На месте зеленой беседки

Глава VII ПУТЕВКИ В НОВЫЙ ГОД

Граждане СССР имеют право на отдых.

Это право обеспечивается установлением для рабочих и служащих рабочей недели, не превышающей 41 часа, сокращенным рабочим днем для ряда профессий и производств, сокращенной продолжительностью работы в ночное время; предоставлением ежегодных оплачиваемых отпусков, дней еженедельного отдыха, а также расширением сети культурно-просветительных и оздоровительных учреждений, развитием массового спорта, физической культуры и туризма; созданием благоприятных возможностей для отдыха по месту жительства и других условий рационального использования свободного времени.

Продолжительность рабочего времени и отдыха колхозников регулируется колхозами.

(Статья 41 Конституции СССР)

Трудовые коллективы:

…утверждают условия социалистического соревнования на предприятиях, в учреждениях, организациях, определяют меры морального и материального поощрения победителей…

(Статья 12 Закона СССР о трудовых коллективах и повышении их роли в управлении предприятиями, учреждениями, организациями)

Работа, свидания с Надей, учеба на курсах, вечерние дежурства в комсомольско-оперативном отряде, серьезное увлечение чеканкой не просто заполняли время, а делали жизнь осмысленной.

Теперь частенько кто-нибудь из бригады подменял Юру в яме, а он залезал в кабину трактора и ожидал команды «пассажира», чье место занимал бригадир. Разогревался двигатель, и вот наконец скорость включена, трактор трогается с места и начинает наматывать под его рукой первые метры, чтобы потом, после испытания и доводки, пройти по полям сотни тысяч километров без ремонта.

Первое время, когда заработки были нестабильными, Бывалов нет-нет и начинал разговор о том, не пора ли им разбегаться. Однажды в порыве раздражения написал заявление о выходе из бригады, но, как потом шутили рабочие, из осторожности воздержался положить на стол начальству.

Сейчас это позади. Период «обкатки» прошел, Юра освоился и трудился с полной отдачей, да и Миша многие работы мог выполнять самостоятельно.

Бригада не только уверенно выполняла норму, но набирала темп и все дальше уходила от цифры «100 %», которую Юра на экране показателей старательно выводил красным фломастером.

Как-то на «оперативке» в конце декабря Максименко спросил:

— Что со встречей Нового года?

Все переглянулись. По осени, бывало, ездили вместе за грибами, ходили бригадой в театры, музеи, но праздники вместе не отмечали.

— Так это вроде семейное торжество, — неуверенно подал голос Бывалов.

Максименко загадочно улыбался.

— Не темни, Олег Викторович, выкладывай, что придумал, — не выдержал Виктрр. — По глазам видно: неспроста разговор затеял.

— Верно, неспроста, — подтвердил тот. — Все пока сказать не могу — есть в этом немножко тайны, — но суть вот в чем. — Он помолчал, хитровато посматривая на лица друзей, и, видя, что удалось заинтриговать, продолжал: — Праздники будут три дня. Предлагаю выехать за город. Беру на себя дом с печкой в лесу на берегу озера, лыжи на всех, встречу на воздухе у настоящей елки.

— Где ты найдешь такое место? — спросил Веточкин.

— Это моя забота. Накануне поездки сообщу точный адрес. Гарантирую, что понравится и места всем хватит. Остальное от нас зависит. Если принципиальных возражений нет, давайте обсудим узловые вопросы. Поедем с женами…

— А у кого нет? — всполошился Миша, вызвав дружный смех. — Несовершеннолетние не в счет, кто не женат — с девушками.

— А как… — начал Иванников, но Веточкин перебил:

— Тебе-то, Юрочка, дергаться нечего. Если кто и проморгал, так только не ты.

— Да я не за себя. Я за деда.

— Я же молчу, чего ты встреваешь? — сказал Николай Филиппович.

Было решено два дня оставить на переговоры с женами и денут нами, а потом принять окончательное решение. Мужская половина во всяком случае была «за».

Переговоры с Надей, как и следовало ожидать, прошли успешно. А вот к матери подступиться Юра не решался: за несколько дней до этого был разговор, что неплохо бы встретить Новый год дома, пригласить Надю и деда. Мама уже меню стала прикидывать. Как после этого оставить ее одну в такой праздник?

На второй день за ужином — тянуть дальше некуда — Юра как с вышки вниз головой:

— Мам, похоже, у нас изменятся планы на Новый год. Ты не будешь против?

— Что значит «изменятся»?

— Завтра это выяснится. Возможно, мы бригадой за городом решим встречать.

— А Надя?

— С ней, — покраснел Юра.

— Смотри как лучше. Мне и с дедом вдвоем не привыкать.

— И дед с нами, — совсем смутился Юра.

— Ну что же, не пропаду. Хорошо, что предупредил заранее. Меня как раз вчера приглашали в одну компанию.

— Куда? — удивился Юра, привыкший, что мать домоседка.

— Секрет, — улыбнулась Ольга Александровна.

Квартира Максименко в эти дни превратилась в штаб организации праздника. Любовь Николаевна с другими женщинами и девушками подсчитывали ресурсы, составляли меню на все дни, распределяли обязанности. Первым результатом их деятельности явился сбор денег, за тем были розданы листки из тетради в клеточку. На них черным по См» лому красивым Надиным почерком было написано, что и сколько должен каждый купить.

Юра перестал переживать за мать, видя, что и она всерьез готовится, вся в заботах, забила холодильник продуктами.

30-го утром она попросила:

— Передай Надюше: если свободна, пусть придет после работы помочь готовить. А то мне столько поручений надавали, что одна, боюсь, не справлюсь.

После смены в цехе провели короткое собрание, чтобы завтра не задерживать людей.

Поздравили, как полагается, тем более было с чем: производственный Новый год объединение встретило 25 декабря. Назвали передовиков. А в конце подвели итоги социалистического соревнования. На сцену пригласили бригаду Максименко. Выстроились растерянные, счастливые: не ожидали, что по итогам квартала займут 1-е место. На призовое, правда, втайне надеялись, но на 1-е и не замахивались, считали, что рано.

Девушки из бригады Ильиной преподнесли цветы.

— Бригада товарища Максименко, — говорил с трибуны председатель профкома, — победила не только в соцсоревновании. Она победила еще и в новом виде соревнования — оказалась самой спаянной бригадой в цехе.

Когда смолкли аплодисменты, председатель продолжил:

— В уходящем году этому виду соревнования мы дали путевку в жизнь, и давайте назовем такие бригады…

— «Дружные ребята», — подсказал Суворов, вызвав смех в зале.

— Нет, это не подойдет, — возразил оратор. — Николая Филипповича, например, к ребятам никак не причислишь. Я думаю — «Бригада отличного микроклимата». Но дело не в названии (предложите лучше — примем), а в том, что профкому, представляется, удалось найти наиболее удачную форму поощрения. Мы предлагаем подводить итоги этого соревнования перед праздниками и награждать победителей бесплатными путевками на заводские базы отдыха на дни праздника из расчета два места на каждого члена бригады плюс места для детей. Раз они такие дружные на производстве, поможем им дружно проводить праздники. Поэтому получайте, дорогие товарищи, путевки на базу отдыха «Ромашки».

Он сошел с трибуны и, продолжая говорить, пожимал каждому руку и вручал путевки.

— Там вас ждет натопленный домик, газовые плиты с заправленными баллонами, лыжи, лес, воздух, озеро. Отличной вам встречи, отличного отдыха, спасибо за труд!

Когда собрание закончилось, Веточкин хлопнул Максименко по плечу:

— Ну и темнила ты, Олег, я скажу.

— А разве плохо, что вытерпел, промолчал?

— Конечно, хорошо. Такой подарок, да с таким почетом! — Обычно чем-то недовольный Бывалов, кажется, впервые говорил так восторженно.

— Скорее бы завтра, — выразил общую мысль Юра.

И вот долгожданное завтра наступило.

Перед началом смены Иванников прибил над экраном их показателей табличку: «Бригада отличного микроклимата». Но она не спасла положения: Мишкино название прочно пристало к бригаде и теперь их иначе как «Дружные ребята» не называли. С его легкой руки и бригады других цехов, премированные путевками в Новый год, удостоились того же прозвища.

Последний трактор — поспешили, видать, ребята на конвейере еще один сверхплановый собрать — имел больше дефектов, чем хотелось к концу смены. Но не оставлять же на будущий год.

Мастер предложил было договориться со сдаточным цехом, чтобы так приняли, а в первый день Нового года вернуть на яму и устранить дефекты, но Максименко отверг.

Вдвоем они обошли виновные бригады. Один бригадир тоже посоветовал:

— А вы, Олег Викторович, подлатайте, что заметно, и спихните.

— Я вам спихну! — вышел из себя Максименко. — Давайте из каждой бригады по человеку вашу халтуру исправлять.

Деваться некуда, выделили.

— И учтите: повторится — снова рабочих у вас брать будем.

Максименко ждал, что роптать начнут, особенно чужие: все-таки Новый год. Но нет. Все молча работали. Даже Суворов не уходил.

К удивлению Юры Николай Филиппович, как кончилась смена, поминутно поглядывал на часы и заметно нервничал.

— Ты что, деда? — спросил он, помогая Архипову, и пошутил: — До Нового года управимся.

— Да нет, ничего, — смутился тот, остервенело работая ключом.

К 17 часам дефекты наконец устранили.

Собрались водители-испытатели бригады, другие рабочие подошли, слесари из ямы вылезли. Всем интересно, кому Максименко поручит последний трактор их смены сдать. А тот не спешит, посматривает на всех по очереди.

— Атмосферу нагнетает, — нервно пошутил Веточкин.

Что греха таить, каждому хотелось удостоиться такой чести.

— Иванников, сдавай, — распорядился Максименко.

Юра растерялся от неожиданности, потом побежал к трактору. Сверху раздался призывный звонок крана.

Юра запрокинул голову, поймал посланный Надей воздушный поцелуй, залез в кабину и стал ждать, когда сядет Максименко. Но тот не торопился. Вот и двигатель разогрет, можно включать скорость, а Максименко не подходит.

Юра снова посмотрел в его сторону и обомлел, увидев, что Олег Викторович показывает рукой: трогай, мол.

Смахнув со лба капельки пота, Иванников повел трактор за ворота цеха. Впервые самостоятельно. И в эту минуту понял, что даже будь Валерка сейчас на свободе, ни о каких запчастях к автомашинам, о чем еще несколько месяцев назад так легко думалось как о прибыльной и почти безопасной добавке к зарплате, не могло быть и речи…

Дома его ждала записка:

«Юрашик! Не дождалась тебя с обедом, поэтому кушай сам, все на плите. Спасибо за подарок, подошли, тронута. С удовольствием вечером надену. Желаю хорошей встречи, счастья в Новом году. Целую. Мама».

Как чувствовал, перед уходом на работу потихоньку поставил у кровати спавшей матери — она вчера из-за готовки легла далеко за полночь — коробку с туфлями и положил сверху поздравительную открытку.

Наскоро перекусив, зашел за дедом, но того дома уже не было. «Видно, двинул», — решил Юра и направился к Наде.

На вокзал успели к самому отходу электрички.

— А где дед? — спросил Юра, не видя Николая Филипповича.

— Он получил вчера дополнительное задание, — весело сказала жена Максименко. — Выехать раньше, взять у коменданта ключи, осмотреться и встречать нас. Так что уехал предыдущей электричкой.

— Ясно, — сказал Юра, вспомнив, как дед нервничал.

Рядом с Мишей сидела симпатичная девочка лет пятнадцати. Дети прильнули к разукрашенным морозом окнам и, дыша на них, готовили отверстия для обзора.

На девочку он взглянул мельком, как и на остальных детей, но та неожиданно поднялась, протянула руку и представилась:

— Наташа, из девятого «б».

Саша Белов, пряча улыбку в уголках губ, пояснил:

— Девушка нашего Михаила Сергеевича.

«Ничего себе дает ученик «Дружных ребят»!» — чуть не вырвалось у Юры, но он вовремя сдержался, видя, с какой серьезностью воспринимает эта «из 9-го «б» и то, что зардевшегося Мишку назвали по имени-отчеству, и то, что она приглашена во взрослую компанию и впервые без родителей едет встречать Новый год за город…

На пороге уютного двухэтажного бревенчатого теремка совершенно неожиданно для Юры их встретила… его мама, а из-за спины выглядывал дед.

Ольга Александровна на правах радушной хозяйки распахнула двери.

— Проходите, гости дорогие, раздевайтесь, грейтесь с дороги. Ну что, Юрашик, — трепля сына за волосы, смеялась она, — не удалось от меня сбежать? Как и собирались, вместе встретим праздник. За туфельки спасибо, будто по моей ноге шили.

И она поцеловала его в холодную щеку.

Дом сразу наполнился шумом, детским визгом, громкими голосами, смехом, суетой.

Когда к 10 часам вечера основные приготовления к Новому году были закончены, громко постучали в дверь.

— Кто бы это мог быть? Свои все дома, — удивилась Любовь Николаевна, но дети наперебой закричали:

— Открывай! Дед Мороз должен прийти.

И замерли от восторга, когда порог столовой переступили взаправдашние Дед Мороз и Снегурочка с двумя большущими мешками.

После раздачи подарков Олег Викторович, рассматривавший Надину чеканку, сказал:

— Сделать одинаковые копии может только талантливый мастер.

— Ошибаетесь, Олег Викторович. Талантливый не повторяется, — возразила девушка и показала на своего журавлика в углу чеканки.

— Пора, товарищи, пора, — торопила Любовь Николаевна, — рассаживайтесь. Не то за житейскими заботами и старый год проводить не успеем. А он был неплохим.

«Особенно для меня», — подумал Юра, подмигнул маме и обнял притихшую Снегурочку.

Утолив первый голод, приняли предложение Олега Викторовича выйти прогуляться, пока будут жариться шашлыки, и на свежем воздухе встретить Новый год.

Все оделись, и, когда вышли, Веточкин включил рубильник. Ближайшая к дому красавица елка ожила, озаренная красными, синими, зелеными, оранжевыми огнями. От их света, переломляя краски, причудливо заискрились, засверкали бриллиантики снежинок на ветках и разноцветные пятна заплясали на белоснежной скатерти, переплетаясь, смещаясь и путаясь от малейшего колебания веток.

Дети стали гоняться за электрическими зайчиками, а Любовь Николаевна организовала общий хоровод, и над «Ромашками» понеслось:

В лесу родилась елочка,

В лесу она росла…

Николай Филиппович, Олег Викторович и Юра, нагруженные шампурами, направились к сооруженному на берегу озера мангалу.

…Пахнущие дымком шашлыки были встречены у елки громким «ура!», выстрелами хлопушек, брызгами бенгальских огней. Поздравили друг друга с Новым годом, пожелали счастья.

Замерзнув, вернулись в дом, и матери стали укладывать детей спать, что в эту ночь было непростым делом.

…В город возвращались утомленные отдыхом, опьяненные хвойным воздухом.

Как бы подводя итог, молчунья Нина в электричке высказалась:

— У каждого из нас впереди много встреч Нового года. Может, у кого будут и лучше. Но уверена: эту даже они, — она указала на детей, — не забудут. Поэтому спасибо вам, мальчики, за то, что вы дружные ребята.

Она положила руку на Сашино плечо и прижалась к нему.

— Похоже, в этом году не одну свадьбу сыграем, — заметил Вывалов.

— Все может быть, — загадочно улыбнулась Нина.