Механик

Глава 10.

– В солярии была? – спрашивает Маша, проводя пальцем по моему предплечью.

– Ага, – киваю, пряча счастливую улыбку.

К черту солярий! Вчера Матвей показал мне, как можно отдыхать без бассейнов и элитных пляжей.

Проведя ночь вместе, утром мы купили пиццу, сладкую газировку, взяли с собой полотенца и пледы и поехали на озеро. На уединенное место, где никого, кроме нас не было.

Зря я купальник с собой взяла. Он так и остался лежать в пляжной сумке, потому что купались мы голышом.

– Романова! У меня глюки?! – вскрикивает Яр, когда мы с Машей подходим к столику в клубе «Глобоза».

– Привет, я ненадолго.

– И на том спасибо!

Прошлую ночь Матвей снова провел у меня. А утром уехал на работу. Сказал, что без хозяина там все работники разбегутся.

О встрече сегодня вечером мы не договаривались, но я поставила его в известность, что собираюсь сходить с однокурсниками на вечеринку, посвященную окончанию сессии.

– Смотри у меня там, – пробормотал он, целуя мой нос.

Неужели не понимает, что мне никто, кроме него не нужен?!

– Ань, ты с Давидом пришла? – перекрикивая музыку, интересуется Ира.

– Нет, – отрицательно мотаю головой.

– Странно…

Она заламывает бровь и выразительно смотрит поверх моего плеча. Я прослеживаю за ее взглядом и вижу компанию моего бывшего за дальним угловым столом.

И его в том числе. Он сидит в пол оборота ко мне с хохочущей девицей на коленях.

Ч–черт!

Отворачиваюсь, судорожно соображая, как правильнее среагировать. Пожать плечами и сказать «мы современная пара, и у нас свободные отношения» или пустить слезу?..

– Он тебя заметил, кажется, – проговаривает Ира, пряча губы за бокалом коктейля, – и уже идет сюда…

Отлично. Пусть сам выпутывается.

Глаза доброй половины присутствующих устремлены за мою спину. Значит, все они видели, как мой, якобы, парень хранит мне верность.

– Привет, – доносится сзади, а следом к моей щеке прижимаются губы Давида, – привет, малыш…

– Здравствуй, – уклоняюсь от поцелуя.

– Почему не предупредила? – шепчет мне на ухо.

– А должна была?..

Он, видимо, решает не развивать тему и, хлопнув в ладоши, обращается к моим одногруппникам.

– Предлагаю объединить столы!

Девчонкам идея приходится по вкусу. Еще бы! Не каждый день выпадает честь пообщаться с мажорами вне стен вуза. А вот парни, похоже, идею Давида принимают без энтузиазма.

Я тоже ее не одобряю, поэтому поднимаюсь и разворачиваюсь к бывшему.

– Отойдем?..

Он приобнимает меня за плечи и выводит на улицу.

– Давид, мне надоел этот цирк, – твердо произношу я, складывая руки на груди.

– Если бы ты предупредила, что ваша группа идет сюда, такого бы не случилось!

– То же самое могу сказать тебе!

– Ты мне уже никто! Я не должен перед тобой отчитываться! – напирая на меня, зло цедит он.

– Как будто раньше ты отчитывался!.. – отталкиваю его, – ты выставил меня дурой!

– Оу–оу! Подеритесь еще! – вмешивается в наш ор голос Ираклия, друга Давида.

Я отхожу на два шага назад и начинаю нервно одергивать на себе платье.

Выбесил!

– Не ревнуй! – смеется он, – Дав все равно только тебя любит!

– Отвали! – рявкаю я.

– Да ладно, шучу… Знаю, что вы уже не вместе…

Вытаскиваю из сумки телефон, чтобы вызвать такси. Хватит, нагулялась…

Из клуба выходят Маша и Ира, бросают встревоженные взгляды на все еще красного от злости Давида и быстрым шагом идут в мою сторону.

– Нормально все? – интересуется Маша, – я в окно видела, как вы ругались.

– Нормально.

– Эй! Ты домой собралась, что ли? – заглядывает она в мой телефон, пока я пытаюсь заказать такси через приложение.

– Да, поеду…

– Яр! Анька хочет свалить!

– Забей на него! – шепчет на ухо невесть откуда взявшийся Ярослав, – пошел он на хрен!

Я бросаю взгляд через плечо и вижу, как Ираклий уводит Давида в сторону галдящей толпы его друзей.

– Ань, – тихо говорит Ира, – я не хотела тебя расстраивать… но он давно уже изменяет тебе…

О, Боже… Началось… Еще только одно слово или жалостливый взгляд, и я не выдержу.

Рассмеюсь им в лицо.

– Ань, посмотри–ка… – неожиданно хихикает Маша, – это же тот чувак из автосервиса…

Я оборачиваюсь и чувствую, как сердце тяжелым камнем падает в желудок.

На парковке, у своего старого внедорожника, заложив руки в карманы джинсов, стоит Матвей.

И, не отрываясь, смотрит на меня.

В замешательстве я резко отворачиваюсь. Зачем он приехал?! Я же сказала, что вернусь домой на такси!

– Какой чувак? – оживляется Ира.

– Ну, тот автослесарь, который Анькину машину чинил…

– Автомеханик, – автоматически поправляю я.

– Без разницы, – отмахивается она, – что он здесь забыл, интересно?!

Он за мной приехал. Решил пойти ва–банк…

– Братан! – ржет Ираклий, – ты немного не по адресу! Пивнушка за углом!

Толпа начинает гоготать. Подхватывают даже Яр и мои подруги. А я их всех ненавижу. Уроды – недоросли. Им до Матвея, как до Луны ползком.

– Почему он так смотрит на тебя, Аня? – схватившись за локоть, шипит Маша.

Обвожу взглядом друзей, моих и Давида. Их высокомерные замашки и неприкрытый снобизм вызывают у меня тошнотворное отвращение.

– Потому что он мой парень… – охрипшим голосом отвечаю я.

– Что?!

– Я с ним встречаюсь, – попеременно смотрю в глаза каждого из них, разворачиваюсь и решительно иду к Матвею.

Тело немеет, ноги не слушаются, в голове гул. Знаю, что я сейчас под прицелом взглядов не только Яра и моих подруг, но и внезапно затихшей компании Давида.

Без преувеличения, чувствую себя Серсеей. Такой же голой и беззащитной.

Сосредоточиваю все свое внимание на расплывающейся фигуре Матвея, иду на него, как корабль на маяк.

До ушей доносятся возбужденные шепотки и чей–то смех. Не удивлюсь, если нас снимают на камеру.

Плевать.

Приблизившись, кладу руки на его плечи и тянусь к губам.

– Привет…

– Привет, – меня обхватывают сильные руки и прижимают к крепкому телу, – я за тобой…

Быстро целует в губы и усаживает в машину.

Стараясь не смотреть в окно, зажимаю трясущиеся руки коленями, и глубоко дышу, пытаясь унять бешеное сердцебиение.

– Проблемы будут? – спрашивает Матвей, выезжая со стоянки.

– Не знаю…

– Прости, Ань…

– Мне кажется, я люблю тебя, – поворачиваю к нему голову.

Матвей ловит мой взгляд, всматривается в глаза и легко кивает.

– Я тоже.

Я не спрашиваю, почему он проигнорировал мою просьбу и приехал за мной к клубу. Решил устроить проверку, взять на СЛАБО…

– Если мои родители узнают про тебя, я… я не знаю, что будет…

– Давай будем решать проблемы по мере их поступления.

– Ты так говоришь, потому что не знаешь мою маму!

– И чем она так страшна? – интересуется Матвей, не отрывая взгляда от дороги.

– Она деспот! Она ни за что не разрешит мне с тобой встречаться!

Он паркуется на обочине, обхватывает мои бедра и тянет на себя.

– Аня, – просит он, – посмотри на меня.

Я кладу руки на его плечи и смотрю в глаза. Матвей проводит костяшками пальцев по щеке, вдоль шеи, доходит до ключицы.

В нос ударяет запах машинного масла. Как я успела понять, эту субстанцию не так легко смыть с рук. Но мне не противно, так пахнет мой мужчина.

– Даже Господь Бог не запретит мне быть с тобой, если ты сама этого хочешь…

– Хочу.

– Тогда ничего не бойся, – берет мой подбородок двумя пальцами, – ты веришь мне?

– Верю…

– Хочешь, поедем ко мне.

– К тебе? В сервис?

– Угу, – легко касается моих губ своими, – я не смогу сегодня у тебя остаться… у меня там Эля опять с Деном сцепились.

Я не горю желанием снова встретиться с его сестрой и друзьями, но провести ночь в одиночестве, без Матвея, не хочу еще больше.

– И я останусь там с тобой на ночь?

– Если хочешь…

В голове мелькают картинки того, чем мы сможем заняться ночью на его диване, и тело тут же отзывается, наполняясь теплой негой.

– Хочу, – счастливо вздыхаю, неосознанно сжимая бедра под тихий смех Матвея.

Молча толкается навстречу мне бедрами, давая понять, что принял намек к сведению.

– Тогда поехали скорей, пока они не поубивали друг друга.

Чмокает в нос и помогает пересесть обратно на пассажирское сидение.

– И часто они ссорятся? – спрашиваю я, когда внедорожник отъезжает с обочины.

– Постоянно.

Я вспоминаю недовольную мину Дена в день приезда Эли и понимаю, что мне не показалось. Ее появление не пришлось ему по вкусу.

– Почему?

Матвей шумно выдыхает и пожимает плечами.

– Элька вбила себе в голову, что, когда вырастет, выйдет за него замуж…

– Она влюблена в него?!

– Все это хрень собачья, а не любовь! Она еще ребенок.

– Не такой уж и ребенок, – бормочу под нос. Всего на два года младше меня.

– И к тому же, он ей не пара! – выносит вердикт Матвей.

– Почему же?

– Ты видела его? – поворачивается ко мне, – нахрена мне такой зять?!

Я заливисто смеюсь и толкаю его в плечо.

– Считаешь себя лучше него?

– Я, по крайней мере, не трахаю, все, что движется!

– Оу, – осекаюсь я, – ну, тогда, да… вряд ли он ей пара…

– Он уже знает, что останется без яиц, если хоть пальцем ее коснется.

– Из–за чего они поругались сейчас?

– Приедем – узнаем… Наверняка, опять телку притащил… кобель…

В этот момент телефон Матвея, лежащий в кармане между сидениям, начинает звонить. Я успеваю увидеть имя звонившего.

Ден.

– Не ори! – рявкает он, когда трубка начинает вопить отборными ругательствами, – Элька как?!... Скоро буду…

Отключается, и на мой вопросительный взгляд, говорит:

– Угнала его байк… и, похоже, немного помяла.

Я в шоке! Вот это темперамент!

– Сама не пострадала?

– Нет.

Мы въезжаем на территорию автосервиса, когда на улице уже стемнело. Под фонарем у входа в гараж кучкуются парни.

– Вообще, бл@дь, охренели! – ворчит Матвей и обращается ко мне, – пойдем…

Я выхожу из машины и, схватившись за его руку, иду, немного прячась за его спиной.

– Что за собрание? – обращается он к парням, что топчутся у черного мотоцикла.

– Да тут твоя сеструха Дену немного байк пожамкала, – хмыкнув, указывает на него головой один из парней.

Серьезных повреждений я не вижу. Немного смято крыло и отломано зеркало.

– Стас, а ты, я так понял, на ночную смену подписался?..

– Да ладно, Мот, завязывай… – отшучивается он, – уезжаем уже…

– Только попробуй завтра сказать, что проспал!

Парни, попрощавшись, спешным шагом уходят в сторону припаркованной неподалеку легковой машины. А мы с Матвеем заходим внутрь.

– О! Братан приехал! – скалясь, громко выдает Ден.

Он сидит на диване, закинув ноги на журнальный столик. В одной руке сигарета, в другой – бутылка с пивом. На подлокотнике дивана, закинув руку на шею парня, развалилась яркая брюнетка в кожаной юбке и чулках – сеточках.

– Какого хрена ты здесь куришь, Ден?!

Рука Матвея на моем плече напрягается, и я вместе с ней.

Денис демонстративно тушит сигарету в консервной банке и делает глоток пива.

– Приструни свою сестру, Мот! Потому что мое терпение на исходе!

– Я поговорю с ней, а ты прекрати таскать сюда своих шлюх! Здесь тебе не бордель!

Ден усмехается, почесывая языком клык, и переводит многозначительный взгляд на меня.

Матвей снимает с меня свою руку, делает два шага вперед и склоняется над парнем.

– Скажи хоть слово, и я за себя не ручаюсь… – от его угрожающего рыка даже у меня по коже идет мороз.

Брюнетка тоже пугается. Сжимается в комок, прячась за Дена.

– Байк ты мне отремонтируешь? – поднимаясь, спрашивает он.

– Обойдешься!

Тот, задрав голову, ржет, а Матвей уже ведет меня на второй этаж.

– Кстати, привет, Анютка! – летит мне в спину.

– Привет, – бросаю через плечо и вижу, как, толкая перед собой девицу, Денис выходит из гаража.

Мы проходим вдоль по коридору мимо уже знакомой мне комнаты и останавливаемся у дальней двери.

– Эля, открой! – стучит три раза, но ответа нет.

– Может, она уснула? – шепчу я.

– Эля! Дверь вышибу, ты меня знаешь!!!

Слышится щелчок, и уже в следующее мгновение дверь открывается.

Я ожидала увидеть ее всю в слезах и соплях, дрожащую и всхлипывающую, но никак не в образе амазонки!

Руки на груди, губы плотно сжаты, а горящие гневом голубые глаза стали почти фиолетовыми.

– Что?! – с вызовом кричит она.

– Ты что творишь?! – наступает на нее Матвей, – тебе жить надоело?!

– Не ори, – делает три шага назад и плюхается попой на кровать.

– Не орать?! А если б ты разбилась?!

– Я умею ездить на байке!

– Я вижу!!! – вскрикивает он, видимо, намекая на ее разбитые коленки и ободранные ладони, – когда ты повзрослеешь, Эля?!

– Когда он перестанет таскать сюда шлюх, которые насмехаются надо мной!

Матвей стискивает челюсти и продолжительно выдыхает через напряженные ноздри.

– Еще один залет, сестренка, и ты возвращаешься к отцу!

– Скажи Дену, чтобы прекратил водить сюда своих девок, – упрямо продолжает давить девчонка.

– Да отстань ты от него! – взмахнул он руками, – хватит к нему цепляться! У тебя совсем нет гордости?!

Последняя фраза бьет по ее самообладанию. Она быстро моргает и закусывает губы, пытаясь скрыть дрожащий подбородок.

– Не разговаривай со мной так при постороннем человеке, – гневно шипит она и смахивает с щеки первую слезу.

Мне настолько жаль ее, что я даже не думаю обижаться.

– Аня не посторонняя, – спокойным тоном говорит Матвей, – очень надеюсь, что вы с ней подружитесь.

– Еще чего! – выплевывает Эля и резко замолкает.

Не знаю, что она увидела во взгляде Матвея, но, насупившись, опускает глаза и тихо произносит:

– Ладно.