Ирри

Глава 27

Воскресенье прошло приятно и полезно. Арон помогал с документами и данными. Эзра проверил ее расчеты и, как всегда, нашел ошибки, потом занялся своими исследованиями, от чего Страж то проявлялся, то пропадал. К вечеру Ирри смогла с чужой помощью получить два десятка Вестников, прочесть и написать столько же ответов. А потом дошло до обычных писем и посланий, Арон пообещал все передать и принести или переслать ответы. Очередной день в кровати не порадовал реальным движением, но создал ощущение активности и деятельности, а это, как оказалось, очень много значит.

В понедельник Арон ушел в Университет, Эзра отправился на обследование и выписку. Благодаря Ирри он почти восстановился и пребывал в состоянии даже лучшем, чем по возвращению с Севера. С одной стороны, эта новость заставила порадоваться за него, а с другой чуть опечалила. Со вторника он должен был вернуться в Университет на последние учебные занятия и к начавшейся сессии, но пообещал возвращаться по вечерам и организовать взаимодействие со всеми заинтересованными сторонами.

Через пару дней Ирри заскучала, расчеты — это отлично, но в одиночестве немного не то. А роман попросить принести по-прежнему стыдно, а сами хозяева не догадались. Но неожиданно леди Альма преподнесла сюрприз, попросив за завтраком посмотреть одну алхимическую работу, дескать, алхимии она там вообще почти не нашла, а что-то в рецензии написать надо. Ирри с удовольствием согласилась и всего за пару часов, осилив работу, честно написала свое мнение. Так уж вышло, что мнение заняло несколько страниц и леди Альма, прочитав и добавив свои пол-листочка, так и отправила.

Уже к вечеру в гости пришла мастер Дилия. Ирри сидела с бумагами на улице и дышала свежим влажным воздухом, отогреваясь на приятном зимнем солнышке.

— Мастер Дилия, как я рада вас видеть!

— Добрый день, Ирриана, я в гости к Альме и вам. Ваша совместная рецензия произвела фурор, Императрица передавала наилучшие пожелания.

Леди Альма организовала свой изумительный чай и тоже приготовилась слушать рассказ. Мастер Дилия, задав обязательные вопросы о самочувствии и восхитившись местными красотами, перешла к рассказу. На соискание мастера Алхимии поступило аж десяток заявок от не темных магов. Причем как-то так вышло, что учеников алхимиков не оказалось ни одного. Обычно приходящие в эту науку зельевары все равно с кем-то контактируют, учатся, консультируются, общаются и так или иначе кому-то знакомы. Мир алхимиков шире мира мастеров бестелесного, но все равно ограничен. А тут сразу десяток кандидатов, причем только о двух знали, как зельеварах, остальные никому не известные таланты. По правилам описательная часть работ должна быть разослана двум мастерам, причем один из них обязательно архимаг. По поводу одного из зельваров отзывы были осторожные, дескать, надо смотреть на практику, у остальных раскритиковали теорию в пух и прах. Под завершение оставили милое послание Иррианы.

Пришлось защищаться и доказывать правомерность своей точки зрения. Да, работа была интересной, простой и понятной даже для нее, не алхимика. Оформление вызвало восторг: крупные буковки, большие интервалы, рисунки и завитушки для красоты. И главное, всего одна умная мысль на страницу, легко читается и усваивается. С учетом того, что большая часть работ по алхимии вообще поддается с трудом даже уровне слов, эта приятно отличалась. В целом, единственное, чего Ирри не хватило, — коротенького анекдота в тему на каждой страничке, место там было, а подобрать что-то созвучное несложно. Поэтому вывод был простой — насколько данная работа соответствует уровню мастера алхимику, судить она не могла, но публицистикой заняться рекомендовала.

— Ваша характеристика подошла абсолютно под все работы. Ее темнейшество заверила, что работы с анекдотами она возьмётся изучить лично. Алхимическое сообщество было приятно поражено чужими талантами, но для звания мастера алхимика сочло их недостаточными.

— И во всем обвинили Ирриану, верно? — вдруг спросила леди Альма.

— Ее всегда во всем обвиняют, — улыбнулась мастер Дилия. — Единственное, возник вопрос по этике. Передачу чужой работы постороннему человеку, причем не алхимику, можно оспорить, но Эйтро заверил, что данный момент был согласован с ним. Ибо ему захотелось применить неординарный подход Иррианы к нашей специальности.

— Неожиданно, — задумчиво сказала леди Альма.

— Никто никогда не считал его глупым или не предусмотрительным.

— Да, запасливость Хомяка вошла в легенды.

Дальше дамы вспомнили об Ирри и кратенько рассказали о ярких и неординарных алхимиках настоящего, с которыми они так или иначе пересекались. И сколько всяких занятных случаев за это время произошло. Уходила мастер Дилия уже вечером, пока родные не потеряли, пообещав заходить в гости. Леди Альма ушла заниматься делами, Ирри вернулась в комнату и после легкого желейного ужина легла спать. День неожиданно выдался эмоционально насыщенным и выматывающим.

Завтрак к компании Эзры — это замечательное начало дня.

— Как ты? — хором спросили оба после приветствия и так же синхронно рассмеялись.

Ирри рассказала о своем дне, Эзра пожаловался на своих — чужих адептов и принес пачку посланий, проверенных и перепроверенных на вредоносные воздействия. Вот как все серьезно! Несколько книг для новой работы, пара методичек по старой и чудесная новость — после Излома года начнется сборка опытного образца ее зомби. На этой радостной ноте он ушел, опаздывая на занятия, а счастливая Ирри и улыбалась, и капельку печалилась, не ожидала она подобного, причем так скоро.

После ухода Эзры появилась леди Альма и Герта, решившие, что Ирри пора начинать ходить. А в качестве первого шага выбрали вариант просто постоять на ногах. Полчаса мучений, трудностей и переживаний, когда даже вкусный чай не спасал ситуацию, и завершение активных упражнений. Очередной душ в компании Герты и, наконец, ее любимые бумажки. Как же она по ним соскучилась и как на самом деле мало ей нужно для счастья!

Ирри написали все или почти все. Кое-кто был краток, как мастер Каваш, интересуясь ее здоровьем и желая скорейшего восстановления, кое-кто выдал пятистраничное послание, как Реджина, но большая часть ограничилась чем-то средним. Причем ее группа приятно поразила, уточняя, как она отнесется к их визиту, дескать, с Эзрой согласовали, Альма не возражает, мы вечером заглянем на пару часиков проведать и развлечь? Эта новость оказалась удивительно милой и трогательной.

Полдня Ирри писала ответы на послания, делая перерывы между расчетами и умными мыслями. Почти готовый третий блок при завершении и сведении итогов показал грубую ошибку, от чего она даже побила себя подушкой по голове, расчеты по четвертому застопорились из-за недостатка знаний, а без Эзры доступа к книгам не было. Герта не возражала принести, леди Альма была не против изучения, но никого из специалистов в замке не оказалось, поэтому никто не знал, что именно требуется выдать. Обобщающие учебники и пособия по некромантии относились к разряду псевдоразумных и для нее были смертельно опасны. Так что пришлось приниматься за мелиорацию пустыни и заодно отвечать на письма. Эта смена деятельности оказалась чрезвычайно продуктивной и занятной, не давая скучать и хандрить.

А вечером пришла-таки ее группа!

Настороженное молчание и странное смущение в первые десять минут, а потом два часа непрерывного разговора. Все делились впечатлениями, мыслями, эмоциями и переживаниями. Заодно Ирри принесли и оставили на изучение кучу бумаг, а то вдруг ей скучно. Парой специализированных учебников без проблем поделились старшекурсники. И все под непрекращающийся разговор. Ребята рассказывали, как проходит учеба, что осталось, что уже сделано. Какие планы на праздники и ожидания от них же. Как все скучают по Ирри и вполголоса ругают Реджину, оказывается, умеющую отлично проклинать в ответ, из-за чего уже случился небольшой скандал.

Новостей оказалась на два часа обсуждений. А потом Дирк вдруг сказал:

— Вы от нас устали, естественный защитный фон снижен.

— Ничего страшного, пол-литра целительного напитка и я в форме.

— Нет. Это глубинная усталость, сказывающаяся на ауре. Раньше у вас был высокий порог неприятия темного воздействия, сейчас он снижен до нельзя. И уходит в опасные величины. Нам пора.

— Я против, но тебе виднее. Пишите, на забывайте, начинайте скучать! — попросила Ирри интригующим шепотом.

Прощания, обещания и разговоры.

Визит леди Альмы, диагностика Ирри и вывод — переутомление, поэтому посещений в этом году больше не будет. Отвары перестали быть вкусными и снова вернулось неприятное ощущение бессилия, руки поднимались, пусть и с трудом.

Эзра помахал рукой от двери, пожелал тихого сна и пообещал принести все нужные книги. На этой радостной ноте Ирри и заснула.

А утро принесло дикую слабость и розовые пятна на ноге. Герта на ее вопрос промолчала, зато леди Альма, явившаяся через десять минут после ухода служанки, внимательно изучила розовые пятнышки и уточнила:

— Активная стадия Иринии Розовой?

— Да. Опять началось. Но хоть не обидно, дела сделала, завещание составила, с подругами письменно попрощаться успела, сегодня ребятам напишу, а дальше видно будет.

— Больше оптимизма, вера в исцеление — неотъемлемая часть процесса выздоровления, — строго сообщила она.

— Меня даже суперволшебный артефакт вылечить не мог, какая еще вера?

— В богов.

— Вера, чтобы выторговать исцеление, не работает, я изучила архивы по этому вопросу и подходила к своей богине.

— Да? А где это написано было?

— Я собирала из разных источников еще на позапрошлой работе.

— Ирриана, а почему вы не публикуете результаты своих исследований?

— Рассказала о зомби-блошках и где они теперь?

— В Последним вздохе, — отозвалась леди Альма и вдруг улыбнулась. — У них возникли какие-то сложности и сейчас решают вопрос, как привлечь вас консультантом к отнятой у вас же теме. Или стоит подождать десяток лет, пока ваши ученики не смогут продолжить работу. Второй вариант реальнее, но первый оптимистичнее, к тому же аристократия не может удержаться, чтобы не пройтись по болевой точке мастера Замира.

— И зачем они у меня ее отобрали? — возмутилась Ирри от всей души.

— Чтобы убедиться в своем неверном подходе. Вы иначе мыслите и с этим связаны ваша результативность, но при этом вас, вашу логику, ваше мышление не понимают.

— Причем тут мышление? Разные условия жизни, окружение, образование. Они могут вызвать диссонанс. А мышление — нет.

— Напишите об этом, чтобы не объяснять многократно. Многие алхимики, не любящие обучать, потому и писали подробные трактаты, чтобы выдать и сказать — а дальше сам пробуй и разбирайся. На мой взгляд, этот метод вам идеально подойдет.

— Спасибо на добром слове, я попробую. Можно интимный вопрос? А когда в моем меню появится листик салата? — скромно уточнила Ирри.

Леди Альма удержала лицо, но ощущение резко надвинувшегося грозового фронта мгновенно изменило атмосферу в помещении.

— Если бы не вчерашнее истощение, сегодня меню было бы расширено, но из-за текущего состояния все останется без изменений на ближайшие пару дней.

— Понятно. Спасибо за пояснение.

Леди Альма ушла, Ирри позавтракала и засела за бумаги, перемежая написание статьи, изучение учебника, конструирование блоков с оставленных адептами бумаг.

День прошел неплохо и относительно продуктивно, особенно с появлением Арона с посланиями от всех и активной помощью в работе над пустынной темой. Он, оказывается, успел получить несколько десятков книг соответствующей тематики в библиотеке, нашел контакты мастеров Тьмы по специализации землеведения и принес их Ирри. Еще он поговорил с мастерами теоретиками, пообещавшими помочь с новой работой. Обрадовал седьмой курс некромантов, у которых со следующего семестра начинается практическое зомбиконструирование…

С этого момента Ирри запросила детальных подробностей.

Логика адепта была проста и банальна. У семикурсников начинается подходящий по профилю предмет, три блока завершены, четвертый в работе, пятый будет создаваться в зависимости от поставленных задач, следовательно, потребуются рабочие образцы. Вместо создания по сотому разу ненужных никому боевых зомби, Ирриана, как профильный специалист может забрать практику у семикурсников и начать на ней создавать рабочие модели. Адепты будут заниматься осмысленной интересной деятельностью, Ирри сможет проконтролировать, улучшить и доработать, а заодно начитать часы преподавания. Декан некромантов очень сильно ругался и поклялся Ирри до практики на полигонах больше не допускать. Темный декан наоборот пообещал запустить ее на свои полигоны, чтобы его адепты не расслаблялись. В общем, Арон, увидев семикурсников и уточнив по поводу обучения, решил их заранее обрадовать. Они, кажется, обрадовались, мастер Тойд потом, выслушав, подтвердил разумность предположений и согласился с планом проведения практики. После чего семикурсники одумались и сходили к ректору насчёт предмета и зачета по нему, тот тоже порадовал, что зачет — это мелочи, тот, кого на занятии сожрет зомби, может ничего больше не сдавать, а остальные за четыре месяца с метрессой Иррианой чему-нибудь да научатся. Кстати, из-за занятости преподавателей жертвоприношения перенесли на следующий семестр. Тогда же их обещали добавить всем в учебную программу.

А еще Арон подумал насчет программы и попросил учесть при составлении расписания для первокурсников-некромантов….

На этом моменте их отвлекла Герта и Ирри получила возможность обдумать ответ. Милые адепты гениальны в своей простоте, расписание, переданное Ароном, было максимально удобно и приятно, а еще нелогично и противоречило требованиям преподавателей. О чем по возвращению адепта пришлось рассказать, тот малость расстроился, но согласился на минимальные перемены, с просьбой оставить как можно больше, дескать, почти неделю всем потоком расписание сочиняли.

Пара часов бумажной работы, куча посланий и ответов всем и по поводу всего. Завершенные части расчётов и обещанное представление своей темы. По совету леди Холес ОльтОрд Ирри внесла в список кураторов мастера Намиля, мастера Вив и Эзру, просто потому что…

Посиделки завершила леди Альма, отругав сына за назойливость, но Арон, уходя, успел успел подмигнуть и изобразить жестами что-то загадочное. Что бы это значило, она пробовала разобраться в течение следующих полутора часов во время ужина, водных процедур и изучения учебника перед сном. Негромкий стук и протискивание Арона через балкон. Ирри даже испугалась, как помогать, если он упадет, а она сама даже стоять на ногах не может!

— Я пришел.

— Хорошо, давай так не делать, я даже спасти бы тебя не успела!

— Вы испугались? — удивился он и сказал. — Я, даже упав, только ушибы получил, это родовой дом, тут нельзя случайно убиться.

— Всегда может быть роковое стечение обстоятельств!

— Да, да, я помню, про не встречающиеся в обычной жизни обстоятельства. Вы могли бы написать об этом статью. Я быстро, а то отец почувствует, где я. Вот, это вам. Доброй ночи.

И он, оставив несколько свертков, ушел так же через балкон. Забеспокоиться Ирри не успела, перед глазами вспыхнуло послание 'Я на земле. Все в порядке'

Быстро учится, хороший парень и мужем кому-то станет отличным — заботливым и внимательным, только капельку бестолковым. Свертки сжатого пространства — старый базовый набор рун артефакторики — раскрылись, явив массу всего: десяток любовных романов, кучу посланий на отдельных письмах, какую-то шкатулку, массу леденцов, немного фруктов и пяток подписанных бутылочек.

Все бы ничего, но гостинцы заняли половину гигантской кровати и даже убрать их Ирри сама не могла, в тумбочку поместится всего ничего, а до остальной мебели еще дойти нужно!

Вызов Эзры через Стража протекал муторно и долго. Веселье первых минут прошло и осталась тупая настойчивость… через бесконечное время она дала о себе знать. Явилась леди… мастер Сильма.

— Добрый вечер, Ирриана, Эзра занят, но очень настойчиво просил меня зайти к вам… что это?

— Тайная передача от своих, — пояснила Ирри устало и уточнила. — С мастером Эзрой все в порядке?

— Можно по имени, — легко отозвалась дама и усмехнулась. — С чувством уместного у Арона пока тяжело.

— Не поможете все это убрать? Мне пока тяжело даются такие действия.

Просить было унизительно, но и сбрасывать все на пол не хотелось. Дама тут же развела активную деятельность, комментируя свои слова:

— Конечно. Только вот фрукты точно нельзя, алхимию будет смотреть Альма, леденцы, думаю, можно убрать в столик…

Бумаги легли на стол, романы устроились рядом с кроватью, вместе с учебниками, шкатулку та взять не смогла, сработала защита. Зато Ирри легко переместила ее на столик.

— Вот и все! Почти как и было, — улыбнулась та спустя несколько минут.

Улыбка сделала ее моложе и добрее.

— Да, спасибо.

— Обращайтесь, — отмахнулась она весело, — давненько дома такой суеты из-за запрещенного не устраивала, приятное это ощущение, оказывается.

— Хорошо, если так, — улыбнулась Ирри через силу.

— Отдыхайте. Аура опять ослабляется. Знаете, я единственная в этом доме, кто не ругает ваш самоубийственный поступок, — вдруг от дверей сказала она. — В глубине души я его даже одобряю, вы спасли сына, для меня это важно. Но при этом вы нужны ему живой рядом, и, если для его счастья в будущем потребуется причинить боль сейчас, — так и поступлю.

Она ушла, фрукты пропали, свет погас, сменившись легким сумеречным сиянием от дальнего светильника. А Ирри в некоторой усталой растерянности вдруг осознала — все это время она общалась с матерью Эзры. И картинка не складывалась…

Мастер Сильма была жесткой, категоричной, иронично-язвительной образцово-показательной сильной некроманткой. В чем-то она была понятна и приятна, Ирри частенько таких встречала. Мастер Сильма сконцентрирована на бестелесном, но что составляло суть ее жизни, Ирри уловить из бесед не смогла. Кстати, та регулярно заходила проведывать. Теперь стало понятно, почему, а поначалу Ирри честно относила это на свою импульсивность и отсутствие новых лиц в привычном окружении. Теперь, подумав, она вспомнила о матушке, аналитике-предсказателе в казначействе, и многое стало понятнее.

С другой стороны, была мудрая, заботливая и любящая мама из рассказов Эзры. Тот пусть нечасто говорил о ней, как и о семье, но периодически что-то проскальзывало. Ирри было интересно, Ирри было любопытно, Ирри было чуточку завидно.

Два образа воедино никак не собирались и не связывались. И это нестыковка буквально толкала в тупик…

Утром, еще до появления Герты, со стуком заглянул Эзра. Ирри как раз осторожно пробовала стоять рядом с кроватью, придерживаясь за резную спинку.

— Доброе утро, — непривычно жизнерадостно произнес он.

— Доброе, если оно доброе…

— Помогу, — сказал он и подал руку для поддержки.

Ирри ухватилась за нее и начала делать медленные короткие шаги. И тут вошла Герта:

— Добро утро, госпожа Ирриана… что вы делаете? Вам еще рано ходить!

Ее мигом усадили на кровать и робкие возражения про необходимость потонули в легких поучениях. Появление леди Альмы вызвало усталое смирение, мгновенный шорох, устроенный ею, показал, насколько Ирри еще слаба. Конфеты отобрали, оставив ровно одну на весь день. Алхимию обещали вернуть после проверки, книги милостиво оставили все.

Суета. Ванные процедуры. Сборы. И любимая кровать…

— А Герту я не учел, — признался Эзра, когда все остальные вышли. — Тетя Альма была в лаборатории и оттуда алхимики никогда быстро не уходят.

— Герта и срочный вызов ко мне, как исключение. Как ваш… твой вчерашний день?

— Опять вы? — удивился Эзра.

— Леди Альма дурно или положительно на меня влияет, — пояснила она. — Сразу вспоминаю огрызки этикета и девичьего воспитания, предмет у нас такой был.

— Да? И чему учили?

— Переходить к близким отношениям после свадьбы, если коротко, — отозвалась Ирри весело.

— Занятно. Что случилось? — вдруг произнес он обеспокоенно.

— А, заходил Арон, принес передачу с фруктами, конфетами, алхимией и книгами. Он молодец, забрался через окно, оставил и ушел, а я даже убрать с кровати компромат не смогла! — пожаловалась Ирри.

Эзра расхохотался:

— Молодой еще, бестолковый.

— Научится прятать правильно. Ты не говорил, что мастер Сильма твоя матушка, — деликатно отметила Ирри.

— Да, извини, специально промолчал, — покаялся он и, взяв ее за руку, добавил. — Не хотел сбивать тебя, лучше, если ты познакомишься с ней сама, а не через мои рассказы.

— Да, но странное дело — образы не сошлись, — пожаловалась она. — Твоя матушка и мастер Сильма весьма разные личности.

— Именно, — улыбнулся Эзра. — Мама — это мама, а мастер бестелесного — это всегда некромант.

— Логично. Кстати, хотела уточнить про 'всегда некромант', а теоретических изысканий не бывает достаточно для получения этого звания?

— Что ты придумала? — с теплой улыбкой уточнил он.

— Я подумала о моем Страже, способном купировать проявление аутоиммунной болезни. Сейчас есть сбои из-за общего состояния организма, но в целом воздействие бестелесным на подобные глубинные уровни человеческого организма когда-либо изучались?

— Нет, не слышал, но можно узнать. На темных и некромантах — да, опыты проводись во времена Родовых войн, люди такого интереса не представляли.

— Занятно, а получить доступ к таким записям можно? Я собственно к чему — не обязательно всем с даром бестелесного оставаться в этой стезе, можно заняться целительством и это будет социально приемлемо, верно?

— Это верно, но у нас сейчас никого молодого, кроме Арона, нет, а переучиваться состоявшиеся мастера вряд ли захотят.

— Да, я тоже об этом подумала, но, помнишь, тот мастер бестелесного, ОльтГла, говорил о своей родственнице? А если предложить такой вариант ей? Случайно не знаешь, как можно с ней связаться?

— Случайно нет, — улыбнулся он весело и добавил, — зато специально легко, у нас есть контакты всех мастеров бестелесного.

— Она еще не мастер.

— Но скоро будет. Пиши, а я посмотрю, куда отослать Вестника.

Ирри сочинила послание с предложением варианта, возможностью выбора и просьбой подумать насчет кафедры для поступления. Эзра вернулся и отправил Вестник. А потом вдруг спохватился:

— У меня же есть для тебя артефакт, если тетя Альма позволит. Мастер Хойто передал, чтобы ты была на связи.

— Просто так? — удивилась она.

— Думаю, с корыстной целью. Чтобы расписание на второе полугодие делала ты! То, что сотворила Реджина, при ознакомлении вызвало однозначную реакцию у всех нас: и адептов, и сотрудников.

— Она старалась, — тут же возразила Ирри, — просто практики маловато, в основном с расписанием работала я.

— Все в курсе, но лучше ее творение от этого не становится. У меня теория вперемешку с практикой, причем с перемещением по всей территории Университета. И так почти у всех. Весь базовый состав расписал, что бы хотел увидеть и какой день освободить, но Реджина даже собирать пожелания не стала. То же самое с совместителями: вместо одного-двух дней с полной загрузкой, у них пары раскиданы на всю неделю по по одной. Что алхимикам, что артефакторам Реджина даже ответила, дескать, у вас будет время поработать в лаборатории, чем все недовольны?

— И что ей ответили?

— На словах ничего, но она уже успела порадоваться своей попытке углубленного изучения Проклятий По ее мнению, закрываться научилась за год неплохо…

— Но…

— Мастер Хибэ заметил, что защита неплохая, но от профессионального проклятийника не спасет. А у них на кафедре три постоянных сотрудника и пяток приходящих, причем последние исключительно архимаги.

Тут прилетел Вестник и Эзра, извинившись, ушел, что-то не так с практикой у адептов и его срочно просят появиться.

Ирри, разумеется, не возражала, пожелала хорошего дня и достала бумаги. Есть время и желание немного поработать. День выдался хлопотным и суетным, Ирри считала, проверяла и переделывала. Пару раз пришлось просить Герту сходить в библиотеку. К вечеру бессменная служанка отобрала бумаги и с помощью артефакта вывела во внешний двор — любоваться природой.

Плед. Кресло. Теплый травяной отвар и сырость зимнего водоема. Красота…

Появление Арона с кипой бумаг вызвало переполох. Герта решительно встала на пути, чем вызвала оторопь у сына Рода, явление из ниоткуда главы Рода добавило драматизма столкновению. Арон пробовал передать бумаги и подарки, а Герта героически защищала Ирри от агрессивного внешнего мира.

— Всем добрый вечер, что случилось? — заинтересовался импозантный улыбчивый некромант.

Ирри запомнила его по искривленному носу и постоянной улыбке, его жизнерадостность удивляла. Арон рассказал о посылке с бумагами и гостинцами. Герта высказалась о беспокойстве за жизнь гостьи, дескать, нельзя сладости и столько работать. А еще леди Альма, оказывается, очень обеспокоена укрепляющими составами, они полезные, но что-то с ними не так.

Проблема разрешилась удивительно мирно, бумаги Ирри отдали, остальная часть в виде еды, сладостей и бутылки вина ушла на кухню.

— Но леди Альма разрешает только одну конфету в день, — жалобно призналась Ирри.

— В следующий раз, прежде чем совершать самоубийственный поступок, вы вспомните об этом лишении и трижды подумаете, — покивал Глава Рода и, все так же улыбаясь, отметил. — Не знаю, насколько тяжелым было ваше состояние, Ирриана, но раз у Альмы за десять дней не вышло его стабилизировать, значит, все совсем плохо. Арон, не надо нарушать режим, иначе твой любимый куратор у нас задержится надолго.

— Понял, — кивнул он и отдал Герте две коробки конфет и кусочек сыра.

Точнее, попробовал, при передаче сыра вспыхнуло зеленое марево от Стража, слишком близко от Ирри пронесли сыр.

— А подарок-то отравлен, — заметил Глава задумчиво все с той же улыбкой. — Герта, все остальное тоже на глубинную проверку Альме, ей будет приятно. Арон, проверяй, что берешь…

Судя по бледному растерянному лицу парня, тот до сих пор не верил в увиденное. Чтобы его отвлечь, Ирри уточнила:

— Арон, прости, пожалуйста, а ты мою ручку и красивую бумагу не захватил из учебной части? Я хочу написать Императору, но не на обычной же бумаге.

— Не брал, а надо было? — отозвался тот растерянно.

— Можно взять красивую у нас, — заверил Глава и добавил, — и ручки у нас есть всякие разные, да…

— А что вы хотите написать? — явно для приличия спросил адепт.

Ирри поделилась размышлениями по поводу отсутствующих данных по вредным выбросам, идеей исцеления с помощью бестелесного, о которой нужно сообщить императрице, и уточнениями насчет Владычествующего права по некоторым камням, запрещенным к добыче без одобрения императорского рода. Потом Ирри поинтересовалась, как идет сдача зачетов без нее, и Арон, устроившись рядом, взялся за рассказ. Глава Рода расположился напротив и тоже задал пару вопросов. Герта принесла очередную партию полезного питья на всех.

А леди Альма неожиданно отбыла в столицу для прояснения пары вопросов, чем поставила обоих ОльтОрд в тупик. Оказывается, она крупные города искренне недолюбливала после одного несчастного случая и дальше местной деревеньки обычно не выбиралась.