Мой муж

Глава 13

С тоской посмотрела на пакеты с обновками, когда зашли в номер, но сил всё перемерить ещё раз действительно не было. Вымотали меня свадьба с перелётом, и сам день проведённый в магазинах.

— Сок холодный, — Исаев подсуетился, пока я копошилась у входа, налил в стаканы апельсиновый сок и подал мне один.

— Здесь что и холодильник есть? — удивилась, потому что кухни здесь явно не было.

— Есть, там в гостиной справа от телевизора за коричневой дверкой, на балконе посидим? — муж мягко подтолкнул меня к выходу на балкон.

Он был очень просторный, здесь не только бассейн разместился, но и плетёная мебель. Села в кресло, щурясь от удовольствия.

— Может, вечером всё же дойдём до моря? Просто прогуляемся, — предложила Исаеву, а он недовольно скривился.

— Завтра хоть весь день, сегодня уже никуда неохота, — Анатолий отказался, вытягивая ноги вперёд, — Не расстраивайся только милая, правда устал. Да и по делам ещё позвонить надо, — признался он, что для меня было в новинку.

Не про работу, а про то, что он устал.

Кивнула понимающе. Да и не особо-то я расстроилась, потому что не надеялась, что он согласится. Мы посидели немного на балконе, полюбовались видами пока пили холодный сок и всё это время я думала о кровати. Мало спала все последние даже не дни, а месяцы и только сейчас смогла расслабиться, чтобы выспаться наконец-то.

— Я посплю? — спросила у мужа, а то мало ли, планы у него какие.

— Иди, милая, — он поймал меня за руку, когда я встала с кресла, — Сладких снов, — притянул к себе, чтобы поцеловать, а я не устояла и села к нему на колени.

— Ой! Кресло не сломается? — хотела подняться, но Исаев не дал, коснулся губами губ, стискивая в крепких объятиях.

Чуть у мужа на коленях и не заснула, закрыв при поцелуе глаза, податливо, но вяло отвечая взаимностью на ласки.

— Засыпаешь, — муж, смеясь отстранился и отпустил в кровать, — Иди спи, набирайся сил, — окинул меня жадным взглядом и сразу стало ясно для чего.

Я хоть и заволновалась, покрываясь румянцем, но стоило головой коснуться подушки, сразу уснула. Даже не успев представить, как всё будет этой ночью.

Сон плавно перетекал в явь, а снилось мне что-то такое, отчего я не сразу поняла, что лёгкие поцелуи мужа настоящие и вовсе не сон. Борода при каждом поцелуе колит то шею, то плечо. Так Исаев меня будил, нежно при этом оглаживая руки и бёдра.

— Сколько времени? — сонно пробурчала, не желая открывать глаза.

Хотелось и дальше спать.

— Уже десять. Я ужин в номер заказал, его уже принесли, — Исаев погладил меня большим пальцем по бровям, отчего я открыла глаза, — Вставай, милая, — и снова довольный, как десять котов налакавшихся сливок.

— Встаю, — сладко потянулась, поворачиваясь к мужу, — А я спросить хотела, — ещё при разорении местных магазинов мне пришла в голову одна мысль и сейчас, казалось, был самый удачный момент её озвучить.

— Спрашивай, — Исаев не дурак совсем и сразу насторожился, голос стал на порядок строже, нежели был буквально полминуты назад.

— Мы когда домой вернёмся, я что делать буду? — хотела закинуть удочку насчёт учёбы, раз уж Исаев сегодня в магазине все мои прихоти исполнял, покупая всё, что мне нравилось, может и учёбу мне оплатит.

Чем чёрт не шутит?

— Ничего, — строго отрезал, поднимаясь с кровати.

— Сдохнуть со скуки, просиживая диван перед телевизором?! — крикнула вслед мужу, уходящему из спальни.

Ну ноги у меня во сне не рассосались дорогой!

Встав с кровати, я быстро его догнала. Ладно отец меня дома держал при себе, из-за нехватки средств, но у Исаева деньги явно водились и ему ничего не стоило меня отправить учиться.

— Я вопрос задала, вообще-то, — напомнила мужу, а то отвечать он не собирался, уселся за накрытый стол.

— Садись ужинать Ника, у нас ещё джакузи, — посмотрел на меня строго, и я осеклась.

Ведя себя как скандальная тётка от него ничего не добьюсь, только рассмеётся.

— Спасибо, — стала говорить мягче, пробуя взять мужа лаской, — Так что мне делать дома? — спросила спокойно, садясь рядом с Исаевым, где для меня и стояла тарелка накрытая как в фильмах пузатой непрозрачной крышкой.

— Завтрак, обед, ужин, уборка, дел у тебя полно будет. Со скуки не подохнешь, не переживай. Ты же теперь домохозяйка, — Исаев, копируя тон моей речи, ответил так же мягко.

— С этим Анна Захаровна отлично справляется, а я хотела бы учиться. И можно даже на заочное. Я буду ездить в город только сессии сдавать, — говорила, упрашивая Исаева.

— Нет, — отрезал Исаев, сняв крышку с моей тарелки, — Ешь! — потребовал.

— Но почему?! — снова вернулась к скандальной тётке, не выдерживая упёртости Исаева.

— Как ты себе это представляешь? Вот я в отъезде, а ты на автобусе или электричке поедешь в город? А растрясёт, не дай бог? Да и смысл тебе учиться, если ты потом работать не будешь?

— С чего это меня растрясёт? Почему это я работать не буду? Ведь я могу у тебя даже работать после учёбы, — если отучиться на бухгалтера, то почему бы и нет?

— Забеременеешь, потом родишь, кто ребёнка растить будет? На тётю не рассчитывай, милая. Ребёнка на неё скидывать не позволю, она только чтобы баловать, — устало вздохнув, Исаев почти отвернулся от меня.

— Чего зря время терять? Я может не сразу забеременею, некоторые и годами ждут, — буркнула я, ковыряясь в цветастом рисе.

— Типун тебе на язык, — хмыкнул Исаев, снова посмотрел на меня уже без строгости, а с теплотой во взгляде, — Давай так, компромисс. Мы же должны уметь договариваться, — он говорил уже с улыбкой и я тоже улыбнулась, даже поддалась вперёд, ловя каждое его слово, — Если в этом цикле пролёт, тогда пойдёшь учиться, но как только забеременеешь, сразу академ берёшь и без всяких соплей. Договорились? — муж спросил меня, а я решила что выиграла почти в лотерею, выйдя замуж за Исаева.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Да! Да! Да! — прыгала от радости, под конец кинувшись мужу на шею.

Настроение моё было великолепным и душа рвалась на подвиги, потому что я решила, что дело в шляпе. Всего-то один цикл продержаться, от которого осталось ровно две недели. Шансы, что Исаев выиграет в этом уговоре, были для меня, очевидно, равны если не нолю, то максимум одному проценту не более. И этот один единственный несчастный процент я списала на судьбу, а верила в свои девяносто девять процентов удачи.

— Поужинаем? Нас ещё джакузи ждёт, и я хотел на тебя в новом купальнике посмотреть, — Исаев говорил почти мурлыча, и взгляд у него был такой добрый, я соглашаясь кивнула, но с места не сдвинулась.

Хотелось уже без волшебных поцелуев растечься перед ним лужей холодца, растаявшего от этой теплоты. Ой права была баба Рита, не жизнь, а малина, осталось только окончательно привыкнуть к моему мужу.

— Чего такая довольная? — скосив взгляд, поинтересовался Исаев.

— Учиться буду! — потянулась довольно, и пересела с коленей мужа на свой стул.

— Если в этом цикле не забеременеешь, — муж напомнил, с улыбкой.

— Да-да, я помню! — весело согласилась, даже не сомневаясь уже ни на один процент, что этого не случится.

После ужина я отправилась в ванную вместе со всей кучей пакетов. Ополоснулась, и готовилась к свиданию с мужем в бассейне. Здесь тоже было большое зеркало и закрывшись я смогла спокойно всё померить, а главное, надеть купальник, который выбрал Исаев.

— Ужас, — покрутилась в жёлтых лоскутках, не понимая, что должен был прикрыть тот купальник, который был ещё меньше.

И как бы я в том куда-то пошла, если и в этом мне было стыдно выйти к мужу.

Узкие ленты трусов сзади почти ничего не прикрывали, только в задницу врезались, что было жутко неудобно. А лифчик, на первый взгляд, вполне приличный, напоминающий топик пока висел на вешалке, растянулся даже на моей небольшой груди до микроразмеров когда я его надела.

Чтобы выйти в таком виде к мужу, мне пришлось сначала накинуть халат, а там уже под водой я надеялась и видно ничего не будет.

На балконе было невероятно красиво, цветы, фонарики в виде свечей, фрукты на красивом блюде и уже бурлящая вода в наполненном бассейне. А у меня дух захватило от вида освещённого города до самого берега, уходящего в тёмную морскую даль.

— Эй, мы так не договаривались, — хмыкнул Исаев, подойдя на балкон позже меня, и абсолютно голым.

Покрываясь румянцем, смотрела ему в глаза и развязывала халат.

— Купальник отстой! — честно призналась о своих ощущениях, жаль сдать это безобразие было нельзя.

— Да? — муж лукаво улыбнулся, нарочито медленно спускаясь в воду.

— Лифчик маленький, трусы непонятные и жутко неудобные, — я вся чесалась от этого купальника, он мне портил всё настроение своей нелепостью.

Надо будет завтра на море посмотреть, как такие купальники носят женщины. Даже с сомнением начала думать, что может я как-то его неправильно надела? Быстро скинув халат, поторопилась забраться в воду и как только муж поймал меня, то сразу заявил;

— Раз он такой неудобный, его нужно снять, — слава богу, он только сказал это, а не начал срывать с меня мало что прикрывающие тряпочки, иначе у меня бы случился приступ паники как в нашу первую брачную ночь.

— Нет, я не могу, мы же на балконе, нас могут увидеть, — сопротивляясь желанию мужа, прикрыла грудь ещё и руками.

Не особенно я думала, что нас действительно кто-то увидит на такой высоте. Меня смущали подсветка в бассейне и свет от фонариков вокруг. Они давали столько света, что раздеваться здесь было стыдно. Даже в бане первый раз я была смелей, но там уже и не вспомнить, что конкретно сыграло свою роль. То ли паровая завеса, то ли чувство безопасности и неприкосновенности в обнимку с дерзостью.

— Да брось, ты кого-то видишь? — спросил муж, разводя под водой мне ноги так, чтобы оседлала его.

— Нет... — тихо ответила, стараясь не паниковать заранее и сама потянулась к губам мужа, чтобы расслабиться самой и отвлечь его от попытки меня раздеть.

— Не закрывайся, не надо, — мягко попросил Исаев, прервав краткий поцелуй, на который я такие надежды возложила.

— Ладно, не буду, — опустила руки, разводя их по воде в стороны, — И всё же, я останусь в купальнике, — хотела отплыть к другому бортику, но муж удержал, крепко прижимая к себе.

— Я так не думаю, — Исаев нагло усмехнулся, — Зачем тебе мучиться от неудобства? У тебя такая грудь красивая, чего ты стесняешься? — засыпал меня резкими вопросами, и не дожидаясь ответов продолжил говорить, — Смотри, совместим приятное с полезным. Избавим тебя от неудобного лифчика и заодно отучишься стесняться меня.

Как я его хотела отвлечь поцелуем, Исаев ловко заболтал меня. И охнуть не успела, а муж уже своей здоровенной ручищей подцепил лиф купальника и потянул вниз, спуская его до самого живота.

— Вот так, смотри какая идеальная, в ладонь помещается, — Исаев провёл ладонями по моей груди, не позволяя прикрыться и ловко развернул меня спиной к себе, заставив лечь на плечо, — Вот и не видно ничего, — накрыл руками грудь, довольный успешными уговорами.

— Отлично, на пляж тоже так будем ходить? — поинтересовалась, пытаясь повернуться к мужу лицом, хотела скорей перейти к поцелуям.

— Нет, — захохотал Исаев, и скользнув одной рукой вниз по животу, без всяких уговоров стянул с меня трусы.

Сделал это ещё ловчей, чем с верхом купальника, и забросил на одно из кресел, чтобы я не достала.

— А это? — указала на лифчик, по-прежнему болтающийся у меня на талии, — Пояс для красоты? — спросила с улыбкой, и всё же повернулась к мужу лицом, потому что он мне позволил это сделать, ослабив хватку.

Поздно было махать кулаками после драки, и я наконец-то расслабилась, поверила мужу, что я красива и стесняться мне перед ним абсолютно нечего.

— Я тебя за него придержу, — Исаев за моей спиной подсунул под лиф руку и закрутил туго, — Знаю же какая ты ретивая у меня. Краснеешь как помидор в теплице, а всё равно нос задираешь, за то и люблю...

Посмотрела на мужа другими глазами. Он столько всего для меня сделал и делает и только дура бы не догадалась что любит. Вот только догадываться и слышать — это разные вещи. Особенно если ответить взаимностью пока не можешь, а врать ему не хочется.

— Угу, — буркнула, прячась лицом у мужа на шее.

С замиранием сердца ждала что он спросит люблю его я, но Исаев молчал, а во мне зрело любопытство. Стало интересно, когда он успел в меня влюбиться и через сколько времени это случится со мной.

— И давно любишь? — спросила мужа, снова посмотрев ему в глаза, словно знала, что стоит это сделать и не ошиблась.

Анатолий щурился от удовольствия и улыбался радостно, отчего мне прям легче стало. Не хотелось его обижать тем, что не говорю ответных слов любви.

— Да когда ты меня дичкой обсыпала, сразу и втрескался, — признался со смехом, — Боевая ты у меня, — прозвучало с его уст как похвала, я даже улыбнулась на это.

Потянулся губами ко мне, стал нежно целовать, ослабляя хватку на верхе купальника что был теперь в роли пояса. Сердце часто забилось, разнося по венам сладостное чувство желания. Я как с ума сошла, скользила медленно языком по его языку и хотелось ещё и ещё. В то время как муж скользил руками по телу, согревая кожу там, где прикасался.

Снова развёл мне ноги, которыми я едва касалась дна, и посадил на себя. Теперь, когда я была голышом, это вызвало во мне сильнейшее смущение. К лицу прилила кровь, и я не могла не замечать, как горю.

— Перестань стесняться, — потребовал муж, на секунду прерывая поцелуй.

И когда я потерянно кивнула, толкнулся языком в рот снова, скользнул по нижней губе и прикусил её ощутимо больно, прижимая меня к себе. И этот отвлекающий манёвр с губой сработал, возмущённо взвыв, и не заметила, как вошёл в меня, горячо и шумно выдыхая в рот, отпуская губу. Поймав мой ошалевший от неожиданности взгляд, спросил;

— Больно? — не делая никаких движений, а я замерла, не дышала даже, пытаясь понять и ответить на его вопрос.

— Терпимо, — честно призналась, уже зная, что у него опыт и мне надо ему доверять, чтобы было как вчера приятно.

Внезапно дошло до меня чего за Исаевым так носилась та Катя, за удовольствием.

— Продолжаем — уточнил, вжимая меня в себя, впиваясь пальцами в бёдра и сводя с ума.

Не знала точно, будет ли мне снова так же хорошо, как вчера, но всё равно согласилась, положившись наудачу. Ну а если и нет, то всё же с опытом приходит.

— Уверенна? Как вчера быстро не будет, — муж тормозил, а я тем временем привыкала к ощущению заполненности, и даже стеснение стало отступать, на смену ему подступало раздражение.

Я не знаю ничего!

Ничего не умею!

Делай всё сам как надо чёрт тебя побери!

— А приятно как вчера тоже не будет? — спросила с вызовом, недовольно глядя на мужа.

Вот умеет он всё-таки испортить момент своими заморочками!

— Я в тебя сейчас ещё раз влюбился, — признался муж, довольный уже, как тысяча котов и дело сдвинулось с мёртвой точки.

Губами вновь захватил мои губы, и лаская языком, уже без укусов чуть качнул меня наверх и дёрнул снова вниз, застав застонать от дикой смеси тянущей боли и мимолётного, едва уловимого удовольствия. Обхватила руками мужа за шею, пытаясь переждать эту волну, но она не прекращалась, потому что он не останавливался. Движения его становились резче и чаще и какое там к чёрту удовольствие, я даже целоваться уже не могла. Отстранилась, уткнувшись лбом в плечо мужа и ждала, когда это всё закончится. С каждым резким движением стонала и в голове повтором предупреждение «быстро не будет», а на мой вопрос будет ли приятно Исаев так и не ответил. И так, пока приглушённо не застонал уже он, остановившись резко и прижав меня к себе до боли в рёбрах, оставляя обжигающее чувство внутри.

Держал так долго, не отпускал и не освобождал, пока я не попыталась свести напряжённые ноги. Несмотря на боль ощущая такое приятное чувство удовлетворённости оттого, что я смогла, выдержала и счастье, что вчера всё было не так.

— Теперь приятно, — хрипло сказал Исаев, и повернув меня к себе спиной, уложил голову на плечо и скользнув тяжёлой рукой по груди, ноющему животу, коснулся пальцами между ног.

Я сначала испугалась, слабо дёрнулась пытаясь избежать прикосновения, казалось, несущего только очередные болезненные ощущения, но муж успокоил.

— Тихо милая, сейчас тебе тоже будет хорошо, как вчера, — нашёптывал на ухо, так приятно поглаживая между ног, что я моментально поддалась на его уговоры, с облегчением чувствуя, как боль почти уходит. Растворяется под натиском ласкающих пальцев мужа.

Я так хотела вновь испытать то сладкое чувство всепоглощающей эйфории, что забыла про всякий стыд. Сдерживала желание свести ноги и убрать руку мужа, уже точно зная, что если этого не делать, то вот-вот за тем движением его пальцев или за следующим меня накроет волной оргазма.

Я стонала от этих срывающих дыхание захватывающих и чудесных ощущений. Расплёскивала бурлящий поток воды, неосознанно пытаясь за него ухватиться, то впивалась в руку мужа, крепко держащую меня за живот, пока меня не накрыло. Ноги сами сошлись вместе, меня выгнуло от пронзительного потока удовольствия, и я застонала, опять слыша свой стон и слова благодарности внезапно слетевшие с губ словно со стороны.

— Пожалуйста, — засмеявшись, ответил Исаев, — Обращайся, — мягко поцеловал меня в висок и держал при себе, пока я приходила в себя.

Утро началось неспешно с вкуснейшего завтрака снова в номер. Половины блюд я даже в глаза не видела и опять объелась, как с голодного края без всякого смущения. Следить за мной было некому, муж всё время моего бессовестного чревоугодничества прокопался в планшете. Только и делал, что хмурился, щурился, прикусывал губу делая записи в блокноте и изредка отпивал кофе из маленькой чашки.

Я ему не мешала, хоть и хотела спросить, чем мы займёмся сегодня и когда пойдём на море. Видела, как он сосредоточен и понимала, что занят, да и рот мой вечно был полным, а с набитым ртом разговаривать нельзя. А в момент поймала себя на том, что мне нравится наблюдать за своим деловым мужем.

— Позавтракала? — спросил Исаев, на секунду отвлёкшись от планшета.

— Да, — вздохнув, оглядела стол.

Вот уже всё перепробовала, объелась, но рука сама собой потянулась за очередным бутербродом с авокадо и красной рыбой. Затолкала его в рот, с мыслью о том, что плаванье отнимает много сил и до обеда самое то.

— Собирайся, на море пойдём, — велел муж, поднимаясь из-за стола.

Никак не могла привыкнуть к тому, что убирать за собой ничего не нужно. Руки, как и к фантастически вкусному и неповторимому бутерброду сами тянулись к грязным тарелкам. Составила их хотя бы стопочкой, а оставшийся бутерброд и несколько маленьких пирожных уместила на блюдце, прибрав в холодильник. Хотела потом съесть, чего добру пропадать?

Как оказалось, у гостиницы, где мы жили, был собственный пляж с отдельной зоной для отдыхающих. Здесь было тихо и малолюдно, а шезлонги с зонтиками словно по линеечке были выставлены. Каждая пара на приличном расстоянии друг от друга.

Анатолий озаботился не только специальными чешками для нас, но и крем для загара у него имелся. Едва я скинула сарафан оставшись в купальнике и хотела бежать к воде, муж сразу меня придержал.

— Куда? — схватил за руку и заставил сесть рядом, — Сгоришь ведь, — ворча, Исаев достал из своей сумки золотистый тюбик.

— Ну я же не городская, куда сгорю? Я ещё в первое лето своё загорела, и ненамного светлей тебя, — спорила, но спину под руки мужа подставила.

Хочется ему меня помазать?

Пусть, а от меня не убудет.

— Так ты морской загар с деревенским не равняй, моргнуть не успеешь, как обгоришь, — умничал Анатолий, тщательно натирая кремом все открытые участки моего тела. Даже лицу досталось и ушам.

Когда меня от солнца обезопасили, я с позволения мужа рванула к морю. Господи какая же это мощная энергия! От одного только вида дух захватывало и меня окутало безграничным чувством благодарности моему мужу, за то, что привёз меня сюда. Эмоции накрывали с головой, хохотала от счастья, качаясь на мягких ласкающих волнах, любуясь красивейшими горами вдали и солнцем над головой. Это было так странно и необычайно прекрасно, ощущать себя маленькой точкой рядом с этим тёплым морем и кавказскими горами, наполняясь при этом силой увиденного.