Любимая ведьма инквизитора

Глава 20. С чистого листа

Йови

Мы сами не заметили, как уснули. Разнеженные и пьяные от любви и счастья, которое на нас свалилось. Убаюканные ласковым ветром, шелестом трав и еле слышным гулом небес.

Пробудившись, я не сразу поняла, где нахожусь. Но вскоре пришли воспоминания: огонь, битва, оковы Хаоса. Я лежала на плече Эйвана, моя рука покоилась у него на груди.

– Йови? – послышался хриплый голос, и Эйван пошевелился.

Реальность обрушилась на нас всей своей тяжестью.

– Мы вернулись.

Как жаль, что волшебное путешествие закончилось. Мы снова были там, откуда пришли. Вокруг царило разрушение, воздух пропитали запахи пыли, гари и крови. Я опустила взгляд, чтобы не видеть мертвых тел.

Эйван порывисто прижал меня к себе, потом снял рубашку и укутал меня ею.

– Я сплету поисковое заклинание. Вдруг кто-то выжил?

Он вскинул руки, пытаясь зацепить магические нити из окружающего пространства. Но ничего не случилось. Пальцы зачерпнули пустоту, а вместо светящихся линий по подземелью пронесся лишь ветер.

– Да что происходит? – Эйван нахмурил брови и поглядел на меня. Потом попытался еще раз, но тщетно.

– Может, ты исчерпал весь свой резерв? – предположила я, кутаясь в рубашку.

– Нет, это… совсем другое чувство, – он с трудом сглотнул и медленно перевел взгляд на меня.

Я застыла под этим взглядом, боясь пошевелиться. Странное предчувствие сковало по рукам и ногам. Хотелось потянуться к такой привычной силе, к части меня. Сейчас даже Хаос не казался пугающим. Но внутри звенела странная легкость и пустота – чистая, как хрустальный родник.

Несколько долгих мгновений мы с Эйваном смотрели друг другу в глаза, а потом он спросил:

– Так ты загадала начать с чистого листа? Без вражды и вечного противостояния?

Я судорожно вспоминала желание, загаданное в Оке. Постепенно приходило осознание. Дрожащими пальцами я попробовала сотворить самое простое заклинание, но не смогла. Словно никогда и не пользовалась магией!

Наблюдая за мной, Эйван хмурился. Наконец, он произнес:

– Магия нас оставила, Йови. Мы стали свободны и от Порядка, и от Хаоса.

Слова прозвучали, как приговор. Неужели так и есть? Неужели высшие силы решили отнять у людей свой дар?

– Прости меня, Эйван… Что я наделала?! – выдохнула, борясь со слезами.

Он меня не простит. Что значит потерять силу для магистра Ордена инквизиторов? Это равносильно потере рук.

Мне было страшно поднять взгляд, но тут Эйван, не говоря ни слова, обнял меня за плечи и притянул к себе. Я уткнулась носом ему в шею и вдохнула пряный аромат с примесью железа и крови.

– Йови… – зашептал он, прижимая все крепче и крепче, впиваясь пальцами в ребра и изгиб талии. – Ты сделала правильный выбор. Ты спасла нас всех.

Я подняла лицо и заглянула ему в глаза.

– Ты не станешь ненавидеть меня за то, что я сделала?

– А что ты сделала?

– Отняла твою силу, твою магию. Все это случилось из-за моего желания.

Эйван лишь усмехнулся в ответ.

– Глупая, глупая ведьмочка. Ты пока не понимаешь, что этим желанием спасла всех нас. Я люблю тебя и убью каждого, кто посмеет тебя обидеть. Для этого мне даже магия не понадобится.

Мы стояли, обнявшись, пока не услышали чужие шаги. Потрепанные, раненые, испуганные, к нам медленно приближались инквизиторы. Они, как и мы поначалу, не понимали, что происходит. Во взглядах поселилась растерянность.

Эйван задвинул меня к себе за спину, готовый обороняться. Но один из инквизиторов примирительно поднял руки.

– Магистр, мы вам не враги.

– Вы больше не можете творить заклинания? – уточнил Эйван, хотя мы оба уже знали ответ.

Они согласно закивали. Инквизиторы смотрели на Эйвана так, будто он один мог подсказать, что делать. Только сегодня мы сражались друг с другом, но теперь вражда была забыта.

– Магистр, что нам делать? – спросил один из братьев.

Эйван взял меня за руку и скомандовал:

– Для начала нам нужно отсюда выбраться, – потом наклонился к моему уху и шепнул: – Ничего не бойся, милая. Мы обязательно разберемся, что со всем этим делать, и как дальше жить.

И я поверила.

***

– Эх, ведьма, – Алькон широко разинул пасть и зевнул. – Скучная ты оказалась, даже разгуляться не успели. А если бы послушала меня и призвала чудовищ… – желтые глаза мечтательно сузились.

Это выглядело так забавно, что я не выдержала и рассмеялась.

– Экий ты кровожадный!

– Зато ты слишком добренькая, аж зубы сводит. Ну ладно, хоть какое-то разнообразие на моем веку. Не верится, что ты оказалась настолько упрямой, что даже Хаос отступил.

Мы с Альконом сидели рядом. Я на плоском валуне близ торгового тракта, он – у моих ног. Жаркий полдень сменился вечерней прохладой, солнце лениво ползло к линии горизонта, оставляя на небе мягкий розовый след. Я вспомнила наше пребывание в Оке Хаоса, точнее, Равновесия, как окрестил его Эйван. Казалось, прошла целая жизнь, но в реальном мире путешествие заняло всего несколько часов.

Те бесконечно длинные мгновения были наполнены абсолютным счастьем, когда не хочется думать ни о чем, когда исчезают все заботы, и остается лишь человек рядом. Похоже, волк прочитал мои мысли. Он хмыкнул совсем по-человечески и покачал головой.

– Странное было место. Интересно, Око всегда одинаково? – поинтересовалась я у фамильяра. Он-то уж точно больше меня знает.

– Око для каждого свое, как и проводник. Чего в ведьме больше, туда она и попадает, – отозвался волк и положил морду на скрещенные лапы.

Хаоса и Порядка во мне одинаково. Так, что ли? Раньше мне казалось, что проводник – это обязательно какой-то магический предмет, в крайнем случае волшебное существо, но человек? Странно иногда шутит судьба, хотя сейчас, оглядываясь в прошлое, я понимаю – все с самого начала было более чем очевидно. Эйван – мой проводник, маяк и свет во время бури, а инквизиторская бляха, впитавшая за долгие годы боль и слезы ведьм – ключ.

Я вспоминала, как утомленные и расслабленные после выплеска накопившейся лавины чувств, мы уснули под сиреневым небом, а очнулись уже в нашем привычном мире. Как встретили выживших инквизиторов, как узнали, что битва в столице закончилась, потому что сражаться стало нечем.

– Отличное желание, – подал голос Алькон, нарушив ход моих мыслей. – Если ребенок играет с ножом, надежней будет отобрать его, чем долго и нудно объяснять, что можно пораниться.

– Но я не думала, что… – и замолчала. Слов больше не было.

– Надо точнее формулировать свои желания, – пушистую морду украсило крайне ехидное выражение. – Пожелала начать с чистого листа – вот и пожалуйста. Но такого, чтобы магия навсегда покинула этот мир, быть не может. Будет, как в старые добрые времена: мир отдохнет, а потом постепенно начнут рождаться дети с магическими способностями, но ты уже не сможешь повлиять на то, как они будут ими распоряжаться. Это будет только их мир, их решения, ошибки и достижения. Чистый лист, на котором они напишут свою историю.

В его словах было зерно истины. Я протянула руку и погладила черную холку, а потом почесала фамильяра за ушком. Волк предпочел сделать вид, что ему не понравилось такое вольное обращение, но глаза сами по себе закатились от удовольствия.

– Ты пробыл рядом совсем недолго, Алькон. Но успел сделать то, на что иному фамильяру понадобились бы сотни лет.

Он глянул искоса. Кажется, мои слова ему польстили.

– Ты не думай, что я от тебя так просто отделаюсь. Я же к твоей дочери наверняка приду. Если сочту ее достойной ведьмой, конечно.

Я почувствовала, как по щекам разливается румянец. Вспомнились нежные руки моего инквизитора, его требовательные ласки и поцелуи. Возможно, во мне уже зародилась маленькая жизнь.

– Йованна, послушай, – сказал Алькон уже серьезно. – А каково это – лишиться магии? Боль? Пустота? Помешательство? Ты сожалеешь?

Я пожала плечами и прислушалась к себе.

– Не знаю, вроде почти ничего не изменилось. Но появилась какая-то легкость, что ли. Я пока не привыкла.

– Чудные дела творятся, такого я еще не видел, – заключил фамильяр, наконец. – Ну что ж, Йованна, свое дело я сделал, теперь пора возвращаться в Хаос, – Алькон встал на все четыре лапы и отряхнулся от налипших травинок и пыли.

– До встречи, да? Мы ведь не прощаемся.

– Надеюсь, я увижу тебя еще не скоро. Шутка, – подмигнул мне и растаял в воздухе.

А я задумалась над его словами. Потерять магию, силу, а вместе с этим власть и чувство превосходства над другими – для кого-то это настоящая трагедия. Я боялась, что Эйван может меня возненавидеть, ведь и его тоже я лишила важной части существования. О том, что сейчас в мире творится, я имела лишь смутное представление. Эйван постарался оградить меня от проблем и последствий.

Внезапно на дороге заклубилась серая дымка. Я поднялась со всего места, чувствуя, как все существо охватывает тревога. А через несколько мгновений узнала силуэт госпожи Айхарии. Сложив руки на животе, старая ведьма внимательно смотрела на меня.

Ну сейчас точно скажет, какая я глупая. Загадала еще более дурацкое желание, чем она в свое время.

– Госпожа Верховная?

Ведьма сделала шаг вперед. На ней было все то же роскошное одеяние из светло-зеленого шелка, забранные в высокую прическу седые волосы украшала болотная лилия.

– Я пришла, чтобы сказать тебе спасибо, – прозвучал тихий, но сильный голос, а у меня брови поползли вверх. – Спасибо за то, что исправила мою ошибку и избавила от проклятия вечной жизни. Что бы я ни говорила, мне надоело трясти костями в болотной глуши. Теперь я наконец-то смогу слиться с Хаосом и обрести настоящую свободу. Ты сделала правильный выбор, дорогая.

Ее речь удивила настолько, что некоторое время я просто стояла, глядя на нее круглыми глазами.

– Надеюсь, что правильный.

– Ну… на сегодняшний день, да. Быть может, пройдут столетия, и история зайдет на новый виток ненависти и насилия, человечество любит наступать на собственные грабли. Но все мы хотим верить в лучшее, правда?

Я кивнула.

– Ваши подарки спасли нам с Эйваном жизни. Никогда этого не забуду.

– Рада, что смогла напоследок сделать хоть что-то полезное. Ты оказалась мудрее меня, девочка, – Айхария подошла вплотную и обняла меня так, как могла бы обнимать внучку родная бабушка.

От ведьмы пахло распаренной хвоей и болотными цветами, она казалась по-настоящему счастливой. Госпожа Айхария таяла на глазах, ее платье осыпалось белыми хлопьями, их подхватывал и уносил ветер.

– А теперь прощай.

Она любила Хаос и рада была туда вернуться. А я еще долго ощущала себя в кольце теплых и искренних объятий.

– Прощайте, госпожа Айхария, – сказала я в пустоту и вытерла слезы ладонью.

***

Эйван

Последние дни были самыми безумными в моей жизни. Вырвавшись из этой круговерти, я долго не мог осознать, что все осталось позади. За спиной еще маячили стены шумной столицы, но воздух изменился, стал свежее и слаще, а голова кружилась от нового, непривычного ощущения.

Началось все с того, что мы с Йованной вернулись из Ока и поняли, что магия покинула нас. В это было невозможно поверить, но, тем не менее, это было так. Заклинания стали набором слов и знаков, руны – лишь штрихами в воздухе.

Мой магический источник уснул, но пустым я себя не чувствовал. Это было странно. Удивительно. Для инквизитора потерять магию равноценно тому, как если бы мечнику отрубили главное оружие – руки. Я был потрясен и дезориентирован, Йови тоже ничего не понимала.

Она боялась, что я буду ее ненавидеть.

Ненавидеть?

Она пахла все так же – лесными ягодами и солнцем, но теперь я мог ее касаться, мог любить, не опасаясь причинить вред. А что принесла мне магия, что дал Орден, кроме боли?

Я невольно улыбнулся, вспомнив эти моменты. С каждым шагом Сапфир летел все быстрей и быстрей, стремясь, как и я, скорее воссоединиться с Йованной. Надо рассказать ей, что исчезновение магии сочли знаком свыше, божественной карой и велением прекратить войну. Враги были вынуждены сесть за стол переговоров.

Старый король умер, не оставив наследников мужского пола, а на освободившийся трон претендовал протеже ведьм – его двоюродный племянник. В срочном порядке был созван Совет из высших лиц государства, которые одобрили его кандидатуру.

Я всегда стремился держаться как можно дальше от политических интриг, они вызывали у меня головную боль и изжогу, однако я кое-что знал о личности молодого короля. Говорили, что своими землями он управляет хорошо и честно. Люди его любят и надеются, что со сменой власти в стране заживется лучше. Обычные мечты и надежды, они насыщают народ даже лучше хлеба. Никто не может запретить мечтать.

Будет ли мне не хватать жара священного огня? Силы, которая возвышала нас над простыми смертными? Возможно, я и буду по ней скучать, но бесконечные войны показали, насколько она опасна. А человечество еще не достигло той степени зрелости, чтобы использовать ее с умом. То была необходимая жертва, со временем это поймут все, кто думает не только о себе.

Сейчас мы с Йови живы. И мы вместе. Это главное.

По пыльной дороге тянулись груженые повозки и пешие странники. Они расступались, давая дорогу всаднику на боевом коне. С каждым шагом все сильней казалось, что за спиной расправляются крылья, и вот мы с Сапфиром почти летим. Впереди показалась молодая роща, вдоль дороги тянулись развалины старой крепости, и я уже знал, кого там увижу.

Йованна вышла мне навстречу, заранее почувствовав мое приближение. Она все так же любила зеленый, и яркое платье я заметил издалека. Рыжие локоны свободно падали на плечи, и ласковый ветер играл с ними, как ребенок.

– А я уж подумала, что ты не вернешься! – с озорной улыбкой Йови уперла руки в бока.

– Куда я от тебя денусь, ведьма? – я наклонился, подхватывая ее и усаживая впереди себя. – Надеюсь, ты все так же любишь ездить со мной в одном седле?

– Если без шуток, то да. Мне с самого начала это нравилось, хоть и было несколько… неудобно. Но на тот момент я была еще приличной ведьмой, поэтому не могла в этом признаться.

Йови мило зарделась, а потом обняла меня за шею, и мягкие губы коснулись щеки.

– Что там было? Что решили?

– Расскажу все по дороге. Сейчас я хочу просто обнимать тебя.

Я, и правда, устал от слов. С Йови хорошо молчать, эта тишина уютная, мирная, домашняя. А я так давно не был дома, что почти успел забыть, как он выглядит. Забыть его запах и то безмятежное чувство, которое наполняет внутри родных стен.

Сейчас матушкин сад весь в цвету. Слуги ухаживают за ним в память о бывшей госпоже.

– Куда мы направимся, Эйван? – спросила Йови, устраиваясь в моих руках. Тонкие пальцы перебирали лошадиную гриву, если бы Сапфир был котом, замурчал бы от удовольствия. Между этими двумя возникла особая связь.

– Место моей жены – в родовом доме, в самом сердце.

В минуты слабости я представлял, как привожу туда Йованну. Но тогда эти мечты казались несбыточными, а сейчас все дороги открыты. Если бы мне предложили отказаться от этого всего и вернуть магию, я бы ни за что не согласился. Сейчас моя ведьмочка была полна энтузиазма, а ее радость заставляла улыбаться и меня.

– Тогда поехали скорее! Мне не терпится попасть в наш общий дом и устроить там небольшой хаос!

Теперь у нас с ней все общее. Навсегда. И если появление Йови действительно принесет домой хаос, то и он будем моим. Самым лучшим и совершенным.