Викинг. Книга 8. Конец игры…

Глава 12

Снегодождь или дождеснег (кому, как больше нравится) сыпал с прохудившегося неба постоянно, впрочем, как и таял. Посему раздолбанные деревенские дороги превратились в одну сплошную грязевую реку и в день мы покрывали не более тридцати-сорока километров, а иногда и того меньше. Это оказалось неизбежной платой за возможность избежать движения по оживленным маршрутам и заезда в крупные агломерации, по типу Бирмингемской или Манчестерско-Ливерпульской. Миновав последнюю, мы сместились к пустынному в центральной части Британии западному побережью и четырнадцатого февраля оказались на самой короткой параллели острова – перешейке между Глазго и Эдинбургом, являвшемся вдобавок ещё и условной границей между равнинной и горной частями Шотландии.

***

– Тпрууу, кажисть приехали Командир! – раздался снаружи голос Аршина.

Не сговариваясь, мы с Вейсманом пулями выскочили из осточертевшей за три недели пути кареты, и я чуть не ахнул, пораженный красотой и величественностью открывшегося перед нами вида.

Колонна остановилась на небольшом пригорке, на развилке дороги перед спуском в долину реки, на берегу которой раскинулся довольно крупный по меркам Шотландии городишко. Туда путника вела правая колея и этом элементе пейзажа не содержалось ничего примечательного или неординарного. Зато левое ответвление змейкой поднималось по узкому гребню холма вверх, на господствующую над местностью одинокую скалу, вершину которой венчал средневековый замок, словно выраставший из самой горной плоти. В качестве же фона этой воистину фэнтезийной картины выступала простирающаяся на горизонте, усыпанная снегом средневысотная горная гряда. День сегодня выдался на редкость солнечный, кажется всего лишь второй или третий с момента моего попадания на остров, посему вся композиция оказалась великолепно подсвечена и резко контрастировала с висящим над искрящимися горными вершинами мощнейшим облачным фронтом. Иссиня-черные облака которого, казалось, трещали от наполнявшей их влаги и были готовы в любой момент извергнуть своё содержимое на грешную землю.

– Красотища то какая! – выразил я своё восхищение пейзажем.

– Даа, картина достойная кисти живописца! – поддержал моё восклицание Вейсман

– Судя по ориентирам и тому, что я знаю об этом месте, перед нами тот самый Стирлинг, ошибки быть не может!

– Несомненно, вон, гляньте на два часа, – показал Вейсман рукой чуть правее скалы, – мост у излучины, всё, как на карте!

– Прекрасно, от замка до моста по прямой меньше полумили, мышь не проскочит. Значит, надо брать! – резюмировал я и принялся раздавать указания…

***

В целом, предложение Георга отправиться к доверенному человеку в Аргайлшир, чтобы использовать его замок и местные силы в качестве исходной точки и ядра для организации сопротивления, несомненно заслуживало внимания. Потому в Эппинге я не стал вдаваться в долгие дискуссии и, в целом, поддержал его идею, всё равно в окрестностях Лондона нам ничего хорошего не светило. Да и сама Шотландия, в качестве региона, куда (как я надеюсь) вскоре прибудет адмирал Грейг со спецназом, меня полностью устраивала. Однако, дьявол, как известно, кроется в деталях, а вот они уже устраивали меня не в полной мере.

Во-первых, география. Судя по карте, замок Инверэри расположился на западном побережье Шотландии, почти в двух сотнях километров по горам от Эдинбурга – столицы шотландских земель и главного порта восточного побережья. А ведь адмирал Грейг родом из-под Эдинбурга, поэтому я вполне обоснованно рассчитывал, что мой десант высадится именно там, да и самый короткий и освоенный маршрут из Скандинавии ведёт именно туда. Во-вторых, оказаться в меньшинстве в чужих горах, можно сказать, в полной власти неизвестного мне лорда-наместника являлось бы слишком опрометчивым поступком с моей стороны. Ну и, наконец, самое главное – я никогда не играю по чужим правилам. Я сам пишу их и меняю по своему разумению, потому до сих пор и жив.

Большую часть пути мы с Вейсманом провели в режиме «мозгового штурма» – изучали карту Шотландии, обсуждали различные варианты развития событий, и в итоге, не сговариваясь, указали на одну точку на карте, которая полностью нас устраивала в качестве главной базы операции – город Стирлинг на реке Форт. Река в этом месте практически полностью отрезала горную часть Шотландии от равнины, а местный мост являлся вообще единственным сухопутным способом попасть на север острова. Стратегический пункт, без всяких сомнений, но и этим его плюсы ещё не исчерпывались. Река предоставляла нам альтернативный маршрут отхода к восточному побережью – в залив Ферт-оф-Форт, на берегу которого, всего в полусотне километров от Стирлинга, располагалась такая притягательная для нас шотландская столица. И если здесь, в английской междоусобице, удача нам не улыбнётся или подкрепление вдруг не явится, то мы просто «сольёмся» вниз по течению, аккуратненько захватим в Эдинбурге подходящий кораблик и всё, поминай, как нас звали.

***

Советоваться с Георгом, с которым мы после разговора в гостинице общались не слишком активно, я не собирался. Сделаем так, как нужно мне, а после просто поставлю его перед фактом – разумных аргументов (с любой точки зрения) в пользу моего решения имеется более, чем достаточно. Поэтому, пассажиры в составе короля, доктора Уиллиса и санитаров, переквалифицировавшихся за мои деньги в кучеров и прислугу, отправились в местную почтовую гостиницу под охраной тройки огневой поддержки, а все остальные занялись настоящим делом. То есть, спустились в низину, чтобы не маячить на виду у часовых на башнях, и разделились. Бойцы начали разбивать полевой лагерь, а я с командным составом отправился на разведку.

Вблизи наш пафосный замок представлял из себя редкостное убожество. Не знаю когда его крайний раз штурмовали по-настоящему, но вид у него был такой, словно это произошло буквально на прошлой неделе, а за прошедшее время успели только убрать тела погибших бойцов и провести очистку местности от неразорвавшихся боеприпасов. Башни частично обрушены, перекосившиеся от старости ворота дышат на ладан, а возвышающееся за обломанными зубцами на стенах солидное здание (типа дворца), выступающее в качестве местной доминанты, «щеголяет» провалившейся крышей. И только древние отвесные скалы, защищающие с трех сторон подходы к крепостным стенам, сохранили свою неприступность, ещё оставляя защитникам замка небольшую надежду на благоприятный исход противостояния с противником. Если им, конечно, окажется какая-нибудь рыцарская кавалерия или линейная пехота, не имеющая осадных орудий, но только не мои «рэксы».

Проблем с «нежным» захватом Стирлинга не возникло. Часовые и караульные отделались синяками и разбитыми головами, остальных солдат просто заперли в казарме, пригрозив спалить заживо, если примутся бузить, а командный состав (в количестве четырёх офицеров) взяли «тепленьким», прямо в кроватках, и даже без рукоприкладства. Поскольку я планировал обратить гарнизон замка в своих союзников, у офицеров просто изъяли оружие и оставили их дожидаться рассвета в своих комнатах. Я даже не стал с ними беседовать, решив сразу дождаться «тяжелой артиллерии».

Спозаранку гонцы отправились за Георгом и к семи утра Стирлинг оказался в нашей власти не только «де-факто», но и, можно сказать, «де-юре». Комендант гарнизона полковник по фамилии (вы не поверите) Стерлинг оказался заслуженным ветераном и не раз бывал при дворе Его Величества, поэтому без труда признал своего короля даже в столь нестандартной обстановке. Георг, со своей стороны, тоже внёс вклад в процесс взаимного опознавания, поскольку вспомнил полковника по фамилии. На личных аудиенциях у короля Стерлинг, естественно, не бывал – «не того полета птица», однако, назначение на эту, как оказалось, весьма престижную должность подписывалось лично Георгом. Который, обладая прекрасной памятью, всегда интересовался подробностями из, так сказать, личных дел офицеров, выдвигаемых на повышение, и в этой беседе просто поинтересовался здоровьем его супруги и детей, назвав их по именам. Такие вещи сразу создают доверительную атмосферу в разговоре и придают словам необходимую весомость и правдоподобность.

***

Моё решение остаться в замке и удерживать его во что бы то ни стало, пока король займётся набором ополчения среди горных кланов, вызвало неожиданно горячую поддержку со стороны полковника Стерлинга. Даже озвучившего по этому случаю шотландскую народную мудрость, что тот, кто владеет Стирлингом – владеет всей Шотландией. Георг спорить не стал и тут же изъявил желание немедленно продолжить движение в Аргайлшир, но только в сопровождении полковника. С чем, в свою очередь, без раздумий согласился я, поскольку и сам собирался предложить подобное решение, дабы «развязать себе руки» в замке. На том и порешили. К полудню король отправился на север в сопровождении полковника и десятка солдат, для которых смогли организовать лошадей под седло. Мы же занялись своими делами: Вейсман двинулся в Эдинбург на разведку, а я с Висбю выехал на рекогносцировку.

Задачу на первом этапе операции нам предстояло решить довольно противоречивую. С одной стороны, «светиться» раньше времени – пока король не обзавёлся хоть какими-то силами и не прибыл мой спецназ, было не резон. А с другой – смысл тогда контролировать замок, если по мосту через Форт будут шастать все, кому заблагорассудится. Исходя из указанной дилеммы и проистекали принятые мной решения.

Основную дорогу, ведущую к Стирлингу из Эдинбурга, перекрыли километрах в пяти за городом блокпостом, а под мостом установили фугас, выставив подле него охрану, чтобы какой-нибудь «особо одарённый» местный житель не привёл «адскую машину» в действие раньше времени или не приделал бесхозному пороху ноги. Вторая же дорога, по которой недавно прибыли мы сами, контролировалась с башен замка на достаточно большое расстояние и дополнительного блокпоста не требовала.

Для остальной гарнизонной команды также нашлись интересные занятия. Артиллеристы привели в порядок матчасть батареи крепостных пушек и позиции для них, а пехота временно переквалифицировалась в плотников и каменщиков, восстановив (естественно, за мой счёт) наиболее слабые участки стен и немного подлатав крепостные ворота. Так, в трудах праведных, и пролетела целая неделя, а двадцать третьего февраля на горизонте показались непрошенные гости.

Дозорная служба сработала качественно и к моменту, когда голова кавалерийской колонны численностью никак не менее полутысячи сабель достигла развилки, весь личный состав гарнизона крепости уже занял места согласно боевому расчету. Артиллеристы принялись уточнять наводку орудий по пристрелянным ориентирам, а тройка огневой поддержки метнулась по тыловому склону, где мы организовали веревочный спуск, к мосту, чтобы по моему сигналу привести фугас в действие. Я в это время уже находился вместе с заместителем коменданта капитаном Максвеллом на одной из привратных башен и наблюдал за всей этой движухой, так сказать, в прямом эфире.

Возглавляющий колонну всадник некоторое время поразглядывал табличку у развилки, на которой ротный писарь изобразил угрожающую надпись – «Проход, проезд без разрешения коменданта крепости запрещен. Огонь открывается без предупреждения», махнул рукой и пришпорил коня в нашу сторону. Вслед за ним двинулся один из сопровождающих.

Странная какая-то армия вторжения, принялся я размышлять, оглядывая гостей в подзорную трубу. Лошади, как на подбор – вороные, высокорослые, холёные скакуны. Сбруя и сёдла, насколько можно разобрать, тоже не из дешёвых, как и всё, во что облачены кавалеристы. А ведь отбор лошадей по окрасу обычно позволяла себе только гвардейская кавалерия, для которой внешний вид имел значение не меньшее, чем боевые качества. Пехоты в колонне нет совсем, как и артиллерии, зато присутствует пятёрка роскошных карет, более уместно смотревшихся где-нибудь на Пикадилли, но никак не на разбитой полевой дороге в дремучей шотландской глуши.

Ладно, мысленно махнул я рукой, с воспрепятствованием движению условного противника разобрались – замечательно. Теперь следовало понять – кто же это к нам пожаловал на самом деле?

***

– Эй на воротах, мне нужен полковник Стерлинг! – не терпящим возражений тоном, крикнул подъехавший к воротам всадник – суровый на вид мужчина лет около пятидесяти, которого я без сомнений (по всей совокупности внешних признаков) идентифицировал для себя, как высшего офицера.

– В данный момент это невозможно сэр! – ответил Максвелл, которого я назначил своим ретранслятором.

– В таком случае я хочу услышать того, кто командует гарнизоном в его отсутствие! – продолжил свою требовательную речь приезжий.

– Конечно сэр, здесь капитан Максвелл, я вас слушаю сэр!

– Я генерал-лейтенант Уэст, полковник Его Величества Лейб-гвардейского полка, мы направляемся на север. Кто надоумил вас установить эту идиотскую надпись на дороге капитан! – махнул он рукой себе за спину.

– Это приказ полковника Стерлинга во исполнение распоряжения лорда-наместника Стирлингшира Его светлости 3-го герцога Монтроза сэр! – флегматично продолжил капитан нести «в эфир» мою отсебятину.

Герцог Монтроз действительно являлся наместником данного графства, а отсылку к его несуществующему распоряжению я использовал в качестве проверки «на вшивость». Ежели цельный генерал-лейтенант гвардии уверен в своей правоте и законности своего движения, для него решить такой пустяковый вопрос труда не составит. А вот ежели он тоже, как и мы, беглец, тогда возможны варианты, и судя по его лицу, такой ответ генералу пришёлся не по душе.

– Насколько я понимаю, герцога здесь нет, как и полковника. Каким же образом мне получить разрешение на проезд?

– Я сейчас же пошлю гонцов к герцогу в замок Драммонд, это всего в двадцати милях отсюда, но вам и вашим людям придётся заночевать в поле сэр. И позвольте уточнить цель вашего движения сэр, это потребуется указать в донесении!

Лицо генерала вновь перекосило, словно от зубной боли. Видимо, он не слишком жаждал распространяться направо и налево о целях своего визита в Шотландию.

– Это неприемлемо капитан, – отрицательно покачал он головой, – посмотрите внимательно на колонну, там в карете находится герцогиня Аргайла, которую я сопровождаю в Аргайлшир. Не могу же я оставить даму на ночлег в голом поле!

Вот это уже очень интересно, обрадовался я, услышав знакомые слова. Герцогиня Аргайла – это же супруга генерал-лейтенанта Кэмпбелла, герцога Аргайла и хозяина замка Инверэри, к которому мы направлялись вместе с королем. Но и это ещё не всё. Ведь герцогиня, как мне обмолвился Георг, является придворной дамой королевы Шарлотты, а карет в колонне слишком много для одной пассажирки, да и королевские лейб-гвардейцы герцогиням по статусу не положены.

Ладно, сейчас копнём глубже, решил я и продолжил надиктовывать капитану его выступление.

– Сожалею сэр, но полковник Стерлинг приказал в замок никого не впускать, а через мост пропускать только при предъявлении пропуска, подписанного лордом-наместником или лордом-канцлером! – развёл капитан руками.

– Вы же присягали Его Величеству? – раздражённый неуступчивостью капитана, генерал перешёл к «козырям».

– Несомненно сэр!

– И вы верны присяге?

– Конечно сэр!

– Я также верен присяге, потому я здесь. Мы следуем в Аргайлшир по воле Его Величества, значит и вам следует оказать нам полное содействие в этом деле?

– Всё так сэр, только три недели назад из столицы пришла депеша о том, что Его Величество пропал при пожаре в Букингем-хаусе, потому и ввели такие строгости, чтобы избежать беспорядков!

– Депеша чушь, я клянусь вам честью, что Его Величество жив и здоров!

– Входите генерал, нам есть о чём с вами поговорить! – перехватил я нить беседы и крикнул вниз, чтобы открыли калитку на воротах.

…

– Значит лорд Норт ознакомил вас с письмом Георга! – сделал я единственно логичный вывод, подходя к спешившемуся у ворот генералу.

Он молча посмотрел на меня изучающим взглядом, но отвечать не спешил.

– Хотите понять, что мне известно – абсолютно всё, поскольку мы писали письмо вместе, и это легко проверить, – приветливо улыбнулся я в ответ на его напряженный взгляд, – например, четвёртая строчка с конца звучит так – «в самое ближайшее время, как только обстоятельства сложатся благоприятным образом», а теперь вы генерал, не забыли окончание предложения?

– Кхм, кхм, – прочистил он горло, – «мы тотчас же объявим о своём, с Божьей помощью, спасении и полном выздоровлении». Кто вы такой, чёрт подери?

– Я император Иван!

– Какой император? – недоумённо застыл он с полуоткрытым ртом.

– Вопрос неуместный, существует только один Император, но я не стану гневаться и спишу вашу неуклюжесть на нетривиальность ситуации – Император русский, германский, скандинавский, константинопольский и прочая, и прочая. Уверен, что вам не раз доводилось слышать обо мне!

– Приношу свои извинения Ваше Императорское Величество, – склонил он голову в коротком кивке, – разрешите представиться, генерал-лейтенант Джон Уэст, 2-й граф Де Ла Варр, лорд-камергер Её Королевского Величества и полковник Лейб-гвардейского полка!

– Извинения приняты граф, теперь к делам. Полковник Стерлинг сопровождает Георга в замок Инверэри, там генерал-лейтенант Кэмпбелл начнёт набор ополчения, а затем они двинутся обратно на юг. Я со своими людьми и гарнизоном замка держу под контролем переправу через реку. Королева Шарлотта и дети с вами?

– Да сэр!

– В замке разместиться негде, в Большом зале, где когда-то устраивали приёмы короли Шотландии, обвалилась крыша, а главными хозяевами солдатской казармы являются крысы. Мне сказали, что тот, кто владеет Стирлингом – владеет Шотландией, значит этой землёй сейчас владеют замковые крысы – печальная картина. Поэтому женщин и детей придётся разместить на ночлег в городе, там есть небольшая почтовая гостиница… Мы убыли из Лондона тринадцатого января и судя по тому, что вы здесь вместе с королевой, события в столице развиваются по самому неблагоприятному сценарию!

– Именно так сэр. Если коротко, то произошёл государственный переворот, хотя формально «виги» пришли к власти законным путём, непостижимым образом получив большинство в Палате общин. Думаю, что там не обошлось без махинаций и подлога. Правительству лорда Норта вынесли вотум недоверия, а новым главой кабинета стал лорд Фокс, который тут же притащил в Вестминстерский дворец доктора Франклина из Филадельфии, заключил с мятежными колониями соглашение о создании Соединенных Штатов Атлантики и вынес на рассмотрение Билль об упразднении монархии!

– А королевская гвардия?

– Они хорошо подготовились. Все полки, за исключением лейб-гвардейцев, оказались на стороне парламента!

– Этого следовало ожидать, – вздохнул я, – а на счёт махинаций вы очевидно правы, мы имеем дело с заговором герцога Портлендского и лорда Фокса, они же организовали и поджог Букингем-хауса. Лишь в результате невероятного стечения обстоятельств мне удалось спасти Георга!

– Прошу простить мою назойливость сэр, но каким образом вы оказались в гуще событий, я ничего не слышал о вашем прибытии в столицу?

– Естественно, я прибыл инкогнито. В Амстердаме мои люди напали на след человека, организовавшего покушение на меня в Мюнхене прошлым летом, и мы последовали за ним в Лондон. Здесь и выявилась его связь с лордом Фоксом, поэтому у нас с Георгом сейчас один, общий враг!

– Благодарю сэр, – кивнул он в ответ, – большая удача, что вы оказались здесь в столь тяжелую для Его Величества минуту. Теперь надежда на благополучный исход противостояния уже не выглядит столь призрачно, как ранее. Нужно обрадовать Её Величество и детей – ведь король уже в безопасности!

– Непременно, только обо мне пока распространяться не стоит. Вопрос присутствия иностранного монарха на территории Британии и его участия во внутреннем противостоянии весьма щекотлив и легко может быть использован заговорщиками нам во вред, а женщины и секреты вещи несколько несовместимые. Согласны?

– Да сэр, вы, несомненно, правы, – снова кивнул он и собрался вернуться к колонне, – вы позволите?

– Чуть позже, давайте сразу обговорим наши дальнейшие совместные действия…

***

Следующим утром «драгоценные» пассажиры и пассажирки отправились в сопровождении полусотни лейб-гвардейцев в Аргайлшир, полк встал на постой в Стирлинге, а сам генерал-лейтенант Уэст развил невероятно бурную деятельность. Чему я, само собой, препятствовать не собирался. В конце концов, проблемы Британии – это прежде всего проблемы самих британцев.

Первым делом Уэст посетил герцога Монтроза, которого мы, по вполне понятным причинам, поначалу проигнорировали и, как оказалось, напрасно. Лорд-наместник Стирлингшира сохранил верность своему королю и узнав подноготную произошедшего в столице переворота, сразу же приступил к сбору ополчения. После этого генерал отправился в более продолжительную командировку, в столицу соседнего графства Пертшир – город Перт, находящийся на восточном побережье острова, в полусотне километров от Стирлинга. Оттуда через неделю он привёл солидное подкрепление – 2-й драгунский полк, оказавшийся в результате послевоенного сокращения единственной регулярной воинской частью британской армии, дислоцирующейся в горной Шотландии.

С одной стороны – эта новость обнадёживала. Теперь можно быть уверенным, что в тылу у нас неожиданно не появятся регулярные силы противника. Однако и мы в таком случае могли рассчитывать только на два регулярных кавалерийских полка, а также на неизвестное количество местного ополчения, чьи боевые качества вызывали у меня серьезные сомнения. Совсем негусто, чтобы вступать в открытое противостояние с Лондоном, но деваться всё равно некуда.

Что же касается Эдинбурга, то по заключению Вейсмана, местные власти и горожане заняли выжидательную позицию, собираясь, скорее всего, примкнуть к победителям намечающейся схватки. Которая, я уверен, совсем не за горами. Поскольку побег из столицы лейб-гвардейского полка вместе с семьей короля требовал от заговорщиков немедленной реакции, а маршрут движения такого количества всадников скрыть невозможно. К тому же Фокс и компания знают о том, что Георг жив и возможно здоров, значит им обязательно нужно завершить начатое. В таком деле, как революция, монарх и его семья всегда главная цель для заговорщиков – символ, требующий обязательного уничтожения, как лишившийся головы Карл Первый Стюарт, или зверски расстрелянная в подвале Ипатьевского дома семья Николая Второго.