Музейное чудовище, или Я - не ведьма!

Глава 6

Я стояла у окна в фойе общежития педучилища, сжимая в потных ладонях сумку, и нерешительно наблюдала за Горынычем. Он, как всегда, выглядел внушительно — высокий, широкоплечий, в дорогой кожаной куртке, которая странно контрастировала с его "сказочным" прозвищем. Его машина, массивный чёрный внедорожник, блестела на солнце, будто хищник, притаившийся перед прыжком.

"Может, всё-таки сесть на автобус?" — мелькнула трусливая мыслишка.

Но в этот момент он резко поднял голову, и его пронзительный взгляд, холодный и цепкий, будто просверлил стекло. Беззвучно, одними губами, он произнёс:

— Иди сюда.

И я, словно загипнотизированная, вышла под палящее солнце, чувствуя, как горячий асфальт буквально прожигает подошвы кед.

— Вот мы и встретились снова, — весело сказал он, широко улыбаясь. — Прошу.

Его машина была полной противоположностью пижонской тачке Ильи. Настоящий монстр с тонированными стёклами и брутальным дизайном.

— Как удачно, что вы здесь с машиной, — с насмешливой улыбкой сказала я. — А то я тут так неудачно приехала за вещами с коллегой на его машине. Илья — знаете такого?

Он медленно поднял брови.

— Этот оболтус — ваш коллега?

Я замялась.

— Ну... Илья делает ремонт в музее. Пока на каникулах. А так...

Горыныч ничего не ответил, просто подошёл к машине, открыл дверь и повелительно кивнул:

— Прошу.

Мне ничего не оставалось, кроме как вскарабкаться на высокое сиденье, которое пахло дорогой кожей и чем-то ещё — мужским, терпким. Он резко захлопнул дверь, обошёл машину и уселся за руль. Двигатель заурчал низко и сыто, словно довольный зверь.

"Да уж, Илье с его пищащим японцем до такого далеко", — невольно подумала я.

И тут меня осенило: такой мужчина запросто мог увести у Ильи девушку. Хотя... какой он старик? Наоборот — мужчина в самом расцвете сил.

Я едва сдержала ухмылку, осознав, как быстро меняется моё мнение.

Но тут Горыныч наклонился ко мне, и, пристегивая ремень, его пальцы скользнули вдоль моего плеча. От этого прикосновения по спине пробежали мурашки, как от удара током. Я зажмурилась и невольно вдохнула его запах. Дорогой парфюм с нотками кожи и чего-то древесного.

Боже, какой же он... мужчина. Я прочувствовала это всей кожей. Покраснела и резко отвернулась к окну.

— Ну что, поехали? — весело спросил Горыныч.

Машина тронулась плавно, несмотря на мощь двигателя.

— Скажите, дорогая Марина, что же привело вас именно в наш город? — начал он непринуждённую беседу.

Я уже немного пришла в себя и улыбнулась.

— Ой, вы не поверите — стечение обстоятельств! Меня вообще должны были отправить в Новгород, в большой музейный комплекс. А потом все поменялось…

Рассказывать, что поссорилась с куратором, не стала. Не настолько у нас близкие отношения, чтобы так откровенничать.

— Понятно, — кивнул он. — А надолго к нам?

— Ну, практика на месяц, но мы с Тамарой Витальевной договорились на ускоренный вариант. Через три дня заканчиваю. Вернее уже через два.

Он вздохнул и вдруг достал из кармана... потерянную связку ключей от музея.

— Вот, забыл отдать. Подобрал у двери, когда вас нёс.

Меня это насторожило. Он же вполне мог за это время сделать дубликат всех ключей. Будет теперь гулять по музею, когда захочет. Я резко схватила ключи и сунула в сумку, которую упрямо держала на коленях.

— Марина, может, бросите сумку на заднее сиденье? — предложил Горыныч.

— Да ничего, — буркнула я, вцепляясь в неё ещё сильнее.

— Ну, как вам завтрак? — вдруг спросил он, игриво приподнимая брови.

Я вспомнила чёрного кота и не сдержала улыбки.

— Знаете, пирог, наверное, был вкусный, но мне пришлось отдать его одному вымогателю.

— Вымогателю? — удивлённо протянул он.

— Ну да, есть тут один нахальный музейный кот. Большой такой. Чёрный и наглый.

Горыныч вдруг поперхнулся и закашлялся, но мне показалось, что за кашлем он скрывает смех.

Странно. Я недоуменно на него глянула. Но почему смеется, Горыныч пояснять не стал. А я подумала, что надо будет оставить этого котика в комнате отдыха на ночь, все не так страшно будет. Он так уютно мурчит.

До музея доехали быстро, объехав перекопанную дорогу какими-то задворками. Горыныч доставил меня прямо к крыльцу музея. Когда я вышла, то сразу же наткнулась на хмурый взгляд Игоря Петровича. Он поджал губы и с недовольством следил за моим приближением.

— Почему вы с ним? — он кивнул в сторону Горыныча, который всё ещё стоял у машины. — Я же отправлял вас с Ильей!

— Илья меня бросил! — огрызнулась я.

— А на автобусе?

Я фыркнула и прошла мимо. Вот пусть сам бы и ехал на автобусе! А вообще, не буду забивать голову. Зачем мне вникать в их мужские разборки?!

Было понятно, что Илья и Игорь Петрович почему-то недолюбливают Горыныча, хотя, немного пообщавшись с ним, я подумала, что он в принципе неплохой. По крайней мере, он не бросил меня на жаре, а довёз в комфорте до музея.

Я прошла в комнату отдыха, но моего знакомца с черным хвостом на месте не оказалось, надеюсь, он придёт позже. Я положила сумку на диван и тут вспомнила, что совершенно забыла купить хоть что-нибудь на ужин. Остатки еды на подносе заветрились. Но хоть что-то. Вот сушки, например, неплохи, и конфетки еще остались. Я покопалась в столе и достала интересный железный кубок, украшенный чеканкой. Симпатичный. Только рисунки на его поверхности сильно похожи на жертвоприношение.

Я осторожно сыпала в кубок остатки сушек и конфет, и поставила обратно в стол. Вдруг Игорь Петрович увидит, что я использую музейные предметы не по назначению. Начнёт ругаться или, хуже того, нажалуется Тамаре Витальевне. Зачем мне лишние скандалы?

Жаль, что кот не остался в комнате отдыха. Хоть бы вечером пришел. А то знаю я этих гуляк, прошарится всю ночь, а утром вынь да подай завтрак. Я вздохнула. Да, с едой нужно что-то делать. Не буду же я голодать.

Выбравшись на улицу, я направилась к Игорю Петровичу, который курил под раскидистым дубом.

— Я в магазин. Через час вернусь.

— Не задерживайтесь, — буркнул он, не глядя мне в глаз. — Через полтора часа мы уходим, и свет сегодня опять выключим.

Я скрипнула зубами, но промолчала. Вернулась в комнату отдыха и поставила телефон на зарядку. Сегодня без связи и фонарика не останусь. В сумке еще лежал полный пауэбанк.

Ближайший супермаркет оказался далеко. Все соседние лавки торговали только сувенирами. Около получаса я шла по затененной улице, вдыхая душный влажный воздух, мечтая только об одном — скорее вернуться в музей.

В магазине было людно. Уставшие запаренные покупатели с удовольствием катали тележки в магазинной прохладе, сметая все с полок. Я тоже затарилась печеньками, нарезкой и всякой гадостью и уже шла на кассы, когда в толпе мелькнула знакомая фигура.

— Тамара Витальевна?! — удивилась я вслух и рванула в толпу, расталкивая окружающих локтями.