Пурпурный рассвет. Конфликт

Часть 2 Глава 4

14 июля.

12.46 по московскому времени.

Военная база под Майкопом.

Вадим закинул две сумки с оружием в десантный отсек броневика «Тайфун-К», окончательно завалил всю заднюю дверь амуницией. Макс стоял рядом и рассматривал новый транспорт.

— Хорош зверюга. Броня прочная? — Спросил он, похлопав по стальному борту.

— Пулеметы и снайперки держит, даже подрыв на противотанковой. — Воеводов посмотрел на часы, выезжать планировали в час, а Кати еще нет.

— Я таких не видел, даже когда наемником был. Жрёт не много?

— Больше восьмиста километров запас хода. С топливом сейчас проблем нет. Главное, что защищены хорошо. Можно было и на танке поехать, но уж больно неповоротлив и тяжел.

— Уже загрузились? — Спросил подошедший Краснов и протянул рюкзак. — Держи. Спутниковые. Четыре штуки, два про запас. По несколько аккумуляторов к каждому и зарядка.

— Отлично. — Вадим сразу достал один из аппаратов и прицепил к разгрузке. — Тихо?

— Да. Шамиль в штабе сидит, мониторит. «Птички» летают в автоматическом режиме. Камеры с датчиками движения, даже турели в автомат поставили. Мы за эти дни столько мин закопали, что к базе вообще не подлезешь.

— Хорошо, — ответил Воеводов и посмотрел в сторону платца, где стоял вертолет Ка-52. — Вертушку проверил?

— Первым делом. Я конечно не ас, но летаю нормально. Если анклавовцы, — На этом слове Краснов усмехнулся, — не додумаются использовать ПЗРК[1], то у них просто нет шансов.

— С одной рукой то справишься?

— Тяжко будет, но на гашетку жать смогу. Да не полезут они сюда. Я на сто процентов уверен. Ты уже показал им, что не дурак, а уровень оборонных возможностей этой базы они знают. Надо быть полным идиотом, чтобы попытаться штурмовать такой укрепленный объект. Здесь даже ракетная атака не поможет, снесем все на подлете, разве что ядерную закинут, и то не факт.

— Смотри, остаешься за главного. Пока не вернемся, с базы не высовывайтесь. Провизии и так натащили на полгода. Топлива вообще на несколько лет хватит. Только дежурьте по очереди, другого варианта пока нет. Людей больше наберем, станет легче.

— Ну что, по коням? — Раздался голос Кати из-за спины. Вадим обернулся и увидел девушку в боевой разгрузке с сумкой и бронежилетом в руках.

— Готова?

— А как же. Стволы пристреляла, магазины снарядила. Винтовка кстати отличная, после моей биатлонки — просто швейная машинка, патрон только редкий, — Катя сняла с плеча и любовно погладила винтовку — ORSIS T-5000M.

— Триста тридцать восьмой Лапуа Магнум, это тебе кажется, что редкий, его сейчас в любом охотничьем набрать можно. До «Пурпурного» дорогущий был конечно. Но сейчас достать вообще не проблема, я тебе десять коробок про запас взял. Даже здесь, в оружейке, его навалом. — Вадим посмотрел, на то как мило девушка держит оружие, прямо как любимого питомца, и хмыкнул. По началу сомневался, стоит ли брать в команду Катю, но как только узнал, что она мастер спорта по биатлону, все сомнения сразу отпали. Высококлассный снайпер, к тому же выносливая.

— Название просто не нашенское, ухо режет, может поэтому так подумала, раньше даже не слышала о таких винтовках. С СВД много стреляла, но здесь уровень совсем другой. Мы еще кого-то ждем?

— Нет, можно загружаться. В туалет все сходили? До общины двести сорок километров, ехать часа четыре, но мы проедем чуть дальше — до Сочинской телебашни. Выждем до темна, проведем разведку, чтобы не нарваться на патрули. Общины уже знают о нас, и так легко, как «Зарю», мы их не возьмем. Запустим трансляцию, и будем ждать. Коль, ты на подхвате. Если понадобиться, то мы укажем цели, и саданешь ракетой неподалеку от «Полночи», чтобы понимали, что мы не шутим. Короче, день предстоит веселый.

Макс пожал руку Краснову и первым забрался в броневик, Катя ловко заскочила в десантный отсек.

— Смотрите осторожнее. Глава «Полночи» — Авак Есаян, умный и скользкий, бывший фсиновец. От него можно ждать чего угодно. Гену помнишь? Вот ждите подобного, или еще похлеще. У людей, кто захочет уехать с тобой, оружие забирай, вообще, обыщи их. — Николай посмотрел на вертолет. — Если будет сильно жарко, прилечу.

— Справимся. Ладно, бывайте. — Вадим забрался в кабину и громко хлопнул дверью.

14 июля.

13.47 по московскому времени

Туристическая база в поселке Текос

— Надо как-нибудь назвать наше прибежище. — Сказал Джавид, на ходу дожевывая бутерброд с колбасой и сыром. Один из рейдов в Новороссийск оказался очень удачным — нашли распределительный центр крупной сети продовольственных магазинов, оснащённый автономной системой питания. Холодильники работали и оказались забиты продуктами. Теперь все жители базы наслаждались нормальной едой, от которой уже успели отвыкнуть.

— Согласен. — Ответил идущий рядом Марк. — Эти вон какие названия навыбирали: «Рассвет», «Заря», «Полночь». Прямо красота, если не знать главную цель этих общин.

— Сегодня вечером предложу, на собрании. — Кочарян задрал голову и посмотрел на пролетающий с тихим стрекотом дрон. — Никак к ним не привыкну, все кажется, что это рассветовцы следят. Сколько их Стив уже запустил?

— Не знаю. Не считал. Но каждые десять минут жужжат где-то рядом. Раздражает.

— Тебя опять накрывать начало? Ты последнее время постоянно с Султаном торчишь, подальше от людей. Таблетки пить бросил? Или кончились?

— Нет, не кончились. Запаса еще на полгода хватит. Пью так же, по графику. Просто люди бесят до ломоты в зубах. Вечно ругаются, психуют, характер свой показывают. Словно небо — голубое, и в каждом доме не лежит несколько трупов. — Марк пнул попавшийся под ноги мелкий камешек, неизвестно куда взявшийся на асфальтированной площадке.

— Как у тебя с твоей должностью?

— Все нормально. Брожу вокруг базы, блин, точно название придумать надо. Заминировал несколько подходов, поставил дополнительные камеры, сделал несколько «секретов»[2]. Патрулирую окрестности с Султаном, осмотрел ближайшие дома в Текосе, на предмет нахождения там людей. Следы ищу. Никого не видел. Все тихо и спокойно. Про нас словно забыли. — Марк опустился на лавочку в тени дерева и посмотрел на экран смартфона, где на карте были отмеченным уже обследованные зоны. — Почти все уже осмотрел, скоро по второму кругу пойду.

— Пес к тебе привязался, смотрю. Как и ты к нему. — Джавид сел рядом и открыл бутылку газировки.

— Есть такое. Он умный очень, удивляет каждый раз. Ему даже говорить ничего не надо. Понимает, что мы с ним делаем. Если находит необычное, то бежит ко мне и ведет к месту. Хорошо его Вадим надрессировал.

— Как думаешь, где он сейчас, и чем занимается?

— Не знаю. Вчера Стив в Кринице был, сказал, что Кир засек их где-то под Майкопом, еще бы знать, где это. Он засел на какой-то военной базе. Пока вроде ничего не делает, так же как и мы, обживается.

— Интересно, что он вообще задумал. Не поверю, что он просто на эмоциях решил уничтожить все анклавы, слишком уж он продуманный.

— Скоро узнаем.

— Привет. Тимур еще не вернулся? — Спросила подошедшая Мила.

— Нет. Он в рейде, в Новороссйиске. Крупный спортивный магазин выносят, и вооружение с воинской части, вернутся не раньше вечера. А что случилось? — Джавид встал с лавки, не привык сидя разговаривать с женщиной, когда она стоит.

— Лера пришла в себя. Тимур же у нас за безопасность, думала у него спросить, что делать.

— Давай лучше к Сане, Юлаев с горяча может упороть что-нибудь. — Кочарян достал из кармана смартфон. Благодаря установленной вышке, удалось наладить связь через сеть WiFi, что сразу убрало обязательное обеспечение каждого человека рацией. — Саш, ты на связи? Не занят? Подойди в медицинский, наша подруга в себя пришла.

Лера посмотрела на ремни, притягивающие руки к кровати. Плотно держат, заразы, даже застежек не видно. Попыталась дернуться, но ослабленный организм, подчинялся с трудом и вышло лишь вялое движение. В голове сполохами события той злосчастной ночи: вспышки огня, крики горящих людей, падающий замертво Дима, жуткая боль в правой ноге и Воеводов, стоящий над ней. Тогда она уже простилась с жизнью, и очень удивилась, прийдя в себя на больничной койке. Результат ранения она не видела — укрыта до пояса одеялом, и стягивать его никак не хотелось. До сих пор болит, тупой ноющей болью. Судя по ощущениям, и одеялу, ровно лежащему на том месте, где должна быть нога, она теперь калека.

В комнату вошла незнакомая женщина средних лет, с толстой косой ярких, золотистых волос.

— Как себя чувствуешь? — Спросила незнакомка.

— Кто вы и где я?

— Я — Мила, за медика здесь. Подлатала тебя, как смогла. Но ногу уже было не спасти. Тихо, не дергайся, швы свежие. И головой саданулась ты хорошо, когда падала, сотрясение сильное. Тебя Воеводов передал ребятам, твоим знакомым. Князев, Стив, Джавид, Тимур и Марк.

Лицо Леры побелело. Она громко сглотнула и забегала глазами по помещению.

— Тимур? Где он? Почему меня не убили?

— А что, должны были? Тебя привезли почти мертвую, крови много потеряла. Тимур сейчас на выезде, скоро вернется. Пить хочешь?

— Почему меня оставили в живых? — Лера попыталась приподняться на кровати, но ремни помешали.

— Мы же не звери. Да, ты наворотила дел, как поправишься, будут решать, что с тобой делать, но пока ты под моим присмотром.

— Лучше бы дали сдохнуть. Калека, да еще и среди тех, кто меня ненавидит.

— Давай без суицидальных замашек. Сейчас надо следить за твоей раной, чтобы осложнений не было. — Мила подняла одеяло и посмотрела на забинтованную ногу.

— Ну привет. — Распахнув дверь, вошел Князев. — Как жизнь продвигается? Вприпрыжку?

— Иди на хрен. — Лера отвернулась к стене, сама не понимая от стыда или от злости.

— Только если ты дорогу покажешь, но судя по всему, долго ковылять будем. Ничего сказать мне не хочешь? — Саша подкатил стул к кровати, поставил руку на постель и подпер ей подбородок.

— Уже сказала — иди на хрен.

— Ты бы спасибо сказала, что дышишь еще. Суеты навела немало, кровь всем аулом собирали, хотя я говорил, что тебе переливание не нужно, такие твари, сами ее пить умеют. Ты в курсе, что Ларису и Юлю убили? — Саша чуть наклонил голову набок. — Женька с Верой и Джавидом в плен попали, еле вытащили, я руки почти лишился, благо Милу встретили, собрала обратно. И все благодаря твоим стараниям. Что они тебе пообещали? Теплое место придворной шлюхи?

— Саш, хватит. — Мила подошла к Князеву и положила руку ему на плечо. Лера смотрела в стену, стараясь спрятать намокшие глаза.

— А что хватит-то? Из-за этой сучки мы чуть все не передохли. Ты представляешь, что они могли с Джавидом и детьми сделать, чтобы нас выманить? Еще легко одной ногой отделалась, будь моя воля, я бы тебе и вторую, еще и руки впридачу оттяпал. Скажи спасибо «Капитану Америке», если бы не он, оставили бы тебя на дороге, кровью истекать.

— Так надо было оставить. — Сдавлено ответила Лера.

— Ну нет уж, сейчас понимаю, что правильно сделали. Я, пожалуй, поеду сегодня в Геленджик, наберу себе попкорна и сяду здесь, буду ждать Тимура. Очень хочу посмотреть, что ты ему скажешь.

При упоминании Юлаева, Лера опять громко сглотнула.

— Ну все, достаточно. — Мила вывела Князева из комнаты. — Чего ты добиваешься? Чтобы она себе вены перегрызла? Она же еще совсем девчонка!

— Из-за этой девчонки мы потеряли двух хороших людей. Она и мизинца Юлькиного не стоит. Если бы не наше везение, то, возможно, все бы уже не топтали землю. Людмила, проснись, выкинь клятву Гиппократа из головы, и свою мягкосердечность. Мир — умер. Выживших — кот наплакал. А такие, как эта паскуда, готовы извести любого, ради того, чтобы свою жопу потеплее устроить. Она нас предала, сдала с потрохами, не думая о том, что с нами сделают. Она детей слезоточивым травила! Ты не слышала, как Женька кричала. За одно это я готов ее собственными руками прямо в этой кровати задушить. Что мы должны? Обхаживать её и делать вид, что ничего не было? Увольте. Пока что, я ее не трону, но как только встанет на ноги, ой извините, на одну ногу, я спрошу с нее по полной. — Последние слова Саша почти прокричал.

Мила ничего не ответила, лишь посмотрела на дверь в палату. Князев развернулся и вышел из медицинского блока, громко хлопнув дверью.

18.47 по московскому времени

Туристическая база в поселке Текос.

Спина уже прилично болела от постоянного положения «лежать на спине». Хоть в обед Мила и отстегнула одну руку, чтобы поесть нормально, но все остальное время Лера лежала привязанной к койке. Хорошо, хоть за ногу не пристегнули, удавалось немного поворачиваться с бока на бок, но не сильно, свежие швы сразу давали о себе знать при любом движении. От скуки хотелось выть. Ни телевизора, ни планшета, ни телефона. Лежишь весь день, и пялишься в потолок. После трехдневной отключки организм уже отказывался спать, приходилось тупо закрывать глаза и стараться абстрагироваться. Больше всего бесило подвешенное состояние. Если бы сразу сказали, что сделают, было бы проще. А так жди в неведении.

Щелкнул дверной замок и в комнату вошел Тимур. Лера задержала дыхание. Он сильно изменился. Всего за несколько дней из мальчишки превратился в мужчину. Больше нет того огня в глазах, только суровый и холодный взгляд. Отпустил щетину, сразу прибавляющую ему несколько лет. Юлаев взял стул, и сел возле стены, чтобы она могла его видеть.

— Привет. — Неожиданно спокойным и холодным голосом сказал Тимур.

— И тебе привет. — Лера опять сглотнула, в полной тишине комнаты это прозвучало неестественно громко, словно она стояла на сцене с микрофоном.

— Как нога?

— Ну как, на половину.

— Отшучиваешься? Похвально. Дух не растеряла. — Юлаев облокотился на колени. — Скажи, зачем?

— Что, зачем?

— Зачем ты это сделала? Зачем предала нас? Если ты меня не любила, могла просто остаться, но не сдавать нас. — В каждом слове слышалась боль, с которой Тимур произносил слова.

— И как ты себе это представляешь? Вы все сбежали, а я осталась в «Рассвете», и все живут долго и счастливо? Да меня первым же делом пытать бы начали, выяснять, куда вы дернули. Все бы считали меня вашим шпионом. У меня не было выбора. Когда ты мне рассказал, я долго над этим думала. И до сих пор думаю, что вы не правы, что бред это все. У Вадима крыша поехала, а вы повелись. Никто никого в рабов превращать не собирается. А этот недоумок еще и базу разнес. Сколько там людей погибло? Хорошо, хоть детей вывезти успели.

— А как же Лариса и Юля? — Юлаев посмотрел прямо в глаза девушке и она сразу отвела взгляд, не выдержав.

— Я не знала, что так будет. Честно не знала. Дима мне сказал, что Ларисе дадут хорошее место, что ее не тронут. Что о Вере и Жене позаботятся. Что вас накажут, но вы будете живы. Только Вадима уберут. Я не знала… — Лера окинула голову назад, насколько смогла и заплакала.

— Кстати, о Диме. Ты на него запала?

— Он просто обещал обо мне позаботится. — Сквозь слезы выдавила девушка. — А что мне оставалось делать? Эпидемию я пережила вместе с Ларисой, потом нашли Веру. Уже позже встретили тебя. Потом нашли «Рассвет». И все было хорошо, если бы не твои замашки уехать. Мы бы не выжили сами, как ты этого не понимал, я не знаю. Думала, что болезнь Ларисы должна была вс расставить на места. Все было бы хорошо, жили бы в общине, работали, Верка под присмотром, Лариса при деле. Но ты повелся с этими, вбил себе в голову этот бред о теориях заговоров. А мне нужна была только спокойная жизнь и хоть какая-то уверенность в завтрашнем дне. У меня были к тебе чувства, честно, были. Вот сдохнуть мне от этого треклятого вируса, если я вру, и ты полный дурак, если этого не видел. Хотя ты и не видел, ревновал меня постоянно. Сам меня к этому подтолкнул.

— Ты спала с ним?

— Да какая на хрен разница! — Лера сорвалась на крик. — Его уже нет, Вадим ему башку прострелил, прямо у меня на глазах, а я теперь калека одноногая. Все! Понимаешь, все! Я думал что эпидемия это конец, но нет, конец вот он, на этой койке, с пристегнутыми руками и половиной ноги. Мне уже все равно что вы сделаете. Лучше бы вообще не вытаскивали с того света. Лучше бы Воеводов в голову стрелял.

Лера зарыдала в голос. Тимур встал со стула, подошел к двери и взялся за ручку.

— А ведь я реально в тебя влюбился. — Сказал он почти шепотом и вышел из комнаты.

21.39 по московскому времени

Город Сочи.

О недавнем закате напоминала лишь узкая полоса темно-фиолетового цвета на западе. Остальное небо уже полностью стемнело, погрузив город в кромешную темноту.

«Да уж, ночи здесь действительно — темные. В прочем, как и везде сейчас.» — Подумал про себя Вадим и прильнул к окулярам ПНВ.

В трехстах метрах виднелась мачта Сочинской телевышки. Добрались до места спокойно. Руководство «Полночи» или решили окопаться на базе и не высовывать носа, или просто халатно отнеслись к уничтожению двух других общин. Ни одного патруля, ни одного наблюдателя, словно ехали по полностью вымершему городу. Только стаи собак, перебегающие улицы, да мусорные пакеты, которые ветер гонял по пустым дорогам. Как стемнеет до конца, можно будет выдвигаться к вышке.

Вернулся к броневику, и увидел выходящую из соседних кустов Катю.

— Я же спрашивал, про туалет. Бери в привычку — на задании и до него, минимум еды и воды, если приспичит в разгар боя, может лишить концентрации и заодно и жизни.

— У меня от нервов всегда так, перед соревнованиями раз по пять бегала. — Ответила девушка не смутившись. — Никого не увидел?

— Все тихо. Макс, у тебя что? — Вадим повернулся к броневику.

— Тоже тишина. — Максим посмотрел на монитор БИУСа[3]. — Эфир молчит, вообще никаких переговоров, по телевизору тоже никого. Словно и нет рядом общины в которой сто пятьдесят человек.

— Странно это. Ладно. Катя, ты остаешься здесь, займи позицию, и прикрывай нас. Мы к вышке.

Макс послушно выпрыгнул из машины, и закинул на плечо лямку пулемета «Печенег». Вадим пошел спереди, пристегнув ПНВ к шлему. В вечернем влажном воздухе звуки шагов разносились далеко и отражались от опустевших зданий. Вышли на небольшую улочку, и двинулись вдоль забора частной застройки. Воеводов смотрел на черные провалы окон. За каждым из них — трупы. Ощущение, словно идешь по кладбищу. Даже его, матерого вояку, пробирало до костей. Такого чувства не было даже в котле боевых действий, где все равно сохранялась жизнь, даже под обстрелами. Уйдя с головой в войну с анклавами, мысли о конце света отбросились на второй план, и сейчас переживал эти ощущения как в первый раз. От некоторых домов за десятки метров несло запахом гнили и разложения, то ли домашние животные, то ли запасы продуктов, а может и кто-то свел счеты с жизнью не успев умереть от вируса, или не справившись с потерей близких. Города потерянны. Даже если человечество, благодаря выжившим остаткам, выкарабкается, все равно никто не возьмется очищать эти некрополи. Да и никаких кладбищ и братских могил не хватит, чтобы похоронить почти восемь миллиардов, а уж сколько сил и времени на это уйдет. Если все выжившие возьмутся только за погребение, то несколько лет придется трудиться.

— Вадим, там же электричества нет, как мы запустим трансляцию? — Вернул в реальный мир вопросом Максим.

— Это стратегический объект, они все снабжены резервными системами питания. Запустим генератор.

— Хорошо. Я вообще не представляю, как там все устроенно. Ты справишься?

— Если бы сомневался, то не лез бы.

Через пять минут вышли к одноэтажному старому зданию с десятком спутниковых тарелок на крыше. Макс включил фонарик, луч света ударил по привыкшим к темноте глазам. Справа к строению примыкали ворота с предупреждающими табличками «Вход воспрещен». Дверь на входе — стальная, такую не взломаешь, на окнах решетки. Срезав замок на воротах болторезом, проникли на территорию. Максим остался прикрывать, Вадим направился к генераторной, которую сразу выдавала цистерна с топливом и обилие подходящих силовых кабелей. Долго мучатся с запуском не пришлось, генераторы оказались подключены к панели управления и запустились сразу. Освещение и иллюминацию на башне отключил заранее, чтобы не выдать себя. Проникнуть в аппаратную со двора тоже не составило труда, дверь на порядок проще и поддалась с нескольких хороших ударов ноги. Подключив к терминалу ноутбук, Вадим запустил заранее записанное видео и аудио сообщение по всем возможным теле и радиочастотам.

— Все погнали обратно, — выбравшись во двор, бросил он Максиму.

Плюнув на скрытность, легким бегом направились к броневику.

— Кать, доложи обстановку, — бросил Воеводов в рацию.

— Пока все тихо. Вокруг никого. Как все прошло? — Ответила девушка.

— Спокойно. Мы движемся обратно. Прикрывай, если что.

Добрались до места без происшествий. Воеводов сразу включил радиоприемник и услышал свой голос с первой же частоты.

«Внимание, всем жителям общины „Полночь“. Говорит Воеводов Вадим, ответственный за уничтожение „Рассвета“ и „Зари“. Вас обманывают, руководство анклава скрывает истинные цели создания общины. Из вас сделают рабов, для обслуживания людей, устроивших конец света. Да, вирус был создан искусственно и выпущен в атмосферу по всей планете, что и изменило цвет неба. Главная задача общин — собрать выживших, и под прикрытием безопасности и якобы нормальной жизни, сломить вашу волю, заставить работать за еду и кров. Если вы не безвольное стадо, и готовы бороться за свою свободу, то сейчас самое время. Кто желает присоединиться к нам, ведущим войну за освобождение — добро пожаловать. Остальные могут спокойной уйти и жить по-настоящему свободно. Руководству общины: не вздумайте препятствовать людям! На вашу базу наведены ракеты „Искандер“, при любой попытке сопротивления, анклав будет уничтожен. Судьба „Рассвета“ и „Зари“ не даст вам усомниться в моих словах. Частота для связи…»

— Что дальше будем делать? — Дослушав сообщение, спросила Катя.

— Переместимся ближе к «Полуночи» и будем ждать. — Ответил Вадим, залезая в броневик.

Долго ждать не пришлось. Спустя пару часов, после того как заняли позицию недалеко от анклава, услышали звуки стрельбы и взрывов на территории общины. Место нашли удачное: улица поднималась в гору, с пригорка открывался отличный обзор.

— Есть кто на связи? — Раздался незнакомый голос в рации.

— Да. — Коротко ответил Вадим.

— Меня зовут Серго, я представляю людей «Полуночи», услышал твое сообщение, когда стоял в патруле и переключал частоты на радиоприёмнике, надеясь услышать сигнал кого-то из выживших. Я сам подозревал, что не все чисто у этих вояк, а ты подтвердил мои сомнения. Мы с ребятами захватили оружейку и перебили половину командования, остальных взяли в плен. Они тебя не послушали, начали сопротивляться, но люди, после того, как услышали сообщение, восстали. Потеряли несколько человек. Некоторым из руководства удалось сбежать, Есаяну, в том числе. Вы далеко? Что нам делать дальше?

— Въезд на базу свободен?

— Ворота сейчас откроем. Можете заезжать спокойно.

— Нет, заезжать не будем. Выведете пленных за ворота, так чтобы мы их видели и могли опознать. И поддерживайте связь.

— Хорошо, сейчас сделаем.

Вадим отложил рацию в сторону и достал спутниковый телефон.

— Коля, это Вадим. У нас все спокойно, ты сможешь кого-нибудь из «Полуночи» опознать по описанию.

— Рад, что все хорошо. — Ответил Краснов. — Да конечно, есть там пара примечательных типов. Есаяна если увидите то, сразу узнаете, амбал под два метра ростом и полтора центнера весом.

— Ему удалось сбежать, половину командования люди сами взяли в плен. Я попросил восставших вывести пленников за ворота, убедиться, что это не засада.

— Умно. Смотри, там один есть бородатый, у него половина торса и две руки забиты татуировками, бывший наемник из ЧВК, сразу увидишь, Онищенко фамилия, имя не помню. Второй — тощий как спичка и высокий, за два метра ростом, седой, носит усы и козлиную бородку, тоже не спутаешь.

— Смотри. — Макс чуть тронул Воеводова за плечо, указывая в сторону общины.

Присмотревшись, Вадим увидел группу вооружённых людей, вышедших с базы. Следом за ними короткими шагами, из-за связанных ног, плелись несколько человек в знакомой серой форме. Воеводов перебрался в кресло управления боевым модулем «Охотник», включил монитор и навел турель на ворота. На мониторе с максимальным приближением лица пленных видно достаточно хорошо для опознания.

— А вот и наши ребята, и Онищенко и тощий. — Сказал Воеводов, рассматривая безопасников. Оба помятые, со следами побоев, у татуированного прострелена нога.

Руководителей общинны поставили на колени, подсветив их фонарями.

— Вадим? Серго на связи. Хорошо видно? — Раздался голос из рации.

— Да, нормально. — Ответил Воеводов не отрываясь от монитора.

— Ты это, можешь в нас не сомневаться. Понимаю, почему ты попросил их вывести. Опасаешься, что это подстава. Сейчас. — Вадим увидел как говоривший в рацию крупный мужчина развернулся, взял в обе руки автомат Калашникова и выпустил несколько пуль в одного из пленных. — Видишь? Всех не стал, может тебе кто-то для допросов нужен.

— Нет, не нужен.

— Понял. — Серго опять повернулся и махнул рукой своим соратникам. Несколько человек вскинули оружие и хладнокровно расстреляли связанных, затем прошлись и добили выстрелами в голову еще подающих признаки жизни.

— Сейчас подъеду. Только давайте без фокусов, я на броне с крупнокалиберным пулеметом. — Вадим кивнул Максиму, чтобы он сел за руль, оставаясь у пульта управления турелью.

Двигатель взревел, и многотонный броневик двинулся с места. Подъехав к месту расстрела, Макс включил все осветительные фонари. При ярком освещении подъезд к базе напомнил бойню: кровь вперемешку с осколками костей и содержимым голов забрызгала асфальт на несколько метров. Пахло как в мясном отделе рынка с примесью пороховых дымов. Воеводов покрутил башней боевого модуля, осматриваясь, но кроме стоящих перед машиной людей, никого не увидел.

— Макс, давай за пульт, прикроешь если что. Катя к люку, без дела не высовывайся. Я пошел.

Как только Вадим выбрался из машины, к нему подошел Серго — широкоплечий, мускулистый с проседью в короткостриженных черных волосах. Пожал руку — словно в тиски сунул.

— Рад знакомству и спасибо. Без твоего прикрытия, сложнее бы нам освобождение далось. Эти, — Серго кивнул в сторону трупов. — Хоть и сопротивлялись, но вяло. Видать испугались, что ты ракеты запустишь. Так бы перебили нас, не успели бы и вякнуть.

— Людей много в общине? — Спросил Вадим, осматривая остальных мужчин, стоящих над убитыми безопасниками: четверо, разного возраста и национальностей, с суровыми и решительными лицами.

— Сто тридцать человек. Одиннадцать погибло. Трое раненных. Мужчин человек шестьдесят, женщин около сорока, остальные — дети. Стариков не много, тяжело им было эпидемию пережить. Тех кто умеет оружие держать — человек тридцать, все из команды рейдеров. Я тоже на выезды катался, там и сдружились. Все изъявили желание к тебе присоединиться.

— Понимаете, на что подписываетесь? — Вадим смерил собеседника взглядом.

— Полностью. Сам пойми, в людях долго копилась злость на несправедливость, на неравенство, на рабские условия жизни. Потом эта эпидемия, которая забрала всех близких и родных. А ты показал того, кто все это устроил. И с тобой, или без тебя, но мы с ребятами готовы их зубами рвать. Если умрем, то хотя бы ради благой цели, а не так как все, в постели превратившись в мумию. — Кулаки Серго сжимались с каждым словом сильнее и сильнее.

— Хорошо. Транспорт в общине есть?

— Да, достаточно. Несколько грузовиков и автобусы.

— Поднимайте людей. Необходимо вынести все вооружение и продовольствие. Броневики и военные джипы тоже пригодятся. Назначь главно у оставшихся людей, пусть командует.

— А куда им ехать?

— Не знаю. Куда захотят. Мы не можем их взять. Слишком опасно, и нам гражданские — обуза.

— Вадим? — Незнакомый голос из рации прозвучал неожиданно. — Мы можем поговорить?

— Кто это? — Воеводов отошел чуть в сторону, чтобы люди из общины их не слышали.

— Лесной. Направь людей в Архипо-Осиповку, ребята их встретят и позаботятся о них. Если их бросить на произвол судьбы, то нуклиевцы их быстро загребут, уже не церемонясь. У нас есть все, чтобы их пристроить. Конец связи.

Вадим провел языком по зубам и посмотрел в сторону броневика, задумавшись. Затем развернулся и уверенно пошел обратно.

— Серго, знаешь где Архипо-Осиповка?

— Нет. — Мужчина мотнул головой.

— Крупный поселок, прямо по трассе, главное после Джубги повернуть в сторону Геленджика, точно не проедут. Отправляй гражданских туда, выдай им рацию, там с ними свяжутся. Есть убежище, не такое, как «Полночь», его организовали сбежавшие из «Рассвета» и «Зари», там их приютят.

— А частота для связи какая?

— Без разницы, пусть просто включенной держат. Ладно, иди рули. Мы здесь ждать будем.

— Хорошо. — Серго повернулся и что-то скомандовал своим людям.

Сборы шли долго. Только через пару часов из ворот выехали два туристических Неоплана, сопровождаемые грузовиками с припасами. Следом за ними к выезду подтянулась колонна из бронетехники и машин загруженных оружием и продуктами. Из головного «Тигра» вылез уже знакомый Серго и подошел к «Тайфуну».

— Командуй, начальник, мы полностью в твоем распоряжении. — Мужчина чуть улыбнулся, поправляя на плече лямку автомата. — Технику всю забрали, продукты и боеприпасы с оружием тоже. На всякий случай заминировали всю базу, растяжек и мин наставили.

— Штаб тоже заминировали?

— А как же, его первым делом.

— Это вы зря. Расположение всех ловушек знаешь? — Вадим посмотрел на группу зданий на территории базы.

— Да, там сам лично минировал.

— Тогда пойдешь со мной. Макс, — Вадим повернулся к броневику. — Покомандуй тут, пусть все по машинам сидят. Я быстро сгоняю, пару вещей прихватить надо.

Воеводов с Серго удалилась в глубину общины и вернулись спустя двадцать минут, когда Катя начала уже немного нервничать.

— Горючки в машинах сколько? — Дойдя до броневика спросил Вадим у командира бунтовщиков.

— Под завязку. Наш человек на топливном складе работал, следил, чтобы во всех машинах всегда полный бак был.

— Тогда порядок. Ты только своих предупреди, что по приезду на базу, полный досмотр будет.

— Понимаю, я бы так же сделал, не переживай, если надо, до гола разденемся.

— Ладно, хватит болтать, дорога длинная. — Воеводов махнул рукой и забрался в «Тайфун».

— Зачем в штаб ходил? — Спросил изнывающий от любопытства Макс.

— Жесткий диск с личными делами членов общины забрал. Надо же знать, кого к себе берем. — Вадим уселся на место стрелка.

00.31 по московскому времени

Туристическая база в поселке Текос

— Князев на связи? — Включилась рация, отрывая Сашу от размышлений. Весь день мысли о Лере никак не шли из головы. Тревожное предчувствие, поселившиеся в солнечном сплетении и не дающее спать, выгнало на балкон. Стоял и смотрел на площадку перед жилым корпусом и проходящий изредка патруль. Несколько раз над головой пролетали коптеры наблюдения. Мысли в голове метались от «задушить эту сучку», до «пусть будет, как будет, мне пофиг, Тимур сам разберется».

— Да, здесь, не сплю. Что случилось? — Голос Лесного узнал сразу, уже привык к его безэмоциональности.

— В вашу сторону выехала колонна людей с базы «Полночь» в Сочи.

— Нифига себе, как они общину то покинули?

— Дело рук Воеводова. Два автобуса, около сотни человек. Я направил их к вам.

— Надо же, он даже их не поджарил. Мельчает наш Вадимка. А мы теперь всегда за ним прибирать будем?

— В смысле прибирать? Нам необходимы люди.

— Это был сарказм. Сорян, забыл, что ты не вкуриваешь. — Саша сморкнулся и хотел плюнуть с балкона, но остановил себя в последний момент.

— Ты странно разговариваешь. Все в порядке?

— Ага, в полном. Особенно рад нашей гостье. Так что там по людям, где их встретить? И, вообще, безопасно ли это? Целая сотня. Случись что, мы вряд ли справимся.

— Как они доедут до Архипо-Осиповки, свяжу их с вами. У меня есть досье на каждого человека, попавшего в общины. Когда приедут, проведем идентификацию. Предупрежу, к кому надо присмотреться. Если будут засланцы от «Нуклия», необходимо будет принять меры. Так что предупреди Тимура и будьте начеку.

— Просто великолепно, еще с этой не разобрались, а нам тут Вадим еще кота в мешке подкинул. Ладно, пойду разбужу ребят. Еще что-нибудь?

— У вас точно все нормально? Судя по манере разговора, ты находишься в крайней степени раздражения.

— А говорил, что не разбираешься в эмоциях. Просто слишком много всего свалилось, а лидер из меня пока такой себе. Я с этими людьми то еле лажу, а тут еще целая пачка подвалила.

— Ясно. Я просто анализирую твой тембр и речевые обороты. Необходимо взять себя в руки и пользоваться поддержкой команды. Навык руководства приходит с опытом. Главное не поддаваться эмоциям и подходить к делу с холодной головой.

— По твоему описанию, ты — идеальный лидер, что же сам тогда не взялся?

— Эмоциям нужно не поддаваться самому, но понимать общи настрой людей, а я в этом не силен. — Кир словно не слышал язвительных подколок Князева, и говорил похожим на синтезированный искусственным интеллектом голосом.

— Ладно, извини, я уже перегибаю. Хорошо. Мы будем готовы. Гони отару в загон.

[1] ПЗРК- переносной зенитно-ракетный комплекс. Используется для уничтожения воздушных целей противника.

[2] «Секрет» — по военной терминологии, скрытое место для наблюдения.

[3] БИУС — Боевая информационно-управляющая система, комплекс электронно-вычислительной аппаратуры и других технических средств на военной технике.