Пурпурный рассвет. Конфликт

Часть 4 Глава 3

7 сентября

21.32 по московскому времени

База «Исток».

Князев быстрым шагом зашел в мед блок. Вика сидела на стуле прямо у входа в разгрузке с пистолетом-пулеметом и пускала в потолок пар. Напротив нее Мила с отрешенным лицом и уставшим видом безразлично разглядывала деревья за окном.

— Как Серега? — Саша остановился и посмотрел на Людмилу, стараясь уловить ее настроение.

— Нет больше Сереги. — Ответила за подругу Вика.

— В смысле? Как это нет?

— Подключичную артерию задело. Старалась, как могла. Вообще удивляюсь, как он до базы дотянул. Потеря крови сумасшедшая. — Мила вытерла пот со лба тыльной стороной ладони. — Не спасла я его, Саш.

— Сука! — Князев замахнулся ударить стену, но вспомнил про травмированную руку и остановился. — Двое ребят… Твою мать.

— Четверо. Про Дашу с Костей не забывай. — Подметила Вика.

— Да если бы не эти двое полоумных, все бы нормально было. Тимура в добавок посекло нормально. — Князев сел на свободный стул и поймал себя на мысли, что готов проститься со своим алкогольным целибатом.

— Его уже осмотрели. Царапины, зашивать не надо. — Мила откинулась на спинку стула и тяжело выдохнула. — Но психует он не меньше тебя. Порывался поднять всех, и напасть на нуклиевцев. Таким темпом скоро следом за Марком к Вадиму отправится.

— Да я скоро сам к нему отправлюсь. — Саша глянул на экран смартфона — Женя в детском блоке, все хорошо, хотя бы по этому поводу можно не переживать. — Эти твари сидят у нас прямо под боком, и только и ждут, когда можно откусить шмат мяса, а то и полностью сожрать.

— Но в Краснодарский край они не лезут. Получили пару раз по носу и больше не суются. Это прозвучит жестоко, но может остальные в Истоке поймут, что лучше хорош думать над тем, что и как делать, чем вот так ломиться куда-то сломя голову. Костя с Дашей своей жертвой написали еще один непреложный закон. — Вика затянулась вейпом и выпустила пар через нос.

— Даша с Костей подставили нас по самое не балуйся. Если бы у них были мозги, сообразили бы, что они — кладезь информации для нуклиевцев. Они и смартфон с собой утащили, на котором все наши программы стоят. Еще бы ключи от квартиры нуклиевцам дали, где деньги лежат.

— Саш, может ты преувеличиваешь? Что даст анклавовцам информация о том, где мы находимся. — Мила попыталась успокоить Князева.

— Что им даст? Твое счастье, что тебя не было с нами в «Рассвете» когда Воеводов его разфигачил «Градом». Знаешь каково это, когда с неба сыпятся ракеты, превращая такие крепкие на первый взгляд здания в груду обломков. Только «град» этот — детская пукалка, по сравнению с тем, чем Вадим уничтожил «Зарю». А еще есть такие замечательные вещи как «Калибр», «Кинжал», «Сармат» и другие, с замечательными и красивыми названиями, но способными за одну секунду не то что нашу базу, а весь поселок в придачу превратить в озеро кипящей земли. Меня Стив уже просветил, что нам грозит. И всей нашей противовоздушной и противоракетной обороны не хватит, если они решат устроить массированный залп.

— И что нам теперь делать? — Растерянно Спросила Людмила.

— Пока не знаю. С Киром уже переговорили. Он сказал что сегодня можем сидеть спокойно. Никто нас обстреливать не будет. Завтра он сам приедет сюда и будем решать. — Князев задержал дыхание, откинул голову назад и тяжело выдохнул. — Надо ребят будет хоронить… Вовка, а я хотел ему по морде дать сегодня. Он вчера ночью Женьку перепугал. Хороший пацан был, веселый, даже после всей этой эпидемии, будь она не ладна.

— Сергей начал с девушкой одной встречаться. Уже здесь, в Истоке, она на кухне работает. — Сухо сказала Вика.

— Не, я так больше не могу. — Саша встал и вышел из мед блока.

23.02 по московскому времени

В столовой ни души, только на кухне тихие голоса поваров, готовящих заготовки на завтра. Вика подошла к окну раздачи и негромко прокашлялась. Один из поваров — парень среднего роста с круглым добрым лицом, увидев девушку, махнул рукой и ушел в сторону холодильников. Вернулся через пару минут с пакетом.

— Все как просила. Колбасу мелко нарезал, немного сыра и виноград. — Повар смущенно улыбнулся. — Отмечать что-то будешь?

— Да что тут отмечать, двоих ребят потеряли сегодня. — Сухо ответила Вика.

— Слышал уже, грустно это. А для чего тогда? Явно же не просто бутербродов захотелось. Свидание?

— Нет, просто хочу надраться, а если уж и пить, то с хорошей закуской. — Вика взяла пакет. — Спасибо. Тебе за это не попадет?

— Конечно нет. Мы часто всякие такие приятные мелочи людям делаем. Продовольствия много, угощаем, чем можем. Время сейчас и так тяжелое, многие голодали, до того как сюда попали. Пусть хоть еда радость приносит. Князев приказал никому не отказывать и выполнять все, что можем.

— Смотри, заботливый какой. — Вика помахала на прощание и вышла на улицу.

Погода начинала налаживаться. Дождь с ветром прекратились еще вчера. С моря потянуло теплом, спокойно можно ходить даже в легкой кофте. Территория базы утопала в мягком свете диодных фонарей. Люди уже спят в номерах, только изредка тишину нарушают дроны и проезжающие патрульные на квадроциклах. Все вроде бы хорошо, но в воздухе висит тревога. Опять кто-то умер. Вроде совсем недавно похоронили Леру и опять. Двое молодых парней. Сколько их еще будет?

Пройдя мимо жилого блока, Вика вышла к пруду. Ей нравилось это место — тихое, уединенное и напоминающее о временах до «пурпурного». Она облюбовала одну лавочку, дальнюю от искусственного водоема. Оттуда открывался хороший вид на пруд и подходную тропинку, видно всех желающих нарушить ее уединение. Засмотревшись на черную поверхность водоема, Вика только в последний момент заметила темную фигуру, сидящую на ее лавочке. Подойдя ближе, увидела Князева, неподвижно смотрящего на поверхность пруда.

— А ты чего тут один сидишь? — Вика встала рядом, держа в руках пакет с закуской.

Саша молча показал полупустую бутылку виски, сделал глоток и скривился.

— Ты в курсе, что ты мое место занял?

— Здесь таблички с твоим именем нет. — Голос Князева звучал тихо и подавлено.

— Двигайся. — Вика села на лавочку и боком толкнула Сашу.

— А тебе что, места мало?

— Нет, ты жопой уже лавочку нагрел. Не хочу чтобы моя мерзла.

— Вот житья от вас, баб, нет. — Князев подвинулся и еще раз приложился к бутылке.

— Бухать в одиночку — явный признак алкоголизма. — Вика затянулась вейпом и выпустила облако пара.

— А ты то чего сюда приперлась. — Саша помахал рукой перед лицом, разгоняя приторный фруктовый запах. — Вот кончится у тебя жижа для этой соски, что ты тогда делать будешь?

— Я тоже пить пришла. — Вика достала из рюкзака непочатую бутылку рома. — А жижа эта моя не кончится, я несколько вейпшопов вынесла, литров пять запасла. Да и в других ее еще навалом.

— Так ты тоже одна пить собиралась? Сама же сказала, что это алкоголизм.

— Так я и не отрицаю. — Вика достала пластиковый стакан, налила в него ром, разбавила спрайтом и выдавила четвертинку заранее отрезанного апельсина. Протянула Саше тарелку с нарезкой. — Будешь?

— О, ты даже по-человечески разговаривать умеешь. — Князев взял ломтик копченной и отправил в рот. — Не отравленная?

— Не боись, для себя брала. Если бы знала, что ты тут сидишь, то пургеном бы нашпиговала. Женьку с кем оставил?

— С Татьяной Валерьевной. Она сегодня вечером детям мультики показывала, и Женя уснула у нее в комнате, не стал забирать. А тебя то что выпить пробило? — Саша посмотрел как девушка залпом осушила полстакана.

— Просто немного разгрузиться решила. А ты чего?

Саша не ответил, лишь посмотрел на безмятежный пруд.

— Что, достало все? — Вика добила стакан, и наполнила его новой порцией коктейля.

— Не вывожу я. — Князев тяжело вздохнул. — Знаешь, я только сейчас начал понимать своего отца. Всю жизнь на него злился, ненавидел. Мол, он никогда время со мной не проводил вечно на свои работах, только о деньгах и думает. И только сейчас дошло, что работа это не только деньги. У него был крупный холдинг — больше четырех тысяч человек в подчинении. У меня здесь — двести, а я уже с ума схожу. У каждого свои тараканы в голове, а ты ответственность за всех несешь. А у него в двадцать раз больше было, а еще контракты, поставки, ответственность перед партнерскими компаниями. Как он выдерживал? Не удивительно, что домой возвращался вымотанный как черт. По сути, у отца было две семьи, и если в нашей он мог рассчитывать на мою мать, которая справлялась с моим воспитанием и домашними хлопотами, то фирму он не мог оставить ни на кого.

— Вот это тебя пробило на откровенность. — От такой тирады Вика даже забыла о выпивке. — Так ты из этих, из богатых. Повезло. И с отцом тоже. Он хоть как то о тебе заботился, фирму для тебя строил. Не то что мой.

— А что с твоим отцом не так было? — Саша, по примеру девушки, взял у нее второй пластиковый стаканчик и наполнил виски.

— Батя… — Вика тяжело вздохнула и сделала несколько больших глотков коктейля. — Я даже не знаю, как рассказать. Он вроде и нормальный мужик был, но с головой у него явно беда была. Бывший военный. Прошел Афган, обе Чеченские компании. Был ранен, из-за чего его комиссовали из армии. Только вот из него самого армия никуда не ушла. Мать я никогда не видела, он про нее почти не говорил. Как я потом узнала, у них все очень быстро развивалось. Знакомство, свадьба, беременность. А потом у отца полезли его загоны. Мать не выдержала и ушла, оставив меня ему. Когда мне три было, как то за ужином он сказал, что мама на машине разбилась, просто между слов вставил. Так вот, он решил вырастить из меня настоящего война и пофиг ему было, что я девочка. Вместо игр в песочницах у меня были кроссы по лесам, физическая подготовка, стрельбища. Таскал меня по всем возможным секциям единоборств. Любая оплошность — упор лежа и сто отжиманий, любая провинность и непослушание — спарринг с ним. А бил он не жалея, так что две недели потом с синяками ходила. Один раз на тренировке два ребра мне сломал, я месяц нормально дышать не могла, но ему ничего не сказала. Детства у меня не было: ни игрушек, ни детского сада, ни друзей. Вечные тренировки, документальные фильмы про войну, занятие по тактическому планированию. Я два раза сбегала из дома, всегда находил и возвращал. В семнадцать лет мне мальчик один соседский понравился, так он узнал и притащил его на тренировку. Сказал мне: «бей его со всей силы, если не станешь, то я сам это сделаю». Пришлось его избить, после этого я на весь город изгоем стала.

— Просто охренеть. — Князев посмотрел на начавшие дрожать пальцы девушки. — Теперь понятно, почему ты такой язвой выросла.

— Язвой я и без него росла бы, характер такой. — Вика скрутила несколько ломтиков колбасы в рулетик и отправила в рот. — А тебе с отцом наоборот повезло, если бы он в семье постоянно был, может быть хуже было бы.

— Черт его знает, как было бы лучше. Но одной вещи я у него точно хотел бы научиться — умению управлять людьми. Вот как все держать под контролем? Вроде хочешь сделать как лучше, заботишься, организуешь удобства, комфорт, переживаешь, чтобы никого не обидеть. А в результате то насильник-убица, то два идиота, из-за которых еще двое хороших ребят погибли. И я еще молчу о постоянных мелких стычках и конфликтах: то один что-то не так сказал, то не так посмотрел, то работа не нравится. Как за всем усмотреть и все учесть?

— А ты никогда за всем и не усмотришь. Умение управлять как раз и заключается в том, чтобы не воспринимать такие моменты близко к сердцу. Человеческая глупость это факт, который надо принять и смириться с ним. Даже если создашь для них райские условия, они все равно найдут то, что будет не устраивать, такова природа людей. Просто стань толстокожим, а то раскис, как барышня кисейная. У тебя же фамилия какая? Князев! Вот и соответствуй! — Вика похлопала Сашу по плечу.

— Ой, да пошла ты на фиг. — Бросил Князев, но без злости.

— Только если ты впереди побежишь. — В ответе Вики даже звучала некоторая теплота.

8 сентября

7.31 по московскому времени

База «Акация»

— Выдвигаемся через три дня. Вот по этому маршруту, — Авак провел пальцем по карте от Волгограда до Симферополя. — Идем тремя колоннами по разным трассам, через территорию Украины, Мелитополь и Джанкой. В Симферополе, в порту, уже ждут десантные катера. Пересаживаем всю группировку на катера и двигаемся в сторону Архипо-Осиповки на расстоянии пятидесяти километров от береговой линии. Это позволит нанести максимально внезапный удар. Авиационного подкрепления ждать не стоит, их снесет еще на подлете ПВО. Они ждут атаки с воздуха: ракетный обстрел, налет авиации и прочее, но не готовы к отражению сухопутного удара. Две тысячи человек легко раздавят их оборону. На количество жертв не смотреть.

— Как мы знаем, сам Воеводов засел под Майкопом, на стратегической базе ракетных войск. Что нам даст уничтожение этой базы? — Спросил один из присутствующих командиров.

— Как я понял, эта база выполняет снабженческую функцию. Провизия, медикаменты, оборудование. Служба тыла, грубо говоря. Уничтожив их, мы сильно ослабим Воеводова, и посеем панику в рядах его людей. Дальше будет чисто вопрос времени. Береговая линия уже будет под нашим контролем. Увеличим численность сухопутной группировки, широким фронтом возьмем в кольцо его базу и начнем долгую осаду. Провиант и количество боеприпасов у Воеводова будет ограниченно, а человеческий ресурс у нас на порядок больше, чем у него. Пара месяцев и можно будет брать голыми руками.

— На воде не засекут? — Спросил другой, с противоположного конца стола.

— Не засекут. Отсутствие спутникового наблюдения работает на нас. Да и нет у них покрытия так далеко в море. Еще вопросы? — Авак окинул взглядом всех присутствующих в кабинете: все руководство «Зари», командиры ближайших общин и два представителя непосредственно из Нуклия.

— По поводу объектов в группировке? Дезертирство с поля боя предусмотрели? — Спросил сухой высокий мужчина выделявшийся черной формой — такая была только у непосредственного командования главно штаба Нуклия.

— Продумали. С фланга будет идти заградотряд, ликвидирующий на месте дезертиров. К тому же мы провели хорошую психологическую обработку объектов. Сомневаюсь, что они побегут. Замотивированы по самое не хочу, некоторые рвутся в бой прямо сейчас. — Есаян встал из кресла и сложил руки за спиной. — Пимон, завтра с утра принимаешь командование. Вся операция на тебе. Ты как никто знаешь противника, и представляешь чего он них можно ожидать. Это не моя прихоть — распоряжение из Нуклия.

— Я и не спорю. — Пимон сидел прямо напротив Есаяна, скрестив руки на груди. — Сам бы вызвался руководить операцией. Есть свои счета к этим недомеркам.

— Хорошо. Есть одно пожелание — надо взять хотя бы несколько человек из их верхушки живыми. Их лица уже примелькались объектам. Устроим показательную казнь, здесь, в «Акации» увидят ее вживую, в другие общины разошлем видео. Пусть все видят, что наш противник не вымышленный, что мы взяли только часть их группировки. Это сделает объекты более покорными, заставит их забыть о неудобствах и жесткости правления общин. Внешний враг всегда заставляет забыть о собственных проблемах. Воеводов со своими сосунками, сам того не подозревая, только облегчил нам задачу. Теперь не надо выдумывать и имитировать, они дали то, что нам необходимо. Да, конечно с потерями и неудобствами, но их действия лишь ускорили реализацию плана Голдстейна. Если они надеются хоть как то противостоять нам, то их глупости позавидует даже полный идиот. Их жалкая кучка может что-то противопоставить нам только с помощью чуда, а как мы знаем, чудес не бывает.

10 сентября

12.00 по московскому времени

Геленджик

Выйдя из складского помещения, Марк стянул противогаз и расстегнул комбинезон ОЗК. Одежда полностью пропиталась потом, голова кружилась от жары и физической нагрузки.

— Устал? — Спросил остановившийся рядом Рома.

— Не то слово. — Тяжело дыша, ответил Сахаров.

— Да неделька не легкая вышла. Последний рейс, наконец-то. Теперь можно и отдохнуть. — Роман сел на бетонный блок в основании забора. — Я и не знал, что у нас в крае есть такие хранилища химического оружия. Если его все задействовать, то можно устроить локальный апокалипсис на всей территории края, не хуже, чем «Пурпурный».

— А сколько еще таких хранилищ по всей планете? — Марк скинул защитный комбинезон и сел рядом со Сталюковым. — Зачем человек создал столько для собственного же уничтожения?

— Власть. Все дело во власти. — Роман посмотрел на массивный корпус грузового вертолета. — Это же самый страшный наркотик, один раз попробовал и никогда уже не соскочишь. А что дает человеку больше всего власти? Правильно — страх. Кто захочет с тобой драться если у тебя в кармане уйма химического оружия, которые ты можешь применить, не говоря уже о ядерном.

— А зачем людям столько власти? Ради денег? Они же за всю жизнь столько потратить не смогли бы. Что ими двигало?

— Как говорил дедушка Фрейд: «в основе всех наших поступков лежат желание стать великим и сексуальное влечение». Он, конечно, утрировал, есть на Земле и нормальные люди, но по большей части — он прав. Я бы еще добавил чувство голода. — Роман достал из кармана флягу с водой, отхлебнул и скривился — теплая.

— Все равно не понимаю. Зачем люди хотели стать великими? Что им это давало? Ведь для удовлетворения личных потребностей не так много надо.

— Ты смотрел фильм «Адвокат Дьявола»? Там звучала одна фраза, которая запала мне в голову почти на всю жизнь. «Тщеславие — мой самый любимый грех». Звучала она из уст дьявола и это чертовские точное выражение. Тщеславие порой толкает людей на очень глупые, жесткие и бесчеловечные поступки. По себе знаю, в криминале замешан никогда не был, но много раз очень сильно ошибался в жизни, стараясь казаться кем-то более значимым. И все эти президенты, короли и премьер-министры, когда не смогли себя возвеличить созиданием, устраивали войны во имя каких-то иллюзорных идей. Далеко ходить не надо, та же война США с Вьетнамом и Кореей, потом война с Ираком под предлогом как раз таки химического оружия у террористов, только его потом так никто и не нашел, но страну фактически уничтожили. Балканские войны. Да любой конфликт на земле, если капнуть поглубже — банальная прихоть власть имущих. Если бы человечество забыло о распрях и войнах, пустило бы все свои ресурсы и научный потенциал не на оружие, а на науку, представь в каком мире мы бы жили?

— Это утопия. Сам же знаешь, что это не реально. Человек по природе жесток, он не хочет жить в идеальном мире. Мы свидетели максимального проявления этих качеств. Уничтожить больше восьми миллиардов только для того, чтобы на руинах цивилизации построить свои собственные царствования с рабовладельческим строем. — Марк посмотрел на небо, стараясь рассмотреть хоть намек на фиолетовый цвет, но небосвод уже полностью вернул себе первозданную синеву.

— Утопия, да, но я все же надеюсь, что у ребят с Лесным что-то да получиться. У них все для этого есть и сами люди как никогда готовы к изменению менталитета. Новый мир можно построить только на пепелище старого.

— Только люди даже после конца света не изменились. Про Леру слышал? — Марк посмотрел на задумавшегося Романа.

— Да слышал, Тим рассказал. Кстати, они нашли того, кто это сделал. И Князев, и сам Тимур просили передать, что они не сомневались в твоей невиновности. Переживали, как бы народ не свалил все на тебя, поэтому старались изолировать. Насильника нашли и покарали. Твоя репутация чиста.

— А вы тут что в теньке прохлаждаетесь? — Прервал диалог подошедший Михаил. — Пора бы уже домой лететь. Чья смена сегодня?

— Марины, я эту ночь дежурил. — Ответил Рома. — Блин, страшно немного вот так все здесь оставлять, под присмотром всего одного человека.

— Не боись. Во-первых, никто не знает, что у нас здесь столько химического оружия. Во-вторых, укрепили мы здесь все хорошо, а если кто-то и сунется, сначала дежурный отпор даст, а потом я на «Карлсоне» прилечу, там уже никому мало не покажется.

— Будем надеяться, что никто и не полезет. Ты представь, если в этот склад пара снарядов попадет. Ладно, не буду нагнетать. Марк, — Рома повернулся к Сахарову. — У тебя какие планы на ближайшие дни?

— Не знаю, не думал об этом. — Ответил Марк, хотя сам давно уже решил съездить в «Исток». Сам себе внушил, что единственное, о чем хочет расспросить бывших друзей, это подробности про судьбу насильника, но в глубине души, осознавал, что сильно соскучился.

11 сентября

— Здарова! Ну как ты? — Джавид похлопал по плечу Марка и попытался обнять, но в последний момент растеряно остановился.

— Нормально. Ты как? — Сахаров поправил сползший ремень автомата и осмотрелся. Удивительно, прошло всего несколько дней, а он уже ощущал себя чужим в «Истоке».

— Да тоже ничего, работы много. Каждый день свозим десятки тонн всякого добра со всей округи. Надо все внести в базу, распределить, по складам развезти. Короче, куча геморроя. Сталюков сказал, что ты теперь в команде у Вадима? — Кочарян подошел к мотоциклу Марка и присел, чтобы лучше рассмотреть. — Хороший аппарат, не знал, что ты на байках ездишь.

— Я раньше и не умел, только недавно научился. — Сахаров кивнул, приглашая сесть на лавочку. — Я не работаю на Вадима. Мы, скорее, друг другу помогаем. Живу сам, рядом с его аванпостом. Катаюсь по округе, разведываю разные объекты и передаю ему информацию, а он за это снабжает меня продуктами и ресурсами. Взаимовыгодное сотрудничество.

— Понятно. — Джавид сел на лавку и потянулся, разминая затекшие от долгого сидения за компьютером мышцы. — Вернуться не хочешь?

— Нет. Мне лучше одному. Если что, всегда могу приехать. Когда вокруг много людей, я чувствую себя дискомфортно. Да и они меня тоже не шибко любят. Вот случись опять что, сразу на меня все шишки посыпятся.

— Мы нашли того, кто убил Леру. Я знал, что ты ни при чем. Всем это говорил, да и они тоже были в тебе уверены. Этого ублюдка изгнали. Я думал Юлаев его убьет, но он лишь ногу прострелил. Так и бросили его, Стив оставил один из дронов за ним следить, чтобы он обратно в Краснодарский край не подался. И либо карма, либо не знаю что, но эта тварь получила по заслугам. Знаешь что случилось? Его собаки живым на куски разорвали. Зрелище такое себе. Когда в фильмах подобное видел, вообще не реагировал, а тут чуть кишки наружу не выблевал.

— Да какая разница, что с ним стало. Мне вообще пофиг. Если ты думал, что я обрадуюсь этому «отмщению», то ты ошибся. А по поводу того, что «все были уверены в моей невиновности», то ты либо врешь, либо дурак. Ты же был в кабинете и сам прекрасно слышал вопросы и Князева и Тимура. В моем понимании друзья должны стоять друга за друга до последнего. Мы через столько вместе прошли: выжили в рассвете, шли на штурм, чтобы своих вытащить. Я, как дурак, по лесам лазил, охранял, а первым делом подумали на меня, потому что у меня с башкой проблемы. Нет, я точно лучше буду жить один.

— Не кипятись. — Джавид тяжело вздохнул, заведомо безуспешная попытка уговорит друга вернутся — провалилась. — Можно я хоть подарок тебе сделаю?

— Какой. — Марк тяжело выдохнул и попытался взять себя в руки.

— Твой байк на бензиновом двигателе, запаришься заправлять. Попрошу Стива с его командой «очумелых ручек», они тебе электродвигатель примастырят. Дадут несколько батарей, чтобы отдельно заряжать мог. Байк и быстрее, и мощнее станет, да и тебе просто удобнее будет.

— Долго они это будут делать?

— Не знаю, надо спросить.

14 сентября

04.12 по московскому времени

Военная база под Майкопом

Колонна из броневиков и грузовых машин с заведенными двигателями, выстроилась на площади перед выездом. Свет множества фар разрезал утренни сумрак. Несмотря на большое скопление людей, гомона и суеты нет. Люди в камуфляжной форме с оружием загружаются в транспорт и занимают свои места молча, с суровыми и сосредоточенными лицами.

Вадим стоит чуть в стороне, сложив руки на висевший на груди автомат и наблюдет.

— Через пять минут можно выезжать. — Отрапортовал подошедший Серго.

— Хорошо. Ты сам как?

— Нервничаю немного. — Серго провел рукой по волосам. — Одно дело отвечать за хозяйственную часть, и совсем другое управлять всей базой. Ты точно решил выдвигаться с группой? Может лучше здесь останешься?

— Не смогу сидеть спокойно, зная, что ребята идут на штурм и рискуют жизнью. К тому же руководить группировкой надо непосредственно с поля боя, понимая объективную обстановку. В сражении решающими могут стать секунды, которые легко потерять, общаясь через радиосвязь. Да и смысл мне в тылу отсиживаться? Сейчас наша главная задача — штаб Нуклия. Если это операция провалиться, то смысла уже в этой базе не будет. Вряд ли мы еще соберем столько бойцов. Идем ва-банк.

— Знаю, но мне все равно не по себе. Твои инструкции по действиям в случае неудачи я уже на зубок выучил, но от этого не легче. Лишь бы все получилось.

— Сейчас надо рассчитывать только на самих себя и уничтожить Нуклий любой ценой. Насчет плана «Б», рука не дрогнет?

— Не дрогнет, но паршиво будет до тошноты. Лишь бы не дошло до этого.

— Других вариантов, в случае провала штурма, попросту нет. — Вадим подошел ближе и пожал руку Серго. — Ладно, мы отчаливаем. Ты давай тут, держись и за ним, — Воеводов кивнул на сидящего рядом пса. — Присматривай. Солт, я вернусь, обещаю. Я не бросаю тебя, но взять с собой сейчас не могу. Веди себя хорошо, не буянь.

Алабай с грустью в глазах посмотрел на своего хозяина и тяжело вздохнул, словно понимал каждое слово. Подойдя ближе к Вадиму, пес ткнулся лбом ему в бедро.

— Ну хватит, Султан. У меня сейчас и так сердце разорвется. — Воеводов присел и погладил собаку. — Я буду скучать. Все, я побежал.

07.32 по московскому времени

База «Исток»

— Стив? — Раздался знакомый безэмоциональный голос из динамика.

— Слушаю. — Ответил Прайс, отпивая кофе из стакана.

— Включи панораму с дронов под Краснодаром, трасса Дон М4 в районе водохранилища.

— Сейчас, пять секунд. — Стив отставил кружку, придвинулся ближе к столу и включил видео на весь экран. — Обалдеть! Это кто и откуда?

На экране по трассе ехала вереница военной техники. Колонна длинная, не меньше тридцати машин.

— Войско Воеводова. — Все так же холодно ответил Кир.

— Вадим? Но куда… зачем?

— Судя по маршруту, Воеводов выдвинулся на взятие Нуклия. Две недели назад он отправил два разведывательных отряда. Скорее всего, они обнаружили местоположение, и Вадим с основной группой сил отправился на штурм.

— Штурм Нуклия? Он с ума сошел? — Стив подскочил со стула. — Надо срочно сообщить остальным.

— Успокойся. Вы все равно ничего не сможете предпринять. Надо следовать обговоренному плану. Действия Воеводова были вполне прогнозируемы. Его главная цель — уничтожение сети общин, а после инцидента на трассе, он, вполне ожидаемо, сменил тактику и решил бить сразу по центру принятия решений.

— Но мы же можем ему помочь. У нас есть ударные вертолеты, техника, надо как-то оказать поддержку. — Прайс суетливо забегал по помещению.

— Возьми себя в руки. Наша помощь никак не повлияет на исход их действий. В случае неудачи наши технологии попадут в руки Нуклия, что может привести к резкому росту их военной мощи и незамедлительной атаке на нашу базу. Тем более покрытие нашей сети добивает максимум до Ростовской области.

— Блин, и мы будем просто сидеть и смотреть, как Воеводов пытается уничтожить анклавовцев один? А если он не потянет? Если нуклиевцы разобьют его? Мы же станем для них следующей целью!

— В нашем плане все предусмотрено. Не поддавайся эмоциям, они сейчас не позволительны.

11.24 по Московскому Времени

Поселок Веселый

Ростовская область

Солнечные лучи, пробиваясь сквозь густую листву, плясали на капоте броневика «Тайфун-ВДВ» с тридцатимиллиметровой пушкой. Воеводов, не выпуская из рук рацию, сидел на пороге открытой двери бронемашины и напряженно смотрел на двухполосную дорогу между лесополосами.

— «Альфа» на связи? Вызывает «Тау», прием. — Зашипела рация.

— «Альфа» слушает. Докладывай. Прием. — Моментально ответил Вадим, встав от напряжения.

— Тропинки в лесу свободные, волоков нет, «Красная шапочка» может нести пирожки бабушке. Прием.

— Блин, завязывай со своими детскими шифровками. — Слегка улыбнувшись, ответил Вадим. — Понял, выдвигаемся через десять минут. Поезжайте дальше. Только осторожнее. Избегайте любых столкновений. Себя выдать нельзя.

— «Альфа» не переживай. И так пробираемся по глухоманям, здесь только дикие собаки да птицы. Постоянно дронов впереди себя гоним, всего от трех патрулей ушли. Видели вертушку вдалеке, но шла далеко, нас не заметила.

— Понял, все до связи. — Воеводов запрыгнул в пассажирские сидение бронемашины и снял с приборной панели рацию. — По коням, дорога чистая. Авангард, выезжайте.

Лесополосу огласил рев десятков заведенных моторов. Земля задрожала под колесами тяжелой техники и на дорогу выехала колонна. В голове несколько БТРов и тяжелых броневиков «Тайфун», в центре — грузовики снабжения, машины связи и комплексы РЗСО, замыкали колонну несколько броневиков и три машины «Панцирь-C1». «Тайфун-ВДВ» Воеводова ехал сразу за авангардом колонны. Вадим постоянно связывался с разведывательными отрядами и наблюдал за монитором, показывающим панораму шоссе с дронов.

12.34 по московскому времени

Город Геленджик

Подгоняемые ветром платановые листья зашуршали по тротуарной плитке. Возле белых перил набережной уже собрались приличные горки листвы, хотя большая часть деревьев еще стояла зеленая. Марк подошел к скоплению листьев и разворошил его ногой. Запахло сыростью и прелостью. Ни души. От самого маяка и до порта на конце тонкого мыса — ни одного человека. Только сотни отелей, кафе и магазинов сиротливо смотрящие на водную гладь бухты, словно оставленные дома питомцы в ожидании своих хозяев. Как вишенка на торте — торговый центр «Геленджик», с выбитыми окнами и черными от пожара остатками стен. От зеленой вывески над входом осталось только «жик». Нет, там уже не найдешь ничего интересного. Центр города успели разграбить и вынести те, кто выжил после первой волны эпидемии. Иногда это выглядело даже забавно — Марк находил очередной дом, с высушенными вирусом трупами, лежащими среди гор намародеренных вещей, техники, украшений и алкоголя. Сейчас, спустя всего два месяца, любой из выживших променяет вагон брендовых вещей на отличные и удобные карго-брюки и пару хайкинговых ботинок или удобных кроссовок. Ни один телевизор, домашний кинотеатр или музыкальный проигрыватель не цениться так кака хорошая переносная газовая плитка, комфортный спальный мешок и портативная зарядная станция. В «Истоке» ценности уже сменились, благодаря изобретениям Лесного, но остальные восемьсот тысяч переживших эпидемию еще живут по законам мира без цивилизации.

— Марк? Ты на связи? — Голос Романа из рации оторвал от размышлений.

— Да, слушаю.

— Ты где сейчас?

— В центре города. — Сахаров окинул взглядом центральную площадь — центровее уже некуда.

— Ясно, чем там занимаешься?

— Да просто хотел посмотреть. Никогда здесь не был. Что-то случилось?

— Нет, все нормально просто проверяю. Я тоже здесь недалеко. По городской больнице шарахаюсь. Проверял, нет ли у них продуктовых хранилищ с резервным питанием, медикаменты уже давно все вывезли.

— И как успехи?

— Тщетно. Генераторы израсходовали запасы топлива и все давно пропало. Не хочешь пересечься?

— Да можно. Где?

— Выдвигайся в сторону тонкого мыса, буду ждать тебя у «Магнолии» на набережной. Не пропустишь, высокое здание с коричневыми окнами.

— Хорошо, скоро буду.

Марк подошел к мотоциклу, снял с руля шлем и застегнул ремешок под подбородком. Сидение успело нагреться на солнце, и его жар ощущался даже через штаны. Сняв с подножки, Сахаров завел двигатель и не спеша покатил прямо по набережной. Через несколько минут остановился возле обозначенного здания, где его уже ждал Роман. Стянув шлем, Марк почувствовал тошнотворный запах.

— Фу блин, что так воняет? — Он осмотрелся по сторонам, стараясь понять причину смрада.

— Пойдем покажу. — Роман махнул, приглашая подняться по ступеням на веранду кафе. Прямо возле дверей лежали две крупные туши изрядно сгнивших животных. Из-за разложения сложно определить кто это был, то ли очень крупные собаки, то ли еще кто-то.

— Это что? Псины такие огромные? — Марк прикрыл нос рукой, запах стал почти невыносим.

— Нет, львы, точнее — львицы. Там внутри еще одна лежит, от нее сильнее всего воняет. Скорее всего, сбежали из сафари парка в поисках пищи, когда отключилось электричество. — Роман подошел ближе к останкам и, скривив лицо, осмотрел их. — Неплохо их свинцом нашпиговали.

— Это Воеводов. Юля рассказывала, что они как-то нарвались на группу львиц. — Сахаров спустился к перилам в поисках свежего воздуха.

— Юля? Та которая погибла при побеге из «Рассвета»? — Сталюков вышел следом за Марком.

— Да, именно. Тимур рассказал? Понятно. Может к воде спустимся, а то вонь даже сюда добивает.

— Пойдем.

Спустившись по лестнице к пляжу, Сахаров сел возле воды и начал копаться в камнях перед собой. Роман последовал его примеру и выбрав круглый плоский камень, запустил его «лягушкой» по воде.

— А ты что с Вадимом не поехал? — Спросил Сталюков, выискивая очередной камень.

— Не гожусь я в штурмовики, от меня здесь толка больше. — Марк откопал обточенную водой до округлой формы стекляшку, больше похожую на драгоценный камень, и посмотрел через нее на солнце.

— Рядом со своими из «Истока» решил остаться?

— Можно и так сказать. А ты почему?

— По той же причине. — Забросив еще один камень, Рома сел рядом и посмотрел на спокойную гладь бухты. — У Вадима группа уже сформированная, все друг друга знают, сработались, а я был бы новичком. Да и Тимура и его команду неохота бросать просто так, без прикрытия. У них, конечно, там и оборона, и бойцы есть, но я-то Тима знаю, он еще совсем пацан, хоть и строит из себя опытного вояку. И люди у них еще совсем недавно были гражданскими до мозга костей. От того что камуфляж нацепили и взяли в руки автоматы — опытными бойцами не стали.

— Юлаев уже далеко не пацан. Через многое успел пройти за это время. — Возразил Сахаров.

— Я заметил. Но боевой опыт, это боевой опыт, за два месяца и несколько стычек его не приобретешь. Вон, посмотри на Воеводова. Почему он так нуклиевцев нагибает? Для него война — мать родная. Так что лучше я здесь, поблизости буду. В случае чего с Федоровичем на его «Карлсоне» в миг примчимся.