Научу быть папой

Глава 35

Олег

Просыпаемся затемно еще. Лишь синий свет фонарей подглядывает в не до конца задернутые шторы.

Ее дыхание — на моей щеке. Чувствую каждый выдох.

Подушечками пальцев поглаживаю ее по бархатистой коже плеча. Скольжу вниз по руке и поднимаюсь обратно.

Молчим.

Нам хорошо в этом молчании.

Она не открывает глаз, я прикрываю веки.

Только дыхание, умиротворяющее покачивание и ласковые прикосновения.

Во мне словно сосредотачивается Вселенная.

Все становится таким простым и понятным — невозможно проще.

Вот женщина. Я ее люблю.

Мне беречь и ловить ее дыхание.

Окутать любовью и уберечь от невзгод.

Вот и вся философия.

Тело ноет и болит, словно меня пропустили через мясорубку. В какой-то степени так и было.

Но эта боль для меня сладкая.

И я бы прошел куда больше, ради награды — лежать вот так рядом с ней. Согреваться теплом ее тела, чувствовать любовь…

Кровать чуть поскрипывает, когда она приподнимается.

Притягиваю к себе. Обнимаю.

Стискиваю в объятиях и впиваюсь в эти теплые, нежные губы.

Пью медовую сладость ее вкуса и не могу насытиться.

Упирается ладошками мне в грудь и смущенно смеется.

— Анютка скоро проснется, — шепчет она и смотрит вопросительно-виновато.

В полумраке глаза ее поблескивают, как звездочки.

Идеальная.

— Я объясню ей, что эта тетя теперь будет жить с нами.

Смеемся.

— Я серьезно, — шепчет.

— И я. Никуда тебя не отпущу больше.

И в тот момент, когда она счастливая и пылающая прячет лицо у меня на груди, я счастлив.

Безмерно.

— Лежи, — говорю и, не смотря на боль в мышцах и костях, легко спрыгиваю с кровати.

Шлепаю босыми ногами по холодному полу.

Ставлю чайник, и, пока он рассержено бучит, смотрю на улицу.

В оконном отражении вижу себя — улыбаюсь. Совершенно по-дурацки, как мальчишка.

Искренне.

Наливаю кофе и отношу Насте в постель.

Делает глоток и жмурится, как кошка.

Потягивается и ласково мурлычет:

— Спасибо.

Одеваюсь.

— Может быть сегодня устроим выходной?

— Какой выходной, Олежа? У меня вечером еще в ресторане смена…

Меня как душем ледяным окатывает.

— Забудь про ресторан, — говорю. — И вообще, выходи за меня.

Да, могу вспугнуть девчонку, но чувствую — не из пугливых она.

Глазища огромные. Рот сжимается.

— Шутишь? — хрипло переспрашивает и подтягивает колени к подбородку, словно спрятаться пытается.

Качаю головой. Какие уж тут шутки — всю жизнь бегал от этого, а теперь…

— Не-а, — поворачиваюсь. — Я серьезно. Люблю тебя и хочу чтобы ты стала моей женой.

Опускаюсь на колени перед кроватью, беру ее руки и целую ладони.

— Прости — без кольца, но… все будет. Обещаю.

Она улыбается, смеется. Губы пляшут.

Тянется ко мне и шепчет:

— Да какое кольцо…

Целую ее — крепко-крепко. Как в первый раз. С ней все как в первый раз — голову дурманит, просто сносит…

— Они целуются, а завтлак не готов, — раздается голосок позади. — Я в садик опоздаю.

— Иди сюда, — притягиваю к нам Анютку.

Укутываю их обоих одеялом и поднимаюсь.

— Завтрак сейчас будет готов. А садик сегодня отменяется. Как и работа — позвоню сейчас Темычу и предупрежу. Скажу… скажу, заболел — вот!

— А я? — смеется Настя.

— И про тебя совру.

После завтрака мы отправляемся в парк.

Анютка оказывается еще ни разу не была и с удовольствием катается на каруселях с маленькими лошадками.

А мы с Настей держимся за руки, переплетя пальцы и шепчемся, перемежая шепот поцелуями.

— Все, — говорю, — никаких ресторанов и школ. Заниматься будешь только тем, чем захочешь.

— А мне нравится в школе работать, — улыбается она. — Как и тебе, между прочим, хоть ты и делаешь вид, что это не так!

— Спорить со мной будешь, женщина? — рычу на нее притворно.

Настя выскальзывает и убегает. Догоняю, сжимаю лицо в ладонях и зацеловываю до визгов.

— Олег-Олег, остановись… — шепчет она. — Люди же смотрят…

— Плевать, — отвечаю я.

Раскрасневшиеся, смотрим как Анютка меняет одну карусель на другую — ребенок тоже счастлив.

В морозном воздухе уже пахнет скорым снегом. Крики ворон на высоких деревьях разносятся особенно звонко.

Небо голубое-голубое, и так чудесно жить…

Покупаем кофе и сок Анютке. Прогуливаемся по дорожкам и мечтаем.

Настя развивает вчерашнюю мысль о спортивном блоге.

— Ты посмотри какой запрос со стороны людей! Столько просмотров видео с тобой, а сколько комментариев? — убеждает она меня, а я все сомневаюсь.

Ну какой из меня блогер?

— Мой папа — звезда? — невинно хлопает глазами Анютка, потягивая сок из трубочки.

— Еще какая! Твой папа — чемпион, — Настя хвалит меня, а я впервые в жизни краснею от удовольствия.

— А-а, — разочаровано тянет дочка, — это я и так знаю.

Смеемся.

Гуляем еще долго-долго — даже Анютка засыпает у меня на руках.

Как когда-то недавно, во дворе.

Прошло-то всего несколько месяцев, а кажется — больше жизни.

Возвращаемся домой.

Не хочу, чтобы этот день заканчивался. Хочется поставить все на паузу и раствориться в моменте…

Уже возле дома Анютка дергается во сне у меня на руках, выворачивается.

Сонно хлопает глазами, глядя куда-то — словно почувствовала что-то…

И кричит вдруг:

— Мама-а!!!