Кафе на 5-ой авеню

Глава 12. Доктор или мистер?

24 декабря. Сочельник. Весь город гудит от празднований Рождества и наступающего Нового года. Многие горожане планировали посвятить всю грядущую неделю праздникам, несмотря на то, что официально, все они должны были быть на работе. Увы, но днями отдыха были только лишь сами 25 декабря и 1 января. Остальные же дни оставались рабочими.

Впрочем, Нью-Йоркцы любили и умели праздновать, так что весь город погрузился в праздничное настроение. Этому способствовало то, что многие горожане и гости города брали свои заслуженные отпуска именно на эти дни, чтобы не отвлекаться на работу. Так что как и каждый год, город был украшен многочисленными праздничными огнями, муниципалитет проводил массовые мероприятия, а президенты каждого из Нью-Йоркских Боро считал своей обязанностью организовать наиболее пафосное празднество.

Кроме того, в этом году и погода работала на праздничную атмосферу в городе. Вчера прошел снегопад. Настоящая буря, которая оставила после себя небывалое для Нью-Йорка количество снега! И если для комунальщиков данное обстоятельство стало источником головной боли, то для многочисленной Нью-Йоркской детворы, не особо вникающей в особенности городского хозяйства, это был повод вдоволь наиграться в снежки.

— Папа! Папа! Смотри какого снеговика мы слепили! — звала его Рози, показывая на вполне себе стандартного снеговика с двумя пуговицами вместо глаз и морковкой вместо носа. Вместо рук — ветки, с надетыми на них варежками, а вместо рта — углубление, сделанное пальцем в виде улыбки.

— Вы большие молодцы, — довольно ухмыльнулся Гарри, наблюдая, за играющими во внутреннем саду детьми. У дома Поттеров в Нью-Йорке был небольшой, на три десятка квадратных метров внутренний садик, скрытый от посторонних глаз. Летом тут можно было спокойно поваляться под солнцем, а зимою вот так вот играть.

— А будет еще лучше! — весело сказал Джеймс и, неожиданно, направил палочку на снеговика и произнес заклинание, после чего снежный сгусток… ожил!

— Это что, заклинание танцующего ананаса? — удивленно спросил Гарри. Снеговик, что мгновение назад всего лишь стоял на месте, вдруг начал прыгать на месте.

— Ага! Профессор Флитвик сказал, что оно применимо к очень многому! — весело ответил Джеймс, а снеговик начал скакать уже по всему садику.

— Да, но не каждый на это способен, — пробормотал Гарри, про себя усмехнувшись. Что же. Во всяком случае, Джеймс, как минимум, вполне способен на сложные чары. Ведь чары, которым обучал Флитвик на первом курсе — это самые основы големостроения. Заставить неодушевленный предмет выполнять определенный алгоритм действий… это серьезный результат.

— Что тут у нас? — вдруг сзади подошла Гермиона и сунула руку подмышку Гарри. На ней не было куртки, лишь очень теплая на вид шаль и свитер с оленями. На Гарри был такой же.

— Да вот… — кивнул он на пляшущего снеговика и хохочущих детей, бегущих за ним, — Джим наконец-то проявил воображение не в хулиганских целях, — усмехнулся Гарри, вспоминая все те письма, которые они с Гермионой получали за эти полтора года. Да, их сын не мелочился. Подушки-пердушки, навозные бомбы, ночные прогулки по замку… он словно задался целью переплюнуть своего деда. Макгонагалл весьма красочно описывала его приключения, то и дело угрожая исключением. И это при том, что Гарри не выдал своему сыну мантии-невидимки, надеясь этим сдержать его кипучую энергию.

Впрочем, нельзя сказать, что он действительно был копией деда. Джеймс Сириус Поттер, несмотря на то, что довольно часто влипал в неприятности, был действительно одаренным магически ребенком. Он очень старательно учился и Гарри с Гермионой обоснованно гордились табелем успеваемости, который он предоставил им в конце первого года. Одни сплошные Превосходно… за исключением полетов, по которым он получил удовлетворительно.

Сперва Гарри подумал, что тут сыграли гены Гермионы, которая тоже сдала полеты на чистом упрямстве, несмотря на то, что жутко боялась летать, но потом Джеймс признался, что специально сделал так, чтобы получить низкую оценку. Дело в том, что Макгонагалл собиралась провернуть старый трюк и включить его в квидичную команду на первом курсе, как, в свое время, сделала с Гарри, а Джеймс, понимая, какую реакцию это вызовет у его одноклассников, этого не хотел. Нет, квиддич ему нравился, как и полеты, но не настолько, чтобы играть в школьной команде с первого курса. Да и вообще играть. Перед глазами мальчика был пример Тедди Люпина, который конкретно зашивался на тренировках, с трудом успевая учиться. Справедливости ради, тогда еще второкурсник Тедди учился очень хорошо. Но Джеймс не хотел повторять историю Тедди. Тем более, что его в большей степени интересовала именно практическая магия.

И теперь Гарри был очень рад тому, что в свое время он с Гермионой смогли именно так воспитать своего сына, чтобы магическое развитие для него оставалось на первом месте. А еще Гарри все больше понимал, что мальчик, со временем, станет достаточно сильным, чтобы принять и Нью-Йоркский и Стичкомбский источник.

— Да… а ведь Джон тоже не слабак, — как бы между делом сказала она, положив голову на плечо мужа и Гарри был с ней согласен. Джон был пока еще только на первом курсе, но от брата отличался тем, что был более спокойным и, в то же время, хитрым. Как однажды выразилась Андромеда Тонкс, Джон — самый «слизеринистый» из Поттеров.

Мелкий манипулятор был способен вывернуть даже проигрышную ситуацию в свою пользу. Или сделать так, чтобы окружающие делали то, что нужно именно ему. Иногда Гарри и Гермиона вообще не понимали, как так? В кого он такой пошел?

— Да. Как и Рози, — сказал Гарри, наблюдая за самой маленькой из детей, прямо сейчас хихикающей и хлопающей в ладоши. Рози родилась позже всех. Разница между ней и Джеймсом составляло шесть лет. Но уже сейчас она демонстрировала не только ум и повышенную обучаемость, но весьма серьезные магически способности.

— Смотри! — в натуральном восторге воскликнула Гермиона, а Гарри уставился на младшую дочь. Бегающий туда сюда снеговик остановился перед ней и… поклонился?

— Рада с вами познакомиться, мистер Снеговик! — сказала девочка, сделав довольно умелый книксен.

— Рози, это ты? — удивленно спросила Гермиона, спустившись с крыльца.

— Да! Я просто захотела, чтобы мистер Снеговик проявил учтивость, как учила меня ты, мама! — весело сказала она, а Снеговик вновь поклонился.

— Ну тогда давайте сделаем так, чтобы он говорил. Ведь очень невежливо молчать, когда к тебе обращается столь прелестная леди, — усмехнулся Гарри и, направив палочку на него, пустил какое-то невербальное заклинание и неожиданно, изо рта снеговика вырвались слова известной песенки, а вокруг заиграла музыка! *

— Frosty the Snowman was a jolly happy soul,

With a corncob pipe and a button nose and two eyes made out of coal.

Frosty the Snowman is a fairy tale, they say,

He was made of snow but the children

know how he came to life one day.

— Это же настоящий Фрости! — в полном восторге закричала Рози, а снеговик, продолжая петь, поклонился и протянул свою руку-ветку девочке и закружил ее в танце.

— Ты просто волшебник, — сказала Гермиона с шутливой интонацией в голосе, наблюдая за тем, как дочь танцует со снеговиком.

— Это только начало! — зловеще сказал Гарри и, смастерив себе снежный шарик, бросил в Джеймса.

— Эй! — наблюдавший за сестрою Джеймс, резко обернулся в их сторону и получил второй снежок прямо по лицу.

— Лучше сдавайся, сынок! — стал подначивать его Гарри и с трудом увернулся от снежка, когда за брата заступился Джон.

— Братья Поттеры никому не сдадутся! — воинственно заявил Джеймс и бросил снежок в отца. И пока Рози танцевала, в нескольких метрах от нее развернулась «Великая баталия во внутреннем дворике». Гарри против Джеймса и Джона. Несмотря на численное превосходства, силы были равны и Гарри явно побеждал за счет солидного опыта.

— Эй! А я? — обиженно крикнула Розалия и, оторвавшись от снеговика, который продолжал танцевать уже сам с собой, кинулась на отца, приняв сторону братьев. В конце концов детям, совместными усилиями, удалось в начале загнать своего папу в угол, а потом просто закидать его снегом, из-за чего он грохнулся на землю. И все это под музыку о снеговике!

— Все! Все! Сдаюсь! — хохоча, закричал Гарри, вытянув руку.

— Братья Поттер вновь показали свою силу! — пафосно изрек Джеймс. Дело было в том, что в Хогвартсе они вдвоем, вместе с Люпином, довольно часто объединялись именно в таких вот снежных баталиях и имели солидный опыт кооперации.

— А я? Я тоже помогала! — обиженно воскликнула Рози.

— Лучше помогите мне встать, — закряхтел Гарри, не давая детям развить спор. Вот только стоило парням подойти к нему и подать Гарри руку, как-то сразу же потянул их на себя, сбросив их в сугроб.

— Папа! — возмущенно закричали Джеймс и Джон, которые стали похожи на двух снеговиков, но быстро замолчали, когда Гарри стал закапывать их в снег.

— Сдаетесь?! — торжествующе сказал Гарри.

— Это нечестно! — воскликнули парни.

— Так вам и надо! — с самой вредной интонацией, на которую была способна, сказала Рози, подойдя к маме и взяв ее за руку.

— Сколько раз я вам говорил, — начал выговаривать им старший Поттер, встав над ними, — никогда не расслабляйтесь. Даже упав, противник может доставить проблем. Видимо, мало я вас гонял! — пробурчал он и, достав палочку, одним взмахом поставил сыновей на ноги.

— Эй, вояки! А ну быстро в дом, пока не простыли! — закричала улыбающаяся Гермиона и пошла вместе с Рози домой.

Джон и Джеймс вернулись домой на каникулы. Хорошо, когда твой муж — лучший артефактор западного полушария, способный за пару минут состряпать межконтинентальный портал. Вопрос с транспортом решается как бы сам с собой. Вот и теперь, прокатившись на Хогвартс-экспрессе, мальчики нашли какой-то укромный закуток и оттуда аппарировали к себе домой, где их встретили радостные родители.

— Папа, но я не хочу! — Гермиона услышала нытье Джона и посмотрела на дверь. В ней стояла вся компания.

— Давай-давай, а то простынешь! Что, Бодроперцового захотелось? — строго выговаривал отец семейства, заводя сыновей внутрь. — Экскуро! — произнес он и снега на Джоне — как не бывало!

Вдруг в прихожей зазвонил телефон и Гермиона отвлеклась от рассматривания своих мужчин, после чего взяла трубку.

— Алло? Клара? Здравствуй, милая. И тебя с Наступающими! Спасибо, спасибо. Твой шеф? Дома, а что? Проблемы с посетителем? Хорошо передам, — сказала Гермиона и, отложив трубку посмотрела на очищающего уже самого себя Гарри. Мальчики хоть и были взьерошенными, но стояли в прихожей уже полностью сухими и чистыми.

— Что-то случилось? — спросил Гарри, отложив палочку.

— Звонила Клара. Она говорит, что какой-то клиент не хочет уходить, а ей пора закрываться, — сказала Гермиона, а Гарри на автомате посмотрел на часы. Было 8 часов.

— Ну так пусть просто выставит его. В чем проблема? — спросил Гарри, помогая сыновьям снять с себя куртки. В эти каникулы Гарри решил посвятить себя семье, так что для Гермионы была понятна его реакция.

— Она хотела, но он показался ей очень несчастным. Вот Клара и решила обратиться к тебе, — сказала Гермиона и, заметив, как Гарри поморщился, поняла, что он теперь точно уйдет.

— Ладно, — выдохнул Гарри.

— Ты что, пап, уходишь? — недовольно пропищала Рози, что все это время наблюдала за ними, стоя рядом с мамой.

— Ты же обещал, что весь вечер будешь с нами! — возмущенно воскликнул Джеймс, а Джон насупился. Отцовская подстава с валянием в снегах уже забылась, но ее заменило глухое недовольство тем, что их папы не будет в Сочельник.

— Не волнуйтесь. Я ненадолго. А пока помогите маме испечь имбирные печения, — сказал он, взлохматив обоим сыновьям стоящие торчком волосы (в такие моменты все ясно видели, что это сыновья именно Гарри Поттера) и поцеловав Рози в щечку.

— Идите на кухню, я сейчас приду, — сказала Гермиона, которая отлучилась на мгновение, и проводив детей взглядом, посмотрела на мужа, — Не опаздывай, хорошо? — попросила она его, подавая Гарри шапку, за которой, видимо, и пошла.

— Я же говорю. Я ненадолго, — сказав это, он чмокнул жену в нос, надев шапку, — два часа. Жди, — после чего аппарировал в кафе.

— Шеф! Как хорошо, что вы пришли! — Гарри аппарировал на кухню, где у двери стояли явно взволнованная Клара и Твинки.

— Что, без меня никуда? — усмехнулся Гарри и бросил взгляд в зал, через окно подачи. Он был пуст. Лишь у одного из столиков сидел весьма помятого вида мужчина. — Долго этот человек у нас?

— Ну… часа два-три уже. Нам уже закрываться пора, но он такой несчастный… а вы всегда говорили, что нужно помогать тем, кто забрел к нам, сюда. Вот я и не решилась его прогонять, — пояснила Клара свои мотивы, на что Гарри вздохнул.

— Угум. А что он заказал?

— В начале кофе с бренди и брауни. Потом кофе с ликером. А потом и коньяк. Я ему сказала, что у нас не бар, а кафе, но он вывалил на стол тысячу баксов и попросил не беспокоить. Вот я и… — Клара замолчала, пожав плечами и достав из кармана эту самую тысячу.

— Вот как? Сразу тысячу? — усмехнулся Гарри, рассматривая неожиданного гостя.

— Мне ее вернуть? — сделав губки бантиком, спросила Клара, на что Гарри усмехнулся.

— Не думаю, что он попросит назад те чаевые, что он тебе дал, — улыбнулся Гарри, — можешь считать это подарком от Санты, — выдал ей «индульгенцию» Поттер.

— Как скажете, шеф, — весело усмехнулась Клара, вернув купюры себе в карман, — я пойду?

— Иди. Передай привет своим родителям.

— Ага. Спасибо вам. С Рождеством вас, шеф, — сказала Клара и, подхватив сумочку, сразу же аппарировала. Гарри покачал головой и посмотрел на Твинки.

— Ты тоже ступай. Хозяйке нужна помощь с индейкой, — сказал Гарри, припоминая вкусные запахи, доносившиеся с кухни, на что эльф поклонился и тоже исчез. Сам же Гарри, осторожно вошел в зал и, достав бутылку с коньяком, подошел к позднему гостю.

— Вы не против, если я присяду? — спросил Гарри, встав над головою клиента. Это был молодой мужчина с бородкой и вытянутым лицом. Он сидел с прикрытыми глазами, подставив под голову правую руку. Перед ним был почти допитый бокал с коньяком и на половину съеденный кусок брауни в тарелке.

— А что поменяется от того, что я скажу вам «нет», — пробурчал клиент, даже не посмотрев на Гарри.

— Я просто уйду. Но, хочу заметить, сэр, что пить одному в Рождество — не самое благоприятное занятие. И чтобы не казаться голословным, позвольте внести свой скромный вклад в вашу попойку, — сказав это, Гарри показал бутылку коньяка.

— Вы англичанин? — клиент посмотрел на него со слабым любопытством, при этом не поменяв своей позы.

— Да. Как довольно часто любят напоминать мне миграционые службы, — сказал Гарри, продолжая стоять и ожидая вердикта гостя.

— Садитесь уже, — устало пробурчал он, взмахнув рукой. С легким стуком бутылка коньяка опустилась на стол, а Гарри сел рядом с этим весьма несчастным мужчиной. Это не был бездомный. Деньги, судя по брендовым запонкам и дорогим часам у данного индивида водились. Вот только, как говорится, богатые тоже плачут.

— Меня зовут Гарри. А вас? — спросил Поттер, открыв бутылку коньяка.

— Стрэндж, — буркнул этот человек и резко допил остатки своего напитка, чтобы подставить бокал под новую порцию

— Это имя? Я бы предпочел узнать ваше имя, — спросил Гарри, не наливая Стрэнджу, и дожидаясь его реакции.

— А я предпочитаю, чтобы малознакомые мне люди обращались ко мне по фамилии, — пробурчал он, но новой порции напитка так и не дождался.

— Мистер Стрэндж. Какое-то суховатое обращение для собутыльника, вам не кажется? — спросил Гарри, продолжая игнорировать протянутый бокал.

— Хорошо, — вздохнул Стрэндж, — можете звать меня доктором, — вдруг он буркнул, опустив бокал на стол, видимо, устав держать его на весу.

— Простите? — сделал вид, что не понял Гарри, все еще не наливая клиенту коньяка.

— Доктор Стрэндж. Я — доктор Стрэндж. Нейрохирург. Вы что обо мне не слышали? — раздраженно спросил он, но своей порции напитка так и не дождался.

— Это… имя? — включив дурачка, сказал Гарри, — у ваших родителей, видимо, хорошая фантазия на имена: Нейрохирургдоктор Стрэндж. Они словно знали, кем вы станете. Весьма прозорливо, — весело заметил Гарри, на что Стрэндж лишь тяжело вздохнул.

— Издеваетесь? — устало спросил он, словно из него выпустили весь воздух.

— Только если самую малость, доктор Стрэндж, — улыбнулся Гарри, — но в этом месте мы используем имена. Таковы правила. Даже если сюда зайдет сам президент Маккинли, он для меня будет просто Чарли, — пожал плечами Гарри и наткнулся на недовольный взгляд Стрэнджа, который, однако, вновь, очень быстро, стал усталым.

— Меня зовут Стивен, — наконец-то сказал Стрэндж, — вот! Я сказал вам мое имя! Теперь-то вы можете мне налить? — это не было упреком. Скорее — это была мольба умирающего от жажды человека. Так что Гарри решил больше не тянуть.

— А почему бы и не налить хорошему человеку? — весело заметил Гарри и налил Стивену коньяка, который он сразу же и выпил, — ого. Не знал, что вы настолько страдаете от жажды, — весело заметил Гарри, но Стивену, похоже, было все равно.

— А кто вы такой? — Стивен, встряхнув головой, вновь посмотрел на Гарри.

— Всего-лишь владелец этого места, — пожал плечами Гарри, налив и Стивену, и себе, — дело в том, что нам пора закрываться. Но моя работница заметила, что вас что-то беспокоит. Вот я и решил посмотреть, что же случилось? — Гарри взял свой бокал и взболтал налитый туда коньяк.

— Какое ваше дело до моих проблем? — буркнул Стивен, сделав глоток коньяка.

— Ну… а почему бы и нет? В конце концов… это моя территория. Я имею право задавать вопросы моим гостям, — отсалютовав Стивену бокалом, Гарри сделал глоток.

— И часто вы вот так болтаете с клиентами за выпивкой? — спросил Стивен, проявив заинтересованность.

— Обычно мы болтаем за кофе. Будние дни, ланч, середина рабочего дня… не до выпивки, короче, — пожал плечами Гарри, — ну так что вас гнетет, Стивен? Обещаю, я не буду смеяться, даже если ваши проблемы будут очень смешными, — сказал Гарри, вновь отпив из своего бокала, а Стивен… Стивен задержал на нем своей взгляд и со вздохом, выдал.

— У вас когда-то было чувство, что единственный человек, которому на вас не наплевать безвозвратно потерян и ты больше не сможешь ее вернуть? — скороговоркой сказал Стрэндж и опустил голову. А Гарри… улыбнулся.

— Вы удивитесь… но, да. У меня было такое чувство, — ответил он и положил свой бокал на стол, — что, ссора с любимой?

— Что-то вы очень довольны для того, кто имел подобные чувства, — пробурчал Стивен, проигнорировав вопрос и сделав глоток.

— Потому что мы все это смогли преодолеть, — ответил Гарри, — теперь она стала моей женой.

— Вам повезло, — буркнул Стивен, — а мне… мне уже ничем не поможешь. Я слишком сильно ее обидел.

— Ничего подобного. Уверен, она ждет вас, Стивен, — уверенно говорит Гарри, на что Стрэндж скептически хмыкает.

— И с чего это вы взяли… Гарри?

— Сегодня же сочельник! Время чудес и волшебства, — как нечто само-собой разумеющееся говорит Гарри.

— Ах да! Магия, — со скепсисом и иронией протянул Стрэндж, — Кристина давно уже вышла из того возраста, когда девочки верят в добрых фей, магию и всякую другую чепуху, — пробурчал Стивен и залпом выпил свой коньяк, — да и я… тоже.

— А любовь? — вкрадчиво спросил Гарри, — вы хотите сказать, что будучи женщиной, она не верит в любовь? Не смотрит сопливых мелодрам? Не читает женских романов? — задав этот вопрос, Гарри надеялся на вполне определенную реакцию. Ведь даже если Гермиона порой смотрит какую-нибудь сопливую мыльную оперу (при этом делая вид, что ей такое не нравится) то эта самая Кристина точно не брезгует таким.

— Я… не… не знаю, — Стивен задумался, отхлебнув из своего бокала, — я… думаю, — он помассировал себе лоб, — видел парочку таких в ее квартире. Но… я не придал этому значения…

— А представьте, сколько есть того, чего вы не видели. Например, в цифровом варианте? — задал вопрос Гарри, прервав Стрэнджа, и заметил как поменялось выражение его лица, — а признание в любви в Сочельник… не это ли одно из самых романтичных вещей, что можно сделать? — как бы в никуда спросил Гарри.

— И все равно. Она не захочет меня видеть. Уверен, она на дежурстве. У нее есть привычка зарабатываться в моменты, когда ей плохо.

— Не напивается, не наедается, а зарабатывается? Да она золото, а не женщина! — воскликнул Гарри и, не обращая внимания на недовольный взгляд Стрэнджа, сказал, — тем более, вы не должны упускать ее. Ну же, Стрэндж. Это может быть ваш последний шанс, — сказал он и заметил, как в окосевших от алкоголя глазах Стивена зажглась решимость.

— Вы правы, Гарри, — сказал он и резко встал со своего места, — я не могу упустить Кристину! Я буду за нее бороться! — вот только ноги его не держали. Стоило ему сделать шаг, как его ноги подогнулись и Стрэндж почти рухнул на кафель. К счастью, его удержал Гарри.

— М-да. Кажется, ты перебрал, Стивен, — задумчиво протянул Гарри, удерживая Стивена от падения, — какая фамилия у Кристины?

— Па-палмер! Кристина Палмер! Самая красивая женщина в мире! — пафосно заявил Стрэндж, пытаясь вырваться из захвата Гарри, но он был пьян. А Гарри — трезв.

— А номер? Номер у нее есть? — спросил Гарри, вновь усадив Стрэнджа на стул.

— 212… — начал говорить он номер Кристины, постепенно вырубаясь, а последнюю цифру он буквально зевнул.

— Хорошо. Посиди пожалуйста здесь. Я скоро! — сказал Гарри и отошел на кухню, не сводя со своего гостя взгляда и набирая указанный Стивеном номер.

— Алло? — на той стороне послышался усталый, но приятный женский голос.

— Мисс Палмер?

— Да. А кто это?

— Меня зовут Гарри Поттер, мэм. Дело в том, что в кафе, которым я владею, находится без сознания человек по имени Стивен Стрэндж…

— Стивен? Что с ним? Он ранен? — прервала она Гарри, а Поттер отчетливо почувствовал, что эта женщина Стивена любит. Уж больно она была обеспокоена.

— Ничего серьезного, мисс Палмер. Не волнуйтесь. Если, конечно, не считать того обстоятельства, что мистер Стрэндж — мертвецки пьян!

— Пьян? — удивленно спросила она, — а это точно Стивен? Просто… на моей памяти он никогда не напивался, — сказала она, и Гарри показалась, что Кристина была шокирована.

— Если судить по документам в бумажнике, который он впихнул мне в руку, то да. Это- Стивен Стрэндж. А еще он постоянно говорил о вас.

— Обо мне? — удивленно спросила она.

— Да. Честно говоря, впервые вижу, чтобы кто-то так убивался из-за женщины, не в обиду вам будет сказано, — сказал Гарри, а мисс Палмер замолчала, — мисс Палмер?

— Ах… да… да, мистер Поттер, — заторможено сказала она, — так… вы позвонили, чтобы я его забрала, да? — как бы с трудом понимая, что происходит, спросила она.

— Это было бы очень любезно с вашей стороны, — ответил Гарри, про себя улыбнувшись, — мое кафе находится на 5-й авеню. Называется «У Джима». Вы точно его не пропустите.

— Я еду, — завершила она разговор и бросила трубку. А Гарри… А что Гарри? Гарри улыбнулся и направил палочку на Стивена.

— Сомнус! — произнес он заклинание, после чего Стивен просто уснул на столе. А Гарри, проверив кухню и зал, позвонил Мионе.

— Гарри? Ты где? Скоро индейка будет готова! Папа и мама тоже скоро будут здесь! — скороговоркой выговорила она.

— Не волнуйся. Скоро буду дома. Просто хотел позвонить, чтобы ты не волновалась, — сказал он, усмехнувшись. Сегодня планировалось семейное застолье и он сам не хотел опаздывать.

— Решил проблему с клиентом? — спросила она, явно что-то делая руками, уж больно характерный звук стука ножа об доску доносился через телефон. Несмотря на то, что Гермиона прекрасно владела кулинарными чарами, кое-что она все же предпочитала делать руками.

— Почти. Скоро его заберут, — сказал Гарри и вышел в зал, — знаешь. Иногда мне кажется, что это такое место, куда тянет всех тех кому нужна помощь. Сам не знаю почему?

— Ну… каков хозяин, такое и кафе, — с ухмылкой в голосе сказала Миона, — думаю, если бы хозяином был кто-то другой, то оно не имело бы такого притяжения.

— Наверное, ты права, — вздохнул Гарри и заметил огни скорой помощи за окном, — так. Похоже, мне пора.

— Не задерживайся там, ладно, — пробурчала Гермиона.

— Я тебя люблю! — протянул Гарри и убрал телефон. Он быстро вышел в зал и, направив палочку на Стрэнджа, произнес, — Фините, — после чего открыл дверь, за которой стояла весьма симпатичная молодая женщина в форменной куртке одной из манхэттенских больниц.

— Мисс Палмер?

— Мистер Поттер?

— Спасибо, что так оперативно откликнулись, — сказал Гарри, впуская ее во внутрь.

— На улицах почти нету машин, а больница в трех кварталах, — скороговоркой пояснила она, — ну и где этот пьяница? — пробурчала она, войдя в зал и уставившись на Стивена, — рассказал бы кто, что этот зануда и фанат ЗОЖа может напиться, никогда бы не поверила, — пробормотала она и, подойдя к нему, стала осматривать.

— А все из-за вас, — пожал плечами Гарри, за что удостоился кривого взгляда мисс Палмер.

— Мне как-то трудно поверить в то, что этот самовлюбленный хлыщ мог напиться из-за меня, — покачала она головой и усмехнулась, — надо же.

— Простите мое любопытство. Но из-за чего вы поссорились? — спросил Гарри, но мисс Палмер молчала. Молчал и Гарри.

— Он присвоил себе наше с ним открытие, — наконец-то сказала мисс Палмер, — хоть совести хватило не называть его «Сечением Стрэнджа». Но это не главное. Он —самовлюбленный эгоист. Я люблю его, но… до этого мига мне казалось, что он любит только самого себя, — сказала она, обхватив себя руками.

— А теперь? — улыбнулся Гарри и заметил на ее лице непонимание.

— А теперь я даже не знаю, — пожала она плечами, — он ведь действительно повернут на ЗОЖ. Говорит, что не хочет терять способности к тонким операциям из-за алкоголя и его воздействия. А зная то, как он относится к своим профессиональным достижениям и навыкам, видеть его таким… — покачала она головой.

— Кри-сти-на, — в этот момент о себе решил дать знать Стивен, — прости, — с трудом выговорил он.

— Думаю, что нам пора, — вздохнула она, — спасибо, что позаботились о нем.

— Не за что, мисс Палмер, — пожал плечами Гарри, — сегодня же Сочельник. Было бы грустно, если бы он встретил его один, здесь, — Гарри обвел взглядом помещение, а Кристина усмехнулась, соглашаясь с ним, — быть может — это судьба? — сказал Гарри как бы в никуда, на что Кристина бросила на Гарри кривой взгляд. Затем посмотрела на Стивена и провела рукою по его растрепанной шевелюре, улыбнувшись.

— Может быть, — печально сказала она, — помогите мне дотащить его до скорой, пожалуйста, — попросила она и они вместе, взяв Стивена под мышки, потащили его наружу.

— Вот так, — сказал Гарри, когда они с Кристиной уложили Стивена на койку в машине скорой, — а вам не влетит?

— Нет. Я оформила это как вызов, так что, — пожала она плечами, дескать, сами понимаете, — ну. С Рождеством вас, мистер Поттер.

— С Рождеством вас, мисс Палмер, — с улыбкой сказал Гарри и помахал рукой, когда машина отъехала от его двери.

— И долго я тебя должна ждать? — вдруг Гарри услышал голос сзади.

— Миона? А ты что тут делаешь? — удивленно уставился он жену, одетую в свое пальто и закутанную в шарф.

— Пришла за своим мужем, чтобы надавать ему по шее, — пробурчала она и подойдя к Гарри, дала ему символический подзатыльник.

— Ауч, — притворно сказал Гарри и улыбнулся, — я как раз собирался домой.

— Вижу, — усмехнулась она, — я все слышала. Думаешь, у них есть будущее? — спросил Гермиона, а Гарри улыбнулся. Он знал, что Гермиона здесь с той самой секунды, когда они с Палмер вошли в помещение кафе.

— Кто знает? Рождество, как-никак. Время чудес, — сказав это, Гарри взял Гермиону за руку и потянул в кафе, — нам пора домой.

— Кто бы говорил, — хмыкнула Миона, но дала себя втянуть в кафе.

Через мгновение свет в кафе погас. На пятой авеню наступил вечер Сочельника.

Примечания

*собственно, песенка снеговика Фрости. Уверен, вы все видели этот мультфильм, или минимум знакомы с персонажем!

Перевод

Снеговик по имени Фрости был веселым добряком

С кукурузным початком, носом-кнопкой и глазками-угольками.

Говорили, что Снеговик по имени Фрости — сказки,

Он был сделан и снега, но дети

Знают, что однажды он ожил.

Решил сделать небольшой сюрприз. Эта глава давно уже есть в открытом доступе, но я подумал, что и здесь ее наличие не помешает.

И да. Теперь, опубликованная часть истории достигла этой главы. Так что она вновь получила номер и то место, которое ей предначертано.