Изгой Высшего Ранга V

Глава 14

Стоило мне увидеть тварь за иллюминатором, как она тотчас отлетела. Сменила позицию.

Монстры представляли угрозу в первую очередь для самолёта. Потому что если они что-то серьёзно повредят, то все мы полетим вниз. И тут даже магия Дениса не сможет нас спасти — слишком большая высота.

— Вижу тварь за правым крылом! — крикнул Алексей. — Ещё одна слева!

— И здесь тоже, — побледнела Лена. — Прямо напротив меня! Она смотрит!

Самолёт снова тряхнуло. И по обшивке что-то скрежетнуло, протяжно и мерзко, будто когтями по школьной доске. Только доска была из авиационного алюминия!

— Ни одна техника ближнего боя здесь не подойдёт, — Алексей стиснул зубы. — Мы на скорости девятьсот километров в час!

— Могу обшивку кулаком пробить и достать, — с явным сарказмом предложил Станислав.

— Гениально, — хмыкнул Саня. — Тогда нас засосёт наружу, и проблема с тварями решится сама собой. Вместе с нами.

— Не время для шуток! — осадила их Ирина.

Снова удар по корпусу. На этот раз сильнее. По обшивке заскрежетало уже с другой стороны.

А потом раздался треск.

Я повернул голову и увидел, как прямо в стену салона, в полуметре от Лены, вошёл огромный клюв. Чёрный, с зазубринами на краях. Металл обшивки разошёлся, как консервная банка. Тварь долбила снаружи, пытаясь расширить пробоину.

И тут же воздух начало вытягивать наружу. Перепады давления на высоте десять километров — штука неприятная. Мягко говоря.

Кислородные маски выпали из потолочных панелей. Лена, побелевшая как мел, схватила ближайшую и прижала к лицу. Все остальные сделали так же.

Я натянул свою. Воздух в ней был сухой, химический, но дышать можно.

— Станислав! — крикнул я сквозь маску, перекрывая свист. — Клюв! Выбей его обратно!

Силач сразу встал, подошёл к пробоине, и его качнуло. Но он упёрся ногой в кресло и врезал кулаком по чёрному клюву.

Клюв дёрнулся назад и исчез. А с той стороны раздался крик твари.

— Я от неё избавлюсь, — сказал я, подходя к нужному иллюминатору. Благо и здесь висела маска. — Но мне нужно видеть, где она.

Чёрная тварь с размахом крыльев метров в пять парила рядом с фюзеляжем, чуть отстав после удара Станислава. Красные глаза горели злобой.

Открыть портал на такой скорости — задачка не для слабонервных. Самолёт несётся со скоростью где-то девятьсот километров в час. Портал должен появиться точно на пути монстра, существовать доли секунды и схлопнуться до того, как в него влетит крыло самолета.

Я сосредоточился. Почувствовал пространство за обшивкой. Нащупал нужные координаты с помощью Системы. Тварь сейчас находилась чуть левее, метрах в двадцати. Движется параллельно. И при этом летит рядом с нами на чудовищной скорости.

Сейчас.

Портал раскрылся прямо перед ней. Коршун влетел в него, не успев даже крыльями махнуть.

И портал тут же схлопнулся.

На земле такой обошёлся бы мне в каплю маны. Здесь, в разрежённом воздухе, на безумной скорости, расход был значительно больше. Каналы тут же напряглись до 100%.

— Куда она делась? — Станислав заглядывал в иллюминатор.

Я приподнял маску, поскольку в ней звук был слишком приглушён, и ответил:

— Далеко отправить не смог, дальность порталов ограничена. Но на месте выхода я сделал Пространственный разрыв. Её должно было засосать и разорвать на части.

— Должно? — переспросил Алексей.

Я не успел ответить.

[Враждебная сущность уничтожена]

[Вид: Штормовой Коршун]

[Получено: 50 очков опыта]

[Текущий опыт: 136/2200]

— Нет, точно засосало, — подтвердил я.

Станислав выдохнул. Но расслабляться было рано. За иллюминатором мелькнули ещё два чёрных силуэта. А пробоина в обшивке продолжала свистеть, вытягивая тепло и воздух из салона.

Тут дверь кабины пилотов распахнулась. В салон вышел мужчина лет тридцати пяти. Я узнал второго пилота. Он тоже был в маске.

Пилот окинул взглядом салон. Увидел пробоину. Молча подошёл, стянул перчатку с правой руки и приложил ладонь к рваному металлу.

Обшивка зашевелилась. Рваные края потянулись друг к другу, как живые. Металл сплавился, загустел, затянул дыру. Не идеально гладко — остался грубый шов, но зато герметично.

— Фига! — Станислав уставился на залатанную обшивку. — Магия металла?

Второй пилот кивнул. Снял маску и заговорил:

— Давление в салоне стабилизируется в течение трёх-четырёх минут. Сможете снять маски, но пока лучше не спешить.

— Спасибо, — сказал я. — Ещё сможете, если пробьют снова?

— У меня очень слабый Дар. Е-ранг, — поморщился он. — Так что смогу зарастить максимум ещё одну пробоину. Может, две, если повезёт. Но на большее меня не хватит. Постарайтесь сделать так, чтобы эти твари не продырявили нас до посадки.

Все посмотрели на меня.

— Постараюсь, — кивнул я. — Но пространственный разрыв рядом с самолётом я создать не могу. Нас самих засосёт. Только порталы. А они жрут энергию как не в себя.

Каналы уже были нагружены на 100%. И это был всего один портал.

Система, можешь посчитать, сколько Коршунов в зоне обнаружения?

[Сканирование…]

[Обнаружено враждебных сущностей: 5]

[Расстояние: от 40 до 500 м]

Пять штук. Ну просто прекрасно. Только сражения в воздухе нам и не хватало!

Алексей тем временем обратился к второму пилоту:

— Что с разломом? Получается обойти?

— Нет, — покачал головой пилот. — Нас туда затягивает. Мы уже отключили автопилот и перешли на ручное управление. Не помогает. Разлом нестабильный, и он создаёт что-то вроде воронки. Единственный вариант, как и передал Андрей Валентинович — подойти как можно ближе и позволить вашему пространственному магу его закрыть.

Это не типичное поведение для D-класса. Обычно такие разломы не затягивают. Хотя они и на высоте десяти километров не открываются.

— А если Глеб не успеет, мы попадём в разлом, — тихо сказала Ирина. Она уже сняла маску, давление и правда начало выравниваться.

— Мы можем пройти боком, — предложил Станислав. — Не напрямую, а по касательной. Тогда не должны попасть.

— Нет, — возразил второй пилот. — В таком случае засосёт только крыло. И мы точно свалимся.

— Тогда прямо и вверх. Лучше не находиться с разломом на одном уровне, — сказал я. — Но не сейчас. Сначала мне нужно разобраться с тварями. Иначе упадём раньше, чем достигнем разлома.

Я снова глянул в иллюминатор. Две чёрные точки маячили справа, чуть выше. Ещё одна пряталась за хвостовой частью — её я не видел, но чувствовал пространственным восприятием.

— Андрей Валентинович, — повернулся я к куратору, который уже вернулся от пилотов. Он сидел бледный, одной рукой держась за повязку на голове, другой — за подлокотник. — У вас случайно не осталось тех волшебных регенерирующих зелий?

Куратор моргнул. Потом полез под кресло, вытащил аптечку из своего снаряжения, начал рыться.

— Было одно… Секунду… — он перебирал ампулы, шприцы, какие-то пакетики. — Вот. Последнее.

Протянул мне небольшой флакон. Я взял его и убрал во внутренний карман.

— Больше нет? — уточнил я.

— Нет. Экспериментальный образец, и это всё, что нам смогли выделить на пробу.

Значит, надо экономить. Пока обойдусь без него, а выпью, когда станет совсем туго.

Самолёт снова тряхнуло. Тварь ударила по правому крылу — я услышал глухой металлический звон.

Подскочил к ближайшему иллюминатору и увидел Коршуна. Он снижался вдоль фюзеляжа, готовясь ко второму удару. Чёрные крылья рассекали разрежённый воздух, и красные глаза светились на фоне белых облаков.

Снова просчитав траекторию, я открыл портал.

Тварь влетела и исчезла. В голове загудело от напряжения.

[Враждебная сущность уничтожена]

[Вид: Штормовой Коршун]

[Получено: 50 очков опыта]

[Текущий опыт: 186/2200]

Минус один. Осталось четыре.

— Здесь! — Лена вскрикнула и отпрянула от иллюминатора. — Тварь с моей стороны! Бьётся в стекло! Уже трещины пошли!

Я рванулся в её сторону, но Денис оказался ближе. Парень побледнел, но руки не дрожали.

— Денис, — сказал я. — Оттолкни её потоком воздуха. Отбрось от самолёта. Сможешь?

— Через обшивку? — он нахмурился.

— Нет. Ирина, можешь открыть аварийный клапан вентиляции? Хотя бы на секунду?

Ирина кивнула. Подошла к технической панели над иллюминатором, дёрнула рычаг. Клапан открылся: небольшое отверстие, сантиметров десять в диаметре. В салоне снова засвистел холод.

— Давай! — крикнул я Денису.

Он выставил руку к клапану и ударил мощным потоком воздуха. Поток вырвался наружу, и тварь за иллюминатором отшвырнуло от самолёта. Она закувыркалась в воздушном потоке, пытаясь выровняться.

Я уже был готов. Портал раскрылся точно в том месте, куда тварь отлетела. Коршун влетел в него, и я закрыл проход, одновременно раскрывая разрыв на выходе.

Ирина захлопнула клапан.

[Враждебная сущность уничтожена]

[Вид: Штормовой Коршун]

[Получено: 50 очков опыта]

[Текущий опыт: 236/2200]

— Жаль, что поблизости нет какого-нибудь действующего вулкана, — проворчал Станислав, наблюдая за тем, как я тяжело опёрся о спинку кресла. — Могли бы их туда сбрасывать.

Осталось три Коршуна. А каналы уже перегружены. Ещё немного — и единственным моим спасением станет зелье.

— Ирина, — вдруг сказала Лена. — А ты можешь научить Дениса делать воздушное лезвие на расстоянии?

— Могу попробовать, — она подсела к Денису.

— Через обшивку получится? — Денис нахмурился.

— Да, тебе нужно научиться чувствовать воздух на расстоянии.

Денис кивнул. А Ирина принялась подробно объяснять, как взаимодействовать со стихией на расстоянии. Она и сама пыталась так Коршунов замораживать, но не получалось: лёд осыпался быстрее, чем успевал нарасти. А вот с воздушным лезвием может и сработать.

Тем временем Коршуны не унимались. Ещё один удар по обшивке — на этот раз ближе к хвосту. Я добрался до кормового иллюминатора, высмотрел тварь и открыл портал. Четвёртый за этот бой.

Перед глазами замелькали тёмные точки. Нагрузка на каналы приблизилась к максимальной.

[Враждебная сущность уничтожена]

[Вид: Штормовой Коршун]

[Получено: 50 очков опыта]

[Текущий опыт: 286/2200]

Дверь кабины снова открылась. И к нам вышел первый пилот.

— Мне удалось развернуться! — он говорил громко, перекрикивая шум. — Теперь разлом тянет нас с хвоста. Так хотя бы медленнее. Мы сможем на несколько минут зависнуть в ста метрах от него, но не дольше. Потом затянет.

— Мне нужно будет пройти в хвост, — сказал я. — К самому концу салона. Скажете, когда выйдем на дистанцию.

— Понял, — пилот кивнул и скрылся в кабине.

Осталось два Коршуна. Они словно почуяли, что стая редеет, и стали осторожнее. Уже не бились в обшивку напрямую, а кружили на расстоянии, выжидая.

Один вынырнул из облаков справа. Пошёл на снижение к крылу.

Но тут среагировал Денис. И точно по инструкции выпустил воздушное лезвие. Попал точно в тварь.

Одно крыло отделилось от тела, будто срезанное бритвой. Коршун завертелся штопором и рухнул вниз, в облака.

— Ого! — Саня аж присвистнул.

Денис тяжело дышал. Руки у него подрагивали, но на лице читалась уверенность. Получилось.

— Отлично справился, — сказал я ему. — Последний на тебе. Справишься?

Он молча кивнул.

Я достал флакон с зельем. Откупорил и выпил одним глотком. И ресурсы организма восстановились. Больше мне не хотелось упасть от перегрузки.

Денис тем временем разобрался с последним Коршуном. Дождался, пока тварь подлетит ближе, и воздушное лезвие рассекло птицу надвое.

— Чисто, — доложил Алексей, осмотрев все иллюминаторы. — Тварей больше не наблюдаю.

Я проверил через Систему.

[Враждебных сущностей в зоне обнаружения: 0]

— Подтверждаю. Чисто.

Из кабины показался первый пилот:

— Выходим на дистанцию! Сто двадцать метров до разлома.

— Иду, — я оттолкнулся от переборки и двинулся в хвост.

В самом конце салона, за последним рядом кресел, я опустился на колени и прижал ладони к полу. Под пальцами — ковровое покрытие, под ним — металл обшивки. А за ней — десять километров пустоты и разлом, который тянул нас к себе.

Я чувствовал его. Он затягивал всё — воздух, энергию, свет. И он рос. Медленно, но неумолимо.

— Сто метров! Разлом прямо под нами! — крикнул пилот.

Я закрыл глаза. Направил энергию через ладони — вниз, сквозь обшивку. Металл задерживал поток, как фильтр.

Часть энергии рассеивалась, уходила в корпус самолёта. Вместо чистого потока к разлому добиралась едва половина.

Значит, надо дать вдвое больше.

Я увеличил выход. По спине покатился пот, лоб стал мокрым, капли падали на ковёр. Система сразу вывела мне рекомендацию остановиться. Но я все равно вылил из себя ещё немного.

Энергия добралась до разлома. Я почувствовал его края. И начал их стягивать.

Разлом сопротивлялся. Пространство не хотело срастаться, тянулось обратно, пыталось разойтись. Я давил своей силой.

Секунды превратились в вечность. Я не слышал, что происходит в салоне. Не чувствовал ничего, кроме этой раны в пространстве и своей энергии, которая текла через ладони, через металл к рваным краям разлома.

Последний стежок. Края сомкнулись.

Я выдохнул и повалился на бок. Сил не осталось даже на то, чтобы сидеть. Просто лежал на полу и дышал.

[Пространственный разлом класса D ликвидирован]

[Пространство стабилизировано]

— Закрыт, — выдавил я.

— Закрыл! — крикнула Лена, стоявшая неподалёку. Я только её заметил.

Самолёт резко дёрнулся вперёд. Без разлома, тянущего назад и вниз, двигатели наконец-то понесли нас нормально.

Ко мне подошёл Дружинин. Присел рядом, посмотрел мне в лицо.

— Живой? — коротко спросил он.

— Вроде того. Обычно такие разломы столько магии не жрут…

Из кабины прибежал второй пилот:

— Разлом исчез с радаров! Мы свободны! Но нам придётся сделать небольшой крюк, чтобы вернуться к нужному маршруту. Прибытие задержится часа на полтора.

— Ничего, — Дружинин помог мне подняться. — Полтора часа потерпим.

Это точно. Главное, что все живы.

Я доковылял до своего кресла, рухнул в него и пристегнулся. Тело ломило так, будто по мне проехался каток. Зато самолёт больше не трясло. И за иллюминатором было только чистое небо.

Остаток пути прошёл без происшествий. Я провалился в тяжёлый сон без сновидений и проснулся только тогда, когда шасси коснулись полосы. Толчок, торможение, визг резины.

За иллюминатором сразу показалось серое небо Москвы, снег. После Испании контраст бил наотмашь. Но было в этом сером небе что-то родное, привычное.

Самолёт подрулил к стоянке. Я увидел через иллюминатор, что нас там уже ждёт несколько машин. Стандартный автобус от ФСМБ, который обычно развозил команду. И три чёрные тонированные машины с кремлёвскими номерами.

Возле одной из них стоял генерал Крылов. Благо хоть журналистов здесь не было. Этих, видимо, не пустили.

Мы спустились по трапу. Холод ударил по лёгким. Я слегка поёжился и подошёл к Крылову.

— Не ожидал встретить вас здесь лично, — честно сказал я.

Его взгляд был направлен на самолёт. Я не оборачивался, но и так знал, как тот выглядит. Вся обшивка исполосована когтями и клювами, вмятины, глубокие царапины до грунтовки, грубый шов от залатанной пробоины.

— Выглядите не очень, — заметил Крылов, посмотрев уже на меня. — Как прошёл полёт?

— Да, не очень, — хмыкнул я. — И это ещё повезло, что из того разлома Альфа не выбралась.

— Из разлома? — приподнял бровь он.

— Да. Оказывается, они могут открываться и на такой высоте. Но вам всё равно скоро во всех подробностях доложат.

— Понял. Тогда можем ехать, — кивнул Крылов.

Водитель открыл мне заднюю дверцу чёрного седана. Я забросил внутрь рюкзак и сел. Крылов обошёл машину и устроился на переднем пассажирском.

Уехал я раньше остальных. Автобус ФСМБ ещё стоял у трапа, а наш кортеж уже выруливал на шоссе. Две машины сопровождения ехали спереди и сзади.

— Куда мы едем? — спросил я, глядя на мелькающие за окном московские улицы.

— Как куда? В Кремль.

Вот такого поворота, честно говоря, не ожидал. Надеюсь, меня не поведут прямиком к президенту. А то будет не очень хорошо.

Кортеж подъехал к Кремлю где-то через час. Ворота открылись без задержки и досмотра, поскольку номера у машин были особые. Проехали КПП, свернули, остановились у бокового входа.

Крылов вышел первым. Я за ним.

Мы в сопровождении местной охраны поднялись на третий этаж. Вышли в длинный коридор, приблизились к высоким дверям с латунными ручками. Возле одной из них Крылов и остановился.

— Подождём, — сказал он. — Позовут.

Я встал рядом. Два охранника стояли у двери с каменными лицами.

— Вам обязательно идти со мной? — спросил я Крылова.

— Да, — ответил он. — Я взял на себя ответственность за то, что вы не натворите глупостей.

— Как приятно, — усмехнулся я.

— Я серьёзно, Глеб Викторович.

Голос Крылова стал тише. Когда генерал понижал голос, это означало, что он максимально серьёзен. Я это давно усвоил.

— Вы прекрасно понимаете, на каком уровне предстоит разговор, — продолжил он. — И если что-то пойдёт не так, пострадаете не только вы. Могут убрать половину руководства ФСМБ. Поставить новых людей. Вы понимаете, что это значит?

— Понимаю, — кивнул я. — И понимаю, насколько всё серьёзно. Именно поэтому Фетисов до сих пор жив. И у него даже есть воздух.

— Вы неисправимы, — Крылов покачал головой. Но уголок губ дернулся в едва уловимой усмешке.

Дверь открылась. На пороге появился секретарь.

— Прошу, — он отступил в сторону.

И мы вошли.

Кабинет оказался большим, но без лишней помпезности. За столом сидел мужчина лет шестидесяти. Он поднялся при нашем появлении и вышел из-за стола.

На столе, рядом с папкой документов, стояла табличка: «Раскатов Виктор Андреевич».

Премьер-министр. Второй человек в стране после президента. Теперь понятно, почему Крылов так нервничал.

— Здравствуйте, Глеб Викторович, — серьёзно начал премьер-министр.

Я пожал его руку. Хватка крепкая, уверенная.

— Здравствуйте, Виктор Андреевич.

— Присаживайтесь.

Мы сели. Премьер вернулся за стол, сложил руки перед собой.

— Позвольте поинтересоваться, — спросил он, — чем я могу вам помочь?

— Скорее чем мы можем помочь друг другу, — поправил я. — Насколько я понимаю, вы — представитель из «Трёх столпов». По России.

Он кивнул. Отрицать смысла не было — я знал это достаточно.

— Деятельность вашей организации направлена не только на контроль распределения Даров. Вы также занимаетесь исследованием энергии хаоса. Той самой, что сочится оттуда, — я кивнул на окно.

За стеклом, над крышами кремлёвских построек, висела трещина. После моего отсутствия стало отчётливо видно, что она выросла. И продолжала расти.

— Именно информация из проекта «Пустота» может помочь тем, кто пострадал от энергии хаоса, — продолжил я. — Учёные смогут разработать антидот или хотя бы способ замедлить процесс. Но для этого им нужен доступ к данным. Полноценный.

Виктор Андреевич откинулся в кресле.

— Я думал над этим вопросом, Глеб Викторович, — произнёс он. — Мы сняли с проекта «Пустота» гриф «совершенно секретно». Оставили «секретно». Это означает, что информация теперь доступна для учёных ФСМБ и аккредитованных исследовательских групп. Они смогут использовать данные для разработки защитных мер и лечения пострадавших.

Я не ожидал, что будет так просто. Готовился к долгим переговорам. Думал, этот человек будет защищать секретность до последнего, как Фетисов. Но нет. Он оказался куда разумнее.

Или лучше понимал масштаб угрозы. Трещина за окном — аргумент убедительнее любых слов.

— Благодарю, — кивнул я.

— Однако, — Виктор Андреевич поднял палец вверх, — для общественности все разработки будут представлены как произведённые впервые. Без какого-либо упоминания проекта «Пустота» и его истории. Вы это понимаете?

— Да, — ответил я. — Такой вариант меня полностью устраивает.

Мне было всё равно, кто получит лавры. Главное — чтобы люди получили лекарство. А кто именно его «изобрёл» для прессы — дело десятое.

— Хорошо, — кивнул Виктор Андреевич. — Что-то ещё?

— Да. Во-первых, будет ли какое-то наказание для Фетисова? За попытку похитить моего отца.

Виктор Андреевич посмотрел на меня внимательно. В его глазах мелькнул холодный расчёт: так смотрят, когда прикидывают, как использовать слабое место собеседника.

— Насколько мне известно, — произнёс он, — вы весьма равнодушны к своим родителям. Они сдали вас в приют.

Чёртов ублюдок знал, на что давить.

Я криво усмехнулся. Не дал эмоциям вылезти наружу. Слишком хорошо научился держать лицо за эти месяцы.

— Да, сдали, — согласился я. — А теперь они едва ли не единственные, кто может помочь этому миру. Их исследования критически важны. И похищение учёных такого уровня — это угроза национальной безопасности.

Виктор Андреевич помолчал. Побарабанил пальцами по столу.

— Наказанием для Фетисова будет отстранение от должности и исключение из организации, — сказал он. — Такой ответ вас устроит?

— Более чем, — серьёзно кивнул я.

Фетисов без должности и без организации — никто. В тюрьме он бы продолжал дёргать за ниточки. А так он пустое место. Именно то, чего он заслуживает.

— В таком случае я попрошу вас его выпустить, — сказал Виктор Андреевич.

— У меня есть ещё несколько вопросов, не менее важных.

— Выпустите Фетисова, и мы продолжим разговор.

Я кивнул. И вытащил Фетисова из Пространственного кармана. Он появился прямо посреди кабинета.

Но дальше произошло нечто неожиданное. В руке Фетисова оказался клинок, и он бросил его прямо в меня.