— Слушай, у нас же по регламенту никаких обязательных процедур на этот случай не предусмотрено?
Катя с картонной коробкой в руках заглянула в мой кабинет. Она, как и остальные девчонки из моего отдела, сегодня активно паковала вещи. Пятничный рабочий день приближался к своему завершению. Как и наш срок пребывания в офисе Дагмарова.
С понедельника мы больше здесь не работаем.
Я оторвалась от стопки бумаг, которые перебирала:
— Что?.. А, нет. Нет, никаких распоряжений начальство на этот счёт не давало. Да мы ведь и не прощаемся по большому счёту. Работа над проектом продолжится, только в привычном режиме. Всё в порядке. Можете спокойно собирать свои вещи. Если что-нибудь вдруг изменится, уверена, нам сообщат.
Катя кивнула и помчалась дальше. А я медленно выдохнула и на время позволила себе забыть о бумагах.
С Кириллом мы не виделись и не общались. Но если честно, сейчас меня это не особенно волновало. Запретив мне видеться с сыном, этот человек окончательно разбил мне сердце и бесповоротно меня разочаровал. В отношениях с ним я уже всё для себя на сто процентов решила.
Даже не представляю, что могло бы заставить меня передумать.
Ну а что касалось Дагмарова… Господи, да ещё совсем недавно я этого человека вообще не подумала бы включать в это странное и очень сложное уравнение.
Он и сейчас в него не слишком-то вписывался. Да, нет никакого сомнения в том, что он на многое открыл мне глаза и помог прояснить ситуацию. Но у Дагмарова на то, как выяснилось, были собственные причины, о которых я до сих пор догадывалась смутно.
Его предложение в клубе… с одной стороны, было совершенно прозрачным, а с другой, по-прежнему казалось мне из ряда вон выходящим, почти нереальным и как будто неправильно мной истолкованным.
Поэтому я оставила его за скобками. Там держать и собиралась. Мне и без него проблем хватало. Чем мне сейчас помогли бы фантазии о положившем на меня глаз миллиардере? Тем более что с его стороны сигнал был более чем ясен — он просто хотел провести со мной время.
Возможно, я когда-нибудь почувствую себя до глубины души польщённой таким вот желанием с его стороны. Но сейчас мои мысли были максимально далеки от постельных приключений.
Сейчас мне предстояло понять и решить, как жить дальше — без сына, без мужа и без постоянной работы. Как и чем платить за лечение Ани.
Ну, положим, на первые месяцы моих сбережений и оплаты за текущий проект должно будет хватить, но потом…
— Не помешал?
Его голос до того неожиданно взрезал душный клубок моих лихорадочных мыслей, что стопка бумаг, которую я держала в руках, дрогнула в моих пальцах и едва не рассыпалась по столу.
Мой взгляд метнулся к дверному проёму.
Дагмаров стоял на пороге с таким видом, будто успел заскучать, дожидаясь моего приглашения.
— Н-нет. Извините…
— Собираетесь?
Я кивнула, пряча от него свой воспалённый от слёз и недосыпа взгляд.
Только, кажется, старалась я зря. От Дагмарова ничего не могло укрыться.
— Расскажете сами или вас уже не пугает перспектива в который раз становиться жертвой допроса?
Он говорил абсолютно спокойно, даже с долей легко читавшейся в низком голосе суховатой иронии. Он почти наверняка что-то знал. А может, и не что-то. Может, он знал всё, что стоило знать. Просто проверял, насколько я готова к искреннему разговору. Насколько ему доверяю.
Да, само собой, он в этом здании полноправный хозяин. Никто не мешал ему, задавшись целью, просмотреть камеры наблюдения. На них и Елена Сергеевна, и Егор, и я… конечно, у меня не было шансов уйти от разговора.
Вот только я и не думала, что разговор этот вообще состоится. Пару дней мы вообще с ним не виделись — насколько я знала, Дагмарова сильно отвлекли какие-то рабочие моменты по иным проектам. Которых у него было великое множество.
К тому же, до конца рабочего дня оставалось всего два часа, и к этому времени я почему-то решила, что он обо мне и не вспомнит…
— А что вы хотите услышать? — я тихонько постучала ребром стопки о столешницу, выравнивая бумаги и маскируя дрожь в пальцах.
— У вас такой вид, будто вы не домой сейчас собираетесь, а на плаху.
Как точно подмечено.
— А я и не домой собираюсь, — я оставила бумаги в покое. — Нет у меня больше дома. Дом придётся новый искать.
От самой себя не ожидала, что вот так запросто это скажу. Не собиралась я с ним откровенничать. Хотя бы просто потому что об этом сложно было сейчас говорить. Но присутствие этого человека в самые непростые моменты моей жизни странным образом начинало казаться мне едва ли не привычным и каким-то образом… правильным. Где проблема, там и решение. Или уж как минимум поддержка и предложение помощи.
Опасно. Очень опасно к подобному привыкать.
Я услышала, как закрывается дверь моего кабинета. Подняла взгляд, только чтобы увидеть, как Дагмаров вплотную приблизился к рабочему столу, за которым я всё это время стояла.
Серый взгляд с уже привычной внимательностью изучал моё лицо:
— Нет больше дома? Как это понимать? Муж вас выгнал?
У меня невольно похолодело внутри оттого, как жёстко зазвучал его голос. Господи, не хотела бы я оказаться один на один с этим человеком, когда его кто-нибудь разозлит.
— Н-не совсем, — я нервно заправила за ухо непослушную прядь. — Я ушла. Сама. На то были причины.
— Рассказывайте, — приказал Дагмаров.
И я поняла, что не посмею его ослушаться.