Империя Петра и Павла

Глава 3

Империя Деодона

7 декабря 2023 года

Произошедшие два дня назад события в Константе, потрясли всю империю. Все! От мала, до велика! Пребывали в состоянии глубокого шока. Злые языки сразу начали шептать, что Петр лично принимал участие в покушении на своего брата, и едва ли не собственноручно стрелял в Павла, словно в зайца на охоте.

Народ роптал и грозился устроить бунт. Соседи Деодны не спали, и спустя четыре часа после происшествия, начали засылать своих эмиссаров, которые искали желающих возглавить демонстрации, что в дальнейшем смогут сыграть свою, дестабилизирующую, основы государства, роль. Но к их беде, Тайная Канцелярия не спала и отлавливала таких посланников вражеской разведки. Не всех удавалось поймать, да и диверсанты, умело скрывались. Работники плаща и кинжала вели свой незримый для простых обывателей бой.

Ко всему прочему, еще пятого декабря, некоторые горячие головы в Халифате Южных Пустынь начали собирать отряды готовые совершить «набег» на земли Империи, где, по мнению большинства, в том числе и скептиков, со дня на день, должна начаться ожесточенная борьба за власть, а быть может и вовсе гражданская, кровопролитная война. А потому готовились к провокациям и пограничные войска, куда в спешке были отправлен дополнительный войсковой контингент, должный усилить группировку.

Да. С одной стороны, все аналитики видели, что был Петр. Но в их глазах, были и представители предыдущих династий. Были и другие претенденты, которых готовили уже не одно десятилетие. Да, у таких представителей чужих интересов, нет столько силы, сколько потребовалось бы… но по мнению многих, в качестве марионеток на престоле, такие фигуры могли оказаться даже более интересными вариантами для большей части заинтересованных сторон. Вопрос лишь в том, кого поддержит армия и флот?

Видеозапись заседания безопасности Империи появилась только ранним утром шестого декабря на всех телеканалах Деодоны. Раньше никак. Требовалось дать время всем службам попытаться найти Павла. Живого или мертвого. Хотя, к чему умалчивать? Шансов найти законного наследника живым — стремились к нулю. К тому моменту люди заговорщиков, которых смог собрать князь Белецкий, контролировали весь процесс поисков, а потому… стоило только найти Его Высочество, как было бы доделано то, что не удалось снайперу. Благо история не знает сослагательного наклонения.

На заседании Совета Безопасности, Министр Обороны и Министр Гражданского Правопорядка, выдвинули единственное решение, которое обезоружит горячие головы и не позволит Империи скатиться в гражданскую междоусобицу.

— Единственным решением, совет видит коронацию Петр Основателя. — Подвел итог всем высказываниям глава Тайной Канцелярии князь Меньшиков Георгий Романович.

Кто-кто, а он прекрасно понимал, что произошло. И мягко говоря, был крайне недоволен произошедшим, чувствуя в этом и свою личную вину. Не доглядел, но… еслибы он уперся, и хоть как-то заикнулся против, то пост был бы утрачен, а вместе с ним и голова. И хорошо, если только его, а не всей семьи. А такие эксцессы уже случались в истории Деодоны. Это не считая последствий для самой империи.

«Выбор без выбора» — с кривой усмешкой произнес он самому себе, едва только получил распоряжение прибыть в кратчайшие сроки в зал заседаний в императорском дворце.

А уже утром все заголовки новостных изданий, по всему миру, гласили приблизительно одно и то же: «Следующим Императором Деодоны станет Петр, младший сын Александра из династии Основателей!» — Правда с разной интонацией и разным вниманием к деталям, создавая для своих читателей мнение, которого в будущем им необходимо будет придерживаться.

Вот только… тело Павла так и не было найдено, а значит, империю ждала борьба за власть. Петр это осознавал в полной мере, но уже к вечеру шестого декабря, читая краткую сводку от Тайной Канцелярии, он видел, что если бы не объявление его скорой коронации, бунт начался бы уже сегодня, а так есть все шансы не допустить раскола.

А сегодня, с самого утра Петр читал сводки новостей, и раздавал приказы своему секретарю. Требовалось провести ряд мероприятий, которые будут способствовать стабильности в регионах. Столицу власть принца держала в ежовых рукавицах, а вот остальную часть империи…

Именно регионы были самым «слабым» звеном в цепочке власти. Именно там, был возможен бунт, проведенный либо самим Павлом, если он, конечно, все еще жив, либо же иностранными службами. А те не спали. Тайная Канцелярия докладывала, что там уже пошли осторожные разговоры об отсоединении и даже об упразднении монархического строя, с целью создания демократического общества.

Такие новости заставляли будущего правителя сжимать зубы от гнева и глубоко дышать, стремясь обуздать взбунтовавшиеся эмоции.

— Ваше Высочество, разрешите? — После короткого стука и разрешения, заглянул секретарь в кабинет Петра.

— Что у тебя? — Бросил принц, подняв тяжелый взгляд на сорокалетнего мужчину, который занимал должность помощника младшего сына императора, на протяжении уже пяти лет.

— Ваше Высочество, его светлость князь Меньшиков Григорий Романович, просит личной аудиенции. — Доложил Иван Степанович Прихожий, манерно поклонившись, придерживая рукой лацканы пиджака. На это Петр изогнул бровь, задавая подчиненному немой вопрос. — Ждет в приемной, Ваше Высочество. Прикажете пригласить? — Понятливо произнес Иван Степанович.

— Зови. — Чуть помедлив, махнул рукой с зажатой в ней ручкой с золотым пером, будущий Император, после чего отодвинул в сторону доклады министерских канцелярий по текущим делам. Прежде чем взойти на трон, требовалось как можно скорее понять текущее состояние империи. Все же за последние несколько месяцев болезни отца, контроль был большей частью сосредоточен в руках Павла.

Помощник скрылся за дверью, а спустя двадцать-тридцать секунд, после короткого стука вновь появился, открывая двери князю Меньшикову.

— Ваше Высочество. — Коротко поклонился Старший Советник Императора при Тайной Канцелярии.

— Князь. — Приветственно кивнул Петр, и сделал приглашающий жест рукой, указывая на мягкий уголок своего кабинета. — Иван, принеси мне кофе, и князю… — Распорядился принц, выразительно посмотрев на Меньшикова.

— Крепкий кофе. — Благодарно кивнул он, следуя в предложенном направлении следом за будущим императором.

— Один момент. — Поклонился секретарь и спешно удалился, прикрыв за собой створки белых лакированных дверей, щедро украшенных позолотой.

— Надеюсь, ваш визит не связан с какой-то неприятной новостью? — С вежливой улыбкой, произнес Петр, сев в кресло.

Визита такого гостя в ближайшее время младший сын императора не ожидал, а потому невольно вынужден был насторожиться. Пока не пройдет коронация, возможны разного рода эксцессы. В особенности, если, к примеру, лояльные Павлу люди, найдут его раньше заговорщиков. В таком случае, при определенных обстоятельствах, есть все шансы оказаться в подвалах охранки, чего, конечно же, никому не хотелось.

— Мой визит всегда имеет в своей основе не самые лучшие новости, Ваше Высочество. — Улыбнувшись краешком губ, признался Григорий Романович, садясь напротив будущего Императора. — По крайней мере, в этом уверена большая часть знати нашей великой империи.

— И их можно понять. — Кивнул на эти слова Петр, вежливо улыбнувшись. С таким утверждением в данный момент времени он был и сам согласен. — Внимательно слушаю вас.

Князь Меньшиков, быстро осмотрелся по сторонам, словно стремясь дополнительно убедиться, что никого нет в комнате. Что же касалось специальных средств, которые могли бы записать разговор, то кому как не главе Тайной Канцелярии знать, как с этим бороться.

— Давайте все же подождем напитки, прежде чем начнем. — Натянуто-вежливо, улыбнулся князь, жестом показав на свое левое ухо.

— Раз вы настаиваете… — понятливо протянул будущий император. — Давайте тогда вы мне расскажете, что у нас на юго-западе Империи происходит, а то доклады, которые я читал этим утром выглядят двояко. Хотелось бы услышать версию человека, который не будет пытаться прикрыть свои просчеты.

— Там проблем нет. — Спокойно ответил Меньшиков, тем не менее, сидя как на иголках. — Армейские корпуса, флот, авиация, градоначальники и наместники, все на вашей стороне. Пограничники усилены подкреплениями, так что любые провокации со стороны, многое себе возомнивших соседей, будут пресекаться.

— Это отличная новость. — Позволил себе улыбку Петр. — Информационные технологии, инновационные проекты, кинопроизводство… это крайне важная часть империи.

— А еще золото, серебро, никель, алюминий, драгоценные камни, исследовательские лаборатории, научные центры. — Добавил Григорий Романович.

— Точно. — Довольно улыбнулся Принц, после чего стал предельно серьезным. — Но сила Империи в ее целостности. Что с Северо-востоком?

— Вы правы, Ваше Высочество. Сила Деодоны в ее целостности. — Ответил князь, замолкая, так как в этот момент в кабинет вошел Иван Степанович и услужливо поставил поднос с двумя аккуратными фарфоровыми чашечками ароматного, бодрящего напитка.

Поклонившись хозяину кабинета и князю, помощник удалился, осторожно закрыв за собой двери, оставляя высоких особ наедине.

— С вашего позволения, Ваше Высочество. — Произнес Старший Советник Императора при Тайной Канцелярии, доставая из внутреннего кармана своего бархатного пиджака небольшое устройство, размером с монетку. — Чтобы наш разговор оставался между нами.

— Конечно. — Благосклонно кивнул Петр.

— Ваше Высочество, — включив устройство и положив его на журнальный столик, произнес Меньшиков, — дела на северо-востоке у нас идут плохо. Как Вам наверняка известно, там сосредоточены: энергетическая и тяжелая промышленности. Там же осуществляется основная часть добычи и первичной переработки: нефти, газа, титана, урана, угля и крупнейшее месторождение лития в мире. Лакомый кусок для очень и очень многих.

— Как справедливо бы заметил мой брат, без юга-запада, это лишь часть технологических цепочек. Григорий Романович, не тяните. — Поморщившись, попросил будущий император. Кому-кому, а ему напоминать о таких вещах не стоило.

— Зреет бунт, Ваше Высочество. — Тяжело вздохнул, князь Меньшиков, отводя свой взгляд в сторону. — Мы делаем все, что в наших силах, но… — он замолчал, слегка прищурился, и поднял свой взгляд на принца, — давайте на чистоту. Многие не в восторге от всего произошедшего. Многие. Очень многие считают вас причастным к покушению на Его Высочество Павла.

— Это обвинение? — Резко напрягся принц, пристально глядя в глаза собеседника.

— Нет, Ваше Высочество. Это констатация факта. Этим захотят воспользоваться наши враги. — Прояснил ситуацию, Меньшиков.

— Я понимаю. — Прикрыв глаза, ответил Петр, чувствуя внутри себя стыд и одновременно с этим раздражение. — Но я так и не услышал от вас, что там. — С нажимом произнес будущий Император, мстя за мгновение испуга, которое невольно пришлось пережить.

— Мы работаем, но групп заговорщиков слишком много. Более того, там сейчас сконцентрирована основная часть резидентуры наших уважаемых партнеров, — криво усмехнулся Григорий Романович, подчеркивая сарказм, — как с запада, так и с юга. Есть не нулевой риск, реального бунта, управляемого из-за границы Деодоны. За прошедшие сутки, нами было сорвано проведение уже трех демонстраций, и задержаны провокаторы представляющие интересы разных сторон. Все они уже дали детальные показания. Все зацепки отрабатываются. Пока ситуация еще под контролем. Пока. — Он поднял указательный палец, акцентируя внимание принца. — Пока, мы еще справляемся. Но если появится коалиция «желающих помочь», потенциальным бунтовщикам. Если появится лидер, или даже лидеры способные вести народ за собой… мы можем оказаться бессильны. И тогда прольется кровь.

— Вам нужно, какое-то разрешение? — Сложив ладони домиком, спросил Петр, хмуро глядя на главу Тайной Канцелярии. Озвученное положение дел, не внушал оптимизма, а скорее настраивал на неизбежные последствия государственного переворота. — Ввод комендантского часа, еще какие-то меры по ужесточению?

— Ваше Высочество, — осторожно ответил князь, прекрасно понимая, что шагает сейчас по тонкому льду, — если мы сейчас начнем вводить репрессивные меры, все может вспыхнуть. Вплоть до кровопролития, а после него…

— Дороги назад не будет. И оставить все как есть, плохой вариант. — Кивнул младший сын покойного императора, и откинулся на спинку кресла, погружаясь в недолгие размышления. — У вас есть предложения?

— И да, и нет. — Честно ответил Меньшиков. — Лояльность работающих у меня людей на данный момент находится под вопросом. Необходима проверка всех кадров на ключевых местах, по всей Империи. Многие могут по той, или иной причине…

— Я понимаю. — Кивнул Петр, раздраженно ослабляя красный галстук. Ситуация оказалась еще хуже, чем он думал. — Проверки одобряю. Так же приказываю увеличить количество ваших людей в северо-восточных регионах империи.

— Благодарю Ваше Высочество. — Поклонился Меньшиков не вставая с кресла.

Будущий император поднялся на ноги и неспешно подошел к своему столу, после чего нажал на кнопку селектора.

— Иван!

— Да Ваше Высочество? — Отозвался Прихожий.

— Зайди, нужно подготовить приказ. — Произнес принц, после чего вернулся к князю. — Так же, вам в помощь выделим армейские кадры, и скорее всего, привлечем к работе полицию. Надеюсь этих мер, будет достаточно?

— Будем надеяться. — Ответил Меньшиков, прикрыв глаза. — Со своей стороны, готов вас заверить, что приложу все силы, дабы не допустить.

— Уж, будьте любезны, князь. — Строго посмотрел на старика Петр. Он хотел еще добавить, что от этого зависит занимаемая им должность, но все же воздержался. Терять такого союзника, тем более сейчас — откровенная глупость.

Пока предатель, пытался взять вожжи власти над великой Деодоной, его родной брат лежал на носилках и смотрел в ржавый потолок грузового вагона. В ушах стоял умиротворяющий стук пересчитываемых поездом шпал. А еще напоминали о себе ноющей болью плечо и правый бок. По словам врача, который «штопал», а по иному и не скажешь, кронпринца, тому очень и очень повезло. Если бы только пуля прошла чуть правее, то… а дальше Павлу и слушать не хотелось. Не случилось? Вот и слава Триединому.

Под мерный стук колес, бывший наследник императорского престола, с грустью размышлял над произошедшим. Покушение. Вполне ожидаемое покушение, к которому охрана была готова. Вот только… никто не был готов, что будет разделена сама императорская служба охранения. Что одни будут за Павла, а другие окажутся в рядах заговорщиков. Такое возможно лишь в том случае, если кто-то решил возвести на престол младшего брата. А значит…

Что это значит, думать не хотелось, но мозг с полным хладнокровием и безразличием, продолжал проводить анализ.

Значит, брат, скорее всего, причастен. Пусть косвенно, пусть молчаливым согласием, но причастен. Без предварительного договора, никто бы подобные действа проводить не стал. Хотя и проще было взять какой-то из родов, что косвенно связан дальними родственными узами с Основателями, или же двумя другими династиями, что стояли у руля великой империи, но за такими не пошли бы люди покойного Императора. А значит покушение дело семейное.

Павлу было больно от такой мысли. Последний родной человек, которому кронпринц доверял как самому себе. На которого… хотя чего греха таить. Не так устроен мозг у Павла. Совсем не так. Все он знал, все видел и все понимал. Но… он просто не хотел верить в это.

— Вот тебе и очередной урок. — Едва заметно, с каким-то внутренним сарказмом и горьким надломом, прошептал губами кронпринц.

Да. Это был именно урок. Урок, который ему преподала сама жизнь. Профессор Нестеров, часто повторял фразу: «самый строгий учитель — сама жизнь, ведь за невыученный урок, она карает своим уходом».

Кронпринц не стремился погрязнуть в жалости к самому себе, или же самобичевании. Не так он был воспитан. Нет. Совсем не так.

Честность с самим собой. Вот его кредо, если угодно. Вот одно из главных правил истинного правителя. Он знал, что во всем произошедшем виноват сам. Все видел, но верил в лучшее. Ошибка? Или сознательный шанс? Шанс на правильный выбор своему брату? Справедливы будут оба варианта.

Стоял теперь вопрос: «что делать дальше?». Было несколько путей, которыми мог пойти несостоявшийся монарх. Можно просто развернуться и уйти, сыграв в обиженку. Можно уехать в другую страну, попытаться затеряться среди чужих людей, и прожить тихую, спокойную жизнь. А можно поднять народ, армию и попытаться отбить свой трон. Вот только…

Брат действовал быстро. И винить его в этом было бы глупой затеей, ведь это было логично и правильно с точки зрения сохранения самого государства. Павел это прекрасно понимал. Петр теперь официально станет императором Деодоны. До коронации остается неделя. Неделя, в течение которой необходимо предпринять какие-то действия, или же не делать ничего. А по сути, необходимо сделать выбор. И чем быстрее, тем лучше.

Можно было бы пойти и третьим путем. Просто признать за Петром право на трон, отказавшись официально от престола, и… просто жить, помогая брату. Это было бы самым лучшим решением. Это, могло сохранить множество жизней народа империи. Вот только…

В этом выборе, слишком многое зависит от того, кто именно привел брата к трону. Если, к примеру, кто-то из кабинета министров, то лучше даже не пытаться. Если кто-то из силовиков — есть шансы. А это время и… вилка сложного решения для младшего сына покойного императора. А значит этот вариант, хоть и желанный, но излишне рискованный. Да и как выяснить за пару дней, кто именно стоит за кулисами заговора, когда желающих наберется не меньше сотни. И каждый из них мог выступить организатором, или же быть побочным звеном. Такие дела так быстро не распутываются.

— О чем, задумались, Ваше Высочество? — Раздался рядом с Павлом тихий и вкрадчивый голос, личного телохранителя покойного Императора.

— О вариантах. — Скосив глаза на крепкого мужчину, одетого в строгий черный костюм с белой рубашкой и черным галстуком, ответил кронпринц.

— И каковы они? — Позволил себе полюбопытствовать тот.

— Печальны. — Тяжело вздохнул Павел, тут же пожалев об этом, ибо боль в ране острой вспышкой пронзила сознание. — Ух!

— Вы поосторожней. — По-отечески посоветовал телохранитель. — Какое бы решение, вы не приняли, оно будет правильным. А я… я с вами док конца. И рану постарайтесь не тревожить.

— Спасибо, Леонид. — Прикрыв глаза, ответил Павел, мысленно возвращаясь к прерванным размышлениям.

Невольно кронпринц вернулся мыслями к предназначению. Вернулся и лишь растянул губы в кривой саркастичной улыбке. Простая мысль, которая поражает многих, кто потерпел неудачу: «не судьба» — мгновенно проскочила в его мыслях, а после улетучилась.

Он знал. Прекрасно знал, что судьба строится исключительно из сделанных им выборов. На занятиях по философии, профессор Нестеров, как-то сказал своему единственному ученику: «у всего. Всегда. Есть причина. Причина, которая определяет вилку выбора. А уже сам выбор, формирует последствия. Да, да, Павел. Те самые последствия, которые становятся новой причиной. Это цикл. Спираль нашей жизни».

— Ваше Высочество, поезд прибывает. — Вырвал его из размышлений голос Гранатова Леонида Федоровича. — Остановка короткая, нужно успеть.

— Помоги, пожалуйста. — Попросил в ответ Павел, протягивая руку.

Бывший телохранитель отца, что уже как пару лет числился в отставниках, ухватил кронпринца за руку и бережно помог подняться кривящегося от боли кронпринца.

— Покажите! — Требовательно произнес он, стремясь осмотреть повязки. — Нужно убедиться, что швы не разошлись.

Бывший наследник послушно предоставил такую возможность Гранатову, который нянчился с братьями, еще в бытность их детьми. И даже пару раз давал пострелять из своего пистолета. Отставник внимательно осмотрел повязки, и удовлетворенно хмыкнув, накинул на плечи Павла черное, зимнее, меховое пальто.

— На всякий случай, Ваше Высочество, напоминаю. — Решил повторить план предстоящих действий Леонид Федорович. — Сейчас выходим, и двигаемся в сторону девятой платформы. Там будет надземный переход, который позволит покинуть территорию вокзала. Вы играете роль, перебравшего…

— Помню. — Согласно моргнул Павел, перебивая Леонида Федоровича, и борясь с легким головокружением. — Лицо желательно скрывать. Доверяюсь тебе — ты меня выводишь.

— Все верно, Ваше Высочество. — Кивнул головой телохранитель, вновь растягивая губы в ободряющей улыбке.

После мужчина прислушался, и покрепче схватил Павла за здоровую руку. Из-под пола донесся скрежет тормозов, от которых по спине кронпринца пробежали невольные мурашки. Вагон дернулся, заставляя незапланированных пассажиров, покачнуться, но благодаря Гранатову оба устояли.

— Идемте! — Скомандовал отставник и с натугой открыл боковую дверь вагон.

Бегло осмотревшись, он спрыгнул на землю, и помог спуститься подопечной особе. Кривясь от боли в ранах, Павел неотступно следовал за Леонидом Федоровичем. По сторонам он не смотрел. Вместо этого, как ему и предписывалось, опустил голову, словно успел перебрать, а теперь его охранник старается без приключений доставить загулявшего молодого господина домой.

Такая картина, с разной периодичностью имела место быть на территории империи. Молодежь. Бурлящая молодая кровь аристократии, требовала праздника, гуляний, и… порой молодые люди неверно рассчитывали свои силы. Попасть в таком состоянии в светские хроники, было бы бесчестием, а потому лица выпивохи, старались скрывать.

Вот одного из таких гуляк и изображал тот, кого искали по всей империи, все службы без исключений.

Территорию вокзала удалось покинуть без происшествий. А дальше, Леонид Федорович уверенной походкой подвел Павла к машине, открыл ее с ключа, который подхватил из-под подкрылка.

— Назад, ложитесь. Постарайтесь устроиться, так, чтобы езда не растревожила ваши раны. — Уйдя от правил этикета, шепнул телохранитель.

Подопечный послушно упал на заднее, сидение, осторожно проползая в салон автомобиля целиком, и замер.

Гранатов тем временем, закрыл пассажирскую дверь, и впрыгнув за руль, завел машину, после чего та заурчала двигателем и плавно сдвинувшись с места, покатила по тихим, ночным улочкам зимнего Сосновска, который располагался в шестистах километрах севернее Константы.

Где-то через час, автомобиль выскочил на шоссе, покидая город, и быстро набирая скорость, двинулся на восток. Леонид Федорович уверено вел транспорт, часто заглядывая в зеркала заднего вида, пытаясь понять, следят за беглецами, или нет.

— Чисто, Ваше Высочество. — Наконец-то нарушил, затянувшуюся тишину телохранитель. — Через двадцать километров будет заправка, там обычно камеры не работают, сможем остановиться перекусить.

Через десять минут, Гранатов сбавил скорость, а затем и съехал с дороги. Быстро оглядевшись через окна, он велел Павлу ждать, а сам ушел. Вернулся отставник аж через двадцать минут. Кронпринц же это время провел в наряженной дреме. Сон пытался взять свое, но несостоявшийся правитель великой Империи, раз за разом вскидывался, отгоняя сонливость прочь.

— Выходите, Ваше Высочество. — Выдернул из сладкой дремы, голос Леонида Федоровича. — Переоденетесь, покушаете.

Кронпринц осторожно вылез, с сарказмом отмечая, что чувствует себя, каким-то беспомощным, жалким… а еще это ватное состояние.

Одежду Гранатов принес подопечному простолюдинскую. Джинсы, худи, объемный пуховик, да теплые и удобные, зимние кеды. Самому переодеваться, да еще и на улице, было тяжело, а потому телохранитель, всячески помогал Павлу, справиться с этой непростой задачей. Осложняли процесс не только раны, но и холод вместе с ознобом.

А потом был легкий перекус какими-то бутербродами с горячим шоколадом. Кронпринц ел не чувствуя вкуса, неустанно позевывая и не особо вдумываясь во все происходящего. С момента как он упал на заднее сидение в машине, мир стал видеться, словно из-за стекла. Мысли странно прыгали с одного на другое, не в силах сосредоточится на чем-то конкретном. Да и холодно было. Настолько холодно, что его даже начинало потряхивать. Да и общее состояние тела было ватным.

— Ваше Высочество? — Шепотом спросил Леонид Федорович, заглядывая в глаза кронпринцу, а после осторожно пробуя рукой лоб подопечного. — Да у вас жар! Скорее в машину.

Уложив обратно на заднее сидение Павла, Гранатов вновь убежал куда-то. А уже как телохранитель вернулся, Павел не помнил, ибо сон все же смог сморить его, забирая в свои тесные объятья.

Отставник с беспокойством, заставил выпить подопечного жаропонижающее, после чего вернулся за руль. Впереди было еще не менее стони километров до частного аэродрома, а там, еще пять часов полета и Леонид Федорович сможет доставить Павла в Вольноград, где его уже ждут те, кто готов бороться за то, чтобы Империю возглавлял законный наследник.

Не все представители знати желали видеть на троне Петра. Были и те, кто успел по достоинству оценить работу законного наследника престола. Инновации, которые тот успел ввести за семь лет работы, были ощутимыми.

Депрессивные регионы медленно, но уверенно стремились выйти из этой зоны. Рабочие места, достойная оплата, переквалификации, и повышение профессионализма, через прохождение соответствующих курсов. Павел делал упор именно на профессионализм рабочих. На их высокую квалификацию.

Государственные гранты на модернизации и на открытие недостающих направлений в длинных технологических цепочках по всей Деодоне, что должно было снижать зависимость от импортных товаров. Три завода оптоволокна. Промышленный комплекс по сбору, переработке мусора. Три военных завода по производству беспилотных систем. Два завода аграрно-промышленных беспилотных систем. Три завода полного цикла сборки автомобилей. И даже один станкостроительный завод. А еще множество мелких производств и частных аграрных инициатив.

В общей сложности рабочие места должны были получить около полумиллиона населения. А вместе с тем, должна была вырасти и покупательская способность. Ведь каждый завод — это целая инфраструктура обеспечения. Транспорт, питание, здоровье, отдых и прочее.

Он, как и его отец, стремился максимально снизить зависимость от импортных поставок, а значит и от чужого влияния.

Вот за это кронпринца и любил простой народ. За заботу о себе и его же доброту. И были среди знати те, кто поддерживал начинания и устремления будущего правителя. И сейчас они готовы следовать за истинным Императором до конца.

Если бы братья только знали, что против них играют силы, о которых они даже не догадываются… Те, кто в тайне, уже не одно тысячелетие правит миром. Возможно, они никогда бы не позволили произойти тому, что произошло. Но, увы. Они не знали про таинственный орден, который получил уникальный шанс, зацепиться за власть в Империи Деодоны. И этот шанс, они не собирались упускать.

В ходе заседания, члены правящей группы пришли к выводу: чтобы пошатнуть Деодону, необходимо поработать с элитами, и одновременно с этим раскачать сложившуюся там ситуацию снизу.

Для успеха мероприятия, необходимо создать коалицию. Сейчас, силы Конфедерации, Халифата, Ханства, и даже наемники с Материка Колоний, или как его называют — Свободных Земель, должны объединиться, дабы дестабилизировать ситуацию и опустить страну в хаос кровопролитного противостояния.

Довольно быстро собравшимся удалось найти несколько лиц, которые могли возглавить это восстание. Именитые, родовитые, уважаемые среди торговцев — они должны будут продвигать идеи демократии и равенства.

Александр Николаевич Синегин и Тимофей Витольдович Самуилов. Оба они выходца из обнищавших дворянских родов. Оба смогли построить собственные торговые империи, работающие по всему миру. И оба смогли это сделать, лишь работая на орден.

Но главное, что за ними готовы были пойти простые люди. Оба этих господина усердно продвигали идею «демократии», где люди сами смогут участвовать в выборах, назначать и снимать руководителей… правда все это на бумаге, а по факту, задачей Синегина и Самуилова было создание двухпартийной системы, которая бы меняла лишь проговариваемую плебсу риторику, продолжая идти в заданную Орденом сторону. Проект, который готовился уже не одно десятилетие.

Подводя итог, глава собрания ордена, сказал: «Ускоряем проект демократизации. Финансирование выделит коалиция «Желающих Мира». Заседание закрыто».