Механик

Глава 3.

Держа спину ровно, словно английская королева, незаметно осматриваю салон автомобиля.

Ничего из того, что я ожидала увидеть, не нахожу. Ни пустых банок из–под пива под ногами, ни мазутных тряпок в кармане двери, ни использованных презервативов, ни шелухи от семечек, ни окурков, ни даже пыли. Панель натерта до блеска, а в воздухе витает аромат морского бриза.

Видно, что Матвей за машиной ухаживает.

– И не боитесь вы растерять всех своих клиентов? – спрашиваю я, давая тем самым понять, что все еще полна негодования.

– Не боимся! – выдает он уверенно.

– Очень самонадеянно с вашей стороны… В век цифровых технологий, когда в интернете можно найти отзыв на любой автосервис…

– Ты нас тоже по отзывам в интернете нашла? – насмешливо выгибает бровь.

Я закусываю губу. Вообще–то, да… И отзывы все были восторженные…

– Видимо, я первая, кому так «повезло»…

– У меня запись на два месяца вперед, Принцесса… Так что, да… тебе определенно повезло!

– Премного благодарна, – бормочу я смущенно.

– Что, и правда, дома проблемы? – повернув ко мне голову, спрашивает Матвей.

– Если завтра не заберу машину, то точно будут, – ловлю его вопросительный взгляд и поясняю, – у меня строгие родители…

– Но это же не твоя вина…

– Попробуй объяснить это моей маме, – хмыкаю я, – пришлось сказать ей, что отдала машину на химчистку салона.

Он возвращает взгляд к дороге и после непродолжительной паузы произносит:

– Завтра посмотрю ее…

– Спасибо…

Моя благодарность тонет в мелодии входящего на телефон Матвея. Он принимает вызов и откидывается на спинку сидения, внимательно слушая собеседника, лишь изредка вставляя реплики:

– Кардан?.. Вряд ли… пыльники порвало… да… проверь их…

Пока он поглощен беседой, я могу беспрепятственно рассматривать его. Парень старше меня. Значительно. Сколько ему? 25? 30?

Кошусь на широкую ладонь, уверенно удерживающую руль, увитое тугими венами предплечье, витиеватый узор татуировки, убегающий под закатанный рукав клетчатой рубашки, миную глазами крепкую шею и останавливаюсь на лице.

Сосредоточенно нахмуренный лоб, голубые глаза в окружении густых ресниц, нос с небольшой горбинкой, трехдневная щетина и чувственный рот с полной нижней губой.

На нем и залипаю.

Мне нравится, как шевелятся губы в разговоре, как тянется один их уголок в усмешке.

– Не надо на меня так смотреть, девочка… – внезапно летит из тех самых губ.

От неожиданности я вздрагиваю и резко отворачиваюсь, чувствуя, как лицо заливает краска стыда. Словно была поймана на чем–то постыдном.

– Как?..

– Вот так…

– Я просто смотрела…

В этот момент машина останавливается на светофоре. Матвей протягивает руку и берет двумя пальцами локон моих волос.

– Если что–то хочешь, говори прямо, – чуть склонившись, подносит прядь к носу и глубоко затягивается, – а в эти ваши гляделки играть со мной не надо…

– Что–о?! Какие еще гляделки?! – не очень естественно возмущаюсь я, – ну, и самомнение! Все, что я хочу, чтобы завтра ты починил мою машину!

Матвей отпускает мои волосы и трогается дальше.

– Здесь поворот?

– Да, – отвечаю глухим голосом, когда машина сворачивает на центральную улицу элитного поселка, в котором я живу.

– Ты девственница?

Каменею, глядя широко раскрытыми глазами прямо перед собой. Он действительно меня об этом спросил?! Это не сюр? Он, правда, собирается поговорить со мной о моей интимной жизни?!

Я с трудом втягиваю в себя воздух и прикладываю руки к горящему лицу.

– Тебя это не касается…

– Значит, девочка еще… – слышу в его голосе улыбку.

– У меня парень есть, – выдавливаю я, надеясь, что его это охладит.

Автомобиль останавливается, не доезжая до моего дома метров двести. А уже в следующий момент на мой затылок опускается его рука, а лицо Матвея приближается к моему.

В нос ударяет запах его кожи и дыхания. Кончик мужского носа прикасается к моему.

– Значит, он недостаточно хорошо трахает тебя, Принцесса, – выдыхает Матвей мне в губы.

Я хватаю воздух губами и отталкиваюсь назад, одновременно открывая левой рукой дверь. Выскакиваю на тротуар и, прижав сумочку к груди, бегу в сторону своего дома. А в ушах продолжает звенеть его веселый смех.

– Анюта, – доносится мне в спину голос Натальи, но, я, не останавливаясь, лечу в свою комнату и, захлопнув дверь, приваливаюсь к ней спиной.

Дыхание вылетает из меня рваными хрипами, а руки и колени мелко дрожат. Кончик носа колит фантомным прикосновением.

Мужлан.

Только люди его уровня могут позволить себе так распускать руки. Разговаривать с практически незнакомым человеком как с уличной девкой.

Кожа затылка до сих пор горит, и моя рука неосознанно накрывает то место, где совсем недавно еще были его пальцы.

– Анюта, – в дверь деликатно стучат, – что–нибудь случилось?

– Нет, – отвечаю я Наталье.

– Позвать Алексея Владимировича? Он в кабинете…

– Нет, спасибо. Все в порядке.

– Кушать будешь?

Ужинать, это последнее, о чем я могла думать после пережитого, но, чтобы не вызывать подозрений, соглашаюсь.

– Да. Сейчас переоденусь и спущусь.

Переодеваюсь и спускаюсь на кухню, попутно печатая сообщение Давиду.

«Как дела? Добрался?»

Вместо ответа прилетает фото. Компания парней и девушек играют в волейбол.

«Здорово. Хорошо повеселиться»

В ответ получаю еще с дюжину снимков. Мангал, девчонки на шезлонгах, диджей за пультом, селфи довольного Давида с друзьями.

Может, зря я не поехала? Вечно погруженный в себя папа вряд ли бы даже заметил мое отсутствие, мама тоже не стала бы мне звонить, ей сейчас не до меня.

После ужина поднимаюсь в свою комнату и падаю на кровать, с грустью понимая, что Давид даже не поинтересовался, забрала ли я свою машину из сервиса.

Хватаю телефон, чтобы набрать Маше и вижу всплывшее на экране сообщение от абонента Механик.

«Ты вкусно пахнешь».

На следующий день, в призрачной попытке уговорить подругу съездить за машиной со мной, решаю ей позвонить.

– Ма–а–аш… Какие планы на день?

– А что, есть предложения?.. – таким же загадочным тоном отвечает мне подруга.

Есть, и еще какие! Только, боюсь, она на них не соблазнится.

– Съездим за моей девочкой?.. – ласковым голоском предлагаю я.

– За машиной? Куда? В тот сервис? К тем отморозкам?! – летит в ухо барабанной дробью.

– Почему, сразу, отморозкам?.. Они тебя даже пальцем не тронули…

Меня – да… но она об этом никогда не узнает.

– Нет – нет, дорогая, я туда больше ни ногой! Я лучше в СПА с Иринкой схожу… Еще вчера ей обещала…

– Ясно, – бурчу в трубку, не скрывая недовольства.

– Ну, Ань! Не обижайся!!! У меня сильно развиты инстинкт самосохранения и интуиция.

Хочется спросить, чем был занят ее инстинкт, когда она решила заваливать любовными посланиями женатого мужчину.

– Ладно, до встречи…

– Ань, попроси Давида, он же твой парень, в конце концов!

– Он на турбазе с друзьями, вернется только завтра.

– Опять?! И без тебя?..

– Не начинай, о’кей? – ужесточаю тон, зная, как это на нее действует.

Я не лезу в ее амурные дела, но и от нее требую того же. Нас с Давидом все устраивает, и это главное.

На часах уже полдень. Матвей обещал, что посмотрит мою машину утром, но не обещал, что позвонит после этого. И не уточнял, во сколько для него начинается утро. Может, он еще не проснулся?..

Я и сама сегодня проснулась позже обычного, потому что уснула вчера ближе к трем ночи. Из–за него…

Покрутив какое–то время в руках телефон, я нахожу в контактах Механика и нажимаю на вызов.

– Да? – отрывисто отвечает он после третьего гудка.

– Здравствуй… Я по поводу машины… Ауди…

– Приезжай через пару часов, – бросает он и отбивается.

Не успеваю даже спросить, готова ли она и сколько с собой взять денег. Разве так можно разговаривать с людьми?! Что за манеры?!

Хорошо, хоть, дал время на сборы.

Принимаю душ. Собираю волосы наверх, оставляя шею открытой, потому что на улице сегодня все тридцать. По той же причине вместо джинсов или брюк выбираю сарафан свободного кроя.

Такси привозит меня к сервису за пять минут до назначенного времени. Но, видимо, все же, не совсем вовремя, потому что во дворе настоящая суета.

В самом центре стоит огромный автовоз, с которого в этот самый момент идет разгрузка искорёженных в авариях автомобилей. Я насчитала их шесть, и все они в очень плачевном состоянии. После серьезных ДТП.

– Отойди! – орут мне, и я отскакиваю в сторону, чтобы не мешать парням работать.

Мимо, не замечая меня, пробегает парень, который был здесь в первый день вместе с Деном и Матвеем.

– Извините! – кричу ему в след, но он, не услышав, с разбегу запрыгивает на площадку автовоза.

– Здорово! – доносится до меня сквозь какофонию металлического скрежета и беспорядочных мужских выкриков.

– Добрый день, – киваю я Дену, – я за машиной… Матвей сказал подъехать к двум…

– Мот!!! – орет он куда–то вверх.

Слежу за его взглядом и нахожу моего Механика на самом верху автовоза, цепляющим специальные ремни к автомобилю.

Ден кивает в мою сторону, а Матвей, повернув ко мне голову, подмигивает и возвращается к своему занятию.

Сердце дергается и пропускает один удар.

– Подожди, он скоро освободится, – говорит Ден, прежде чем оставить меня.

Отхожу еще дальше, в тень забора, и принимаюсь разглядывать Матвея. Сегодня он снова без рубашки и в старых потертых джинсах, сидящих на бедрах так низко, что когда он наклоняется или подтягивается, чтобы поправить стропы, из–под них появляется широкая резинка белых боксеров.

Эта картина заставляет жалеть, что я не взяла с собой бутылку воды, потому что сейчас как никогда мне хочется смочить пересохшее горло.

Почти все здесь присутствующие парни, в том числе и Ден, оголены по пояс, но именно хам Матвей притягивает мой взгляд, как магнитом. Все его движения точны, он ловко перекидывает ремни напарнику, не переставая следить за всем, что происходит на площадке.

Отдает короткие команды, координирует работу абсолютно всех, находящихся здесь рабочих.

Ден слукавил, называя себя главным. Главный тут определенно Матвей.

Налюбовавшись его торсом, я поднимаю глаза к его лицу и встречаюсь со строгим голубым взглядом. В этот раз он смотрит без тени улыбки, словно недоволен, что вновь поймал меня на разглядывании.

В смятении я отвожу взгляд и замечаю копошащихся у большой деревянной будки щенков. Их матери поблизости не видно, поэтому осторожно приблизившись к ним, я сажусь на корточки.

Их четверо. Четыре лохматых комочка.

– Привет, – улыбаюсь я, протягивая к одному из них руку.

Обнюхав ее, щенок принимается с усердием облизывать мои пальцы.

– Если б знала, принесла бы вам вкусняшек…

Беру его на руки, чтобы поближе рассмотреть моську. Глазки – пуговки и черный мокрый носик. Не собака, а чудо.

У меня никогда не было животных. Ни кошек, ни собак, ни даже хомячка. Мама против всякого рода живности в доме, за исключением меня и отца.

– Не боишься лишай подцепить? – раздается надо мной низкий голос, а следом меня всю накрывает большая тень.

– Они не лишайные… – поднимаю я на Матвея глаза.

– Пойдем.

Поднявшись на ноги, я иду следом за ним к моей машине, что стоит ровно на том же месте, что и вчера.

– Ты посмотрел ее?

– Посмотрел, – отвечает он, вынимая из кармана джинсов ключи.

Щелкает сигнализацией и открывает водительскую дверь.

– И?.. Починил?..

– Починил.

– Правда? Так быстро? – с неверящей улыбкой смотрю я на него.

– Нечего чинить было… – говорит он, усаживаясь за руль, – садись.

Я мнусь перед капотом и начинаю нервничать. Он предлагает мне снова оказаться с ним наедине в замкнутом пространстве.

– З–зачем?

– Боишься? – насмешливо выгибает он бровь.

Сзади мимо меня, поднимая столб пыли, проезжает разгруженный автовоз. Рев его мотора дает мне время на обдумывание ответа.

– Н–нет… Просто не понимаю, для чего…

– Я все сделал, но не успел проверить, – объясняет он и заводит мою девочку, – прокатимся?