Имперский повар 7

Глава 25

Даже на загруженной кухне нужно находить время для своих людей, ведь голодная команда, это шаг к провалу.

Вечер тридцатого декабря выдался сумасшедшим. Снег падал за окнами, но внутри кафе «Империя Вкуса» творилось нечто. У нас была полная посадка. Зал гудел от разговоров, звона бокалов и стука приборов. Официанты носились между столиками.

На кухне стояла жара. Воздух пропитался запахами мяса, соусов и пряностей. Моя команда работала на пределе сил. Захар рубил овощи тесаком. Его лысая голова блестела от пота. Тамара собирала заказы на раздаче. Стажёр Миша носился с кастрюлями, стараясь никого не сбить с ног.

— Шеф, три стейка на пятый столик! — крикнула Тамара.

— Принял, отдаём через семь минут, — ответил я, не отрываясь от сковороды. — Захар, как там соусы?

— Всё кипит, командир, — буркнул здоровяк, помешивая варево в сотейнике.

Я понимал, что ребята валятся с ног от усталости. Завтра нас ждал ещё более тяжёлый день. Нам предстоял телемост с моим родным Зареченском и обслуживание новогоднего банкета. Мне было необходимо накормить команду ужином после смены. Но времени на долгую готовку у меня не было. Работа кипела. Я решил сделать жареные креветки с чесноком параллельно с заказами. Это простое и быстрое блюдо. Испанские рыбаки всегда знали толк в хорошей еде.

Я достал из холодильника миску с тигровыми креветками. Они уже были разморожены. Встал с краю стола, чтобы не мешать Тамаре, и начал их чистить.

В этот момент на кухню влетел Эдуард. Его укладка растрепалась от беготни по залу. На рукаве красовалось пятно от соуса.

— Шеф, седьмой столик жалуется, что салат холодный, — протянул он, поправляя галстук.

Я посмотрел на него.

— Эдуард, это холодная закуска. Она и должна быть холодной по рецепту. Иди и объясни это гостям, пока я не сделал холодным тебя. И не смей путать заказы.

Эдуард сглотнул и скрылся за дверью. Шпион из него был так себе, но сейчас каждый человек был на счету.

Я продолжил чистить морепродукты. Отрывал креветкам головы и снимал панцири. Затем поддевал ножом и удалял вену на спинке. Это важный шаг, иначе песок будет скрипеть на зубах. Креветки получались чистыми, и я сложил их в посуду.

Работа на кухне не останавливалась.

— Тамара, забирай утку! — скомандовал я, пододвигая к ней тарелку.

— Забрала, шеф, — отозвалась женщина, украшая блюдо веточкой тимьяна.

Я взял несколько зубчиков чеснока. Очистил их от шелухи. Мелко порубил и отправил в пиалку. Достал перец горошком, соль и сухой розмарин. Отложил в сторону стручок перца чили. Остроту нужно было контролировать, чтобы не сжечь ребятам желудки.

Я поставил на конфорку сковороду и налил растительного масла. Огонь включил на максимум.

— Миша, не зевай! Следи за пастой! — крикнул я.

— Извини, шеф, — пискнул Миша и бросился к плите.

Масло нагрелось. Я выложил креветки в кипящее масло. Раздался шипящий звук и кухня наполнилась ароматом морепродуктов.

Креветки начали краснеть. Как только они поменяли цвет, я добавил к ним измельчённый чеснок. Быстро перемешал лопаткой. Чеснок не должен был подгореть, иначе появится горечь. Затем я бросил в сковороду перец горошком, немного перца чили, соль и розмарин.

— Чем это так вкусно пахнет? — басом спросил Захар.

— Наш ужин, Захар. Скоро будем есть, — подбодрил я су-шефа.

Специи раскрыли свой аромат. Запах чеснока и розмарина смешался в отличную композицию. Розмарин и перец придавали блюду изюминку. Я жарил креветки ровно две минуты, постоянно помешивая их лопаткой. Они быстро свернулись в колечки. Это был главный признак готовности. Если передержать моллюсков на огне, они станут резиновыми. И после выключил плиту.

Я переложил креветки в тарелку. Постарался оставить перец горошком в сковороде. Свою функцию он уже выполнил. Сбрызнул креветки соком лимона и посыпал зеленью. Блюдо выглядело отлично.

Когда последний гость покинул кафе, Лейла закрыла дверь на ключ. Мы перевернули табличку на слово «Закрыто». Команда выдохнула с облегчением. Все собрались вокруг стола на кухне. Официанты, посудомойщицы, повара.

Я поставил тарелку с креветками в центр стола. Рядом поставил соусник с томатным соусом и нарезал багет.

— Налетайте, ребята. Вы это заслужили, — сказал я, снимая фартук.

Все набросились на еду. Было слышно только чавканье и хруст хлеба. Креветки получились сочными, острыми и нежными. Чеснок и розмарин дополняли вкус морепродуктов. Лейла макала кусок багета в томатный соус. Захар ел креветки горстями. Миша старался есть аккуратно, но перепачкался в соусе. Лица моих людей раскраснелись от усталости и еды, но они выглядели счастливыми.

Когда тарелка опустела, я налил себе воды в стакан и поднялся со своего места. Разговоры стихли. Десятки глаз смотрели на меня с ожиданием.

— Завтра будет тяжёлый день, — начал я, обводя взглядом команду. — Завтра мы должны накормить полный зал гостей. Плюс мы проводим телемост с Зареченском. Камеры будут снимать каждый наш шаг. Это ответственность. Но главное заключается в другом. Завтра меня здесь не будет.

По кухне прокатился гул удивления.

— Я иду прямо в логово графа Ярового, — твёрдо сказал я. — На его бал. Я должен показать «Альянсу», что мы их не боимся. Но кафе не должно останавливать работу ни на минуту. Завтра корабль поведёте вы.

Я посмотрел на су-шефов.

— Тамара, Захар. Завтра вы два капитана на кухне. Ваше слово, это закон для всех. Лейла, ты штурман. Ты держишь зал. Никто не смеет спорить с твоими решениями. Вы должны работать слаженно.

Повисла тишина. Никто не улыбался. Все понимали ставки этой игры.

Тамара поднялась со стула. Её взгляд был серьёзным и холодным.

— Иди, шеф, — её голос звучал твёрдо. — Делай то, что должен. Мы удержим периметр. Я гарантирую, что ни одна мышь не проскочит на кухню.

Она усмехнулась.

— Ну, кроме «неприметных» шпионов. Мы им особо не мешаем.

Ребята засмеялись, напряжение спало. Захар кивнул головой. Миша смотрел на меня с обожанием. Лейла прокручивала в уме планы обороны. Моя команда была готова к бою.

Наступило тридцать первое декабря. Город готовился к празднику. Персонал кафе работал с самого утра, не покладая рук.

Зал был вновь забит до отвала. Праздник набирал обороты. Знатные гости в шикарных вечерних нарядах, дорогие платья, сверкающие драгоценности, всё это слилось в одну пёструю и шумную толпу. Официанты ловко лавировали между плотно стоящими столиками, разнося тяжёлые подносы с нашими лучшими блюдами. В воздухе витал невероятный густой аромат запечённого мяса, пикантных соусов, свежих пряных трав и очень дорогих терпких духов.

Но самое главное чудо этой ночи происходило не на столах, а прямо на стенах. Огромные плазменные панели, установленные по всему периметру зала, ярко светились. Наш совершенно безумный телемост с далёким провинциальным Зареченском работал безупречно. Техника, настроенная Сашей Додой, стойко выдерживала мощный магический фон, глушащий сигналы в этом районе. Мы полностью стёрли границы между городами. Я с гордостью смотрел на экраны и видел свой родной «Очаг». Там тоже кипела бурная жизнь, ничуть не уступая столичной суете. Люди за столиками в губернской столице и провинции радостно поднимали бокалы, громко смеялись и чокались друг с другом прямо через стеклянные мониторы. Это было невероятное зрелище, разрушающее все привычные законы этого закостенелого мира.

Я медленно подошёл ближе к одному из центральных экранов. Настя стояла возле горячей раздачи и счастливо махала мне рукой. Её глаза блестели от неподдельной радости. Рядом с ней прыгала неугомонная Даша. Она крепко держала в руке тяжёлый поварской нож и показывала большой палец вверх.

— С наступающим праздником, столица! — звонко крикнула Даша прямо в объектив камеры, легко перекрывая общий гул заведения. — Мы тут тоже не пальцем деланные!

Они справлялись просто отлично. Моя команда работала как единый организм, даже находясь за сотни километров от своего шефа. Я удовлетворённо кивнул им в ответ и повернулся обратно к залу.

Мой цепкий взгляд невольно зацепился за резервный столик в дальнем углу. Там сидел барон фон Адлер. Напротив него сидела симпатичная девушка в скромном, но очень элегантном тёмном платье. Они неловко, но удивительно тепло держались за руки поверх белой скатерти. Перед ними стояли почти пустые тарелки от моего фирменного Оливье.

Долгие годы глупой семейной ссоры растворялись прямо сейчас, за тарелкой вкусной и честной еды. Барон случайно заметил мой взгляд. Он медленно поднял бокал с вином и одними губами: «Спасибо». Я ответил ему коротким кивком. Ради таких моментов и стоило терпеть все эти перегрузки, недосыпы и бороться с надменной аристократией. Правильная еда объединяет людей лучше любой магии.

Моё кафе находился в надёжных руках. Тамара и Захар уверенно командовали на кухне. Они не подпустят к своим раскалённым плитам ни одного врага или продажного инспектора. Я мог со спокойной душой оставить свою крепость.

Я прошёл через зал, стараясь не привлекать лишнего внимания, и скрылся в своём кабинете. Внутри было привычно тихо и прохладно. Я подошёл к вешалке в углу и аккуратно расстегнул молнию на защитном чехле. Мой парадный мундир покорно ждал своего звёздного часа.

Быстро стянул с себя рабочую куртку. Затем бережно надел белоснежный китель, в очередной раз отметив, что Соломон всё-таки гений в своём деле. Плотная ткань легла на мои плечи просто идеально. Я застегнул блестящие пуговицы, заметив про себя, что каждая из них словно добавляла мне реального веса в обществе. Повернулся к большому зеркалу на стене. Оттуда на меня смотрел не молодой и дерзкий повар из далёкой провинции. Это был уверенный в себе главнокомандующий, полностью готовый к решающему бою. У меня не было никакого страха, остался только холодный и трезвый расчёт. Я стал настоящей силой, с которой им придётся считаться.

Дверь кабинета открылась без единого стука. На пороге одновременно появились Света и Лейла. Они обе выглядели напряжёнными, отлично понимая всю тяжесть моего визита на бал.

Света сделала пару быстрых шагов и подошла ко мне вплотную. Она внимательно осмотрела мой наряд и привычным женским жестом поправила жёсткий воротник, хотя он и так стоял идеально ровно. В её глазах горел боевой азарт профессионального продюсера.

— Выглядишь просто потрясающе, Игорь, — твёрдо сказала она, похлопав меня по плечу. — Порви их там всех. Покажи им, что такое настоящая империя вкуса. Пусть они подавятся своими химическими порошками и дешёвыми ресторанными иллюзиями.

Лейла осталась стоять у двери. Её лицо оставалось непроницаемой маской, но тёмные глаза выдавали беспокойство. Она знала гнилые нравы аристократов гораздо лучше, чем кто-либо другой из нашей команды.

— Будь предельно осторожен, Белославов, — тихо произнесла бывшая шпионка, скрестив руки на груди. — Не ешь то, что они тебе предложат и назовут красивой иллюзией. Эта грязная магия может легко сломать твой разум и подчинить волю Яровому. Верь только самому себе, своей крепкой интуиции и своим собственным чувствам.

— Я всё прекрасно понял, Лейла, —спокойно ответил я. — Ни один маг в этой империи не сможет обмануть мои опытные рецепторы.

Подошёл к небольшому личному холодильнику, что стоял в углу кабинета. Там лежал подарок для графа. Почему-то мне показалось, что-то, что я приготовил, обязательно сегодня понадобится. Как потом оказалось, я был прав.

— Держите круговую оборону, девочки, — ободряюще улыбнулся им я, достав небольшую пластиковую пирамидку. — Я постараюсь скоро вернуться. Нам нужно успеть отметить этот Новый год всем вместе, одной большой и дружной семьёй.

Я вышел из тихого кабинета и направился к главному выходу. Медленно шёл через зал, и гости постепенно замолкали, провожая меня уважительными, а иногда и откровенно удивлёнными взглядами. Мой строгий мундир сильно выделялся среди тёмных костюмов. Я чувствовал на своих плечах огромный вес своей репутации.

На улицу уже обрушилась жестокая зимняя буря. Злая холодная метель громко выла в пустых переулках, бросая колючий снег прямо мне в лицо. Ледяной ветер мгновенно пробрался под плотную ткань кителя, и даже плотное пальто не спасало. Город словно пытался заморозить меня, остановить, грубо предупредить о надвигающейся опасности. Но я уже принял решение.

Прямо возле ступенек, освещённый огнями нашего крыльца, стоял чёрный автомобиль. На его блестящей дверце поблёскивал золотой герб Ярового.

Я остановился на заснеженных ступеньках. Обернулся и бросил взгляд на залитые тёплым светом окна своего кафе. Там бурлила настоящая жизнь. Люди смеялись, вкусно ели, радовались наступающему празднику. Там было уютно, тепло и безопасно. Это был мой личный маленький мир, который я создал своими руками практически из ничего.

Глубоко вдохнул морозный воздух, развернулся и уверенно подошёл к ожидающему автомобилю. Сел на пассажирское сиденье и посмотрел на водителя.

— Трогай, — по-дружески произнёс я. — Ваш граф уже заждался главного десерта.