TRACK_68

«Ах ты ж сука!» — так и вертелось у меня на языке.

Но я был умным и молчал. Потому что начну п**деть — меня начнут штрафовать. А у меня и так проблем навалом. Я, конечно, никогда не останавливался перед тем, чтобы увеличить количество проблем, но то пьяным. А со всеми этими отсидками да побегами я стал какой-то совершенно до безобразия трезвый. И, что самое страшное — здравомыслящий.

Блин, ну вот как сохранить трезвость сознания, когда рядом с грёбаным дядей Юлиусом встала грёбаная Супер-Сука Вивьен?! Да пусть меня трахнут, если я уже вообще хоть что-то понимаю. Понял бы, выйди она в качестве обвинителя, но она вылезла защитником! Может, отмажет своего драгоценного Рому, а остальных на пожизняк закроет?

Вивьен вела себя невозмутимо, даже не подавала виду, будто знакома с кем-то из нас. Рома заткнулся, так и стоял с раскрытым ртом. Остальные просто слегка удивились. Ну, они-то не знали, что устроила Вивьен, и почему я очень хотел её найти и покарать.

Знали только я и Коля. И тут я заволновался. Наклонился вперёд, через Дона взглянул на пацана. Пацана трясло. Прям нешуточно колбасило, аж цепи звенели.

— Коль, — тихо сказал я. — Коляныч, слышь?

Коля посмотрел на меня. Глаза его были так широко раскрыты, что, наверное, в них я казался крохотной частью огромного и бессмысленного мира, на которую и внимания-то обращать не стоит.

— Коляныч, успокойся, я тебе говорю. Не дёргайся. Всё будет норм. Мы с тобой потом эту шалаву, если хочешь, на двоих распишем. Лады? Она ответит.

Коля моргнул. Потихоньку мои слова доползли до его сознания, и он кивнул, с видимой неохотой.

— В смысле? — Рома тоже наклонился вперёд и встретился со мной взглядом. — Типа, чё? Вы чё, о**ели, что ли?

— Ромул, вы оштрафованы за неуважение к суду на пять золотых! — крикнул Юлиус.

— Да х*ли опять я-то?! — заорал Рома.

— Ромул, вы оштрафованы...

— Да иди ты на**й! — Рома плюнул в сторону судьи.

Тот помолчал и, видимо, сделал мудрый вывод, что если от Ромы не от**аться, то он не заткнётся. И от**бался.

— Заседание суда объявляется открытым, — провозгласил Юлиус. — Заслушивается обвинение.

Иоганн выдвинулся вперёд и, устремив свой монокль выше линии горизонта, начал хорошо поставленным голосом с великолепной дикцией зачитывать список моих прегрешений. Потом — прегрешений каждого в отдельности. Грехи Экси он оглашал в самом конце, и девчонку ввели прямо под реплику. Поставили замыкающей, подальше от меня.

— Обвинение просит применить к господину Мёрдоку следующие меры, — перешёл Иоганн к сладенькому. — Штраф в пользу городской казны — двести тысяч золотых.

П**дец, это шутка, да? У меня таких денег в принципе нет.

— В случае отсутствия возможности заплатить штраф, приговорить Мёрдока к одному году общественных работ...

Выдохнули. Общественные работы — это херня. Там главное х*и пинать с чувством, остальное приложится.

— ...к которым он приступит по окончании отбывания тюремного заключения сроком пять лет, — закончил свою мысль Иоганн.

— Ты о**ел, пидарасина?! — не выдержал я.

— Господин Мёрдок! — рявкнул Юлиус. — Вы оштрафованы за неуважение к суду на пять золотых!

— Да не вопрос, бабло там, — ткнул я пальцем в сторону руин. — Иди, копай. Пузырь найдёшь — тоже твой будет.

— Мёрдок, вы оштрафованы...

— Бла-бла-бла, — вздохнул я вполголоса. — Такая херня, Дон, прикинь? Двести тысяч десять золотых. В целом, музыка, конечно, не самый прибыльный бизнес...

— Не понимаю, при чём здесь вообще музыка, — отозвался Дон.

— Ты не поймёшь, Донни. Ты... просто не поймёшь.

— Ладно, Мёрдок. А теперь помолчи, я хочу услышать и свой приговор.

Я заткнулся — было бы попрошено. Я вообще трезвый — покладистый. Оказывается. Когда это я крайний раз трезвым был? Уж и не припомню. Странное ощущение. И как так люди живут? Бр-р-р! Этак и депрессняк словить можно, как нехер делать.

Иоганн, дождавшись тишины и порядка, взялся за остальных. Дон был реалистом и сразу назвал это «приговором». Что Вивьен — Супер-Сука, он, конечно, не знал, но помнил её, как девицу, которая умеет только бухать, трахаться с Ромой и преданно смотреть мне в рот. Не одновременно, конечно.

А вот, кстати, интересно — чья воля сейчас эту Супер-Суку направляет? Может, воля Юлиуса? Или ещё какой кукловод у неё за спиной стоит? Вот об этом я раньше не задумывался. Что если всё, что творила Вивьен, она сделала не сама, а по наущению какого-нибудь Тёмного Повелителя? Господина Теней? Тьфу, блин, чё-то меня на девчачью романтику потянуло. Алкоголь из организма выходит, спасите, умираю!!!

Иоганн излагал. У остальных всё было скучно. Дону, Сандре, Экси, Ромке и Коляну предлагалось всего лишь заплатить штрафы и отсидеть по неделе — для острастки. Иствуд удостоился полугода. Схрена? Наверное, он со своими револьверами шибко дохера народу покрошил. А, да, ещё ведь басуху мне, технически, он передал. Ну да, злостный.

Иствуд явно был совершенно не согласен с такой постановкой вопроса, но, в отличие от Ромы, вёл себя более сдержанно. Только головой покачал, молча осуждая правосудие.

— Ваша честь — я кончил, — сказал Иоганн.

— Молодец, трусы смени, — не удержался я.

И немедленно увеличил свой штраф ещё на пять золотых. Гулять так гулять!

— Слушается защита, — повернулся Юлиус к Вивьен. — Начинайте.

Вивьен шагнул вперёд и остановилась, сложив руки перед собой. Прям девочка-отличница, сейчас стишок расскажет.

Мелькнула мысль, что ей достаточно просто сказать, что смягчающих обстоятельств она не находит, и — всё. Просьбу обвинения удовлетворят в полном объёме. Может, в этом и есть хитрый план Супер-Суки? Другой адвокат бы хоть чего-то наплёл, и нам бы хоть чего-нибудь скостили. А эта заняла его место и лишила нас единственного шанса.

Тоже, в своём роде, гениально. Нас посадят — куда, правда, неизвестно, — а она воссоединится с Гроем и заживёт припеваючи. Может, даже свалят из города куда-нибудь. Ищи их потом... Да кому они потом нужны-то нахер будут?

— Я считаю все обвинения несостоятельными, — мелодичным голосом пропела Вивьен.

Я закрыл глаза. Ясно... Всё ещё гениальнее. Она сейчас якобы в нашу защиту понесёт такую херню, что нам сроки и штрафы на десять помножат.

— Я обвиняю суд в некомпетентности и настаиваю на немедленном прекращении дела, — всё так же невинно говорила Вивьен, глядя, как и её одноочковый оппонент, чуть выше линии горизонта, над нашими головами. — И я готова предоставить доказательства.

Только тут я заметил, что на плече Вивьен висит сумка, похожая на мою, почтальонскую. Однако использовала она её явно не по назначению. Пошарила внутри и достала кипу бумаг. Всмотрелась в лежащий сверху лист.

— Что ж, приступим. Первое, на что нам следует обратить внимание — это неэффективное решение суда, принятое в процессе «Грой против Rchn».

Загрузка...