Князь Андер Арес 6

Глава 18

В Виндаре багряный диск Саи уже коснулся верхушек сторожевых башен, тогда как в столице она находилась в самом зените.

Мы неспешно шли по мощеной дорожке от портальной площадки к главному входу.

Пользуясь моментом, я повернулся к Милене.

— А когда ты научишь меня чарам телепортации? — спросил я. Мой медальон-дракончик был хорош, но он имел ограничения по количеству перемещений.

— Могла бы сегодня, — с усмешкой отозвалась баронесса, — но ты такой занятой… Столько дел, столько громких заявлений королям, — сказав это она резко остановилась. — Скажи, Андер, — произнесла она, — мне ожидать от тебя проблем?

Я тоже остановился, разворачиваясь к ней всем корпусом.

— Что ты имеешь в виду? — спросил я.

— Ирвент, — коротко ответила Милена. — Ты вообще отдаешь себе отчет в том, что сегодня сделал? Ты публично унизил монарха. Ты бросил вызов короне в ее же собственном доме.

Я хмыкнул, скрестив руки на груди.

— Если тебе что-то не понравилось, почему не остановила меня? — парировал я. — Напротив… мне показалось, что ты наслаждалась происходящим. И твоя улыбка тогда говорила красноречивее любых слов.

— Это было забавно, не спорю, — слегка наклонив голову набок, согласилась она. — Видеть, как Валадимир глотает воздух от возмущения, довольно редкое зрелище. Однако я, как твоя наставница и как Столп, обязана тебе напомнить правила игры. Мятеж против короля возможен только с одобрения Совета Драконов. И только за деяния, которые могут повлечь серьезные жертвы среди людей или угрожают существованию государства.

— Даже интересно узнать, — протянул я с нарочитой задумчивостью, — под «серьезными» сколько подразумевается? Тысяча? Десять? Сто тысяч? Есть точная цифра в справочнике драконов?

Милена нахмурилась.

— Я теряю нить разговора, Андер, — отстраняясь произнесла она. — Я тебе пытаюсь сказать совсем другое. Ирвенты неприкосновенны. И все Столпы королевства, включая меня, встанут на их защиту в случае прямой угрозы. Это наш долг. Не заставляй меня выбирать между ролью наставницы и долгом перед короной.

Я поднял руки в примирительном жесте, видя, что разговор заходит на опасную территорию.

— Оу, полегче, — сказал я, став абсолютно серьёзным. — Милена, ты за кого меня принимаешь? Я точно не мятежник и не убийца. У меня нет планов свергать династию или устраивать кровавую бойню в столице. — Я сделал шаг к ней, понизив голос до доверительного шепота. — То, что у меня возникли недопонимания с Валадимиром, это мои с ним личные дела. Он хотел моей смерти, он отправил меня на убой. Я сказал, что не забыл и не простил. Теперь за ним ход.

— И ты думаешь он оставит это так? — скептически спросила баронесса.

— Я хочу посмотреть, что он будет делать дальше, — пожал я плечами. — И учитывая, что наши рода недавно снова породнились через брак Мишеля и Аяны, он не предпримет ничего кардинального против нас. По крайней мере, открыто. Тем более, у него не осталось рычагов давления на меня.

— Что ты имеешь в виду? — прищурилась Милена.

— Ну, давай подумаем. Деньги у рода Арес есть. Армия тоже. Врагов, кроме Пустоши и рода Селани, нет. Орда вряд ли придёт под наши стены из-за архила. Что же до эльфов, то это немного другая история. — Я сделал паузу. — В прошлый раз, король прислал графа Факкалистера, чтобы давить на нас политически и финансово. И заодно князя Грома, чтобы тот выступал в качестве пугала, как грубая сила «S» ранга. Это сработало тогда, потому что мы были слабее. Но теперь ни Гром, ни даже граф Блэк не станут угрожать мне напрямую.

Милена молчала несколько секунд, обдумывая мои слова.

— Ясно, — наконец выдохнула она. — Ты опасный человек, Андер. Но пока ты играешь по правилам…

Вдруг со стороны массивных дубовых дверей главного входа раздался громкий, жизнерадостный голос Мишеля:

— Эй! Вас долго ждать⁈ Еда стынет, вино греется! А я голодный!

— Потом договорим, — сказала Милена и, как ни в чём не бывало, положила мне ладонь на локоть.

В зале уже были почти накрыты столы, и слуги сновали между гостями, расставляя последние блюда и наполняя кубки.

Как и планировал Сэм, на наш семейный праздник прибыл отец Вероники, князь Мон. Высокий мужчина с сединой стоял у камина, держа в руке бокал с вином. Увидев меня, он тут же поставил бокал и сделал шаг навстречу.

— Князь Андер, — произнёс он, протягивая руку. — Позвольте лично поздравить Вас. Весть о вашем возвышении наш род встретил с большим воодушевлением.

Я пожал его ладонь. И рукопожатие было крепким, но смотря ему в глаза, я не испытывал ровным счётом ничего. Даже банального уважения, которое, по идее, мог испытывать к тестю своего брата.

Просто я прекрасно помнил, как его род отвернулся от нас, когда Арес были в опале. Я знал, что Сэм несмотря на это старается поддерживать тестя, который едва держался за власть даже в собственном роду.

И самое забавное, он это понимал.

В моих глазах князь Мон увидел это равнодушие. На долю секунды его улыбка дрогнула, став чуть более натянутой. В его голове мелькнула мысль, в которой он называл меня наглым засранцем. Но он быстро взял себя в руки.

И мы оба сделали вид, что ничего не заметили. Он моё прохладное отношение, а я то, что прочёл в его мыслях.

— Благодарю, князь, — коротко кивнул я, разжимая руку и проходя дальше.

— Всегда пожалуйста, — в свою очередь сказал князь Мон.

Следующим ко мне подошёл Вильям Грасс. Отец Гаррика и учитель моей… учитель Лилии.

— Андер… то есть, князь, — поправился он, тепло улыбаясь. — Невероятно. Просто невероятно. Бастиан гордился бы тобой.

Я улыбнулся ему в ответ. И, повинуясь новому инстинкту, попытался коснуться его разума. Просто рефлекс, ничего личного.

И наткнулся на стену. Но это был не грубый щит, а мягкая, даже скорее вязкая пелена, в которой меня вежливо вытолкнули наружу. При это Вильям даже не заметил моего ментального прикосновения, хотя я мог и ошибаться.

Тем временем я ответил ему.

— Спасибо, Вильям. Для меня это много значит. Отец всегда отзывался о Вас, как о лучшем друге, что у него был.

— Благодарю, — произнёс Вильям, и раскланявшись с ним, я пошёл дальше.

А потом ко мне подошёл Гаррик.

— Андер, — начал он, глядя мне в глаза. — Это… это сильно. Правда. Я… поздравляю.

И тут меня накрыло. В отличие от своего отца, Гаррик не обладал защитой. И его мысли были громкими. Они буквально обрушились на меня, как лавина.

— «Он сделал это… Чёрт возьми, он реально стал „S“ ранговым! Молодец, Андер. Реально молодец… — Следом пошёл другой поток, более тёмный. — … А я? Я всё ещё топчусь на месте. Интриган. Арес (обращение к богине), каким же я был кретином раньше. Ревновал Лилию, планировал уб… козни, пытался подсидеть… Какой же я был сволочью. Но я пытаюсь… Я правда пытаюсь всё исправить. Ради Бель. Ради дочки…» — я слушал этот внутренний монолог, чувствуя его раскаяние. Но вдруг среди этого потока самобичевания всплыло нечто конкретное. — «Надо покончить с этим. Сегодня же тот артефакт… Я должен его уничтожить. Пока никто не нашёл».

Разумеется, мне стало интересно про какой артефакт идёт речь. Моё любопытство вспыхнуло, и я хотел надавить… хотел углубиться в этот образ, желая понять, что именно скрывает муж моей сестры.

Но тут на моё плечо легла изящная, но тяжёлая рука.

— Андер, — голос Милены прозвучал над самым ухом. — Пойдём, отойдём на пару слов.

Она не спрашивала. И настойчиво потянула меня в сторону, подальше от Гаррика.

Милена отвела меня к окну, откуда открывался вид на сад.

— Слушай мой тебе совет, — произнесла она, окружив нас пологом тишины. — Порой люди думают об очень грязных вещах. Но на деле они всё равно остаются хорошими. В природе человека завидовать, ревновать, желать чужого. Это пороки, с которыми мы постоянно связываемся, с которыми боремся. Но мысли, это не действия, Андер.

— К чему ты ведёшь, Милена? — спросил я прямо. — Ты слышала то же, что и я?

Баронесса повернула голову.

— Гаррик… — начала она. — Я видела его мысли куда глубже, чем ты. И скажу тебе честно: я не могу сказать, что он прям эталон чести. В его жизни есть моменты… абсолютно бессовестные. Вещи, за которые в приличном обществе вызывают на дуэль или изгоняют.

Я напрягся.

— И ты молчишь?

— Дослушай, — она подняла палец. — Он совершал ошибки. Но сейчас, прямо здесь и сейчас, он старается быть лучше. Он воюет с самим собой. И поверь мне, эта битва порой тяжелее, чем схватка с тварями Пустоши. И только от тебя и твоих близких зависит, каким он станет. Если ты сейчас вытащишь его грязь наружу, ты сломаешь его. Ты сделаешь его врагом. А если дашь ему шанс самому разобраться со своими искушениями… возможно, род Арес получит самого преданного союзника.

— Я так понимаю, ты не скажешь мне, о чём речь? Что именно он хочет уничтожить?

Милена отрицательно покачала головой.

— Это его испытание, Андер. Не твоё.

Некоторое время мы молча смотрели друг на друга. Тогда она продолжила.

— Просто прекрати читать людей, — сказала она. — Это будет тебе крайне полезно. Не лезь в головы без нужды. А то с ума сойдёшь от количества чужой грязи.

— Я понял, — немного подумав ответил я.

— Вот и славно, — улыбнулась она. — А теперь пошли к столу, пока твой брат не начал произносить тосты без виновника торжества.

Сняв пологтишины, мы вернулись к гостям и расселись по местам.

Ужин был великолепным. Сэм не поскупился, столы ломились от дичи, фруктов и вина. И вскоре он поднялся из-за стола.

— Я хочу поднять этот бокал за моего брата, — громко произнёс он, обводя взглядом всех присутствующих. — За Андера! Путь, который он прошел… от юноши, в которого мало кто верил, до Столпа Королевства… эту историю будут помнить ещё долго… не только наши потомки, но и все жители Греи!

— За Андера! — подхватил Мишель.

— За князя! — отозвались гости.

Меня начали поздравлять. Слова лились рекой, искренние и не очень. Но я всем улыбался, кивал и благодарил.

В какой-то момент с улицы донеслась музыка. Сэм действительно постарался и нанял музыкантов.

И я… провалился.

Я вспомнил Лилию. Вспомнил, как она смеялась… как сердилась и хмурилась. Как её глаза сияли, когда мы были вдвоём. Я очень остро почувствовал её отсутствие. Она должна была быть здесь. Сидеть рядом, держать меня за руку и шептать на ухо, что самое страшное позади. Но её рядом не было…

И я задавался вопросом. Что если бы я раньше достиг ранга «S», не тратил время на всё остальное. Быстрее разобрался бы в функционале божественного механизма…

— Эй, герой, — шёпот Милены, выдернул меня из омута памяти.

Я вздрогнул и повернулся к ней. Баронесса, подперев щеку рукой, смотрела не на меня, а куда-то в сторону слуг, разносивших десерт. Она кивнула в сторону моей личной служанки Марии, которая как раз наполняла мой кубок.

— Мария, — прошептала Милена так, чтобы слышал не только я, но и озвученная девушка. — Она влюблена в тебя по уши, бедняжка.

— Ты мне не открыла ничего нового, — ответил я.

— О, тут всё интереснее, — глаза Милены блеснули озорством. — Она знает, что ты можешь читать мысли. Она слышала наш разговор днём. И она… скажем так, решила пойти ва-банк.

— В смысле? — покосился я на Марию, которая замерла рядом со мной и буквально сгорала от стыда, косясь на мою наставницу.

— Она снова намеренно не надела нижнее бельё, — выдала баронесса. — И сейчас она изо всех сил «думает» об этом, надеясь, что ты прочтёшь этот призыв и… оценишь её смелость.

Я поперхнулся вином. Мария стояла, опустив глаза, но её аура буквально кричала от смеси стыда и отчаянного возбуждения. Она реально ждала, что я загляну к ней в голову или под юбку!

— Вот же… — я покачал головой.

— Проказница? — подсказала Милена.

— Проказница здесь ты, — ответил я, повернувшись к наставнице и стараясь не смотреть на служанку. — Ты сама полчаса назад читала мне лекцию о том, что лезть в чужие головы, это плохо. А сама…

Милена рассмеялась.

— Я учу тебя жизни, Андер! Теория суха, а древо жизни пышно зеленеет. К тому же, надо было тебя вытащить из твоей тоски. — Она резко поднялась из-за стола, отставив бокал. — Хватит киснуть! — заявила она командным тоном, хватая меня под локоть. — Слышишь музыку? — Я кивнул. — Идём!

— Куда? — попытался упереться я.

— Танцевать! — она потянула меня настойчивее. — Показывай, чему тебя учили в Академии, кроме как мечом махать.

— Милена, я не…

— Возражения не принимаются!

И под одобрительный свист Сэма и Мишеля, она потащила меня на улицу, в прохладу вечера, где играла музыка и где не нужно было думать ни о королях, ни о вампирах, ни о тайных артефактах в карманах родственников.

Утром я проснулся в своей спальне… один.

Я потянулся, разминая затёкшие мышцы, и бросил взгляд на смятую подушку рядом. Пусто. Разумеется, я ещё вчера, находясь под изрядным градусом после удачного пира, активно подкатывал к Милене. Но, надо отдать ей должное, наставница ясно дала понять, что мужу изменять не собирается. Хотя, стоит признать, флиртовала она со мной весь вечер так искусно, что я почти поверил в обратное.

— Исцеление, — произнёс я слово-активатор, потому что в голове всё ещё шумело эхо вчерашнего праздника.

— Проснись и пой, — дверь распахнулась без стука, и на пороге возникла Милена.

Она выглядела свежей и раздражающе энергичной для столь раннего часа. Её взгляд скользнул по комнате и упёрся в меня.

Спал я обычно голый или в трусах, но видимо вчера, на автомате добравшись до кровати, снял с себя абсолютно всё. И сейчас я предстал перед одним из Столпов Королевства во всей, так сказать, первозданной красе.

Милена замерла. Она смотрела на меня несколько долгих секунд и, несмотря на то, что ей было семьдесят три года, по крайней мере, она мне назвала именно такую цифру, я с удовлетворением заметил, как кончики её ушей предательски покраснели. Опыт опытом, а женскую природу не обманешь.

Я не стал суетливо прикрываться или искать штаны. Вместо этого я сел на краю кровати и, в упор глядя на Милену, с усмешкой произнёс:

— Мне стесняться нечего. Всё своё, всё натуральное. Но, может, ты всё-таки отвернёшься? Или в договор наставничества входит утренний осмотр?

Милена, справившись с первым замешательством, фыркнула и посмотрела мне в глаза.

— Я считала, что уже моветон спать в чём мать родила, — парировала она, даже не думая отворачиваться. — Благородные мужи обычно предпочитают пижамы.

Я встал и направился в сторону душевой, проходя мимо неё совершенно спокойно.

— Это тебя, наверное, мама так воспитывала, да? — бросил я через плечо. — Поди, ещё и сказки рассказывала, что надуть может, и через девять месяцев ребёночек появится?

Милена на секунду опешила от такой наглости, но тут же нашлась с ответом, когда я уже взялся за дверную ручку ванной комнаты.

— Вчера ты мне нравился больше, Андер. Был гораздо галантнее.

Я обернулся, уже скрываясь за дверью, и не остался в долгу.

— Если бы ты не врывалась ко мне в спальню без стука, так бы и оставалось.

Закрыв за собой дверь, я включил холодную воду. Ледяные струи ударили в лицо, окончательно смывая остатки сна. Я быстро привёл себя в порядок и через десять минут вышел из душа, небрежно обмотав бёдра полотенцем. Каково же было моё удивление, когда я обнаружил, что Милена всё ещё здесь. Она сидела в кресле с книгой, которую взяла с моей тумбочки, и делала вид, что увлечённо читает.

— Ты всё ещё тут? — хмыкнул я, проходя в гардеробную.

— Я жду, — невозмутимо отозвалась она.

Не желая больше щеголять перед ней полуголым, я взял одежду и, вернувшись в соседнюю комнату, быстро облачился в свежую одежду.

— Так какие такие срочные дела заставили тебя врываться ко мне в спальню ни свет ни заря? Война началась?

Милена отложила книгу и встала, поправляя идеально сидящее платье.

— Побольше уважения, мой юный ученик, — она старалась казаться строгой, но вот в глазах плясали бесята.

Я уже понял, что Милене нравится этот стиль общения.

— А тебе нравится это? — вдруг спросил я, сокращая дистанцию.

— Что это? — переспросила она, слегка приподняв бровь.

Я сделал ещё шаг и, пользуясь своим преимуществом в росте и силе, приобнял её за талию, прижимая к себе. Это было нагло. Но я почувствовал, что она не сопротивляется. Её тело напряглось, но она не отстранилась.

— Отношения «учитель и ученик», — прошептал я, глядя ей в глаза. — И как между ними зарождается то светлое, чистое…

— Хватит, — перебила меня Милена.

Её голос не дрогнул, но благодаря дару крови я почувствовал, как участилось её сердцебиение. Она хотела зайти дальше, но вместо этого настойчиво убрала мои руки со своей талии и сделала шаг назад, восстанавливая личное пространство.

— Я уже поняла, ты достойный и очень наглый ученик. И нам будет друг с другом нескучно, Андер. Но давай, — она выразительно посмотрела на меня, — мы всё же будем держать дистанцию. Я замужем, напоминаю.

Я усмехнулся и поднял руки в примирительном жесте.

— Хорошо. Договорились. Но начнём мы с того, что впредь будем стучаться, когда входим в спальню друг к другу. Идёт?

Милена усмехнулась, оценив условия мирного договора.

— Хорошо. Идёт.

Мы спустились вниз. Как только мы вошли в малую столовую, слуги тут же засуетились, накрывая на стол.

И когда я заметил проходящего мимо по коридору Планше, я позвал его.

— Доброе утро, Ваша светлость, — поклонился он мне, а затем Милене. — Миледи.

— Планше, — кивнул я. — Какова обстановка? Где все?

Управляющий выпрямился, готовый к докладу.

— Князь Сэмюель с раннего утра отбыл на встречу с представителями Торговой гильдии. Кажется, вопрос касается реализации партии мёда гигантских пчёл.

— Ясно. А что с остальными?

— Князь Мишель… — Планше позволил себе едва заметную, снисходительную улыбку. — Изволят почивать. Вчерашний вечер был для него утомительным…

— А дамы?

— Княгиня Аннабель и княгиня Аяна вместе с детьми находятся на заднем дворе, — сообщил Планше. — Погода сегодня чудесная, и они решили устроить прогулку в саду.

Завтрак прошёл в спокойной обстановке. И когда Милена допила травяной чай, посмотрела на меня поверх кромки фарфоровой чашки, словно ожидая моего вопроса или предложения.

— И чем мы сегодня займёмся?

— Ты, кажется, вчера очень хотел научиться чарам телепортации? Или за ночь энтузиазм угас?

— Ни в коем разе, — усмехнулся я. — Просто уточнил. Вдруг у тебя в планах была лекция по вязанию крючком или этикету для начинающих Столпов.

— Этикет тебе не помешал бы, — парировала она, поднимаясь из-за стола. — Но начнём мы, пожалуй, с того, что действительно важно для выживания. Идём.

Через пять минут мы уже стояли на портальной площадке. Мир привычно моргнул, и мы оказались в совершенно другом месте.

Я мотнул головой, прогоняя лёгкую дезориентацию и огляделся.

Мы находились на широкой террасе, вымощенной плитами из розового мрамора. Вокруг раскинулся ухоженный парк, плавно переходящий в городские кварталы. Архитектура здесь явно отличалась от сурового, готового к обороне Виндара. Здания были, как бы это сказать, легче… воздушнее, что ли.

— Где мы? — спросил я.

— Мы у меня дома, — ответила Милена. — Этот город называется Ирис. Мое родовое гнездо. Кстати, если тебе интересно географическое соседство… Примерно в ста километрах к северу отсюда начинаются земли княжеского рода Гром.

— О, как… — протянул я, подходя к ней. — Так понимаю, твоим наставником был Стефан?

— Да, — просто ответила она. В её голосе прозвучали тёплые нотки. — Именно он вдолбил в мою рыжую голову основы выживания и правила Договора.

Обычно портальная площадка находилась рядом с резиденцией правящего рода. И баронство Милены не было исключением. Высокие стрельчатые окна, белые стены, цветы… всё здесь кричало о богатстве и любви к искусству, а не о готовности отражать осаду.

По периметру стояла стража в лиловых плащах с гербом рода Сиреневых. Я заметил, как они косятся на меня со смесью любопытства и настороженности. Когда мы подошли к парадному входу, на балконе второго этажа открылись высокие створки дверей, из которых появился мужской силуэт.

Тогда я улучшил магией зрение. Седые волосы, аккуратно уложенные назад, благородная осанка, несмотря на явную печать прожитых лет. Он опирался на трость с набалдашником в форме василиска.

«На отца похож, — мелькнула мысль. — Видимо, старый барон Сиреневый всё ещё жив».

Мужчина заметил нас и его лицо озарилось тёплой улыбкой, и он помахал рукой.

— Привет, дорогой! — воскликнула Милена, и в её голосе вдруг пропали те властные интонации. Она помахала ему в ответ, как девчонка. — Спускайся, у нас гость!

Я едва не споткнулся.

— Знакомься, Андер, — сказала она мне, не переставая улыбаться мужчине на балконе. — Это мой муж, барон Вальтер Сиреневый. А это Андер Арес, седьмой Столп королевства!

— «Дорогой??? ОН ЖЕ СТАРЫЙ… хотя…» — кажется Милена не врала о том сколько ей лет.

Тем временем мужчина на балконе учтиво склонил голову, приветствуя меня, после чего скрылся в дверях.

Не знаю получилось ли у меня сохранить лицо, но думаю вряд ли.

Вскоре мы прошли в холл, украшенный гобеленами. И почти сразу же на широкой лестнице показался Вальтер. Вблизи он выглядел ещё старше: сеть морщин у глаз, пигментные пятна на руках. Но двигался он с достоинством, стараясь не слишком наваливаться на трость.

— Рад приветствовать потомка бога войны у себя дома, — произнёс он, остановившись на нижней ступени и склонившись в идеальном с точки зрения этикета поклоне. Ни капли подобострастия, только уважение равного к равному.

Я ответил ему тем же, склонив голову чуть ниже, чем требовал протокол. Уважение к возрасту и статусу хозяина дома…

— Благодарю за гостеприимство, барон, — ответил я. — У вас прекрасный дом.

— Стараемся поддерживать его в должном виде, — улыбнулся Вальтер. — Милена, теперь понятно почему тебя не было ночью, — проворчал он. — Могла бы и предупредить.

— Прости, так получилось. — быстро оказавшись у барона за спиной она обняла его и поцеловала в щёку. — Вчера был такой интересный день. И я обязательно всё расскажу тебе в мельчайших подробностях.

Барон старался выглядеть сердитым, но глаза выдавали его.

— Ладно, — махнул он рукой. — Но, пожалуйста, в следующий раз, будь добра, предупреди меня. Чтоб я не волновался.

— Обещаю! — тут же отозвалась она.

Он повернулся ко мне, и смерил с ног до головы. И как бы я не хотел понять, что он думает, прочесть у меня его не получилось. Но, как мне показалось, Вальтер немного приревновал меня к Милене. И я прекрасно понимал почему…

— Предлагаю познакомиться поближе. Я распоряжусь, чтобы нам налили чаю и…

— Дорогой, — Милена ещё раз чмокнула его в щеку. — Мне нужно провести с Андером занятие. Он только вчера достиг ранга «S» и мне нужно его научить азам. Но ближе к полднику мы обязательно выпьем чаю, и вы познакомитесь поближе. Идёт?

— Как скажешь, — кивнул он. — Не буду вам мешать. Князь, — он ещё раз кивнул мне. На что я ответил тем же и, когда он удалился в боковой коридор, постукивая тростью по паркету, Милена жестом пригласила меня следовать за ней.

Мы прошли в просторный зал с высокими потолками, минимумом мебели, зачарованными стенами. И я вряд ли ошибусь предположив, что это помещение использовали для тренировок или магических экспериментов.

Слуги бесшумно внесли небольшой столик, стопку плотной бумаги, чернильницу и перья, после чего так же незаметно исчезли.

Милена подошла к столу, закатала рукава платья и взяла перо.

— Телепортация — это своего рода математика пространства, — она начала выводить на бумаге сложные рунические цепочки и формулы. — Сейчас ты поймёшь почему…

Несколько минут я ждал продолжения, но Милена ушла в расчёты, формулы и рисование пентаграмм.

Я сел рядом и стал ждать. И как-то сами собой мои мысли переключились на Вальтера.

Ещё в холле я узнал, что муж Милены… был пуст.

Абсолютно.

У него не было искры. Ни малейшего намёка на возможность оперирования энергиями. Его энергетические каналы были атрофированы, как у любого обычного человека. Проще говоря, он был неодарённым.

— Милена, — позвал я.

Она не оторвалась от письма, выводя сложный векторный символ.

— Слушаю. Ты что-то не понял в первом уравнении?

— Нет, не про это. — Я сделал паузу, подбирая слова. — Я про твоего мужа.

Она отложила перо и выпрямилась, поворачиваясь ко мне. В её глазах не было ни злости, ни раздражения. Только спокойствие и какая-то глубокая, затаённая печаль.

— Ты хочешь спросить, зачем мне старик? — спросила она прямо. — Зачем «S» рангу, которая может выглядеть молодой ещё сотни лет, муж, который уже одной ногой на встрече с предками?

— Скорее первое, чем второе, — честно признался я. — Разница в силе, в продолжительности жизни… разве это не пропасть.

Милена ненадолго задумалась.

— Всё так, Андер. Ты видишь старика. Видишь морщины, трость, отсутствие магии. — Она обернулась. — Но я… Я вижу молодого и сильного Вальтера. Того, кто много лет назад не побоялся подойти к взбалмошной девчонке с «A» рангом. Я вижу мужчину, который был со мной, когда я ещё не была Столпом. Который держал меня за руку, когда мы похоронили обоих сыновей… Я вижу человека, которого до сих пор люблю. И буду с ним до конца его дней.

— Понимаю, — медленно кивнул я. — Это… достойно уважения. Честно.

В мире, где сила решает всё, где браки заключаются ради слияния родов и получения сильного «потомства», такая верность казалась чем-то из ряда вон выходящим. Этакий образец для подражания… и белой зависти.

— Рада, что мы поняли друг друга, — мягко улыбнулась Милена и вернулась к столу.

Но не успел я сосредоточиться на рунах, как в голове раздался знакомый голос системы.

— «Ты же понимаешь, что я могу просто загрузить чары телепортации тебе в память?»

Я едва не поперхнулся воздухом.

- « А какого чёрта ты до сих пор этого не сделала?» — спросил я.

— «Ты не просил.»

— «Сис, ты охренела? Я думал, что ты снова решила мне не помогать. Как ты там говорила в последнее время… я должен учиться, разбираться, превозмогать…»

— «Я просто ждала, что ты попросишь!» — как мне показалось, с издёвкой произнесла система.

— «Су… Да, ТЫ ИЗДЕВАЕШЬСЯ⁈ — чуть ли не вслух прокричал я. Я сделал вдох-выдох, спросил: — А сейчас момент подходящий?»

— «Идеальный. Пока твоя рыжая наставница упражняется в каллиграфии, я могу интегрировать пакет данных. Сэкономим кучу времени».

Я посмотрел на Милену, которая с увлечением чертила очередную схему.

— «Загружай», — мысленно сказал я.

— «Начинаю интеграцию. 1%… 5%…» — перед внутренним взором побежала полоска загрузки.

Пока процесс шёл, я решил прояснить ещё один момент, который не давал мне покоя с момента инициации. Выбор второго класса…

— «Сис, — позвал я. — Пока мы ждём… Скажи, а какой навык выбрала бы Арес? Какой подкласс?»

Система молчала, и я уже думал, что она проигнорирует вопрос или отшутится, как вдруг её голос зазвучал иначе. Серьёзнее, что ли.

— «Арес… она была не только воительницей. Она была стратегом. И больше всего она ценила информацию. Знание о том, что думает враг, что он планирует…»

— «Конкретнее».

— «Арес любила читать мысли других. В тебе течёт лишь её кровь, Андер, но именно благодаря этому концентрация, необходимая для этого направления, у тебя изначально выше, чем у других. Твои ментальные способности – это наследство. Просто поверь, не у всех „S“ ранговых они пробуждаются сразу после инициации. Хотя можешь спросить это у своей наставницы».

— «То есть… — я переваривал информацию, глядя на спину Милены. — Будь на моём месте Арес, она бы сделала выбор в пользу ментальной магии? Не стихии, не метаморфозы?»

— «Да, — коротко и чётко ответила Сис. — И ты бы мог сам догадаться, учитывая с каким уклоном заклинания и навыки ты получал».

И система была права.

Заклинание — кровавое подчинение; навыки — контроль разума и гений (усиливающий ментальные чары), возможность распознать ложь…

— «Загрузка завершена», — сообщила сис, возвращая меня в реальность.

Тогда я посмотрел на схемы, которые рисовала Милена, и вдруг понял их. Не просто как набор знаков, а как инструкцию.

— Я закончила, — в тот же момент произнесла Милена, откладывая перо и разворачивая ко мне исписанный лист. — Вот базовая формула пробоя пространства. Смотри внимательно…

Она начала объяснять, а я стоял и улыбался. Урок обещал быть лёгким. А вот выбор класса становился всё сложнее и интереснее. Ведь от получения дара метаморфизм я ещё не готов был отказаться.