Любимая ведьма инквизитора

Глава 8. Предложение инквизитора

Йови

– Надо же, какое доброе утро.

Я чуть не упала с кровати. Отодвинувшись к стене, инквизитор глядел на меня в упор. Переведя дух, я села и потерла заспанные глаза. Ночное послание Верховной крутилось в голове и не давало уснуть, сейчас я туго соображала.

– И тебе того же.

– Скажи кому, что ведьма меня лечит и спит в одной постели, не поверят, – слабая тень улыбки тронула его губы.

– Я просто устала, – попыталась оправдаться, а Эйван продолжил:

– Я так и не поблагодарил тебя, Йованна.

Я всегда любила похвалу, поэтому улыбнулась в ответ.

– Не стоит. Ты ведь тоже пришел мне на выручку в лесу. Считай, что я вернула долг жизни.

– Спасибо. И еще, – он задумался на несколько мгновений, – нам надо поговорить. О важном.

Обычно все, что начиналось с этой фразы, заканчивалось не слишком привлекательными предложениями, поэтому я насторожилась.

– Но не здесь, – он бросил взгляд за занавешенный дверной проем, – слишком много лишних ушей.

Сегодня инквизитор выглядел, да и чувствовал себя гораздо лучше. Страшные раны больше не кровоточили, но затягивались медленно.

– Надо нанести целебную мазь, – я вытащила из лекарской сумки глиняный горшочек с мазью. Она пахла ромашкой и медом.

Эйван стоял посреди комнаты и разматывал бинты, когда в комнатку снова просунулась голова хозяйской дочки. От меня не укрылся восхищенный взгляд, который девица бросила на оголенную спину инквизитора. Если бы я была мужчиной, то гордилась таким телом: каждая мышца как будто вырезана мастером по камню, все гармонично развито. Должно быть, так выглядел первый человек, рожденный из союза Хаоса и Порядка.

– Госпожа, я принесла чистую ткань для перевязки, – девчонка скромно потупила глаза.

– Я просила твою мать это сделать. Ладно, поставь на стол.

Развернув плечики и покачивая бедрами, та прошествовала к столу и опустила на него свою ношу. Со странным злорадством я отметила, что инквизитор даже не взглянул в ее сторону.

– Спасибо, можешь идти.

Когда она скрылась, Эйван протянул руку и забрал мазь.

– Лучше тебе лишний раз меня не касаться. Я сам.

– Шрамы свести до конца не получится.

В ответ он лишь ухмыльнулся.

– Они мужчину украшают.

– Ну да, ну да.

После он проведал Сапфира, и мы прошлись до окраины деревни. Инквизитор, хмурясь, долго осматривал камни. На земле еще оставались следы пепла, священный огонь не только уничтожил тварь вместе с костями, но и выжег всю траву. Это место казалось больным пятном на теле мирной деревушки.

Неловко переступив с ноги на ногу, я произнесла:

– Ты сказал, что нам надо поговорить о важном. Я слушаю.

Из головы не выходили мысли о будущем, оно висело на горизонте грозовой тучей, а ветер все быстрей и быстрей гнал ее ко мне. Эйван обернулся и, упершись рукой в один из каменных когтей, посмотрел на меня. В его глазах что-то изменилось, и я пока не могла понять, что именно. Взгляд стал более мягким и проникновенным, что ли.

– Инквизиторы тоже могут быть благодарными, – начал он вполголоса. – И из чувства благодарности я обещаю, что не буду преследовать твой клан.

Сперва я приоткрыла рот от изумления, а потом робко улыбнулась. Страх за сестер, который сжимал сердце в тисках, отступил. Мне хотелось верить в его слова, и я поверила. Эйван показал мне свою человеческую сторону. Оставалось выяснить еще один животрепещущий вопрос.

– Я рада, что ты так решил. Если вдруг наш мир изменится, и эта вражда прекратится, то ты узнаешь, какие ведьмы на самом деле. Но… всегда есть это «но». Что же будет теперь? Все не так просто, верно? Какие у тебя планы на меня?

Эйван сделал шаг вперед и заявил:

– Ты отправишься со мной. Я ведь уже говорил.

– Снова хочешь принудить меня принять печать? Мне казалось, что ты меня понял, – доверительность момента была мгновенно разрушена, вынуждая ощетиниться и отступить от инквизитора.

– Дослушай, Йованна, – попросил он строго. – Я не буду принуждать тебя принять королевскую печать, если ты сама этого не захочешь. Ты действительно хорошая, ведьмочка, и я не хочу, чтобы Хаос завладел твоим рассудком. Как только это произойдет, ты окажешься в еще большей опасности, чем сейчас. Вот это, – инквизитор бросил взгляд на каменную клетку, – требует немалой силы. Одно дело земля или растения, но камень – это совсем другое. Это на ступень выше. Ты сама говорила, что еще недостаточно созрела для такого, заимствовала слишком много Хаоса и сильно рисковала.

– Я все понимаю, но именно Хаос спас наши жизни. Если бы я взяла у него самую малость, нас обоих уже не было на свете, а монстр продолжил убивать людей. А почему тебя так сильно беспокоит моя судьба? Это как-то странно. Уж извини.

Показалось, что Эйван и сам не до конца все понимает. На какой-то миг это отразилось в его взгляде. В момент знакомства показалось, что он руководствуется лишь доводами рассудка, а на деле, оказывается, тоже может поддаваться порывам и эмоциям.

«Ты хорошая, ведьмочка».

Меня так не называли уже много лет, а Эйван, похоже, воспринимает меня, как неразумного ребенка, которому нужна твердая рука взрослого.

– Возможно, и странно. Но ведь я объяснил причину. Надо обезопасить тебя от себя самой. И окружающих, если вдруг Хаос возьмет над тобой верх. Я покажу тебе приемы, которым обучаются инквизиторы, чтобы защитить свой внутренний источник и разум от его тлетворного влияния. У тебя есть время подумать.

– А если я все-таки захочу уйти, ты меня держать не станешь?

– Этого я тебе не обещаю. Но могу снять магическую петлю в знак своих благих намерений, – усмехнулся, склонив голову. А потом провел ладонью у меня перед лицом, будто собирая пальцами невидимую паутину. – Готово.

Он снова оказался слишком близко, я видела серебристые узоры на радужке, маленький шрам над левой бровью и пробивающуюся щетину. Мысли о задании госпожи Нариды зазвенели, как надоедливые мошки.

Рогатый холм располагался недалеко от Залесной. Вода вымыла середину, оставив по краям возвышения и сделав похожим на голову коровы. Это место являлось сильным природным магическим источником, я точно знала, что Верховная не просто так его выбрала.

Она гораздо сильнее той ведьмы, что одолел Эйван. И госпожа Нарида не явится одна, начнется битва, в которой могут погибнуть мои сестры и сам Эйван.

Я всей душой хотела этого избежать.

– Ночью я снова отправлюсь патрулировать границы деревни. В прошлый раз сигнальные ловушки не сработали, теперь буду умнее.

– Хорошо. Пойдем так пойдем.

Он покачал головой.

– Я против.

– Забыл, чем все кончилось в прошлый раз? – я бросила многозначительный взгляд на его грудь. – Если бы не маленькая упрямая ведьма, инквизитора бы загрыз безымянный монстр. Кстати, надо дать ему название. Может, в твою честь?

Эйван скрипнул зубами.

– Ведьминская тяга язвить и спорить просыпается в тебе слишком часто. Я ведь могу и разозлиться.

– И сжечь?

Взгляд его медленно прошелся по моему лицу, скользнул ниже, чтобы опять встретиться со мной глаза в глаза. Он был красноречивее всяких слов и сулил вызов.

– Чем чаще ты об этом напоминаешь, тем больше хочется это с тобой сделать.

– Правда? Вот и будет повод от меня избавиться, – я отвернулась и зашагала обратно в деревню.

Понимала ведь, что играла с огнем, но ничего не могла с собой поделать. Ну что сказать? Глупая, глупая Йови!

***

Эйван

Раны продолжали ныть. Подумаешь, невидаль какая. Сейчас волновало другое: как, Хаос раздери, получилось, что наши с ведьмой судьбы так переплелись? Я сначал пощадил, потом спас ее, обманув братьев. Она спасла мою жизнь и лечила, хотя могла просто бросить и скрыться.

Вот что это такое? Я признавал, что она самым наглым образом сломала мое мнение о себе. Откуда только взялась на мою голову? Даже Сапфир признал ее, хотя других ведьм предпочитал лишь бить копытами.

Как только Йованна скрылась из вида, я оглядел творение ее рук. Гладкие и острые на концах каменные зубья мог вырастить только Хаос. Магия земли, вступая с ним в союз, творит страшные вещи, и хотелось защитить единственную чистую душой ведьму от участи стать чудовищем. А о том, что могут сделать с ней другие инквизиторы, думать вовсе не хотелось. Как и обещал, научу ее контролировать Хаос методами Ордена, только не уверен, что с ней это сработает.

Я хорошо знал женщин, но эту понять не мог. Ведьма, что тут сказать. Рискуя вспыхнуть от моего пламени, она не боялась исцелять раны и терпела боль от ожогов, а сила священного огня и боль от него гораздо сильней, чем от обычного. Его не потушить.

Этой ночью мне снилось, как сам горю и никак не могу вырваться из паутины сновидений, а утром на самом краю постели обнаружил Йованну. Даже не поверил сначала. Но она так глубоко спала, что я до последнего не хотел ее будить. Был благодарен за помощь, которую ведьма не обязана была оказывать инквизитору. Уйди она тогда, я бы понял. Правда, уже на том свете.

Едва завечерело, мы снова вышли из деревни, упрямая ведьма все-таки увязалась следом.

– Ты уверен, что будешь в состоянии справиться с чудовищами, если они появятся?

Я только хмыкнул в ответ на такое недоверие.

– Со мной все в порядке, не переживай. Лучше побеседуй с землей.

Йованна послушно опустилась на колени и коснулась пальцами пшеничных колосьев. Ресницы опустились, губы безмолвно произносили заклинание. Я отвернулся, оглядывая поле. Днем успел отправить распоряжение своим братьям и предупредить, что задержусь. Будет верным провести здесь еще пару суток и только потом отправляться в путь. Шум ветра в поле успокаивал, но неясная тревога все равно дремала внутри.

– Ничего, – прошептала Йованна спустя некоторое время. – Травы молчат, а Хаоса нет и в помине.

На всякий случай я снова окружил деревню защитным куполом и усилил сигнальные ловушки троекратно, добавив в них огня. Лучше потратить больше магии, но сразу отреагировать на угрозу, чтобы не допустить проникновения тварей в деревню. Даже если новый монстр не горит, то вспышки мы увидим. Наше с Йованной присутствие тоже скрыл, сквозь завесу тишины не проникали никакие звуки.

Ведьма сидела рядом на сухой траве – серьезная и напряженная. Спина прямая, губы упрямо сжаты, руками обняла подтянутые к груди колени. Почувствовав мой взгляд, повернулась, сверкнув изумрудными глазищами.

– Когда ты будешь меня учить технике инквизиторов?

– Потерпи немного. Нужно тихое безлюдное место, а сейчас обстоятельства не слишком благоволят.

– Ясно, – выдохнула и опустила голову. Кажется, расстроилась. Если бы ни разу не видел спящую в ней силу, подумал бы, что она обычная девушка.

– О чем задумалась?

– Да так… Ни о чем и обо всем сразу.

– Расскажи больше о ступенях силы. В Ордене мы изучали их только в общих чертах.

Ведьмочка заметно оживилась и села так, чтобы видеть мое лицо.

– Мне показалось, что ты о них знаешь.

– Знаю, но не все.

– Тогда обещай, что не будешь применять эти знания во зло моим сестрам.

Я усмехнулся.

– Говори только то, что считаешь возможным. Совсем тайные тайны можешь не раскрывать.

– Что же, тогда слушай, инквизитор, – она заправила за ухо прядь волос и приняла заумный вид. – Ведьма первой ступени – только начавшая обучение девочка. Она умеет создавать простенькие иллюзии и понимает язык животных. Постепенно обучаясь и становясь девушкой, она переходит на вторую ступень, где постигает навыки целительства и обучается основам магии стихий.

– Я забыл спросить, сколько тебе лет.

Йованна слегка удивилась, но ответила:

– Мне уже двадцать, на третью ступень я перешла меньше года назад. Здесь ведьмы учатся власти над стихиями: вызвать грозу, разжечь огонь, заставить росток стать деревом. Совершенствовать целительские навыки, подчинять чужое сознание и создавать крепкие иллюзии. А вот ведьм последних двух ступеней очень мало. Обладательница четвертой может вырастить непроходимый лес, призвать грозу огромной силы, наслать проклятье или чары губительной страсти. Да много чего. Иногда у них появляются Хранители – магические звери-помощники.

– Из Хаоса?

– Да, но уверяю, они безобидны! – Йованна вскинула руки ладонями вверх. – Ты многого не знаешь, потому что вам позволено знать о нас лишь то, что вбивают в ваши головы наставники.

– Так же, как и вам. А что насчет пятой ступени?

– Их еще меньше, потому что избыток силы убивает. Тяжело ее освоить и выжить, внутренний источник магии просто вскипает, уничтожая тело. Ведьм пятой ступени из ныне живущих я знаю только трех: это главы лесного, пустынного и горного кланов, – Йованна откинулась на сено и положила руку под голову, мечтательный взгляд устремился к небу, усыпанному звездами. – Такая ведьма может даже воскресить человека, если со дня смерти прошло не больше суток. Говорят, только на пятой ступени откроется Око Хаоса, но Верховная так и не нашла туда путь.

– Кто же тот проводник, что должен показать дорогу ведьме?

Она посмотрела на меня и пожала плечами.

– А об этом легенды молчат, даже госпожа не знает. Но я бы очень хотела это выяснить.

После весьма занимательной беседы мы обходили окрестности. Не было ни ветерка, ни шевеления, колосья тянулись ввысь, как стрелы. Едва я подумал о том, что эта ночь будет спокойной, как Йованна вцепилась мне в локоть и приложила палец к губам.

***

Йови

– Там кто-то есть. Я видела.

Сердце заколотилось в горле, чувства обострились до предела, а мир сузился до клочка земли сбоку от нас. Хуже всего то, что оно нас видит, а мы его нет. Ночь была тихой и темной.

– Где? – инквизитор напрягся, пытаясь разглядеть источник опасности. Пальцы обхватили рукоять клинка.

– В той стороне. Давай посмотрим.

– Стоять, – он вытянул руку, преграждая путь, и я врезалась в нее грудью. – Я сам.

Ну сам так сам, господин магистр. Я еще раз огляделась. Может, привиделось? Вряд ли. Я отчетливо разглядела два желтых глаза среди колосьев пшеницы.

– Ты уверена, что не ошиблась?

– Что-то мигнуло во ржи. Как будто два глаза.

– А Хаос ты ощущаешь?

– Нет, – выдохнула я и нервно стиснула пальцы.

Эйван осторожно, как зверь, прошелся туда-сюда, потом засветил на ладони огонек, и он взлетел вверх, рассыпавшись фейерверками и осветив далекие тени домов. Время шло – медленно, тягуче, а нервы растягивались и наматывались, как нити на веретено. Казалось, что вот-вот кто-то выскочит из темноты и оскалит зубастую пасть, воображение каких только чудищ не рисовало!

Мы почти не дышали и не смотрели друг на друга, но я четко осознавала, что сейчас между нами общего больше, чем когда-либо прежде. Эйван сложил пальцами знак и уставился прямо перед собой, я коснулась пальцами шершавых колосьев и от всей души взмолилась земле. Ну же, если здесь кто-то есть, покажи его!

Тяжелая рука легла на плечо и несильно сжала.

– Есть что-то новое?

Я сокрушенно покачала головой. А если действительно привиделось? Обычно монстры Хаоса не прячутся трусливо, а сразу нападают.

Мы не теряли бдительности до рассвета, но никто так и не появился. Я чувствовала облегчение и разочарование одновременно.

– Отдохни, ведьмочка, – велел Эйван. – Ты бледная, как мел. Я сам обработаю раны.

– А как же…

Он прервал меня нетерпеливым взмахом руки.

– Если будешь возражать, я закину тебя на плечо и уложу в кровать насильно. Если хочешь патрулировать вместе со мной, следи за своим режимом.

Пришлось послушаться, потому что настроен инквизитор был слишком уж решительно, а мне не хотелось болтаться у него на плече на потеху всей деревне. Он бы это сделал, не сомневаюсь. К тому же, усталость и переживания давали о себе знать, подушка тянула к себе со страшной силой.

И, когда балансировала на границе яви и сна, вновь увидела чужой взгляд из темноты.