Измена под бой курантов

Глава 34

Дозваниваюсь отцу, смотря на деньги. Здесь довольно приличная сумма, могу ли я вообще брать от незнакомого человека подобные вещи? Да, — отвечает внутренний голос. Из-за него тебе тоже придётся раскошеливаться.

— Привет, — улыбаюсь отцу, когда отвечает, хотя он меня не видит. — Нашла перевозчика, договорились на завтра. Так что скоро присоединюсь к вам. Сегодня могу приехать, если хочешь.

— Осторожно! — кричит кому-то, и я невольно застываю.

— Пап, что случилось⁈

— Да нормально, — отзывается. — На каток вышли.

— С Ланкой⁈ В такой мороз?

В голосе звучит неверие, она никогда не стояла на коньках. И, если папа разговаривает со мной, то где сейчас дочь?

— Он крытый, тут теплее, чем на улице. У нас всё хорошо, — тут же успокаивает отец. — Татьяна учит Свету правильно стоять.

И снова эта Татьяна, что начинаю ревновать и отца, и дочку. Появилась так внезапно и настолько часто встречается, что даже не знаю. Надо бы поближе с ней познакомиться.

— Вы там надолго? — интересуюсь.

— Через полчаса пойдём. А Свете очень нравится.

— Сделай фотки.

— Да-да, пришлю. Сама как?

— Вещи собираю, — смотрю на деньги на кухонном столе. — Ланка про Эдика спрашивала?

— Один раз, — признался. — Ты точно всё решила?

— У него не одна женщина, я видела переписку в телефоне.

Отец молчит, да и что тут скажешь?

— Слушай, — вспоминаю наш недавний разговор. — Ты как-то обмолвился, что надо прощать. Это ты о матери или себе?

Снова тишина, и я отнимаю телефон от уха, чтобы посмотреть, что отец всё ещё на проводе.

— Что, Светочка? — доносится, когда я уже хочу снова подать голос, но дочку не слышу. Её ответа нет. То ли говорит издалека, то ли какая-то уловка. — Пойду, Ян, — обращается ко мне отец, и прощаюсь.

Его что-то гложет, я чувствую, и теперь должна узнать, потому что от этого незнания не по себе.

Наспех перекусываю, и снова отправляюсь на сборы. Включаю музыку на компьютере. Привыкла во время уборки поднимать себе настроение песнями, так и теперь. Представлю, что это простая уборка, и подпеваю певицам, уходя из реальности. Той, где я обманутая преданная женщина.

Сегодня дело идёт быстрее, и через пару часов случайно нахожу заначку Кораблёва. Интересно, взять у мужа деньги это воровство? Оставляю на месте и перебираю вещи дальше. Решила пакеты оставлять в соседней комнате, потому что иначе в спальню будет не пройти.

Усаживаюсь за компьютер, листая новые песни, этой плей-лист успел порядком поднадоесть, и постоянно мелькает реклама авиабилетов. Поначалу не обращаю внимания, но потом осознаю, что алгоритм браузера намеренно подсовывает то, чем интересовался пользователь. Если это не я, то…

Прописываю в истории билеты, и мне везёт. Выпадает всего одна ссылка, но и этого достаточно. Кораблёв был на сайте 31 декабря, как раз, когда я навещала отца. Уверена, стёр из истории всё ненужное, а тут пропустил, видимо. Может, кто-то отвлёк. Кто-то. Я точно знаю! Фыркаю и кривлюсь.

Если билеты были куплены, значит, отправились на почту. Мне приходится повозиться, прежде чем в одном из пяти браузеров, самом неприметном, который я и за браузер вовсе не считала, нахожу его почтовый ящик. Компьютер автоматически заходит внутрь, и принимаюсь искать дальше. Чувствую себя сыщиком, который близок к разгадке, и сердце отчего-то ускоряет бег. Нет, никто не войдёт, я одна, потому могу долго копаться тут, и мне кажется, что сейчас я вытащу ещё один скелет на свет Божий. Резко отстраняюсь. А надо ли оно мне?

Надо!

Какое-то время смотрю в экран, на многочисленные письма от коллег, какие-то графики, рассылку от пиццерии. И никаких билетов от 31.12. Возможно, у меня паранойя, или он просто так интересовался. Но время такое, что и Эд и Снегурка были тут. Отправляюсь по папкам, даже заглядываю в спам и корзину. И, когда уже свыкаюсь с мыслью, что я всё же параноик, нахожу то, что искала.

Два билета в Тай на имя Кораблёва и уже знакомой мне Даши. Пялюсь на буквы, не потому что строчки расплываются, нет, я вижу их явно. Присматриваюсь к датам — вторая половина января. И что он мне собирался сказать? Командировка? Больной дядя в Геленджике?

Хочется сделать что-то в ответ, потому просто удаляю билеты из папки, а потом и из корзины. Включаю снова музыку и уверенным шагом подхожу и забираю заначку. Пусть валит в свой Тай.

Могу кричать на каждом углу, что мне от него ничего не надо, но, пересчитав сумму, решаю забрать её в качестве компенсации морального ущерба. Нам с Ланкой всё равно придётся на что-то жить. И этого хватит на первые пару месяцев. Не знаю, зачем он притащил домой такую крупную сумму, но теперь плевать. Пусть заявляет на меня в полицию, рассказывает соседям. Меня трясёт и подкидывает от всего, что я узнала о своём муже. Семь лет не знала, а теперь разматываю чёртов клубок гнилых ниток, который безумно смердит.

У меня есть ещё вечер и завтрашний день, чтобы сложить скарб. Потому одеваю лучшие свои вещи, в этот раз выбираю шубу, делаю макияж и красивая выбираюсь снова на мороз. Карман греют деньги, на которые сейчас я со спокойной душой куплю Раду часы. Да-да, пойду и куплю без зазрения совести. Не первые, конечно, которые показывал продавец, но третьи точно. Большую часть выдал Илья, оставшееся Кораблёв. В конце концов он тоже причастен к тому, что муж Снегурки ошивается у нашего дома.

Если уж до конца размотать этот провод, то выйдет, что не измени мне Кораблёв — часы Рада бы не разбились.