Измена. Ты будешь страдать

Глава 60

Он делал это только ради неё.

Ни при каких других обстоятельствах не стал бы тратить время на это пустое в сущности мероприятие.

Ни время, ни силы.

Но, видимо, если бы она попросила, он и дюжину раз это сделал бы.

— Ты охрененно влип, Дагмаров, — пробормотал он, покидая салон своего авто.

И это «влип» неадекватно радостно отзывалось в его голове, пока он поднимался на второй этаж офиса Колесникова, здоровался с его подскочившей от неожиданности секретаршей и входил в кабинет начальства.

Булат не видел необходимости сообщать ему о своём визите. Он знал всё, что ему нужно было знать, и не стал бы долго с этим возиться.

Уладив формальность, он развяжет себе руки.

И займёт наконец-то свою голову делом, потому что пора бы. Потому что со вчерашнего вечера она отключена.

С того самого ошарашившего его момента, когда она вошла в его комнату и предложила себя…

— Доброе утро. Прошу прощения, что без предупреждения.

Мусоливший взглядом какие-то документы Колесников вздрогнул. Бумаги из его руки шлёпнулись на стол.

— Булат?..

— Не вставай. Кофе не нужно. Я ненадолго.

Хозяин кабинета хлопал глазами, явно силясь понять, что вообще происходит.

— Кирилл, неважно выглядишь.

Колесников сморщился, будто в рот ему кто-то сунул лимон.

— Слушай, я… да, стоило объяснить. Я вчера забыл отзвониться по правкам в проекте. Я помню. Просто, понимаешь, у нас с Олей… короче, я помню, что обещал не допустить никаких трудностей в личном, чтобы это не повлияло на дело, но…

— Но?..

Колесников весь как-то разом обмяк и ссутулился.

— Булат, она меня сильно подставила. После Нового года всё пошло наперекосяк. В итоге она… она закатила истерику, ушла из дома. Сейчас скрывается бог знает где. Сына бросила. Подозреваю, что сама загуляла. Видели её в городе, садилась в чью-то машину. Я, знаешь, места себе не нахожу…

— Предлагаю больше и не искать, — усмехнулся Булат, стараясь отвлечь свои мысли от того, как нестерпимо зачесались намозоленные бесчисленными спаррингами костяшки.

Давненько он никому в морду не давал. Ещё со времён своей лихой, неспокойной юности. Что-то заностальгировал.

— То есть?.. — на помятом лице Колесникова отображалось полнейшее непонимание.

— Искать ничего и никого больше не нужно. Всё уже на своих местах. Кроме, пожалуй, одного.

— Чего одного?..

— Кроме твоего сына. Но с этим мои юристы работают со вчерашнего вечера. Не думаю, что восстановление справедливости займёт слишком много времени. Кирилл, ты был счастливейшим человеком на свете, — Булат бросил задумчивый взгляд в окно. — До такой степени, что я, вероятно, половину всего, что имею, отдал бы за возможность возвращаться домой, где меня ждали бы те, кто ждал тебя.

Он вернулся взглядом к своему уже почти бывшему партнёру, и взгляд его ожесточился.

— Но мне не пришлось ничего отдавать. Ты благополучно просрал всё это сам, добровольно.

Он подождал, пока смысл его слов дойдёт до собеседника окончательно.

— Так это… — взгляд Колесникова побелел, — это, выходит, ты трахаешь мою жену?..

Булат скривил губы в брезгливой усмешке:

— Будь это так, она бы уже давно твоей женой не была.

Хозяин кабинета сейчас выглядел так, будто его вот-вот удар разобьёт. Мутный взгляд блуждал по кабинету. Он хватал воздух ртом и подрагивал.

— Вот, з-значит, как… вот как… но Егор. Нет. Егора я не отдам! Я вам его не отдам! Ни тебе, ни тем более этой шлюхе!

— Шлюха, Кирилл, здесь только одна, — усмехнулся Булат. — У меня была мысль отправить к тебе с вестями помощника, но я рад, что передумал. Важно было удостовериться самому в том, что не нажестил. Благодарю за оказанную помощь. Во всём. И в проекте, и в нашем сегодняшнем разговоре. Желаю тебе достойно прожить свою жизнь с плодами всего, что ты умудрисля посеять.