TRACK_57

Но я даже не представлял, со СКОЛЬКИХ сторон грядёт п**дец. Этот трек — как и последующие — будет посвящён сплошному п**децу, кромешному и лютому.

Мы с Колей выбрались из ямы. Как раз был рассвет, и мы, щурясь после полумрака, приближались к Линтону. Как раз вовремя, ворота уже раскрылись, и не пришлось бы их ломать, убивать стражников, привлекать к себе ненужное внимание.

— Ну, Коляня, реально тебе говорю, — повеселевшим (сколько выжрато!) голосом вещал я, — мы с тобой точняк в легенды войдём. Ну, я-то — похер, а ты — героический мужик. В одну каску дальше всех ушёл.

— Я шёл не один, — огорошил меня Колян.

— А с кем?

Бля, ну если всё-таки тут мутки Даймонда, и эта скотина мне наврала с перепугу, я ему такой концерт устрою! Он, сука, затрахается мозги свои собирать по всему Линтону, отвечаю.

— А Вивьен тебе не рассказывала?

Я остановился, как вкопанный.

— Кто?!

— Тётя Вивьен, — скрипнув зубами, повторил Колян. — Это она меня уговорила. Я пошёл с ней и с Гроем.

— Г... Гроем?! — Я уже натурально нихера не понимал. Кроме одного: выпить сегодня ещё придётся. Ну, чтоб новые данные в голову пропихнуть нормально. Пока что всё только закручивалось и закручивалось, безо всякого особенного смысла. Но в жизни вечно всё закручивается, а смысла вечно никакого нет. Зато когда закрутится до предела — ка-а-ак, е**нёт, распрямившись. Да сразу по всем.

— Я был ещё мал, и мне было скучно, — опустил взгляд Колян. — Вивьен предложила сходить в интересный квест. Я согласился. Потом оказалось, что с нами идёт Грой.

— Та-а-ак! — Я вытащил бутылку. — Продолжай, не останавливайся, пока всё очень интересно.

— И пошли! Но они почти совсем не играли. Только шептались между собой о чём-то. И вот я победил дракона, мы поднялись выше. И тогда Вивьен сказала Грою: «Сейчас!» — и он напал на меня сзади. Я бы победил этих умертвий! Но он напал на меня сзади, и я этого не ожидал, и я упал...

— Какого, б**дь, х*я?! — рявкнул я так, что Колян вздрогнул всеми своими габаритами. — Грой?! Ладно, б**дь, эта марионетка империализма ещё своё получит. Но Вивьен?! Нет, сука, с этой куклой я ещё поп**жу по душам. А ну, Коляня, пошли домой!

И мы пошли. Даже почти побежали, до такой степени я круто замотивировался. Что за грёбаное б**дство на подведомственной территории?! Какой резон Вивьен таким изуверским образом подставлять пацана?! Она мне ответит. Придётся, правда, раз десять повторить, пока я пойму, потому что говорить с выбитыми зубами очень неудобно. Но ничего, справится. Заодно потом глянем, что бывает с одухотворённой и условно свободной неписью, если её убить. А я на ней ведь чуть не женился спьяну!!!

На пути мы повстречались с толпой людей, которые, увидев меня, очень удивились.

— Это Мёрдок? — услышал я. — Точно, Мёрдок. А кто тогда?..

Но они уже ускакали дальше, и я не скурил суть. Мы с Колей переглянулись.

— В принципе, почти по пути, — сказал я. — Айда, заценим интересное.

Толпа собралась возле хорошо мне известного дома Вейдера, нашего великого поэта, который торчал мне ещё восемь текстов, без которых нечего было и думать о выступлении у Даймонда на разогреве.

Сам Вейдер был во всей красе. Он стоял на перилах балкона на втором этаже, совершенно голый, пьяный в говно, размахивал руками, орал и плакал.

— Е**ть-колотить... — Я изобразил фейспалм. — Какой позор, Господи. Нет, ну сам подход к жизни, может быть, и похож на мой. Как-никак, малыш со мной общался и научился самому важному. Но спутать этот огрызок с моим великолепным прибором?! Нет, публика — это шлюха, причём, тупая. Сколько живу — столько убеждаюсь.

— А? — удивлённо переспросил Колян, который пока вообще ничего не понимал.

— Творческий кризис, говорю, — вздохнул я. — Нормально. Когда у тебя артистический класс — такое бывает. И чем ты более творческий, тем чаще бывает. У меня так вообще почти каждый день по три раза. Ладно, пошли спасать. Давай, Колянь, организуй батьке проход!

Колян, не будь дурак, двинул вперёд, будто ледоход «Красин» прокладывая путь сквозь толпу. Я важно шагал следом.

А Вейдер, по ходу, вообще не замечал толпы. Он весь был погружен в свой удивительный внутренний мир.

— Я е**л жизнь! — орал он. — Я покончу с собой! — орал он. — Я себя убью на**й!

— Давай, жги! — ответила толпа хором.

Кто-то зааплодировал. Мы с Коляном остановились перед самой калиткой, и меня вдруг панибратски толкнули в плечо. Я грозно скосил взгляд и очень удивился, увидев Доротею.

— О, — сказал я. — Наше вам, с булочками. Как жизнь, как вообще?

— Лучше всех, — высокомерно отозвалась та и усмехнулась. — Вот, полюбуйся на себя со стороны. Чем вы, мечтатели, всегда кончаете.

Тут Вейдер решил, что пора уже чего-то решать. Подпрыгнул и ушёл вниз, рыбкой, как будто в пруд занырнуть хотел. Только вот пруд от балкона был далеко.

Хрясь!

Я аж поморщился. Кровь мелькнула на мгновение и пропала. Как и тело. Вообще, чем дальше, тем меньше в игре оставалось крови. Скоро вообще выпилят, наверное. Хэзэ, хорошо это или плохо, ещё не придумал своего отношения.

— Я е**л жизнь! — донеслось сверху, и Вейдер, целый и невредимый, в чём мать родила, опять возник на перилах. — Снова брошен в окна лунный свет. Дом мой сонный серебром одет! А-а-а-а!

Хрясь!

— П**дец, — прокомментировал я. — Сумасшедший труп.

— Так уже раз в пятнадцатый, — фыркнула Доротея.

— Кстати, Мёрдок! — раздался новый голос, и я, чуть скосив взгляд, обнаружил рядом с Доротеей Даймонда. — Наша договорённость в силе? Завтра выступление. Как там твоя великолепная программа?

Херово моя программа, по ходу пьесы... Вон она, на чёртовом колесе катается: вверх-вниз, вверх-вниз.

Но интересно даже не это. Интересно то, что Даймонд на Коляна внимания не обратил, и Колян на него тоже. Значит, наверное, Даймонд не при делах от слова совсем.

А ещё интереснее то, что Даймонд и Доротея стоят за-под ручку. Надо бы как-то аккуратно выспросить, в каких они отношениях.

— А вы чё, е**тесь? — спросил я.

Доротея покрылась красными пятнами, а Даймонд поморщился:

— Вульгарно, Мёрдок... Я сделал госпоже Доротее предложение.

— Да ну? — удивился я. — Схера ли?

— Потому что я — нормальный взрослый человек с адекватными ценностями, — оскалился Даймонд. — Я возьму в жёны честную работящую женщину. Я и сам много работаю, но и развлекаться люблю. Я отличный парень, которого все любят, и за которого проголосуют. В отличие от некоторых недотёп, которые даже фиктивный брак не могут удержать и за неделю до выборов гоняют свою супругу топором по улице.

— В п**ду жизнь! — Вейдер ё**улся с балкона в очередной раз.

— Нет, это уже задолбало, — дёрнулся я. — Коля, пошли человека от кризиса спасать, сердце рвёцца, едрить его в корень.

И толкнул калитку.

Загрузка...