Королевский шут-2

11. Нежданчики

Греяна… Греяна… Признаться, я действительно отвык от встреч с принцессой, за то время, что провёл на Земле. Сегодня в Босвинд Колокольчик собирала нас, как на бой, давая кучу советов не только мне, но и Харму.

— На грудь не пялься! Разговаривай вежливо и на Вы — нечего ей думать, что между вами дистанции нет! Не лыбиться, а то знаю я твою манеру! Если чего не так, то сразу домой — ни мне, ни тебе скандал не нужен, а я ведь не сдержусь и обязательно устрою! И ты, Черныш, смотри в оба глаза! Принцесса может кого угодно окрутить, но только не тебя, поэтому разделишь ответственность с моим мужем. Не посмотрю, что друг и милашка — хвост узлом завяжу!

В какой-то момент терпение моё иссякло и я, не выдержав, посадил «курицу наседку» на шкаф.

— Вот здесь и будь, пока не вернусь! Слезешь — скандал не меньше будет!

— Ты нормальный?!

— Уже нет! Фанька, ну реально задолбала! Сколько раз ходил в Босвинд — всё норм, а тут прибить тебя хочется, слушая то ли приказы, то ли причитания!

— Ага! — поддержал меня ящер. — Ещё и к невиноватым хвостам подбирается! Ты мне хоть и Хозяйка теперь, но чувство гордости топтать не дам! Кто я с таким хвостом буду? Не красивый Харм, а словно лягушка какающая! А ещё друг называется…

— Я всё по делу говорю, а вы, остолопы, слушать не желаете! — не сдавалась упрямая. — Мне, между прочим, волноваться нельзя — у меня ребёночек скоро будет! Меня оберегать надо, а не на шкафах расставлять!

— Оберегать? А я что делаю? Скажи, Черныш, — обратился я к обиженному слуге. — Тебе не кажется, что на этом невысоком, очень устойчивом шкафчике — самое безопасное место во дворце? Сиди себе спокойненько и нет опасности споткнуться или там дверью в лоб получить?

— Согласен! Самое хорошее место!

— Видишь? «Два — один» в нашу пользу.

— Идиоты! Вижу, что издеваетесь, но отвечу — никогда раньше не получала в лоб и теперь не получу! Сымай, говорю! Пользуешься тем, что дылдой вымахал!

— Ну, не знаю… Я раньше тоже с Греяной нормально ладил и слюни на её грудь не проливал…

— Ах, вот, значит, ты какую «песенку завёл», дорогой?! Мои чувства с мебелью сравниваешь?! Ну и ладно! Валите! — как всегда в подобных случаях, всё перевернув с ног на голову, рявкнула благоверная.

Она надулась и, закинув ноги на шкаф, улеглась там, повернувшись к нам попой. Минут пять так лежала, источая флюиды оскорблённой невинности и обиды. Мы с Чернышом молчали, глядя на это представление и ожидая дальнейшего развития событий. Зная Фанни, можно было с уверенностью сказать, что бурлящие в её душе эмоции скоро прорвутся. Так оно и вышло.

— Подушку дайте… — буркнула она, не поворачивая головы.

— Может, сразу и одеяло? — предложил я, тихо подмигнув ящеру.

— Конфеты тоже не забудьте. Буду их есть и страдать от вашей чёрствости.

— Много?

— Всё и… печенье — тоже! Расскажу про вас Ланирии, и Парб за меня отомстит! Будете знать, как маленьких обижать!

— А Лан тут причём?

— Скала своей невесте ни в чём отказать не может, а у нас с ней женская солидарность!

— Блин. Конфеты с печенюшками закончились…

— Как?! Я ж их сама недавно… — попыталась возмутиться Фанни, свесив голову.

Я тут же схватил её и сдёрнул со шкафа, крепко обняв.

— Любимая, давай не будем ссориться по пустякам? Я тебя понимаю — волнуешься, но и мне не в радость шляться, где ни попадя. Надо собраться мыслями, а чувствую себя, словно провинившийся школьник, после твоих вздохов и наставлений.

— И правильно делаешь, — ответила она, насупив брови. — Уговорил. Идите уже, и пока там этой Греяне улыбаться будешь, то составь внятную извинятельную речь по своему поведению. Чего удумал — родную жену по пыльным углам распихивать!

— Ты хотела сказать: извинительную речь? — попытался было поправить Черныш.

— Я хотела сказать, чтоб составил! А тебя, предатель, видеть не хочу! Хозяйка мучается наверху, а слуга ржёт!

— Так приказала бы — тут же снял бы.

— А так можно было?

— Конечно. Я же твой Слуга.

— Творцы! Не подумала. Теперь буду постоянно пользоваться! Идей — море! — довольно произнесла Колокольчик, окинув меня многообещающим взглядом.

— Харм, — понимая ход мыслей жены, поинтересовался я, — а когда архимагу память вернётся, то ты станешь снова его Слугой?

— Так он приказал.

— А если я попрошу его, чтобы ты исполнил несколько моих просьб, то, как думаешь, разрешит?

— Конечно! Исполню с удовольствием, друг!

— Поняла? — подмигнул я Фанни.

— Чего уж тут непонятного… Ладно! Живи! Эх, такая месть пропала!

Неожиданно даже для самих себя мы рассмеялись. Ну, не можем долго сердиться друг на друга, а к подобным перепалкам нам не привыкать — с первого дня знакомства затеваем. Честно говоря, не могу представить нас сюсюкающей семьёй. Со всякими там «котиками», «заями» и остальной ушасто-пушистой фигнёй уже давно бы скука заела, а так в постоянном лёгком соперничестве, с пикировками, подколками и прочим, что придаёт перчинку, испытываем кайфовый драйв или драйвовый кайф — надо будет потом определиться, понимая, что ни с кем больше такого не испытаем. Это — НАШЕ!

— Тебе пора, — улыбнулась жена. — Быстро отсюда, а то, чувствую, что сейчас опять с наставлениями полезу. Не хочу на шкаф обратно…

Чмокнул её в нежную щёчку, и Харм переместил меня в Босвинд.

— Здравствуй, — сидя за столом и уткнувшись в какую-то книгу, поприветствовала Греяна, снова продолжив чтение.

— Очередной любовный роман? — пошутил я, зная её негативное отношение к подобным вещам.

— Почти. «Способы штурма горных крепостей» графа Дарулана Ракского. Очень познавательный труд и в плане истории, и с точки зрения военного применения. Ты пропустил прошлую встречу.

— Да, принцесса. Собирал тебе материал для не менее занимательного чтива. Держи, там Сыч очень всё подробно описал и про мои приключения, и про все события во дворце за последнюю неделю.

Я протянул ей толстую стопку бумаг, в которой было не только письмо главы «серых», но и много различных документов. Греяна мигом отбросила книгу и погрузилась в новые буквы, явно соскучившись по жизни вне Босвинда, я же уселся в кресло напротив, наблюдая за мимикой высокородной барышни, меняющейся по мере усвоения материала.

— Обалдеть! — выдохнула она, закончив чтение. — У вас, шутов, насыщенная жизнь, но ты всех переплюнул! Что сам-то про это думаешь, если кратко?

— Если совсем кратко, то могу только матом, а так в целом согласен с Сычом.

— Да уж… Но Веблия какова! Мало того, что обставила вас, словно малолетних, радующихся победе придурков, но и теперь нити управления заговором у неё. Захочет — ускорит попытку свержения, прижав всех к стенке, или, наоборот, будет растягивать наше с Ипроханом противостояние до нужного, удобного ей момента. Поаплодировала бы этой гниде, если бы не применение Умертвия — перешла грань, отделяющюю человека от кровожадного демона. И не могу определить, чего в её поступке было больше — панического страха с жаждой мести или точного расчёта. Скорее всего, первого, и это большая ошибка.

— Того же мнения. Стоит только нам рассказать про применение Умертвия другим, неподвластным ей магам…

— Нет! Никто ничего рассказывать не будет — нам тут магические войны не нужны! Ты не понимаешь, шут! Советница пошла пусть и по лёгкому, но кровавому пути. Ей понравилось убивать, а не думать! Ладно бы несколько что-то знающих слуг прикончила — понять с точки зрения целесообразности можно, но, превратив Харию в большую могилу, она хочет показать свою силу, пытаясь вернуть себе уважение в собственных глазах. Веблия не уверена и боится. В этот раз получилось загнать вас в тупик и это ей понравилось — теперь не остановится, ломая стену, а не ища в ней двери. И эта стена рухнет, завалив её! Прав Сыч с казначеем — на Празднике Середины Зимы нельзя устраивать переворот. Откладываем, как бы ни не терпелось…

Внезапно открылась дверь и на пороге появилась девушка, не по-зимнему одетая в лёгкий дорожный костюмчик такого покроя, который больше открывал, чем скрывал все её, без преувеличения, шикарные прелести. На носу у гостьи красовались, блестя оранжевыми стёклами, такие же очки, которые имел в своём гардеробчике и архимаг Кортинар.

— Покинь комнату, солдат, — ровным голосом приказала она, по-хозяйски подойдя к столу.

Потом вдруг замерла и уставилась на меня, внимательно разглядывая.

— Хотя, постой. Почему я не вижу на тебе своей метки и… вообще ничего не вижу?

Блин! Ещё одна ведьма! Рефлексы сработали быстрее мысли, и я шибанул её кулаком в лоб, не давая возможности поднять тревогу. Девица не ожидала подобного и легко ушла в глубокий нокаут.

— Кто это?! — спросил я у застывшей Принцессы.

— Архимагесса Юнолина. Курирует Босвинд и всю его магическую охрану. Должна была только послезавтра явиться. Ты её…

— Не убил, скоро очухается. Валить мне надо! Тёлку с собой прихвачу! Харм, давай к Кортинару! Он тоже архимаг — пусть между собой разбираются! Как доставишь — выдёргивай к нам Сыча! Хоть с ночного горшка сними, но как можно быстрее!

Не попрощавшись с офигевшей Греяной, я оказался в комнате старика, обустроенной в крыле тайной стражи.

— Вот! Принимай! — вывалил «улов» перед магом, и здесь сидящего у камина в своей тёплой шубе. — У принцессы на это чудо нарвался — явно одна из ваших.

— И зачем ты приволок Юнолину сюда?

— А куда?

— Она сейчас очнётся и …

— Понял! — коротким ударом в многострадальный лоб, снова погрузил пленницу в не совсем лечебный сон. — Теперь что?

— Ох… — раздался голос Сыча у меня за спиной, повторивший тот же вопрос. — Ты зачем приволок сюда ведьму?

— И я о том же, — согласно кивнул Кортинар. — Надо было просто убить и оставить где-нибудь в горах. Со свидетельницей подобного уровня лучше не связываться. Теперь же магесса оставила отпечаток в охранной системе дворца, и проследить её путь от нашей комнаты до могилы не составит большого труда.

— Ну, не знаю, моё дело — подарок подарить, а ты уж придумывай, что с этой хренью делать! — ответил я цитатой из «Масяни». — Точнее, оба думайте! Мне она посреди разговора с Греяной как снег на голову упала!

— Скоро опять очнётся, — предупредил архимаг и, видя мои приготовления повторить процедуру «наркоза», добавил. — Хорошо, что ещё не пришла в себя.

Несколько пассов руками и девушка окуталась едко-зелёной дымкой.

— Вот так будет лучше — несколько дней забытья Юнолине гарантированы, а дальше уже не получится — очухается полностью и станет недоступной для постороннего вмешательства… Кроме Веблии, конечно.

Вскоре прибыл и Саним Бельжский. А потом мы, как четыре идиота, молча сидели и таращились на спящую архимагессу, переложенную на кровать.

— Жаль убивать… Красивая женщина и, в принципе, ни в чём не виновата… — наконец-то, задумчиво изрёк я.

— Ага… — подтвердил Сыч, не отрывая взгляда от тела. — Может, можно ей память стереть?

— Не выйдет, — спокойно ответил Кортинар, которому наши переживания были «до лампочки». — Нужно добровольное согласие на подобное, которое она не даст. В данном случае вижу лишь одну проблему — как избавиться от трупа.

— Слишком это как-то грязно, — подал голос казначей. — Одно дело в бою, а спящую… Не хочу становиться палачом — дочерям потом в глаза смотреть не смогу. Но делать что-то надо. Хоть к Ипрохану иди за советом — Перволюди имеют свой взгляд на вещи, отличный от нашего.

— Перволюди?! А что? — пришла в мою голову светлая мысль. — Греяна поумнее папеньки будет, и на виселицу, точно, не отправит. Может, стоит мне обратно в Босвинд прогуляться?

— Опасно, Илий, после всего случившегося, — не принял мою идею глава «серых», — там, не исключено, уже весь замок бурлит.

— Я тихонечко. Черныш меня в любой момент выдернет.

Немного попререкавшись, на том и порешили.

Снова знакомый кабинет принцессы. Темно. Видать, спать пошла. Кажется, кабинет граничит с опочивальней — наведаюсь туда. Дверь нашёл сразу, тихо проскользнув в комнату с широкой кроватью. При свете тусклого светильника было видно, что Греяна спит сном праведника. Вот это нервы! Я бы точно не заснул после сегодняшних событий, прокручивая всё в голове до рассвета. Осторожно потряс женщину за плечо. Она резко поднялась на локтях и ловко достала из-под подушки кинжал, тут же оказавшийся у моего горла.

— А… Это ты? — рассмотрев свой «будильник», выдохнула принцесса. — Всё-таки решил сам сдаться, не дожидаясь пока придётся умолять разделить со мной ночь? Правильное решение.

— Извини, но меня сейчас интересует только одна часть твоего тела, — шёпотом ответил ей.

— Быстрый! Мне нравится! До всего доберешься, но начнём с… — и Греяна оголила грудь, скинув с плеч ночную рубашку.

Демоны меня загрызи! Если сейчас моя чувствительная жёнушка увидела двусмысленную сцену своим даром, то ночевать на шкафу придётся мне и Харму с завязанным в узел хвостом. Обоим «завяжет»! Это даже пострашнее проблема, чем какая-то архимагесса, принесённая контрабандой в столицу!

— Дура! Я про мозг сейчас! Свои буфера оставь для хатшей — они мясистое любят! У нас беда с твоей ведьмой. Во дворце лежит и ждёт своей участи. Есть предложение, как её использовать можно или «кровь Творцов» только на постельные утехи в голове ударяет?

Зло зыркнув, принцесса встала, совсем не стесняясь моего присутствия, переоделась и посмотрела уже спокойным деловым взглядом.

— Вариант с ликвидацией рассматривали?

— Да, Твоё Высочество, но душа к нему не лежит.

— Правильно — нечего такими людьми разбрасываться. Если удасться уничтожить Камень Душ, то она ещё пригодится Нагорному королевству. А… Скажи, подкаблучник, бумага от Ипрохана с твоими полномочиями у тебя с собой?

— Держи, — протянул ей аккуратно сложенный лист, пропустив мимо ушей явную издёвку.

— Ограничений нет… Это хорошо! Как нами ни играют Творцы — всё на благо! Нанесём ещё один удар по Веблии — такого гадюка точно не ожидает. Слушай сюда!

Чёткий, продуманный план, словно не экспромт, а заготовленная речь лектора «Общества знаний», лился из её уст, расставляя всё по местам, учитывая каждые мелочи и показывая пути обхождения неудобных моментов. Сейчас я впервые увидел Первочеловека во всей красе, до которого не только мне, но и Калевану Танлийскому с Санимом Бельжским было, как до Китая в интересной позе. Это не ум, а компьютер, мгновенно перерабатывающий информацию. Хорошо, что Ипрохашка давно деградировал, почти угробив свой дар, а то бы не то, что заговорщиков, даже мыслей вякать против ни у кого не возникало бы!

Вот была поставлена последняя точка — больше делать нечего. Я уже собрался отдать приказ Чернышу на перемещение, как принцесса, проведя ноготком по моей щеке, со змеиной улыбкой произнесла:

— Запомни эту ночь, мой будущий слуга. Когда-нибудь она ещё тебе аукнется, и ты сто раз пожалеешь о том, что не воспользовался случаем.

— Повесишь на первом суку, Греяна Ипрохановна, или есть возможность выбрать подходящее дерево самому? Учти! Я выбирать буду до самой старости! — пошутил в ответ, понимая, что смехахашечки закончились.

— Зачем? Обещаю: от моей руки не умрёшь — сам повесишься от этой дурацкой любви к своей королеве. Всего хорошего!