Инженер. Система против монстров – 8

Глава 18 Личные данные

Гулко хлопнула тяжёлая дверь, отсекая все звуки внешнего мира. Я спустился по ступеням в подвал и рухнул в рабочее кресло. Закрыл глаза, провёл ладонями по лицу, а затем с силой взъерошил волосы, пытаясь вернуть рабочий настрой. Но первым делом безопасность.

Запущен интерфейс «Техно-Око».

Передо мной развернулась тактическая карта нашего отеля. Десятки иконок: датчики движения, камеры, турели. Всё, что успели установить рабочие по моей просьбе и всё, что осталось здесь от Гладиаторов, пополнив мою техноармию. Я выбрал «ID: Т-05», ту самую установку с КПВТ на угловой башне, которая сбила мутировавшего голубя.

— Открыть журнал событий. Показать параметры протокола «Периметр» за последние пятнадцать минут.

Перед глазами побежали строки кода.

17:32:15 — Обнаружена воздушная цель. Скорость: 45 км/ч. Высота: 21 м.

17:32:16 — Анализ сигнатуры… Биологический объект, масса 200 кг. Классификация: мутант.

17:32:17 — Запрос к базе данных IFF … совпадений не найдено.

17:32:17 — Перекрёстный анализ с оптическими датчиками. Обнаружен захват гражданского лица ( ID : Никита, Статус: союзник, ребёнок).

17:32:18 — Цель классифицирована как «Угроза красного уровня». Активирован протокол «Периметр».

17:32:19 — Расчёт баллистического решения. Приоритет: центр массы.

17:32:20 — Огонь.

Всё верно. Система сработала безупречно в рамках заложенного алгоритма. Она спасла мальчика от хищника. Проблема в самом алгоритме. Он слишком прямолинеен, как молоток. Ему не хватает хирургической точности, но при нынешнем вооружении с этим ничего поделать нельзя.

Я свернул «Техно-Око» и открыл интерфейс фракции «Ратоборцы». У меня уже есть базовый административный доступ, но этого мало. Система, созданная не мной, по умолчанию защищает личные данные участников. Я могу видеть их имена, классы, уровни и некоторые дополнительные параметры, но не детальные характеристики и, что самое главное, не список навыков. Это мера приватности, заложенная в саму структуру интерфейса. И сейчас эта мера работала против меня.

Мне нужен полный доступ. Мне нужно видеть всё. Особенно сейчас, когда внутри наших стен сидит человек, который не вызывает ничего, кроме подозрений.

Мысленный приказ, и воздух передо мной исказился, уплотнился. Из небытия шагнула двух с половиной метровая фигура. Боевой андроид «Страж». Моё творение. Он замер, словно титаническая статуя. Его броня казалась несокрушимой, а в оптических сенсорах отражался тусклый свет «Фонарщика».

— Приветствую, Создатель, — раздался его спокойный, синтезированный голос. ИИ «Прометей» вышел из спящего режима.

— И тебе не хворать, Прометей, — кивнул я. — Как состояние?

— Все системы функционируют в номинальном режиме. Энергетический блок «Триада» заряжен на 96%. Запросов к вычислительному ядру не поступало. Состояние: ожидание.

— Состояние «ожидание» отменяется, — сказал я. — Сегодня мы будем заниматься взломом.

— Готов ассистировать в любых ваших задачах, Создатель.

Активирован навык: «Базовое программирование».

Я погрузился в ядро фракционного интерфейса и велел Прометею подключиться следом. Это походило на взлом невидимого сейфа. У меня был ключ от входной двери — мой админский доступ, но главная сокровищница оставалась заперта изнутри. Я начал сканировать структуру. Вот модуль управления ресурсами, вот чат, вот система распределения задач… а вот неприметный, защищённый несколькими слоями виртуальной брони, модуль «Управление правами доступа и приватностью».

Попытка войти в него в лоб вызвала бы тревогу и, возможно, блокировку. Нужно действовать тоньше. Я нашёл лазейку, которую оставил себе в прошлый раз, когда применил «Протокол взлома» на эту игрушку. Через неё Прометей начал вводить в систему крошечные пакеты данных, создавая виртуальную личность. Не администратора, нет. Простого системного аудитора с максимально расширенными правами на чтение данных, но без права на их изменение. Это был «троянский конь». Система видела его как служебный процесс проверки целостности данных и пропускала всё глубже.

ВНИМАНИЕ! Обнаружена нетипичная активность в ядре управления фракцией. Запускается протокол верификации…

А вот и охранник. Но это ожидаемо. Наш «аудитор» тут же отправил ответный пакет, эксплуатирующий уязвимость в протоколе верификации. Для системы он выглядел как пакет с валидным ключом безопасности. Проверка пройдена. Система успокоилась.

Теперь я проник внутрь. Передо мной развернулась вся иерархия прав. Древовидная структура, где на вершине был «Лидер фракции» — то есть я, а ниже рядовые член общины. У каждого был свой набор разрешений. Я нашёл глобальную настройку: «Соблюдение приватности данных участников». Переключатель стоял в положении «ВКЛ».

Я не стал его трогать. Это было бы слишком грубо и заметно. Вместо этого создал новое правило, исключение из общего. «Для пользователя с ID: Алексей Иванов (Лидер) уровень доступа к данным всех участников фракции устанавливается на „Максимальный“. Приоритет правила: наивысший».

Изменение принято. Теперь для всех остальных ничего не изменилось. Они по-прежнему видели друг о друге лишь обрывочную информацию. Но для меня… для меня теперь не было секретов.

Я откинулся на спинку кресла. Дело сделано. Пора дёргать за ниточки.

— Молодец, Прометей, — кивнул я. — Ты сделал задачу существенно проще.

— Всегда к вашим услугам, Создатель.

Кому: Варягин.

Текст: «Сергей Иванович, нужно официально принять Игната во фракцию. Предложите ему. Мне нужно, чтобы он появился в наших списках. Действуйте».

Отправив сообщение, я остался сидеть в тишине, глядя на мерцающий интерфейс, а сквозь него на робота. Теперь оставалось только ждать, когда мышь сама залезет в мышеловку.

В медблоке было тихо. Никита и его сестра уже ушли. Олег Петрович сидел за столом, заваленным бумагами и склянками, и с интересом смотрел на кусок жилистого мяса, который лежал на металлическом подносе. От него исходил слабый, но отчётливый запах чего-то мерзкого.

— Ещё один деликатес от нашего шеф-повара? — спросил военврач у Варягина.

— Просто голубь-переросток, — ответил паладин и открыл сообщение от Алексея. Его брови сразу же съехались к переносице.

— Голубь-переросток, значит, — хмыкнул медик. — Чудесно. Скоро в нашем меню появятся жареные черви, длиной пять метров, и котлеты из мутировавших тараканов.

— Алексей решил пожертвовать эту птичку монстрам, — сухо ответил Варягин. — А ещё он опять что-то затевает. Вот, велел принять этого… Игната… во фракцию.

Олег Петрович, уже собиравшийся применить навыки анализа к мясу, замер. Поднял голову и поправил очки, хотя они сидели идеально. В его глазах Варягин увидел неподдельную тревогу.

— Принять? Во фракцию? Сергей, ты серьёзно?

— Я всегда серьёзен, когда передаю приказы начальства, — буркнул паладин. — Мне это тоже не нравится. Тип скользкий. Но приказ есть приказ.

— Да не в «скользком» дело! — врач повысил голос и стукнул ладонью по столу. — Этот человек — биологический нонсенс! Я провёл полный анализ его крови. У него идеальные показатели. Идеальные! Как у лабораторного образца, а не у человека, который несколько недель выживал в аду. Но самое страшное не это. У него в крови полностью отсутствуют кортизол и адреналин! Понимаешь, что это значит?

Варягин нахмурился. Он был солдатом, а не врачом.

— Это значит, что он не испытывает стресса? — предположил он.

— Это значит, что он аномалия! — отрезал Олег Петрович. — Стресс — это фундаментальная реакция живого организма. Даже амёба реагирует на раздражители! А этот… Игнат… он спокоен. Абсолютно. Это не выдержка, не тренировка. Это… отсутствие самой функции. Я доложил об этом Алексею. Он ответил, что это может быть следствием работы какого-то навыка. Может и так, но принимать его в наши ряды… это уже перебор!

Варягин помрачнел. Слова врача ложились на его собственные подозрения тяжёлым грузом.

— Алексей знает, что делает, — сказал он, скорее убеждая самого себя. — У него всегда есть план. Видимо, это часть какого-то плана.

Олег Петрович покачал головой, но вернулся к образцу мяса, и буркнул:

— Ладно. Иди, исполняй. Но мой тебе совет, Сергей, глаз с этого Игната не спускай. Ни на секунду.

Паладин молча кивнул и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Коридоры отеля уже опустели. Он дошёл до нужного номера в жилом крыле. У двери, прислонившись к стене, стоял молодой мужчина из рабочих, «Игорь Смирнов — Уровень 2». Он сжимал в руках АКС-74У. Охранник.

— Как он там? — тихо спросил Варягин.

— Сидит, — так же тихо ответил мужчина. — Не шевелится. Я заглядывал пару раз, сидит на кровати в одной позе уже час. Жутко, если честно.

Варягин кивнул, попросил отпереть, постучал в дверь и вошёл.

Комната была небольшой. Окно наглухо закрыто бронированными ставнями, горела одна тусклая лампочка. Игнат сидел на краю кровати точь-в-точь как описал охранник. Идеально прямая спина, руки сложены на коленях, взгляд устремлён в стену. Он даже не моргнул, когда Варягин вошёл. Словно манекен в витрине магазина.

Паладину стало неуютно. Он привык к врагам, которые кричат, сражаются, ненавидят. Эта безмолвная, безэмоциональная пустота пугала куда больше.

— Игнат, — начал Варягин, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. — Наш лидер, Алексей, предлагает тебе вступить во фракцию «Ратоборцы». Это даст тебе защиту, еду, кров и обязанности. Ты согласен?

Он активировал свой интерфейс, готовый отправить приглашение.

Игнат медленно, с какой-то механической плавностью, повернул голову. Его глаза были пустыми, как два осколка серого стекла. Он посмотрел на Варягина, затем на всплывшее перед паладином окно интерфейса.

— Согласен, — произнёс он ровным, лишённым всяких интонаций голосом.

Варягин отправил приглашение.

Игнат принял приглашение вступить во фракцию «Ратоборцы».

Паладин смотрел на нового члена их общины и чувствовал, как по спине пробегает холодок. Единственная мысль в голове орала, что он только что, своими руками, впустил волка в овчарню.

Кандидат «Игнат» согласился вступить во фракцию «Ратоборцы».

Подтвердить?

Да/Нет

Я нажал «Да».

В ту же секунду в общем списке участников фракции появилась новая строка. Я кликнул по ней. Благодаря моим манипуляциям с ядром, передо мной открылась полная, не скрытая никакими настройками приватности, карточка выживальщика.

СТАТУС:

Имя: Игнат

Уровень: 5 (Опыт: 50/500)

Класс: Мнемоник

Энергия: 78/78

Мана: 185/185

Характеристики:

Сила: 12

Ловкость: 14

Выносливость: 14

Интеллект: 31

Свободные очки: 0

Подарки: 0

Всё выглядело до зевоты нормально. Средние физические статы, высокий интеллект — почти что типичный «книжный червь». Ничего, что могло бы вызвать подозрения. Я прокрутил ниже, к самому интересному. К навыкам.

Навык: «Фотографическая память (пассив.)»

Описание: Позволяет запоминать и воспроизводить любые объёмы визуальной и аудиальной информации с абсолютной точностью.

…

Навык: «Обострённое внимание (пассив.)»

Описание: Ваша память постоянно сканирует происходящее в поисках знакомых паттернов. Ваш мозг мгновенно сопоставляет увиденное с огромной базой знаний.

…

Навык: «Риторический довод»

Описание: Вспомнив подходящий исторический пример, логическую ошибку соперника или цитату из трактата, вы можете запутать собеседника. В разговоре вы можете заставить одного человека пересмотреть своё отношение к обсуждаемому вопросу или дать союзнику преимущество в следующем социальном взаимодействии.

Стоимость: 10 маны

…

Навык: «Структурирование данных (пассив.)»

Описание: Позволяет мгновенно организовывать и каталогизировать полученную информацию, выстраивая логические связи.

…

Навык: «Ментальная Крепость (пассив.)»

Описание: Создаёт пассивный ментальный щит, защищающий от внешних воздействий, попыток чтения мыслей, внушения и контроля. Значительно снижает эффективность навыков, направленных на определение лжи.

…

Навык: «Подавление Эмоций»

Описание: Позволяет полностью или частично блокировать собственные эмоциональные реакции, достигая состояния абсолютного спокойствия.

Стоимость: 1 маны в минуту.

Примечание: Навык может быть переведён в пассивный режим для постоянного действия, что снижает затраты маны на 50%.

Текущий статус: Пассивный режим.

Я замер, перечитывая описания последних навыков. Вот оно. Вот логичное, системное, безупречное объяснение всему.

Ершов не смог прочитать его, потому что его разум защищён «Ментальной Крепостью».

Он не чувствует стресса, потому что у него активен навык «Подавление Эмоций». Его идеальные медицинские показатели — следствие отсутствия гормонов стресса, вызванного всё тем же навыком.

Всё сходится. Каждая странность, каждая аномалия, на которую указали Олег Петрович и Ершов, нашла своё объяснение в его списке способностей. Система говорила мне: «Расслабься, парень. Это просто человек с очень специфическим набором умений. Редкий, но не уникальный».

И логичная часть моего мозга с этим соглашалась. Данные были передо мной. Чёрным по белому. Факты. Но где-то глубоко внутри, на уровне инстинктов, что-то кричало. Кричало, что это слишком идеально. Слишком гладко. Слишком правильно. Словно кто-то специально создал человека, чьи способности идеально маскируют его истинную сущность.

Я побарабанил пальцами по столешнице, вглядываясь в интерфейс. Голова гудела. Я всегда верил в данные. Мой инженерный разум построен на фактах и цифрах. Но моё чутьё, которое не раз спасало мне жизнь, било в набат. Игнорировать это глупо.

Кому: Варягин.

Текст: «Спасибо. Задание выполнено. Но из комнаты его не выпускать. Удвойте охрану. Никаких лишних контактов. Скоро устроим ему проверку».

Пусть сидит. Пусть будет во фракции, а я буду наблюдать. И искать ошибку. Потому что ошибки есть всегда. Нужно только знать, где копать. И теперь, когда он часть моей общины, у меня на руках есть самая лучшая в мире лопата.

Я посмотрел на часы. Уже почти пора ужинать. Хорошо, главную часть работы оставим на вечер. Сейчас пришло время перекусить и разобраться с ещё одной проблемой.

Комната была маленькой, душной и пахла пылью, хлоркой, а от ржавого ведра в углу несло мочой. Бывшая кладовая для гостиничного белья, переоборудованная в карцер. Голые стены, тусклая лампочка под потолком, забранная в металлическую сетку. Никаких окон. Никакой постели. Единственным связующим звеном с внешним миром была тяжёлая стальная дверь.

Марина сидела на полу, обхватив колени руками. Она не плакала. Слёзы высохли ещё там, на заднем дворе, оставив после себя лишь жгучее чувство унижения и бессильной ярости. Её тело ломило от последствий «Инъекции Адреналина». Мышцы, разогнанные до предела, теперь сводило судорогами, суставы ныли, а в голове стоял гул, как после контузии. Адреналиновый откат был жестокой платой за несколько минут сверхчеловеческой силы.

Но физическая боль была ничем по сравнению с тем, что творилось в душе. Марина снова и снова прокручивала в голове признание брата. Тихий, сломленный голос, пустые глаза… «Это правда, Марин». Эта фраза расколола её мир на до и после. Тот Дима, которого она знала, умер. На его месте осталась оболочка, заполненная грязью. И эта оболочка носила ошейник раба. Раба этого… инженера. Алексея.

Марина стиснула зубы так, что заскрипела эмаль.

Она чувствовала, как мана возвращается в тело. После полного истощения она восстанавливалась медленно, как вода, просачивающаяся сквозь сухую землю. Сейчас её резерв был полон едва ли на треть. Этого хватило бы, чтобы превратить в кровавое решето незащищённого человека. Но стальная дверь, толщиной в палец, с мощными ригелями, лишь посмеялась бы над её атакой. Кровавые кинжалы просто разлетелись бы брызгами о металл. Чтобы вырвать её из проёма, нужна мощь «Кровавого Копья», а на это маны не хватит. Да и места для броска нет.

Она была в ловушке. Пленница.

Взгляд упёрся в серую стену. От запаха дезинфектора запершило в горле, и память, услужливая и жестокая, подкинула картинку.

День, когда мир закончился, тоже пах хлоркой. И ещё лекарствами, больничной едой и застарелым человеческим отчаянием. Психиатрическая больница. Все услышали писк. Он длился не больше секунды, но этого хватило. Потом появилось окно и выбор.

Первым среагировал Павлуша из седьмой палаты. Тихий шизофреник с кататоническими ступорами, который неделями мог смотреть в одну точку. После вспышки он вдруг вскочил с кровати и начал метаться по палате, колотя кулаками в обитую дерматином дверь.

— Они пришли! — орал он, захлёбываясь слюной. — Голоса! Они теперь снаружи! Теперь это как в игре!!!

Марина с ужасом поняла, что тоже видит голубоватое окно перед собой. Она сделала выбор, не зная, правильный он или нет.

А потом начался настоящий ад. Пациенты, до этого вяло слонявшиеся или сидевшие у телевизора, начали меняться. Конечности вытягивались, черепа тоже тянулись вперёд, появлялась клыки. Но самое страшное происходило в седьмой палате.

Павлуша вдруг повалился на постель и забился в таких конвульсиях, что металлическая рама заходила ходуном. Его крик перешёл в нечеловеческий вой.

— Оно лезет! ИЗНУТРИ!

Марина застыла в дверях, не в силах отвести взгляд. Она видела, как под кожей пациента что-то двигалось. Бугры мышц ходили волнами, кости ломались с отвратительным хрустом и тут же срастались, принимая новую, чудовищную форму.

Психоморф — Уровень 1

Системное сообщение, вспыхнувшее над его головой, она тогда не поняла. Просто смотрела, как его челюсть отвисает, растягиваясь, как пасть змеи. Как пальцы удлиняются, превращаясь в костяные иглы. Витя, старший санитар, мужик, прошедший Чечню, шагнул вперёд с тяжёлой связкой ключей в руке.

Мутант, уже мало похожий на человека, повернул к нему голову. Его глаза превратились в два пульсирующих фиолетовых шара. Он издал звук, похожий на скрежет металла по стеклу, и одна из его рук пронзила грудь санитара насквозь.

Марина закричала. Коля, другой санитар, схватил её за руку и потащил прочь из палаты, захлопнув тяжёлую дверь. Они слышали, как изнутри доносятся чавкающие звуки.

Весь корпус превратился в бойню. Медсёстры, врачи, пациенты — все стали либо жертвами, либо монстрами. Марина выжила чудом.

В тот день она не получила от Системы ни одного активного навыка. Только «Анализ Крови», «Пульс Жизни» и «Сворачиваемость». От первого пользы было ноль, второй помог ощущать живых существ и избегать мутантов, третий дал небольшую регенерацию. Девушке повезло, она прибилась к группе и даже получила пистолет. Подняла уровень до второго. Вот тогда у неё появился первый боевой навык. «Кровавая Стрела».

Чтобы применить его, Марине пришлось порезать ладонь о разбитое стекло. Капля крови, упавшая на асфальт, вдруг ожила. Превратилась в крохотную, но острую иглу и выстрелила прямо в глаз мутанту, который собирался впиться ей в глотку. Раздался визг, тварь рухнула замертво, подарив ей десятку опыта.

Она стала Магом Крови.

Но тогда, грязная, голодная и напуганная Марина думала только об одном. Дима. Её младший брат. Она знала, где находится база ЧВК «Ратоборец». Девушка с несколькими выжившими добиралась туда двое суток. Она видела горящую Москву, видела чудовищ, пирующих на улицах, видела людей, которые были страшнее любых монстров.

Но она шла. Надежда, что Дима жив, что его подразделение выстояло, была единственным, что заставляло её двигаться. Она добралась. И увидела руины.

Ворота базы были сорваны с петель. Бетонный забор во многих местах проломлен, словно по нему били тараном. На плацу застыла картина апокалиптической бойни. Воздух был тяжёлым от запаха пороха, крови и гниения.

Марина бродила по этому кладбищу, как призрак. Она переворачивала тела, всматриваясь в застывшие, искажённые ужасом лица, и с каждым новым трупом её сердце сжималось всё сильнее. Она искала его. Она звала его.

— Дима! Димка!

Но в ответ была только тишина.

Марина нашла сгоревший БТР-82А. В нём лежали останки экипажа. Командир, водитель, наводчик… Она заставила себя посмотреть. Не он. Девушка обыскала казармы, штаб, столовую. Везде были следы отчаянного, последнего боя. Под ногами хрустело стекло, валялись россыпи гильз 5,45, рваные пулемётные ленты и тускло блестели крупные, с ладонь размером, гильзы от тридцатимиллиметровой пушки БТРа.

«Ратоборцы» дрались до конца. И проиграли.

В тот день она потеряла последнюю надежду. Её брат погиб вместе со своим отрядом, она в этом почти не сомневалась. Большая, сильная, организованная группа не смогла выжить. Колхоз. Колхозы обречены. Выжить можно только в маленькой, мобильной стае, где каждый доверяет друг другу как самому себе.

Именно тогда родилась Рейн. Циничная, жёсткая, не верящая никому, кроме Сильвера и Полкана, с которыми встретилась в первый же день. А теперь, спустя недели, она нашла брата. Живого. И лучше бы не находила.

Лязг. Громкий, металлический, режущий слух.

Марина вздрогнула и подняла голову. Воспоминания схлынули, оставив после себя горький привкус пепла. Тяжёлый засов сдвинулся с места с протяжным стоном. Дверь медленно, со скрипом, отворилась.

В проёме появился Варягин. Бывший командир её брата. Мужчина лет пятидесяти, с суровым, обветренным лицом и сединой на висках. Он не смотрел на неё свысока или с презрением. Его взгляд был тяжёлым, усталым, но прямым. Взгляд человека, который видел слишком много смертей и не собирался терпеть глупости.

Марина напряглась, готовая вскочить, защищаться, драться до последнего.

Но Варягин не стал заходить внутрь, он просто стоял в дверях.

— Поднимайся, — велел он командным тоном.

— Зачем? — вызывающе бросила она.

— Пойдёшь на ковёр, — коротко и ёмко ответил он. — К командиру фракции. Алексей ждёт.