Кайрин 4. Проклятое зелье

Глава 12

Шар сразу полыхнул белым. И продолжал светиться всё ярче. Я внимательно следил за реакцией Корнелии и Сэна, ведь помимо них и слуги, уже все знали, каким будет результат.

Глаза Сэна сузились, он смотрел на панель с изрядным напряжением. Корнелия же приоткрыла рот и расширила глаза, подходя ближе. Лорд же не сильно изменился в лице, и только улыбка его стала чуть шире.

После минуты такого свечения, наконец, оно стало утихать, и на панели засветились все четыре разноцветных сферы.

— Быть не может! — воскликнул побледневший Сэн, неверяще уставившись на панель, его дыхание стало таким частым, что это даже со стороны стало заметно. — Он же просто не может… У него даже не было магии. Это ведь ошибка? Верно, артефакт же уже сегодня ошибался…

Похоже, в этот момент мне посчастливилось наблюдать крах надежд старшего брата Корна, ведь теперь у него шансов получить титул лорда практически не оставалось. Ну, разве что Корн умрёт преждевременной смертью. Что, учитывая таких родственников, я бы не стал списывать со счетов.

— Это ошибка? — с дрожащими от волнения руками спросила Корнелия. Но по её шокированному выражению лица было непонятно, хотела ли бы она, чтобы это оказалось так. Она повернулась к лорду: — Отец? Ты выглядишь слишком спокойным для такой новости, будь это правдой.

— Пожалуй, — кивнул Стедд и улыбнулся: — Просто я уже это знал, — при этом он словно невзначай скользнул по мне взглядом. Ага, случайно, но так, чтобы Корн это заметил!

Хитрый лис! А ведь обещал, что не сдаст меня Корну. Конечно, он и не сделал этого напрямую, но то, как он при этой фразе на меня глянул, было слишком очевидным. Хорошо, что я уже признался куратору во всех своих грехах, иначе бы уже никогда не смог с ним помириться.

Я сжал зубы. Лорд Массвэл планировал нас рассорить?

— Хочешь сказать, это всё по-настоящему? — сипло спросил Сэн, смотря на отца. — Четыре стихии? У Корна действительно их целых четыре⁈

Тем временем на панели загорелась жёлтая точка. Артефакт вообще с Корном немного тормозил. А потом на мгновение полыхнула зелёная… или нет? Я поборол желание протереть глаза. Мне показалось? У Корна не было покрова земли. Панель даже это подтверждала более тусклым, чем остальные, зелёным цветом.

Но интересно, чтобы она показала, когда у меня не было покрова воздуха, но я уже общался с Хару? Впрочем, это всего лишь мысль.

Я не стал циклиться на ней. Судя по реакции остальных, они этого не заметили. Всё же показалось. Ну и, в конце концов, можно поинтересоваться у самого куратора. Действительно удобно, что он не врёт.

Я решил продолжать наслаждаться выражением лица Сэна. Оно обычно было такое равнодушное, глаза его чаще всего вообще словно лёгким туманом были затянуты, а тут вся пелена с них спала, они смотрели так пронзительно, будто принадлежали совсем другому человеку. Очень-очень злому человеку…

Наверное, Корн тоже наслаждался таким зрелищем, потому что он в своей горделиво-надменной манере ухмыльнулся брату и развёл руки слегка в стороны, развернув ладонями вверх, после чего над левой появился водяной вихрь, а над правой заплясал огонёк пламени.

Глаза Сэна при этом расширились от шока. А Корнелия… она стала оседать на пол. Моё тело рвануло раньше, чем я понял зачем. Я подхватил её, не дав упасть, и только потом сообразил, что весьма фривольно прикасаюсь к дочери лорда Массвэла у того на глазах. Я помог ей восстановить равновесие и поспешно отпрянул. Она даже возмутиться не успела.

Корн же, довольный эффектом, отозвал огонь и воду и поочерёдно призвал ветер и золотое свечение, присущее магии исцеления.

Раздались аплодисменты.

— Восхитительно, — это был лорд Массвэл. — Увидеть это своими глазами — совсем другое. Потрясающе, Корн. Две противоположные стихии одновременно, два противоположных покрова, и пусть тебе никогда не призвать их дэвов, то, что ты достиг этого — уже достойно уважения. Если этому способствовал Нейро, — он перевёл взгляд на меня и вздохнул. — Похоже, я в некоторой степени обязан Ниро, — он усмехнулся. — Но как же не дальновидно с его стороны.

— Попрошу быть более уважительным к моему отцу, — холодно проговорил я.

— Что, думаешь, то, что он помог Корну, для него было благоразумным?

— В этом вопросе мне его не понять. Но, — я на миг взял паузу, — с точки зрения директора Академии он не мог поступить иначе.

Лорд расхохотался. Видно было, что он очень рад тому, что его сын оказался настолько одарённым.

— Думаешь? Тогда мне позаботиться о его сыне в ответ? — Стедд приподнял брови и приказным тоном договорил. — Приходи ко мне в кабинет в половину седьмого.

Ну вот. Только этого не хватало.

Проверка завершилась. И Корнелия с Сэном в растрёпанных чувствах разошлись по своим комнатам.

— Разве вы с сестрой не ладите? — спросил я Корна. — Почему-то она не казалась счастливой.

— Да? Я не видел… Всё моё внимание было поглощено выражением лица Сэна, — рассмеялся Корн.

— О да, оно было незабываемо, — хохотнул я. Было непривычно видеть Корна таким довольным. Он добавил:

— Жаль, только ты лишил меня счастья видеть такое выражение лица у отца, — хмуро он глянул на меня.

— Так ты только из-за этого на меня тогда разозлился? — я почти задохнулся от возмущения. Я-то думал, там какой-то супер-план, а я ему тем, что сдал его отцу, нарушил. А, оказывается, он просто хотел посмотреть на шокированное выражение лица своего родителя! — Что ж, тогда я правильно поступил, что сдал тебя. Тогда-то на кону стояла моя жизнь!

— О, неужели, у Кайрина воскресла совесть? Ты что, переживал о правильности этого поступка? — поднял бровь Корн.

— Тьфу на тебя, — почти обиделся я.

Ведь действительно об этом волновался! А этот придурок…

— Но вообще-то, — Корн стал более серьёзным, — я, может быть, только для этого момента и жил.

Он сказал это с таким пафосом, что мне захотелось его треснуть. Что я и не преминул сделать — ветром, нематериальный подзатыльник, которые обычно мне пачками раздавал сам Корн.

— Эй! — он в шоке уставился на меня и стал грозно наступать. — Ты сейчас меня ударил?

А я, не дожидаясь расплаты, рванул по коридору на улицу хохоча:

— Сначала догони!

Вскоре за мной послышался топот бегущего куратора. А я использовал попрыгунчики и даже покров, чтобы оторваться от него. Самым сложным при этом было не разнести особняк Массвэлов.

Я так увлёкся, что когда передо мной оказалась главная дверь, и не подумал замедлиться. Распахнул тяжёлые створки потоком ветра, чтобы отворить их, и оттолкнулся от очередного попрыгунчика, дабы вылететь из особняка на всех порах… Почему-то мне это тогда казалось обязательным действием для того, чтобы покрасоваться. Разве не круто: выйти таким экстремальным образом из самого особняка Массвэлов⁈

Надо же было Корнелии в этот момент попытаться в него зайти.

Я успел увидеть её расширяющиеся от ужаса глаза, пока она смотрела на летящего к ней меня. Ну, это длилось меньше секунды. А затем я врезался в неё, и мы кубарем покатились по почему-то совсем не мягкой траве.

Надо сказать, что голову я не потерял, молодец. И когда периодически натыкался на разные приятные части тела сестрицы Корна, я всё ещё соображал и помнил, что её брат на это творящееся безобразие смотрит. Поэтому, как только мы прекратили катиться, оказавшись сверху, не в слишком приличной позе, я мгновенно создал под руками попрыгунчик, что меня откинул подальше от опасной девицы.

Так что велик шанс, что Корн и не увидел, как я какую-то секунду нависал над его сестрой, почти касаясь носом её груди. Я очень на это надеюсь. А если я совсем везунчик, в чём недавно убеждал меня Зурт, это не успела понять и Корнелия.

Передо мной поднималась помятая девушка, лицо которой было настолько злым, что она в этом могла бы даже превзойти все самые ужасные выражения лица её брата. Её платье было испачкано, в грязи, траве и ветках, лицо покраснело, а левый глаз дёргался. По моей спине пробегал холодок от взгляда Корна, который я ощущал словно материальное давление между лопаток.

Шавр! Пора валить!

Благо покров ещё действовал, и маны хоть отбавляй.

С другой стороны, ну в чём я виноват⁈ Я же не специально. Может, если им всё объяснить, не побьют?

Пока я оборачивался, чтобы увидеть лицо Корна и понять, насколько плохи мои дела, ощутил мощный всплеск магии со стороны Корнелии.

Когда в меня понёсся мгновенно созданный водяной торнадо, я сумел уклониться только потому, что всё же такого ждал, ну и воду с воздухом я чувствовал. Но даже так, не будь на мне покрова, я просто бы не успел.

Создав ряд попрыгунчиков, я буквально пробежался по ним, чтобы отдалиться от Корнелии. Да и от Корна, на всякий случай.

Не тут-то было. Только я приземлился, и меня со всех сторон окружили водяные печати. Через мгновение из них с ужасающей скоростью прямо мне в лицо ударили горячие струи воды.

Я резко присел, сверху на меня полилась вода, я раскрыл щит на манер зонтика. Пар, что шёл от такого дождя, действительно впечатлял. Она меня сварить решила? Да и зачем прямо в лицо? Решила изуродовать или вовсе ослепить?

Пока я мысленно жаловался на грубое, не соответствующее статусу, поведение леди Массвэл, создал вихрь, который бросил в Корнелию, чтобы отвлечь, и заодно развеять её гейзеры.

— Может быть, прекратишь? — спросил я.

Она даже не ответила, но по глазам было ясно: не прекратит, пока один из нас не проиграет, надеюсь, нас всё ещё можно будет после этого спасти.

Поначалу я не атаковал. Мне претила мысль попортить прелестную мордашку Корнелии, но она наседала, и вскоре я перестал сдерживаться.

Корнелия получила силу ещё в детстве, как и положено дворянинам. Таким образом, у неё была огромная фора передо мной, что открыл первую стихию всего год назад. Но я был уверен, что я талантливее её. Может быть, в этом я проигрывал Корну и Айриссу, в Академии меня в этом плане окружали сплошь монстры, но определённо не Корнелии.

Я вытянул руку в её сторону и сформировал печать, которую придумал сам и назвал «жало». Она была небольшой и всего двухкольцевой, но за счёт того, что выпущенная стрела ветра состояла из двух частей, что закручивались в противоположные стороны, не мешая друг другу, заклинание имело отличную пробивную способность. Кроме того, активировалось почти мгновенно. Это сейчас я его делал демонстративно медленно.

Среди попрыгунчиков, что висели по всему пространству нашего боя, и которые Корнелия до сих пор игнорировала, я спрятал уже с десяток подобных печатей. Как только я их активирую, ей конец.

Заклинание же в моей руке была всего лишь отвлекающим манёвром.

Но Корнелия могла почувствовать стихию ветра. Однако владела она ей гораздо хуже водной стихии, поэтому у меня были шансы активировать печати незаметно для неё.

Она же всё то время, пока я скрытно подготавливал к активации десяток заклинаний жала, создавала огромный водяной торнадо. Он уже превышал рост человека в три раза.

В тот момент, когда она собиралась толкнуть его в мою сторону, я активировал печати, выпуская все заготовленные жала разом.

Надеюсь, Корн её прикроет…

На груди Корнелии вспыхнул большой круглый медальон, который я до этого не замечал, и вокруг неё сформировался сферический щит. Десяток жал вонзились в него, несколько секунд продолжали сверлить его, но затем бессильно развеялись. Щит пропал. Так же как и медальон через пару секунд.

Артефакт. Ну, стоило ожидать от дочери семьи Массвэлов. Надеюсь, она не будет утверждать, что использовать артефакты в нашем бою — честно, ведь тогда мне её не победить.

Корнелия соединила руки и вновь начала создавать перед собой печать. Ну вот… И как я мог ожидать вменяемости от этой барышни?

— Ты проиграла, — раздался позади меня мужской голос. — Хватит позорить нашу семью.

Это был голос Сэна. Я не заметил, как он вышел из особняка, но мне и не до этого было. Что ж, он меня спас от своей невменяемой сестрицы.

Корнелия скривилась, но печать развеяла и стала уходить, признавая поражение. А я решил поблагодарить Сэна. Вроде как во время ужина, он вёл себя временами нормально…

— Спа…

Не успел я и слова договорить, как на меня ринулся огненный смерч.

Я сделал водяной щит, что мог двигаться вместе со мной и по оставшимся ещё попрыгунчикам быстро убежал.

— Какого демона⁈ — воскликнул я, приземляясь в десятке жезлов от Сэна.

— Отец попросил тебя потренировать. Так сказать, в благодарность за заботу твоего отца о моём брате, — безэмоциональным тоном проговорил Сэн, глаза его при этом оставались такими же пустыми, как всегда. Да только вот уголок рта едва заметно дёрнулся. Весело ему, понимаешь ли!

Корн, подпирающий стенку особняка, так вовсе после этих слов расхохотался. Гад! Когда-нибудь я ему за всё отомщу!

Я не был ровней Сэну. Вот даже с бо-о-ольшой натяжкой, даже с моими новыми демоническими способностями, активировавшимися во время боя, что увеличили мою скорость, выносливость и силу, а также силу магии, воздушной. На водную я никакого влияния не заметил. Но вот ветер призывался быстрее, слушался лучше и бил мощнее. Мне понравилось.

Хару я призывать не стал. Ведь Сэн тоже мог призвать своего дэва, и тогда бы от меня остался лишь пепел, да и на тренировку это бы точно перестало походить. Правда, мне и так казалось это больше моим избиением, чем тренировкой.

В итоге мой покров просто развеялся, из-за того, что я потратил всю ману. После последнего огненного шара Сэна, который я поймал на воздушный щит, что рассыпался от удара, я лежал на траве, тяжело дыша.

Тело болело от синяков и ожогов, мне казалось, что я не пошевелю и пальцем. Ещё и с демонической силой что-то было не так: кожа зудела, очень хотелось всё расчесать, а голова болела от пульсации, что совпадала с покалываниями, проносившимся по телу. Мне казалось, что узор татуировки менялся. И это было ужасно не вовремя. Сэн и Корн всё ещё находились рядом, и уходить не спешили. Ни один, ни другой! Ну что им ещё надо? Сам-то я встать и свалить не могу…

— Думаю, продолжим в другой раз, — задумчиво посмотрел на меня сверху вниз Сэн и наконец-то ушёл!

— Шавр! — попытался я подняться, но не смог, упав обратно на землю. — Он что, разозлился? — спросил я у Корна, что подошёл ко мне.

Он сел передо мной на корточки, задумчиво разглядывая. Ну настоящий брезгливо-заинтересованный взгляд лекаря! Ненавижу их за это.

— А ты бы не разозлился, если бы твою сестру облапали? — спросил Корн.

— Намекаешь, что и ты разозлился? — нахмурился я. — Сэн же не видел, как мы с Корнелией покатились. Да и не лапал я её! Это случайность! Слу-чай-ность!

Корн задумчиво посмотрел на меня. Его выражение лица напомнило мне момент, когда мы впервые встретились, тогда он даже вслух рассуждал, прикопать ли меня за клумбой, или всё же я не стою риска вылететь из Академии.

— Ладно, если ты мне не веришь, тогда расскажи, в каких же местах я её лапал? А то помирать за то, чего даже не почувствовал, как-то обидно!

Корн сжал зубы, а затем очень тихо спросил:

— Ты напрашиваешься? — в руке у него вспыхнул огненный шар.

— Эй-ей… Ты же меня вылечить должен, а не… Стихию, случаем, не перепутал? — я даже нашёл в себе силы чуть отползти.

— Не перепутал. Один удар, и больше никогда ничего не заболит.

Я перестал отползать и расслабленно лёг, посмотрел в уже тёмное небо.

— Это было бы слишком просто, да? — задумчиво сказал я, зная, что Корн ничего мне не сделает.

Ну, я был в этом уверен, но… в этот момент я почувствовал движение воздуха сбоку, а затем сильный удар в живот.

Я задохнулся. А следом на меня направили золотой контур заклинания сна. И я отрубился.