Кухарка для дракона

Глава 19

Утро после того, как они закончили с кухней и залом, выдалось морозным, но солнечным. Элла стояла у окна в зале, глядя на заснеженную дорогу, уходящую вниз, к деревне. В руках она крутила кружку с чаем, но не пила — задумалась.

— Ты чего? — спросил Аррион, подходя сзади и кладя руки ей на плечи.

— Думаю, — ответила она. — Надо пробное открытие делать. Пригласить кого-то, чтобы попробовали, оценили, рассказали другим. А то мы тут всё сделали, а придёт ли кто — неизвестно.

— Пригласить? — переспросил он. — Кого?

— Ну, деревенских хотя бы. Калеба, его знакомых. Кто не боится.

Аррион помолчал. Потом сказал:

— А придут ли они?

Элла вздохнула. Это был главный вопрос. Они столько всего сделали, вложили столько сил, а вдруг никто не придёт? Вдруг страх перед замком, перед ним, перед слухами пересилит любопытство?

— Надо попробовать, — сказала она твёрдо. — Я сама схожу. Поговорю с Калебом. Он мужик нормальный, не суеверный. Если он согласится — за ним и другие потянутся.

— Ты пойдёшь в деревню? Одна?

— А что со мной случится? Деревня не чужая, я там уже была. Калеб знает меня, остальные видели. Не съедят.

Он не ответил, но руки на её плечах сжались чуть крепче. Элла чувствовала — он не хочет её отпускать. Но и понимает — надо.

— Я быстро, — пообещала она, поворачиваясь и целуя его. — Туда и обратно. А ты пока проверь, всё ли готово в зале. Столы, стулья, посуда.

— Проверю, — кивнул он.

Она оделась потеплее — накинула шерстяное платье, сверху толстую накидку, на ноги — тёплые чулки и сапоги на меху. Аррион смотрел, как она собирается, и в его золотых глазах было что-то, чего она раньше не видела. Беспокойство? Тоска? Он не хотел, чтобы она уходила.

— Я вернусь, — сказала она мягко. — Честно.

— Знаю, — ответил он. — Просто... привык, что ты рядом.

Она улыбнулась, чмокнула его в щёку и вышла.

Дорога в деревню была трудной — снег за ночь насыпало, идти приходилось, проваливаясь по колено. Но Элла шла и думала о своём. О том, как уговаривать Калеба, что сказать, чем заинтересовать. Ноги уставали, дыхание сбивалось, но она упрямо шла вперёд.

В деревне было тихо. Дымили трубы, где-то лаяли собаки, пахло дымом и свежим хлебом. Элла направилась сразу к дому Калеба — она знала, где он живёт, он показывал.

Калеб был во дворе, колол дрова. Увидев её, замер с топором в руках.

— Элла? — удивился он. — Ты чего? Случилось что?

— Здравствуй, Калеб, — сказала она, отдышавшись. — Ничего не случилось. Наоборот. Дело есть.

Он отложил топор, подошёл ближе. Смотрел на неё с любопытством и лёгкой настороженностью.

— Какое дело?

— Мы таверну открываем, — выпалила она. — В замке. Настоящую таверну, для путников и всех желающих. Сделали зал, кухню, всё готово. Хотим пробное открытие провести. Пригласить несколько человек, чтобы попробовали, оценили. Ты не поможешь?

Калеб слушал, и лицо его менялось. Сначала было удивление, потом недоверие, потом снова удивление.

— Таверну? В замке? — переспросил он. — У дракона?

— У лорда Скайлгарда, — поправила Элла. — И да, в замке. Он не кусается, не бойся. Сам будет гостей обслуживать.

Калеб присвистнул.

— Ничего себе. И что, правда можно прийти и поесть?

— Правда. Бесплатно, в честь пробного открытия. Я сама готовить буду. Помнишь, чем я тебя угощала, когда ты продукты привозил?

— Помню, — признал Калеб. — Вкусно было.

— Вот. А теперь представь, что я каждый день так готовлю. И ещё больше. Супы, жаркое, пироги. И чай особый, такого нигде нет.

Калеб задумался. Видно было, что ему и интересно, и страшновато.

— А дракон... ну, лорд этот... он точно не обидит? — спросил он осторожно.

— Калеб, я там живу уже сколько месяцев. Если бы он обижал, меня бы давно не было. Он хороший. Просто... нелюдимый. А еду мою любит. И хочет, чтобы другие тоже пробовали.

Он смотрел на неё долго, изучающе. Потом кивнул.

— Ладно. Я приду. И пару человек возьму, кто посмелее. Но, — он поднял палец, — если что — я тебя не знаю. Поняла? Я просто пришёл поесть.

— Поняла, — улыбнулась Элла. — Спасибо, Калеб. Ты настоящий друг.

— Какой друг, — отмахнулся он, но по глазам было видно — приятно. — Когда приходить?

— Завтра вечером. Как стемнеет. Я встречу у ворот.

— Договорились.

Элла пошла обратно, и на душе у неё было легче. Один есть. За ним, может, ещё кто-то пойдёт. Главное — не спугнуть.

Обратная дорога показалась короче — мысли были заняты предстоящим вечером. Она влетела в замок, скинула накидку и побежала в зал, где Аррион как раз расставлял последние стулья.

— Ну что? — спросил он, поворачиваясь.

— Будет, — выдохнула она. — Калеб придёт и ещё пару человек приведёт. Завтра вечером.

Он кивнул, но Элла видела — он напряжён. Внешне спокоен, как всегда, но в глазах — тень. Он переживал. Впервые за долгое время переживал по-настоящему.

— Ты как? — спросила она, подходя ближе.

— Нормально, — ответил он. — Волнуюсь.

— Ты? Волнуешься?

— А ты думала, только люди умеют? — усмехнулся он. — Я тысячу лет не принимал гостей. Тем более таких... простых. Вдруг не понравится? Вдруг испугаются?

— Не испугаются, — сказала Элла твёрдо. — Ты будешь самим собой. Красивым, спокойным, загадочным. И всё будет хорошо.

Он обнял её, прижал к себе.

— Спасибо, — сказал тихо. — За то, что веришь.

— А кто же ещё, — ответила она. — Теперь мы вместе. И вместе справимся.

Вечер следующего дня наступил как-то слишком быстро. Элла металась по кухне с утра, проверяла запасы, резала, солила, пробовала. Руки делали своё дело привычно, но в груди всё время сидел холодный комок волнения. А вдруг не понравится? Вдруг испугаются? Вдруг всё зря?

Аррион заходил несколько раз — молча смотрел, как она колдует над кастрюлями, потом уходил в зал. Она знала — он тоже переживает, просто не показывает. За сотни лет одиночества он отвык от людей, от их взглядов, их разговоров, их присутствия. А тут сразу несколько чужих человек придут в его дом, будут сидеть за его столом, есть его еду. Для него это было испытанием не меньше, чем для неё.

К вечеру всё было готово. На плите томилось рагу — густое, с мясом и овощами, пахнущее так, что слюнки текли. В печи доходили пироги с капустой и грибами — румяные, пышные. Суп — простой, но наваристый, с курицей и кореньями — ждал своего часа в большой кастрюле. Элла ещё раз всё проверила, попробовала, удовлетворённо кивнула.

— Пойду встречу, — сказала она Арриону, который стоял у входа в зал, глядя на накрытые столы.

— Я с тобой.

— Не надо. Ты в зале будь. Встретишь, когда войдут. Так... внушительнее.

Он кивнул, но по глазам видела — ему не по себе. Элла подошла, быстро поцеловала его в щёку.

— Всё будет хорошо. Верь мне.

— Верю, — ответил он тихо.

Она вышла во двор. Ветер стих, снег перестал, и в вечернем воздухе чувствовалось затишье перед чем-то важным. Элла подошла к воротам, открыла тяжёлый засов и стала ждать.

Они появились, когда уже начало темнеть. Сначала она услышала голоса — приглушённые, настороженные. Потом увидела фигуры — несколько человек, идущих цепочкой по тропе. Впереди Калеб — его широкие плечи, его уверенная походка. За ним трое: двое мужчин постарше и одна женщина, закутанная в платок так, что только глаза видно.

— Элла, — кивнул Калеб, подходя. — Принимай гостей.

— Заходите, — сказала она, стараясь, чтобы голос звучал спокойно. — Не бойтесь. Всё хорошо.

Они вошли во двор, остановились, оглядываясь. Замок в сумерках выглядел особенно внушительно — тёмные стены, узкие окна, тишина. Женщина поёжилась, мужчины переглянулись.

— Идёмте, — поторопила Элла. — Там тепло и еда стынет.

Она повела их через двор к двери, ведущей в нижний зал. Открыла, пропустила внутрь.

И замерла на пороге, наблюдая.

Гости вошли и остановились. Сначала просто стояли, оглядываясь. И Элла видела, как меняются их лица.

Тёплый каменный пол приятно грел ноги даже сквозь подошвы — они переступали, притопывали, удивлённо смотрели вниз. Потом поднимали глаза на стены, увитые живыми цветами — те самые вечно цветущие растения, которые Аррион создал магией. Цветы пахли свежестью, летом, чем-то забытым и прекрасным. Женщина в платке вдруг улыбнулась — сама не заметив.

Камин в дальнем конце зала гудел ровным, уютным огнём. Свет от кристаллов под потолком был мягким, тёплым, не резал глаза. Столы были накрыты чистыми скатертями — Элла сама их стирала и гладила. На каждом столе стояли небольшие свечи в простых подсвечниках.

— Ничего себе, — выдохнул один из мужчин. — Прямо как в городских трактирах, только лучше.

— И тепло как, — добавил второй. — И пахнет...

Пахло едой. Из кухни, дверь в которую была приоткрыта, тянуло такими ароматами, что у гостей сами собой потекли слюнки.

Аррион стоял у камина. Элла видела, как он напряжён — руки чуть сжаты, спина прямая, лицо спокойное, но в глазах настороженность. Гости заметили его, замерли.

— Это хозяин, — сказала Элла быстро. — Лорд Скайлгард. Не бойтесь, он добрый.

Аррион сделал шаг вперёд и чуть склонил голову — не поклон, а скорее знак внимания.

— Добро пожаловать, — сказал он. Голос звучал ровно, но Элла слышала в нём напряжение. — Располагайтесь. Сейчас подадут ужин.

Калеб, как самый смелый, первым шагнул к столу, сел на лавку. Остальные последовали его примеру. Женщина села ближе к камину, грела руки у огня.

Элла нырнула на кухню и начала собирать поднос. Первым делом — суп. Горячий, наваристый, с кусочками курицы и зеленью. Она разлила по глубоким тарелкам, посыпала свежим укропом, поставила на поднос. Хлеб — ломти, нарезанные толсто, с хрустящей корочкой.

Аррион взял поднос и понёс к столу. Элла видела, как он ставит тарелки перед гостями — аккуратно, не торопясь. Как отходит в сторону, давая им попробовать.

Калеб взял ложку первым. Зачерпнул суп, подул, отправил в рот. Жевал, глотал. Замер.

— Ну что? — не выдержал один из мужчин.

— Вкусно, — сказал Калеб. И добавил, помолчав: — Очень вкусно.

Остальные тоже начали есть. Сначала осторожно, пробуя, будто боясь подвоха. Потом быстрее, увереннее. Женщина отломила хлеб, макнула в суп, закрыла глаза от удовольствия.

Элла на кухне собирала следующее блюдо — рагу. Густое, с мясом, картошкой и морковью, томившееся в печи несколько часов. Она разложила по мискам, добавила сверху зелени. Аррион снова унёс.

К тому времени, когда он поставил рагу на стол, суп был уже съеден почти до дна. Гости оживились, заговорили — сначала тихо, потом громче.

— А мясо какое мягкое, — сказала женщина. — Прямо тает во рту.

— И подливка наваристая, — добавил один из мужчин. — Я такого давно не ел.

Калеб молчал, но ел быстро, с аппетитом. Элла видела это в приоткрытую дверь кухни и улыбалась.

Пироги подоспели как раз к тому моменту, когда с рагу было покончено. Румяные, пышные, они пахли так, что даже Аррион, который обычно ел мало, покосился в их сторону.

Элла вынесла пироги сама. Поставила на середину стола большое блюдо, присыпанное мукой.

— Угощайтесь, — сказала она. — С капустой и грибами. Сама пекла.

— Сама, — усмехнулся Калеб. — Мы знаем, как ты печёшь. Помню тот пирог, что ты мне давала пробовать.

— Этот лучше, — заверила Элла.

Пироги разошлись мгновенно. Гости хватали их, ломали руками, макали в сметану, которую она тоже выставила. Женщина съела два куска и попросила добавки.

Элла смотрела на них и чувствовала, как напряжение потихоньку отпускает. Они ели. Им нравилось. Они улыбались, разговаривали, смеялись. Страх ушёл, остался только аппетит и удовольствие.

Она поймала взгляд Арриона. Он стоял у стены, чуть в стороне, но тоже смотрел на гостей. И в его золотых глазах больше не было настороженности — только спокойное, тёплое удивление. Получилось.

Калеб, доев третий пирог, откинулся на лавку, довольно погладил живот.

— Элла, — сказал он громко, так, чтобы все слышали, — ты чудо. Я думал, в городе лучшая стряпня, а ты их всех за пояс заткнёшь.

Остальные закивали, загудели согласно.

— А хозяин, — добавил один из мужчин, осторожно косясь на Арриона, — молодец. Уютно у вас. И не страшно совсем.

— Не страшно, — подтвердила женщина. — Думала, жуть увижу, а тут цветы, тепло... как в раю.

Аррион чуть заметно улыбнулся. Элла это видела — только она и могла заметить эту едва заметную дрожь губ.

— Приходите ещё, — сказал он негромко. — Всегда рады.

Гости засобирались. Калеб подошёл к Элле, пожал руку — крепко, по-мужски.

— Спасибо, — сказал он тихо. — Ты молодец. Я завтра же всем расскажу. Придут ещё, не сомневайся.

— Спасибо тебе, Калеб, — ответила она. — Ты настоящий друг.

— Какой друг, — отмахнулся он, но улыбнулся. — Ладно, пойдём мы. Темнеет уже.

Элла проводила их до ворот, закрыла засов. Вернулась в зал.

Аррион сидел за столом, глядя на пустые тарелки и недоеденные куски пирога. Поднял голову, когда она вошла.

— Получилось, — сказал он.

— Да — ответила она, садясь рядом.

Он взял её руку, поднёс к губам, поцеловал.

— Ты молодец.

— Мы молодцы, — поправила она. — Ты тоже. Видел, как они на тебя смотрели? С уважением.

— На тебя смотрели с обожанием.

— На еду они смотрели с обожанием, — засмеялась она.

Он улыбнулся — широко, открыто, как улыбался только ей.

— Завтра придут ещё, — сказал он. — Калеб обещал.

— Придут. И мы будем готовы.

Они сидели в пустом зале, среди остатков ужина, уставшие, но счастливые. Первый шаг был сделан. И он оказался правильным.