускает великолепный набор из пяти длиннющих и острющих когтей.

Ух! Даже у меня мороз по спине подирает, а Руспес благоразумно захлопывает окошко.

– Нет, я не собираюсь продавать своего шерстокрыла, денф Руспес, – холодно отвечаю я, успокаивающе поглаживая Аррона по шелковистой спинке. – Я прошла идентификацию? Скажите, пожалуйста, сколько денег у меня на счету?

***

А вот уже после банка, сложив пригоршню монет в благоразумно предусмотренный карман, я вместе со всей компанией направляюсь на рынок!

Да-да, надо же прицениться к продуктам, чтобы кормить своих будущих постояльцев, да и кое-что другое тоже разведать не лишнее.

С негромком хлопком наша четверка появляется перед огромными воротами со стражниками – ничего себе, какая у них здесь безопасность!

– Пойдемте туда, где мяско, – мурчит мне на ухо Аррон и нетерпеливо когтит плечо.

– Если испортишь еще одно платье, вычту из твоего содержания, – предупреждаю я.

– А у меня есть содержание? – изумляется шерстокрыл, и я киваю под недоуменным переглядыванием Ретфера Инсида и Пираны.

Сейчас, когда прояснен вопрос с финансами, можно уже что-то и планировать. Денег не сказать, чтобы очень много, но они есть. Что-то чуть больше двух тысяч золотых, и сейчас эти «чуть больше» приятно позвякивают в моем кармане. С голоду не помрем, но на личный флот, к сожалению, не хватит, как и на капитальную перестройку поместья. Придется обходиться малой кровью и как можно быстрее заключить с Маритой договор на долю от продажи придуманных мной фасонов и усовершенствований.

– Пойдемте к мясным лавкам, – вздыхаю я, понимая, что просто так от Аррона не отвязаться. – А потом обойдем остальные ряды, разумеется, если у вас есть время и вам нескучно, – внезапно воспоминаю о воспитанности и тактичности.

– Ах, нам это совсем не в тягость! Верно, мальчики, – восклицает Пирана. «Мальчики» синхронно кивают, но при этом не выглядят очень уж обрадованными. – Я смотрю, ваши финансы в порядке, раз сразу отправились за покупками, – Пирана расплывается в обворожительной улыбке, вот только глаза при этом остаются холодными, цепкими. Так и хочется спросить: «а вам, сударыня, какая от этого печаль?»

– Да, отец кое-что оставил, чтобы не пришлось просить подаяние, – прохладно отмечаю я.

– Главное, чтобы на мяско хватило или рыбку, – глубокомысленно заявляет Аррон, я только закатываю глаза.

– Ты что, всю жизнь голодал? – поворачиваюсь к шерстокрылу, но он меня не замечает – глаза горят, нос блестит, усы растопорщены – настоящий хищник.

– Так, куда идти? – осматриваюсь в пестрой суетящейся толпе, состоящей из одних женщин в тусклых платьях и передниках. Домохозяйки или кухарки, решаю я. Что же они так выглядят-то невзрачно? Надо будет своему персоналу обеспечить униформу повеселее. Не такую, конечно, фееричную, как у банковских служащих и юристов, но и не эту серость.

К моему удивлению никто из сопровождения не знает, где располагаются мясные ряды, и вообще на рынке впервые. О чем думают эти люди? Снова приходится все брать в свои руки и выискивать хоть какие-нибудь указатели. К счастью, они здесь есть, и вскоре я нахожу мясные ряды по весьма натуралистичному изображению куска мяса на вывеске.

Местные женщины ходят по рынку с глубокими плетеными корзинами, и я понимаю, что мне очень срочно нужна точно такая же, потому что, если судить по горящим глазам Аррона, нам придется скупить почти все, что здесь есть. А есть здесь многое. И самое страшное, что я совсем не знакома с местным мясом. Каким оно должно быть свежим? Красным, розовым, белым или темно-бордовым?

И здесь мне на помощь приходит Аррон. Да от моего котика пользы больше, чем от двух мужиков и странной девицы.

Проезжая на моем плече мимо прилавков с горланистыми продавцами, зазывающими покупателей, он то и дело морщит блестящий нос.

– Девушка, – один из мужиков в засаленном фартуке и с огромными мокрыми ладонями хватает меня за локоть. – Посмотрите, какие большие куски. Специально для такой красавицы выберу самые мягкие и свежие. Не проходи! Посмотри!

Ретфер и Инсид тут же оказываются рядом и, будто телохранители, оттесняют от меня здоровяка. Судя по лицу, Пиране такая опека не очень по вкусу, но она молчит.

– Какое свежее?! Где ты нашел свежее?! – не хуже мужика вопит Аррон. – Да оно у тебя уже третий день лежит, все завонялоссь, а судя по цвету, скотина умерла своей смертью от старости и болезней, а перед этим долго мучилась!

– Что ты такое брешешь, животина безмозглая, да свежее моего мяса на всем рынке не сыскать! – срывается на фальцет мужик. Его лицо багровеет от гнева, а в сочетании со сверкающим тесаком в руках становится просто угрожающим.

– Нашел свежье! Да ты его в воде несколько раз вымачивал, весь вкус вымыл, одна вонь осталась! – не унимается шерстокрыл, и я поскорее улепетываю от разгневанного продавца порченого товара.

Люди такие люди, везде обманывают, хоть в моем мире, хоть в этом.

Все же, благодаря стараниями Аррона, я закупаюсь несколькими кусками свежайшего мяса, ребрышками, и еще прихватываю то, что у нас называют рульками. Их продавец после моего вопроса достает из-под прилавка и очень удивляется, зачем мне кости. Сразу видно, что здесь не знают, что такое холодец и жареные ребрышки. Значит, разнообразим меню местному населению.

Шерстокрыл уже торопит посмотреть рыбку, но я задерживаюсь. Передаю мясо в руки удивленного Ретфера и заговариваю с низкорослым плотным мужичком.

– Скажите, уважаемый, – от непривычного обращения мужик несколько раз моргает. – У вас свое мясо, или вы где-то закупаетесь?

– Да как же… венари, – несколько раз окинув меня взглядом, он определяется с моим социальным статусом. – Вестимо, сам выращиваю. Вот ентими самыми руками – он поднимает и показывает натруженные ладони, – выхаживаю кажную коровку, кажную овечку и свинюшку. Я же не венар, чтобы не работать. Простите, – и глубоко кланяется Ретферу и Инсиду. Понятно. Мнение о местной знати здесь точно такое же, как и на Земле.

– Значит, у вас своя ферма?

Продолжаю подталкивать его к разговору.

– Вестимо. Ферма. И капустку выращиваем, и всякие другие овосчи. Все свое, все с грядки. И скотинку только своим кормим.

– А далеко ли твоя ферма?

– Да, долече, – вздыхает мужик. – Полдня отсюдова в сторону Холмов. Ишо затемно выезжаю.

Оп-па! Кажется, кто-то сорвал джек пот!

– И дорого, наверное, вести? – сочувствую я.

– Да уж овса на лошаденку немало уходит, да и умаивается бедолага.

Вот теперь и пришло время для моего предложения.

– А не хочешь напрямую продавать в Тейновы холмы? До них, наверное, ближе?

– Да что туды возить? Пару кусов мяса в неделю? То даже лошадиного пота не стоит.

– А если я в скором времени готова буду готова разместить большой заказ? Разумеется, если качество останется таким же?

– Та нешто вы новая хозяйка Холмов? – восклицает мужик, и в его глазах зажигается интерес.

Еще немного обсудив холмы и перспективы совместной работы, мы договариваемся кисаном, как здесь называют крестьян, Онденом, что он зайдет в поместье в ближайшие выходные. Осталось найти артефакт…

– Лексия, а зачем вам так много продуктов? Что вы придумали? – интересуется Инсид, но я загадочно молчу и направляюсь к рыбным рядам.

Около прилавков вместе с Арроном придирчиво рассматриваем рыбу. Очень хочется побаловать себя кальмариками или осьминогами, но здесь такого не наблюдаю, а жаль. Даже устриц нет!

Интересно, а в принципе моллюски есть? Жаль, не заглянула в ювелирный, узнала бы, есть ли здесь украшения из жемчуга. И если нет, то… Сашенька, я тебя поздравляю! Ты будешь жемчужным магнатом!

Но, радоваться рано.

Не зная, как здесь называются, моллюски и прочие морские гады, я при помощи жестов и мысленного исконно-русского выясняю, что в принципе, и осьминоги, в качестве морских чудищ, и креветки – отвратительные чешуйчатые – тоже имеются, как и кальмары, моллюски и прочие так называемые дары моря. Вот только не едят их благородные горожане. Лишь самые нищие рыбаки во время штормов или же полного штиля, когда больше ничего не остается, едят их, чтобы не умереть с голоду.

Да-да, из разряда: «не беда, что хлеба нет, ешьте пирожные».

Вот, люди, ничего-то они не понимают в благородной пище.

Выясняю у рыбака, что он отправится в море только на следующей неделе, а пока улов еще не распродан и хранится во льду – ну что же, мне не к спеху – с ним тоже договариваюсь на прямые поставки рыбы, а кроме того, прихватить для меня все раковины, которые найдет, особенно двустворчатые, и всех отвратных порождений моря. Естественно, расчет по доставке.

Рыбак смотрит на меня как на безвременно сошедшую с ума – с осторожностью и долей жалости.

– Венари, – он обращается ко мне, но косится на кузенов Неф и едва заметно кивает в мою сторону – дескать, вы чего сумасшедшую без поводка выгуливаете? Надо отдать мальчикам должное – они сохраняют потрясающую невозмутимость, только Пирана с ужасом смотрит на меня. – Венари, зачем вам эти отбросы? – пф-ф-ф, нашел отбросы. Что бы понимал в деликатесах! – Хотите, я вам отборнейшей рыбы привезу, самой крупной, самой жирной, – жалостливо продолжает рыбак.

Хах, а у кого отбирать будет? У жены?

– Вы не переживайте, кисан, вы просто привезите, что прошу, а уж я в накладе не останетесь, – старательно улыбаюсь я, а в душе хихикаю, представляя, как мужик отбирает у жены рыбу для «одной ненормальной венари», а супруга охаживает его половником. – Сколько привезти? А в чем измеряете? Тогда, думаю, по одной сетке хватит.

А если что-то окажется несъедобным – скормим Аррону.

Будто читая мои мысли, шерстокрыл начинает усиленно фыркать и морщить нос, прозрачно намекая, что он не подписывался на поглощение всякой неизвестной гадости. Ну, это мы еще посмотрим, как он откажется от фаршированного кальмарчика, да с креветочками, да с сыром и сметанкой… Ням.

Даже у самой слюнки потекли.

– Лексия, – осторожно, будто боясь нервировать душевнобольную, ко мне подходит Инсид. – Зачем вы попросили привести эти отбросы? Что задумали? Неужели решили организовать питание для бедняков? Кроме них больше никто не станет есть эту гадость?

Вопросы сыплются на меня один за другим, но я только коварно улыбаюсь и молчу, как рыба об лед.

Вот еще, не хватало мне самой себе конкурентов плодить. Сделаю – узнают.

– Боюсь, – с самым несчастным видом, вздыхает Пирана, – что финансовые дела венара Тейна совсем в плачевном состоянии, раз Лекси вынуждена просить столь низкосортную еду. Это не эксцентричность, кузен, а жестокая необходимость, – едва не плачет она над моей горькой судьбой.

Я едва не давлюсь от подобного заявления, но продолжаю стоически молчать.

Следующим пунктом моей разведки должны стать молочные ряды и ряды домашних заготовок, и всю дорогу до них Инсид и Пирана оживленно спорят, о том, насколько бедственное у меня положение и зачем тогда я накупила столько мяса? Может, это происки шерстокрыла, и меня надо срочно спасать от его влияния?

К удивлению, Ретфер не принимает участие в столь оживленной беседе и все чаще поглядывает на меня. А весьма задумчивое выражение на его лице не нравится мне все больше. Этак он еще додумается, зачем мне много сортов мяса, рыбы и морепродуктов.

На свою сторону переманивать, что ли, если догадается?

Продегустировав молоко, домашние сыры, творог и сметану, я также договариваюсь о доставке в Холмы, а вслед за ними очередь доходит и до меда…

Его так много, что разбегаются глаза: светлый золотистый нежный и жидкий, темный цвета бронзы, совсем коричневый и густой, как карамель, даже зеленоватый. Я пробую все, и это безумно, невероятно вкусно!

Кроме кулинарии, я хочу попробовать сделать скраб, смешав мед с морской солью. Дороговато, конечно, но какая польза для кожи! И предлагать буду только самым богатым постояльцам. М-м-м… даже закатываю глаза от предвкушения.

Оказывается, что здесь же можно разжиться и воском.

Та-дам! Не придется ходить, как обросший орангутанг. Конечно, одного воска мало, но уж смолу как-нибудь достанем. Если есть лодки, есть и смола!