Мой дикий адвокат

24. Демонстративный дурак

Протискиваюсь между девушек и подхожу к Эмме.

— Привет, — опираюсь о дверной косяк и улыбаюсь ей своей самой шикарной улыбкой. — Наконец-то ты приехала. Меня тут обижали. Не пускали домой.

Эмма растерянно улыбается в ответ и молча открывает дверь. Выхожу из VIP-зоны и, покачиваясь, спускаюсь по лестнице. Я пьяный в хлам.

— Как посидели? — бросает коротко Эмма, когда я падаю на переднее сиденье ее Ауди. — Решили свои… важные вопросы?

Отмахиваюсь и откидываюсь на спинку.

— Всё переросло в обычную пьянку, — усмехаюсь. — Поехали?

— Тебя отвезти домой или, может, хочешь заехать выпить кофе, чтобы взбодриться? — будто невзначай предлагает она.

— Не знаю, — тяжело вздыхаю, потирая лицо рукой. — Наверное, домой.

— Хорошо, — коротко улыбается Эмма и с невозмутимым видом ведёт машину.

Молчим.

Закрываю глаза и вздыхаю. Я пьян и ничего не хочу. Интересно, будь я трезвым — поехал бы к ней? Красивая женщина, готовая на всё… Мне кажется, это был бы классный секс. Потому что Эмма всеми силами пытается мне угодить и показать себя с лучшей стороны. Злобина так никогда не делала.

Нет, она умела сделать мне приятно и была очень заботливой, но лишь потому, что сама кайфовала от этого.

Чувствую, как машина останавливается на светофоре, и на мою руку ложится нежная ладонь, мягко поглаживая пальцы.

Поворачиваюсь к Эмме и приоткрываю глаза. Она тут же убирает руку и смущается.

— Извини. Думала, ты спишь. Хотела проверить, всё ли в порядке.

— Нет, я не сплю. Я думаю, — улыбаюсь и снова закрываю глаза.

— О чём? — тихо спрашивает Эмма.

— О том, что ты, наверное, была бы примерной женой. И понравилась бы моей маме... Почему ты одна?

Чувствую на себе её пристальный взгляд. Оборачиваюсь.

— Вокруг одни слабаки? — усмехаюсь.

Эмма молча пожимает плечами, затем отворачивается.

— А хочется крепкого мужского плеча, — добавляю с улыбкой. — И быть слабой девочкой?

— Ты прав, — вздыхает она. — Сколько бы я ни ходила на свидания и ни пробовала отношений, мне быстро надоедают мужчины. Я не вижу в них азарта, стремления к чему-то большему. Я развиваюсь, учусь, ухаживаю за собой… А многие из тех, с кем я встречалась, считают работу за условный оклад нормой и даже не хотят стремиться к большему.

— А знаешь, почему тебе такие попадаются? — смотрю на неё. — Потому что у тебя член больше, чем у меня. Я тоже не твой вариант.

— Да с чего ты взял? — она резко вздергивает подбородок, будто мои слова задели ее. — Ты прекрасный вариант. Сильный, красивый, успешный, любишь вызовы… Это враньё, что противоположности притягиваются. От противоположности тебя начнёт тошнить через полгода. Ты захочешь кататься на лыжах, а вторая половина — неделю спать.

— Ты права, — соглашаюсь. — И всё же есть сферы, где женщина должна уступать. Зачем мне трахать ту, что сама может меня выебать? Прости, если резко, но это искренний взгляд со стороны.

— Я могу быть разной, — Эмма внезапно тормозит у пустого сквера и глушит двигатель.

Секунда — и она, скинув туфли, перебирается ко мне на колени.

Пытаюсь сесть ровнее, но она прижимает меня за плечо к спинке крепче и так призывно и грациозно подается бедрами навстречу моим, что член непроизвольно напрягается.

— Возьми меня прямо здесь.

Капец “разная”. Классно, что точно знает, чего хочет. Плохо, что наши желания не совпадают.

— Эмма, — сжимаю тонкую талию, пытаясь притормозить ее напор, — я не трахаюсь пьяный.

— Давай сегодня ты отбросишь свою тактичность? — она перехватывает мои ладони и ведет ими вверх, останавливаясь на своей груди. — И просто расслабишься?

— Эмма, ты не поняла меня.

— Ну что я не поняла? Как тебе нравится? — шепчет она, покрывая поцелуями мою шею.

— Эмма! — с рыком буквально скидываю ее с себя на соседнее кресло и под ошарашенным взглядом выхожу на улицу. — Доброй ночи.

Захлопнув дверь, быстро иду по обочине в обратную сторону. Злюсь. Сам же хотел развлечься. Но, почему тогда ощущение, что меня снять пытались?

В любом случае, это жирная точка в нашем общении. Не вижу смысла пытаться вернуть его в дружеское русло. Мне не нужно угождать и навязывать себя. Если я захочу, я завоюю сам. Если нет, то не поможет ни секс, ни милый характер.

Лезу в карманы пиджака, чтобы вызвать такси, а телефона нет.

— Твою мать! — рычу зло, потому что понимаю, что забыл его на столе в клубе.

У меня нет ни налички, ни карты. Но возвращаться обратно к Эмме я не собираюсь.

Ускоряю шаг и просто иду вперед. Не знаю, сколько проходит времени, но прихожу в себя, когда понимаю, что нахожусь в районе Злобиной. А я замёрз просто пиздец — ночи еще холодные. Мне нужно такси.

Нахожу знакомый дом и нужный подъезд. Видел ее адрес один раз мельком, поэтому доезжаю до верхнего этажа и иду вниз, глядя на номера квартир.

Останавливаюсь глазами на одной двери и, помедлив, подхожу и нажимаю звонок. Кажется, эта… Устало опираюсь о стену. Пошлет так пошлет.

— Кто? — раздаётся голос Жанны, и я с облегчением выдыхаю.

— Доманский, — ухмыляюсь, пряча за смешком усталость и раздражение.

Где-то там ещё и муж должен быть.

Но у меня без вариантов. А Злобина может представить меня своим коллегой, не развалится.

Замок щёлкает и дверь открывается. Злобина смотрит на меня, как на призрака, а затем молча втягивает в квартиру.

— Ты откуда здесь?! — шипит она тихо и кутается в халат.

— Гулял, — усмехаюсь и приваливаюсь спиной к стене. — Вызови мне такси, пожалуйста, я проебал телефон.

Жанна вздыхает и уходит в комнату, а я оглядываюсь, стараясь не шуметь.

Квартира обычная, ремонт не евро. Просто, чисто. На кухне горит свет, а на столе лежит книга и стоит чашка.

Злобина возвращается и даёт мне свой телефон. Пытаюсь набрать адрес, но промахиваюсь, потому что пальцы как ватные.

Жанна молча вытаскивает у меня его из рук и сама набирает мой адрес.

— Нет машин в этом районе, нужно подождать.

— Не нужно. Дай позвонить.

Набираю свой номер и хочу выйти на площадку, но Злобина дёргает меня обратно. Едва не падаю на нее. Роняю с комода расчёску на пол.

— Ты чего? — шиплю на Жанну, поднимая расческу.

— Нечего на площадке орать, позорить меня! — свирепо вытаращив глаза, толкает она меня в сторону кухни. — Садись и сиди тихо.

Падаю на табуретку. Оглядываюсь. Я один занимаю почти всю кухню. Жанна протискивается между мной и плитой и садится на малюсенький диванчик возле окна.

— Привет. Дэна нет, он ушел пьяный спать и забыл телефон. Можешь пообщаться с его более выносливым другом. — слушаю в динамике пьяную игривую тираду Рафаэля.

— Я тебе яйца оторву, малыш, — повышаю голос, но, бросив взгляд на Злобину, снова перехожу на шёпот. — Раф, приедь за мной.

— Что такое, красотка тебя выгнала? Не встал?

— Слушай, давай попозже поржем? Я человека подставляю.

— Окей. Выезжаю. Диктуй адрес.

— Спасибо. — назвав адрес, отключаюсь и отдаю телефон Жанне. — Больше не смею тебя задерживать.

— Сиди, — рычит она. — Пьянь. Ты весь ледяной. Чай будешь?

— Нет, я пойду. — упрямо встаю. — Не хочу создавать проблемы замужней счастливой женщине.

Я не останусь, потому что здесь — чужая территория.

— Доманский, — шипит в спину мне Злобина. — Сядь и прекрати вести себя как демонстративный дурак.

— Чшш, — оборачиваюсь и прикладываю палец к губам, — не ори, а то любимого мужа разбудишь.

Поворачиваюсь обратно и врезаюсь в девушку. Машинально придерживаю ее, чтобы не упала. Молча смотрим друг на друга. Я зависаю на прозрачно-голубых глазах редкого ледяного оттенка и понимаю, что это дочь Жанны. И моя.