Найди меня, держи в своих руках – не отпускай

Глава 10 Академия Ривск

Аронд отложил письмо от лорда Норгиба Ар Дивского, ректора столичной магической академии Ривск. Норгиб предлагал ему на неделю обменяться адептами. К себе просил ведьмочек, а отдавал группу пятикурсников магов-боевиков.

«Что ж, обмен пойдет только на пользу адептам и заодно академиям. Отошлю к нему небольшую группу ведьмочек-третьекурсниц. Пусть Элерия что-нибудь повзрывает в их лабораториях, а то наши уже устали ремонтировать. Все очень удачно складывается. Как раз, пока Кэмбел будет осматривать академию Рахт в поисках принцессы, она в это время будет совсем рядом, но под защитой стен другой академии. Кто бы мог подумать, что после стольких лет этот отморозок явится именно в нашу столицу в поиске пропажи. Как будто точно знает, где ее разыскивать. Кишка у него, конечно, тонка, но лучше подстраховаться. Как удачно я его встретил, возвращаясь с Вириди от Наоли два месяца назад».

В тот день только они прошли аллею и остановились под тенью листвы деревьев, как Аронд увидел короля, восседавшего на коне, в сопровождении свиты. Первое мгновение даже не поверил своим глазам, но успел накинуть на себя и жену морок стариков. А потом долго вспоминал его улыбающееся лицо и острый колючий взгляд сощуренных голубых глаз.

Вириди тоже сразу признала его. Оцепенела, смотря во все глаза. Вцепившись пальцами в руку мужа, провожала взглядом королевский кортеж, пока тот не скрылся из поля зрения.

Повернувшись, она посмотрела в черный омут глаз Аронда.

— Это он? — спросила она, хотя по сжатым губам и напряженному взгляду мужа уже поняла ответ на свой вопрос.

Вернувшись в замок, первым делом они проследовали к комнатам детей, на пути к которым их чуть не сбили с ног бежавшие по коридору Имран и Рикард. Не обращая внимания на родителей, сын нервно заорал, сжимая кулаки:

— Лерка!

Ему вторил Рикард:

— Лерка, исчадье бездны! Верни артефакт!

Злоба распирала обоих так, что они не сразу поняли, кто преградил им дорогу. Пришлось вмешаться.

— Элерия… Если не хочешь неприятностей, верни немедленно то, что украла у Рикарда.

Сын короля Орланда сильно увлекался артефактами и довольно-таки успешно. Аронд надеялся уговорить его не спешить отправляться к месту службы, а остаться на пару лет в академии для освоения новых знаний.

Штора, закрывающая одно из окон, отодвинулась, и с подоконника на пол спрыгнула Элерия. Тяжко вздохнув, она поплелась к ним. Понурив голову, она протянула руку и разжала ладонь, на которой лежал артефакт в виде круглой черной бусины. Подумав о чем-то, Элерия вскинула голову и уставилась на юношу. В ее темно-карих глазах не было ни капли раскаяния за содеянное, зато пылали искры любопытства.

— Рикард, почему ты сразу подумал на меня, а не на Айрин?

Резко выхватив у нее артефакт, Рикард осмотрел бусину, опасаясь, что Элерия могла ее повредить.

— Да ничего я с ним не сделала.

Прищурившись, парень зло сверкнул черными глазами и зашипел от негодования:

— Да Айрин по сравнению с тобой — райская птичка. У тебя все твои проказы на лбу выступают, а она тихонько в сторонке стоит.

Потупив взор и вздохнув, Элерия потерла лоб ладошкой и вспомнила о родителях. Но, когда она подняла голову и посмотрела на них, то широко улыбнулась, сразу позабыв про то, что всего секунду назад ее отчитывали.

— А где вы были?

— Еще раз что-нибудь украдешь, я тебе такой артефакт подброшу, что тебя будут в пустыне искать, — уходя, зло процедил сквозь зубы Рикард.

— А нечего на столе оставлять всякие там… артефакты!

— А нечего по чужим комнатам ходить, тем более мужским! Совесть надо иметь! — не остался в долгу Имран.

— Правда, дочь, подумай над своим поведением. Но сейчас пойдем, у нас к тебе с Айрин серьезный разговор имеется.

Девушки притихли, смотря на мать, нервно мерившую шагами их комнату. Пока Аронд пошел за артефактами, Вириди обдумывала, как лучше преподнести новость о том, что Айрин им не родная дочь. Но, чем отчетливей слышались приближающиеся шаги мужа, тем яснее она понимала, что не сможет признаться.

Зайдя в покои к дочерям, по выражению лица жены ведьмак понял, что ему придется самому все объяснять, но как бы он ни старался, язык не поворачивался рассказать правду. Встав напротив Айрин, он посмотрел в черноту ее глаз и поймал себя на мысли: «Интересно, какой сейчас они синевы?»

— Айрин… Элерия, жизнь очень непроста, и, возможно, вас впереди могут поджидать непредвиденные ситуации, с которыми вы будете не в состоянии справиться. Поэтому я даю вам вот по такому артефакту в виде колец. Отнеситесь к этому с полнейшей серьезностью. Элерия… — Аронд строго посмотрел на дочь, стараясь донести до нее важность своих слов. — Если заметишь любые изменения в облике Айрин, немедленно напомни ей, чтобы она надела кольцо-артефакт, или сама надень его сестре на палец, и он перенесет ее ко мне. После этого сама тоже не мешкай.

— А почему с внешностью Айрин должны произойти изменения?

— Сейчас не задавай лишних вопросов. Просто пообещай, что исполнишь все в точности, как я сказал. Когда придет время, тогда мы вам все и расскажем. Пока еще рано, да и ни к чему вам забивать свои головы лишней информацией. Меньше знаете — непринужденнее себя ведете.

Вручив артефакты дочерям, Аронд поцеловал их в макушки, даря свою родительскую защиту. Он хотел уберечь их от невзгод. С прибытием северного короля мир в их доме и душах затрепетал в томительном ожидании неизбежного.

Вириди осталась успокаивать испуганных дочерей, а ведьмак отправился обдумывать план дальнейших действий. В том, что встреча с Кэмбелом состоится, он даже не сомневался, осталось дождаться этого дня, но надо сделать все, чтобы они к ней были готовы.

Со временем волнение первых дней притупилось. Кэмбел все это время гостил во дворце дяди — короля Ваира Акронского, ударившись в разгул и охотясь в горах. Но Аронд, зная скрытую хитрость и коварство гостя, все это время не смел расслабляться. Он понял, что не зря постоянно оставался на чеку, получив магический вестник от дяди, в котором тот оповещал о прибытии в академию Рахт короля северных земель Кэмбела. Уж очень заинтересовали короля маги-полукровки, и он захотел посмотреть на детей из низшего сословия, обладавших магией.

Смяв письмо, Аронд невольно выругался и отшвырнул его со злобой, обдумывая, как быть дальше. Оставалось лишь уповать на подвернувшуюся удачу и надеяться, что он успеет спрятать дочерей от въедливого колючего взгляда северянина.

Аронд стал составлять вестник Норгибу, в котором говорилось об обмене адептами между академиями, и заодно написал распоряжение проректору леди Сивилии о прибытии к ним новых учащихся и их размещении в комнатах.

Элерия и Айрин, ничего не зная о метаниях отца, пыхтя, перелазили через высокую каменную ограду магической академии Ривск. В честь начала нового учебного года ведьмочки устраивали небольшой шабаш и пригласили на него сестер.

Что такое пять метров высоты забора для рвущихся к приключениям душ двух девчушек? Ухватившись за тонкую лозу дикого винограда, обвивающего все ограждение, Элерия чуть не сорвалась. Пробурчав ругательство, она стала осторожно нащупывать ногой камни, выступающие острыми углами из общей кладки.

Осмотр академии Ривск ничего не дал, и Кэмбел рвал и метал. Он нутром чувствовал, что принцесса где-то рядом, но поиск не принес результатов. Мало того, когда он намекал на нестандартную внешность Эйлихан, все с удивлением смотрели на него, уверяя, что девушки с подобной внешностью никогда не видели.

Прогуливаясь в вечернее время по аллее опустевшей академии, Кэмбел обдумывал дальнейший поиск принцессы. Услышав пыхтение с обратной стороны каменой кладки забора, он остановился, решив посмотреть на ночных визитеров. Все что угодно надеялся он увидеть, но не симпатичное молоденькое личико девушки. Перекинув ногу через забор, она осторожно спускалась, цепляясь за лианы дикого винограда. За ней через забор перелезла другая девушка. Ее платье зацепилось за сухой сучок лианы, ткань затрещала, и девушка осыпала его бранью, заодно вспомнив каких-то зверюшек из низшего мира.

Первая девушка повисла на лиане примерно в метре над землей. Она спрыгнула и, подняв голову, замерла, уставившись на Кэмбела во все глаза.

Вторая проказница, спрыгнув примерно с двухметровой высоты, немного посидела, опираясь руками о землю, затем поднялась, отряхнула платье и лишь после этого подняла голову.

С прищуром осмотрев Кэмбела, она резко толкнула свою спутницу. Та, очнувшись, улыбнулась и ответила ей тем же. Изображая нос короля, она скрючила указательный палец, и обе зашлись в веселом смехе. Отсмеявшись, девушки ударили ладошками, закружились, словно ужаленные, и разбежались в разные стороны.

Их веселый смех взбесил Кэмбела. Сначала он бросился за одной, но быстро понял, что не догонит ее. Тогда он резко развернулся и побежал за другой, закипая от гнева. Еще никто так открыто не высмеивал его нос, тем более какие-то малолетние пигалицы. Знать бы еще, какая из них над ним надсмехалась? Впервые он видел столь схожих на лицо близнецов.

Поняв, что девушка сейчас от него ускользнет, он пустил ей вдогонку воздушный вихрь. После двух женитьб его магическая сила значительно увеличилась, и теперь он с легкостью пользовался ею. Кэмбел остановился, отдышался и перешел на медленный шаг. Подойдя к лежащей на земле девушке, с наслаждением в душе он поднял ее магией воздуха и закружил, с блаженством наблюдая за перекошенным от страха лицом.

Внезапно по спине Кэмбела прошлась когтистая лапа, и в глазах резко почернело от боли. Он упал и с криками забился в истерике от страха, но мгновенно затих, когда услышал возле своего горла грубое рычание.

Почувствовав, как острые клыки вонзились в его тело и обхватили затылок, Кэмбел чуть не потерял рассудок, мысленно уже прощаясь с жизнью. К счастью, к ним подбежала вторая девушка. Она подняла упавшую на землю сестру, отряхнула ее платье, осмотрела на наличие ран и ушибов и, повернувшись, строго приказала: «Буран, брось бяку!»

Схватившись за руки, девушки переглянулись, вновь зашлись в веселом смехе и, насмеявшись вдоволь, побежали прочь, не осознавая, что своим смехом разожгли еще больший гнев в душе короля.

Злобный захват клыков исчез, но Кэмбел все равно продолжал лежать не шевелясь. Услышав скрежет острых когтей по каменной кладке дорожки, он все же не вытерпел. Чуть приподняв голову, северянин наблюдал, как огромный белоснежный хищник удалялся прочь, нервно постукивая по земле своим пушистым хвостом с черной кисточкой на конце.

Неизвестно от чего больше кипел Кэмбел — от унижения или от кровоточащих болезненных ран на спине. Скрипя зубами, он ворвался в кабинет ректора академии и, шатаясь, заорал от гнева:

— Что творится в вашей академии⁈ Меня чуть не растерзал какой-то хищник!

Рухнув на пол, король потерял сознание от болевого шока и пришел в себя уже в целительской. Гнев то захватывал его разум, то отступал от новости, что в академии Ривск никакие девушки-близнецы не учатся.

Норгиб, услышав о нападении зверя на короля северных земель, сразу понял, чей фамильяр так потрепал незваного гостя. Один раз ему довелось видеть снежного красавца. И если учесть, что фамильяры нападают лишь в том случае, если жизням их хозяек угрожает опасность…

«Ох уж эти ведьмочки. И не сидится дома дочерям лорда Аронда, вечно встревают в какие-нибудь передряги. Придется пойти на хитрость — спрятать сестер от гневных глаз короля. Да и прибытие в академию профессора некромантии Сауэла Сальского как раз ко времени. Пусть почитает ведьмочкам несколько лекций по новой малоизученной магии. Что-то общее есть между черными делами ведьм и магией смерти».

Элерия и Айрин с еще семью ведьмочками прибыли в академию Ривск на следующий день после шабаша. Головы их нещадно болели после выпитого бокала вина. На вкус оно оказалось не очень, но отказаться они не могли, иначе ведьмы-старшекурсницы выгнали бы их с праздника, да еще вдогонку шлепнули бы по ним заклятьем неудачников. А неудач у Элерии и так хватало, поэтому пришлось выполнять все условия. Да, в принципе, кроме вина ничего интересного в этом шабаше и не было.

Практически все ведьмочки академии Ривск не спали в эту ночь в своих комнатах. Небольшими группками, крадясь в ночной темноте, никем не замеченные, они преодолели преграду в виде пятиметрового ограждения и бегом понеслись между ровными рядами виноградников к речушке, берущей свое начало высоко в горах и протекающей в ложбинке оврагов. После того, как к ним присоединились припозднившиеся сестры-близнецы, ведьмы разожгли костер. Старшекурсницы, раздевшись до сорочек, танцевали возле пылающего костра.

«Дуры! Знала бы — ни за что не пошла бы на этот шабаш. Можно подумать, очень интересно смотреть на их голые титьки… Вот и пришлось от безделья вместо одного фужера вина пригубить еще пару… Только Айрин об этом знать не надо. Она умной оказалась: положила голову ко мне на колени и уснула. Может, от пережитого недавно страха, а может, на нее так подействовал бокал вина. Надо же было так неудачно попасться этому кривоносому мужчине. Сколько лазали через забор в этом месте, никогда ни на кого не нарывались. Лишь бы отец не узнал, а то точно переселит нас из общежития в родовой замок, и тогда прощай, вольная жизнь. Хорошо, на неделю нашу группу отправили в академию Ривск, вот где развернусь».

Глаза Элерии хищно блеснули; сев на кровать, она попрыгала, проверяя матрас на мягкость.

— Слушай, Айрин, а здесь ничего… жить можно. Осталось только вещи по полкам раскидать, и можно будет — теперь уже на правах законных адептов — исследовать все лаборатории академии Ривск.

— Давай лучше завтра ознакомимся, а сегодня у меня что-то голова болит, и тело как-то ломит.

Подбежав к сестре, Элерия с тревогой заглянула в ее черные глаза и потрогала рукой ее бледное лицо и лоб.

— Жара не чувствуется, наоборот, ты какая-то вся холодная. Может, не выспалась? Ложись в постель.

Элерия бережно укрыла сестру одеялом.

— Лежи, отдыхай, а я схожу в столовую, ужин тебе принесу, — с заботой в голосе проговорила она.

Айрин быстро уснула, а Элерия, прежде чем выйти за едой, посидела рядом с ней еще немного: почему-то она боясь оставлять сестру одну.

К счастью, проснувшись вечером, Айрин чувствовала себя намного лучше. А еда так и вовсе подействовала на нее исцеляюще: на щеках вновь появился румянец, а в черных глазах вспыхивали искры веселья.

— Какие новости в академии Ривск?

— И почему ты так уверенна, что я знаю какие-то новости? — Скинув платье, Элерия надела ночную сорочку и с прищуром посмотрела на сестру.

Айрин звонко рассмеялась, обхватив сестру руками, и закружилась по комнате вместе с ней, выговаривая:

— Ты бы себя видела со стороны. Давай признавайся, что интересного узнала?

Элерия остановилась и с широко открытыми глазами стала возбужденно рассказывать сестре о том, что узнала.

— Ты представляешь… В академию Ривск приехал читать лекции некромант!

— Некромант⁈ — В удивлении захлопала своими черными ресницами Айрин.

— Не перебивай. Я сама не видела, но Эмка, ведьмочка с четвертого курса, всей академии растрепала, что увидела его и чуть от страха не померла. Говорит: бледный, словно мертвец, волосы длинные, черненные с белой прядью, а лицо три шрама пересекают. Видать, нежить его своей лапой зацепила, а может, какой мертвяк из могилы. Но это еще так себе новость, а вот главная — то, что он у нас будет лекции читать. «О жизни и преодолении страха смерти, и что кроется за ней на самом деле». А также будет доклад «О проклятиях и ритуалах с кровью». Помимо этого, пара занятий будут посвящены науке некромантии и помощи в переходе умершим в мир мертвых… Дальше дочитать не успела.

— Ты что, пробралась к некроманту в дом⁈ — Айрин схватила сестру за руки, замерев от трепетного страха.

Почувствовав ледяные пальцы сестры на своей руке, Элерия попыталась успокоить ее.

— Айрин, ну чего ты так переживаешь? Я как услышала о некроманте, так у меня все тело зачесалось от нетерпения, вот я и залезла через окно в его кабинет. Успела прочитать то, что было разложено на столе, а услышав приближающиеся шаги, быстро удрала. Не хотела тебе говорить, чтобы ты не волновалась, да вот проболталась.

— Элерия, а если бы он тебя поймал?

— Ну и чего бы он мне сделал? Да и вообще, я в кустах сидела, наблюдала за ним. И не такой уж он страшный, как Эмка рассказывала, и по возрасту не на много старше нашего брата. Так что, не бойся, сестренка. Лорд некромант завтра нашей группе будет лекцию читать.

Прыгнув на кровать, Элерия положила руки под голову и мечтательно уставилась в потолок. Айрин последовала ее примеру. Тело перестало знобить, но на лбу выступили капельки пота, и лицо обдало жаром.

Утро в академии Ривск ничем не отличалось от суматохи и беготни в академии Рахт. Широко зевнув, Элерия потерла глаза и прогнулась, выгибая спину, словно кошка, после долгого сна. Резво спрыгнув с кровати, она подбежала к спящей сестре и затормошила ее.

— Айрин… лежебока… Просыпайся, а то на занятия опоздаем.

Чмокнув сестру в щеку, она убежала в ванную. Айрин с неохотой разлепила тяжелые ресницы, медленно потянулась и отбросила в сторону одеяло. Встав с кровати, она откинула плотную штору, закрывавшую окно, и, вздохнув, улыбнулась новому дню. Вспомнив о том, что у них сегодня лекции по некромантии, девушка побежала в ванную в приподнятом настроении. Она не могла дождаться начала занятия: уж очень не терпелось увидеть белую прядь волос некроманта.

До обеда профессор Гургон читал лекцию по травоведению и, казалось, будто она длилась вечность. Элерия, изнывая от нетерпения, уронила на пол все предметы, находившиеся на ее столе, и чуть не протерла дырку в своей форме, ерзая на стуле.

Нетерпение сестры передалось и Айрин. По телу прокатывался нестерпимый зуд, а глаза периодически вспыхивали от непреодолимого желания увидеть некроманта. Но, в отличие от Элерии, Айрин сидела спокойно, словно она находилась на аудиенции у короля — с ровной, как отвесная скала, спиной и строгим, непроницаемым лицом. Она внимательно следила за лекцией и первой из группы смогла вспомнить, что болотный мох, который используют для приготовления приворотного зелья, называется губка жарги, за что удостоилась похвалы преподавателя. Профессор Гургон поблагодарил Айрин за рьяность к учебе и посоветовал всем ведьмочкам брать с нее пример.

Элерия осмотрела сестру с ног до головы и, толкнула ее в бок, шепнув: «С каких это пор ты стала прилежной адепткой?»

Прыснув со смеха, глядя на довольное и невозмутимое лицо сестры, Элерия в очередной раз уронила тетрадь для записей. Потянувшись за ней, она спряталась под столом, закрыв рот ладошкой в попытке заглушить рвущийся смех. Спас ее протяжный гонг, ознаменовавший окончание лекции и начало обеденного перерыва.

Айрин вытащила за руку сестру из-под стола и, бурча что-то неразборчивое, потянула ее в столовую.

— И чего ты ржешь, не понимаю? Слышала, что профессор Гургон посоветовал? Брать пример с меня.

Остановившись, обе сестры зашлись в веселом смехе. Затем, резко замолчав, посмотрели друг на друга и, вспомнив об объекте их сегодняшнего интереса, понеслись в столовую.

Зайдя в учебную аудиторию, Сауэл поразился тишине, царившей в ней. Ведьмочки, приглашенные на его лекцию, сидели за столами, замерев, и во все глаза наблюдали за ним.

«Для слушанья моих лекций на этой неделе Норгиб пригласил третьекурсниц из соседней академии Рахт. Но я предложил ему, чтобы мои лекции прослушали все будущие ведьмы. Занятия и лекции будут поучительными, и после них ни одна ведьма не захочет оказаться под землей, а уж тем более заживо кого-то хоронить».

Проходя через аудиторию, Сауэл не сразу понял, что с ним происходило. Каждый шаг давался с трудом. Сердце то бешено колотилось, то, резко замирало, после чего вновь начинало с трудом набирать ритмичный разбег, и его стук отдавался во всем теле глухими ударами. Подойдя к столу, Сауэл на несколько секунд закрыл глаза, пытаясь понять, что с ним. Его плечи поднимались от тяжелого дыхания, тело замерло в ожидании чего-то неведомого.

Немного успокоившись, некромант резко распахнул глаза. «Неужели приворот?» — промелькнуло у него в голове. Он осмотрел аудиторию и встретился взглядом с ведьмочкой, сидевшей за столом возле окна. Глаза ее поражали своей бездонной непроницаемой чернотой.

Сердце вновь глухо ударилось и быстро пустилось в пляс от вида восхищения, замершего на лице юной незнакомки. Уголки губ Сауэла едва приподнялись от внутренней душевной улыбки.

«Дурень старый… Придумал тоже… Приворот. Они же совсем еще юные, и больше половины из них сидят напуганные до смерти. Остальные напряжены, и лишь одна из них с восторгом смотрит на меня».

Вновь посмотрев на ведьмочку, он резко нахмурился, увидев рядом с ней точную ее копию. Первые мгновения Сауэл думал, что это какой-то розыгрыш, но по бойкому выражению лица второй девушки понял, что видит близнецов. До этого момента о таком явлении он только слышал, и вот надо же — довелось увидеть их вживую.

Осмотрев аудиторию веселым взглядом, профессор открыл два журнала успеваемости и стал знакомиться с ведьмочками. Сначала он ознакомился с адептками академии Ривск, затем — Рахт. Каждый раз, когда профессор называл новое имя, душа его замирала в нетерпеливом предвкушении знакомства и сокрушалась, когда вставала другая — не привлекшая его внимание — девушка.

— Адептка Элерия.

Ведьмочка в нетерпении подскочила со своего стула и, состроив рожицу, вновь села.

Из всей группы осталась последняя девушка, с которой он еще не познакомился.

«Айрин», — прочитал про себя Сауэл.

— Айрин, — почему-то глуховато произнес он.

Во рту пересохло, когда девушка плавно привстала со стула. Взмах ее длинных черных ресниц происходил слишком медленно. Взгляд темно-карих глаз притягивал волшебством своего чистого восторженного блеска. Из толстой тугой косы вылезло несколько волосков. Они опустились на лицо девушки, и профессору пришлось побороть яростное желание подхватить и заправить их за маленькое ушко ведьмочки.

Резкая боль на правом плече вывела Сауэла из романтического мечтания. Хранитель источника, отображенный на его теле в виде метки грифона, вновь наполнил ему о том, что он давно женат. Впервые недовольство магического защитника Сауэл испытал на себе двенадцать лет назад, пусть даже свою жену ни разу в глаза не видел.

Тогда родители подобрали Сауэлу достойную партию. Кто знает, как им это удалось, ведь после того, как в нем пробудился дар некроманта и каждый в Эйругском государстве узнал об этом, многие шарахались при виде юноши. Сауэл не стал перечить родителям: хотят, чтобы он связал себя узами брака, — пожалуйста. Но к леди Ар Ерской он ничего не испытывал. Его больше заботили новые знания о необычном даре. Он часами пропадал в публичных и академических библиотеках столицы и других городов, выискивая и изучая сведения о некромантии. Познакомился он с графиней лишь на званом ужине в честь их помолвки. Через полгода состоялась свадьба. И такого позора и шумихи не ожидал никто из их семьи. В семейной часовне, стоя у алтаря, служитель-духовник читал им скорбным голосом наставление о чести и семье. Затем он добавил в родовую венчальную чашу капли крови молодых людей. Его настроение резко сменилось, когда чашу не одарил своим благословением хранитель источника. Мало того, проявился разъяренный дух рода — Эргий Сальский.

— Я не потерплю двоеженства! — сквозь зубы гневно прорычал он.

И показал проявлением своей силы рода поверх фрака, надетого на Сауэле, сияние метки грифона, хранителя источника. А затем подхватил магией воздуха всех собравшихся в часовне — и гостей, и жениха с невестой — и вышвырнул за ее пределы, с грохотом заперев двери. Заваруха была отличной. Невеста заплакала, ее родители набросились с кулаками на родителей жениха, гости, поднявшись с земли, переглядываясь, притихли. А Сауэл размышлял только о том, когда он успел заполучить метку? Утихомирились визитеры только после того, как он сообщил, что мог поклясться магией смерти в том, что не знал, когда совершил таинство заключения брака, и в глаза не видел свою жену.

Прошло двенадцать лет. Его жена так и не объявилась. Искать ее Сауэл не стал: не хочет связывать свою судьбу со ним — ее право. Практически свободный от уз брака, он полностью погрузился в изучение новой магии. В свои тридцать два Сауэл уже имел статус профессора, побывал в двух академиях, расположенных на материке. А в этом году решил посетить академию Ривск, почитать лекции о некромантии и магии смерти. Он не подозревал о существовании еще одной академии — имени Рахт, расположенной практически рядом.

Разделяло две академии небольшое поле виноградников. И надо же такому случиться — первый урок у юных ведьмочек, и непонятно что творится с организмом. Вспомнив черную чистоту восторженных глаз Айрин, его душа сразу наполнилась непонятным волнующим чувством. Заглушив странные ощущения, Сауэл нахмурился, вновь отругал себя и принялся читать лекцию, стараясь меньше смотреть в сторону окна.

Взяв грифель, Сауэл, повернувшись к классу спиной, стал писать на доске тему обучения.

— Итак, дорогие адептки, тема сегодняшней лекции — «Жизнь и преодоление страха смерти, и что кроется за ней на самом деле».

Уголки губ Сауэла приподнялись, когда он услышал шуршание тетрадей и легкое царапанье перьев по бумажным листам. Не вытерпев внутреннего порыва, резко повернувшись, он бросил взгляд на сестер-близнецов.

Склонив головы, девушки записывали тему лекции, синхронно повторяя свои движения. Айрин, словно была отражением своей сестры, она в точности повторяла все ее действия, выводя буквы левой рукой.

— Каждый из вас, родившись на этот свет, еще не осмысливает и не подозревает о том, что существует другая составляющая жизни. Подрастая, бегая среди цветущих полей, улыбаясь лучам дневного светила или смотря на небосвод, вы живете мечтами. Пока вы молоды, полны сил и здоровья, вы не сильно задумываетесь о том, что там впереди. Не думаете о том, что за расцветом неизбежно придет увядание, и что известный спутник жизни — смерть. И лишь немногие из вас столкнулись с высокой ценой жизни — болью от понимания того, что мы смертны. Задайтесь вопросом: страшит ли вас смерть?

Элерию больше волновали шрамы на лице профессора, а не тема жизни и смерти. Подумав, что светлые головы ведьмочек, присутствовавших в учебной аудитории, солидарны с ней в познании именно этого вопроса, она не выдержала и громко спросила:

— А говорят, что некроманты свой дар получают после того, как умрут. Это правда?

Сауэл вздохнул. Во всех академиях одна и та же тема. Всем очень интересно знать, как и где он приобрел магию смерти и шрамы на лице. Правда, задают вопрос примерно на третьей лекции… Юных ведьмочек же распирает любопытство.

— Истину говорят.

— Так это ж получается, что вы умерли и стали некромантом?

Элерия, не замечая того, что привстала, с широко открытыми глазами застыла, не мигая, в ожидании ответа.

— Некромантом человек становится после физической смерти и осознания перехода в мир мертвых. Именно в чертогах смерти происходит инициация. После чего душа возвращается в мир живых. Очнувшись, человек понимает, что стал другим. Он словно живет между двумя мирами, являясь пограничником и проводником. Добавлю: некромантия является помощником перехода усопшим людям в мир мертвых. Она помогает душам освободиться от тяжести грехов, удерживающих их в этом мире, и спокойно уйти на перерождение. Надеюсь, я доходчиво ответил на ваш вопрос?

Ведьмочка выдохнула и, прищурившись, продолжила буравить Сауэла взглядом.

— Умерли… — произнесла она и плюхнулась на свое место, да с таким шумом, словно у нее подкосились ноги. Посидев немного, видно, переваривая информацию, она вновь быстро заморгала и потерла рукой лоб. — А шрамы на лице у вас от лап нежити?

Плечи Сауэла дернулись от смешка.

— Нет… От когтей существа из низшего мира.

У половины ведьмочек открылись рты от удивления. Одна лишь Айрин заморгала часто-часто, словно боролась с проступившей на глазах пеленой слез.

— А как же вы выжили? — немного отойдя от такой новости, продолжила вести свой допрос Элерия.

— Чтобы избежать лишних вопросов, рассажу, так и быть, что со мной произошло. Примерно в таком же возрасте, как и вы, я с группой адептов отправился на практику в одну из деревень. Было задание исследовать почву после очередного прорыва твари из низшего мира. Когда мы прибыли в деревню, нас поселили к одной очень дружелюбной ведьме. На третий день она напоила меня и еще четверых адептов сонным зельем и похоронила нас в саду возле дома. У ведьмы жил питомец из нижнего мира, ему она и хотела нас скормить. Я был первым, до кого добралась тварь. Острые когти прошлись по моему лицу и телу, и я очнулся от боли. Первое, что я сделал, запустил огненным магическим шаром по существу. От ожогов оно озверело и разорвало ведьму. Затем попыталось наброситься на меня, но я успокоил его, ударив магией смерти и подняв пласт земли с расположенных рядом могил с телами адептов. К счастью, они все выжили.

— А говорят, после ран тварей из низшего мира мало кто выживает. Как же вы выжили? Неужели благодаря магии смерти?

— Меня спас ведьмак. Я потерял сознание, не успев доехать до своего замка. Он же случайно наткнулся на меня, и, к счастью, у него были средства для лечения подобных ран. Надеюсь, я удовлетворил ваше любопытство и теперь могу продолжить читать лекцию о магии смерти?

К удивлению Сауэла, ведьмочки больше вопросов не задавали. Метка грифона тоже не доставляла неудобств, и поэтому время, отведенное на чтение лекций, пролетело очень быстро. После занятий Сауэл отправился в предоставленный ему дом — один из тех, которые построили специально для преподавательского состава. Обставлены комнаты были скромно, с минимальным комфортом, но Сауэл радовался и этому. Ему достаточно было того, что здесь он мог уединиться и отдохнуть. Войдя в кабинет, Сауэл встал у окна и, откинув легкую штору, бросил взгляд на видневшиеся вдалеке горы.

Ривское государство отличалось от всех остальных государств красотами природы и мягким теплым климатом. А еще двумя очаровательными ведьмочками-близнецами. При взгляде на одну из них почему-то замирало дыхание, и на душе разливалась теплота и спокойствие…

Сауэл решил оставить лекции на потом, заменив доклад о проклятиях и ритуалах с кровью на практическое занятие. Один из учебных корпусов уже был подготовлен и перестроен под наглядное пособие — пара рядов могил и подобающая атмосфера ночи со звездным небом. И все благодаря артефактам иллюзии, которые надолго отобьют желание молоденьким ведьмочкам, бегать по кладбищам.

Пока Сауэл обдумывал план завтрашнего дня, Айрин и Элерия сбегали в столовую и, вернувшись в комнату, разлеглись на кроватях. Засунув руки под голову, они уставились в потолок.

— А он совершенно не страшный, и глаза у него добрые. — Повернувшись на бок, Айрин положила голову на свою руку и посмотрела на сестру.

Элерия последовала ее примеру. Поерзав, устраивая голову на своей ладони, она вздохнула, сразу поняв, о ком говорила сестра.

— Он, может, и не страшный, но вот когда я смотрю на его шрамы, то передергиваюсь. Ты вот можешь представить, как лежишь под землей? — Элерия привстала, чтобы лучше видеть сестру.

Айрин передернула плечами.

— Не знаю, но как-то страшно… Там ведь холодно и сыро.

— Да ну тебя! С тобой же поговорить ни о чем нельзя! Как ты будешь чувствовать сырость, когда помрешь⁈ Бр-р-р… Что-то мы не о том говорим, давай лучше разденемся да спать ляжем.

Ведьмочки-третьекурсницы уже не боялись Сауэла. Они облепили его со всех сторон, внимательно слушая.

— Сегодня у нас с вами практическое занятие, и проведем мы его на кладбище. Сейчас я открою портал, и вы по одной войдете в него. После того, как мы все вместе соберемся у древних могил, я продолжу лекцию.

Первым в портал шагнула Элерия, за ней Айрин, а следом все остальные. Сауэл завершил процессию. Оказавшись в полумраке помещения, он обвел глазами адепток. Напуганные ведьмочки жались друг к другу, смотря на старый погост.

Сидевшая на одном из покосившихся столбов ворона каркнула и, взмахнув крыльями, улетела в ночную мглу. Едва заметный ветерок шевелил листву на небольших кустах. От невысокой травы и земли веяло холодом и сыростью.

«Прекрасная иллюзия, — подумал Сауэл. — Если бы не сам заказывал артефакты, то, очутившись здесь, сам бы поверил в реальность увиденной картины».

— Итак, дорогие ведьмочки, каждая из вас после окончания академии отправится по своему жизненному пути. Какой он будет — решать только вам, но каждая из вас встретится с хитростью и жадностью людей. К вам будут приходить с просьбами — и порой не очень чистыми.

Возьмем пример — приворот. Казалось бы, чего страшного? Сварил зелье, получил за него плату и продолжай жить дальше, творя зло. Почему зло? Да потому что вы ломаете волю человека, заставляете его пойти против своих истинных чувств. Что происходит со временем с таким человеком? Он медленно умирает. Его сжигает собственное внутреннее противоречие. Тело рвется к любимому или любимой, а душа стонет от неприязни, хотя привороженный человек этого не чувствует. Живут такие люди не долго, а когда умирают, для них открываются все тайны их прожитой жизни. Их души не могут уйти на перерождение. Стремясь отомстить, их бестелесные духи летают над своими обидчиками. Бывает и хуже. Обезумев, душа возвращается в свое мертвое тело. Мертвец вылезает из могилы, для того чтобы мстить. Но так как от тела порой мало что остается, в связи с физиологическими процессами, мертвец убивает всех без разбора, потому что уже не может мыслить.

Сейчас мы как раз находимся на кладбище, на котором я упокоил одну такую бесноватую душу. Так как у ведьм много разных заказов, а некоторые зелья требуют добавления в них трав, сорванных лишь на кладбище в ночное время, то мы сейчас пройдемся по нему, и вы мне покажете и расскажете о тех травах, которые знаете, а я дополню ваши знания.

Сауэл сделал несколько шагов, но, поняв, что идет один, остановился. Повернувшись, он посмотрел на ведьмочек. Ему показалось, что они пытались слиться воедино, лишь иногда выталкивая из общей массы на съедение нежити самую ненужную, по их мнению, сестру по магии.

— Адептки, чего вы так боитесь? Кладбище для вас должно стать вторым домом.

После этих слов будущие ведьмы дружно сделали шаг назад. Их лица, охваченные страхом, напоминали лики покойников. Сауэл порадовался, что они не смотрели друг на друга, вспомнив, как ведьмочки в Рангвурской академии чуть не поубивали друг друга, правда, не магией, а ногтями и зубами. Зрелище в целительском крыле было то еще! А желающие поглазеть умудрялись аж сквозь стены пролезть.

— Неужели испугались могил⁈ — Сауэл был неумолим в своем стремлении преподать ведьмочкам этот, возможно, и болезненный, но жизненно важный урок.

Его вопрос был встречен гробовым молчанием. Девушки не решались признаться вслух в собственных страхах, но их испуг выдавали тревожные, беглые взгляды.

— Хорошо. Раз вы все так боитесь, сейчас я обучу вас одному заклинанию по успокоению нежити. Вы же не хотите быть растерзанными?

Девушки ответили дружным молчаливым киванием.

— Тогда для наглядности я подниму труп одного из захороненных и на ваших глазах проведу его успокоение. Постарайтесь запомнить это заклинание. И помните: рано или поздно, но вам придется привыкнуть к тому, что вы сейчас увидите.

Айрин намертво вцепилась в руку сестры, когда земля на одной из могил зашевелилась. Сначала показалась одна рука, за ней другая, а следом голова рычавшего мертвяка.

«Надо отдать должное ведьмочкам-третьекурсницам академий Ривск и Рахт, — промелькнуло в голове у Сауэла. — Они и с места не сдвинулись, в отличие от ведьм академии Рангвург».

— Оргашин, перл захр гаршан, — проговорил Сауэл. Мертвец от его слов дернулся и осыпался прахом. — Вот видите, ничего страшного. Простейшее заклинание — и угроза вашей смерти миновала. А теперь повторяйте все за мной: оргашин, перл захр гаршан.

— Оргашин, перл захр гаршан, — едва слышно проговорили несколько девушек. Их пример подхватили все остальные, и уже вскоре их голоса слились в дружное складное произношение заклинания.

— А теперь главное. Те из вас, кто сумеет успокоить мертвеца, получат «отлично» за сегодняшнее занятие. От вас многого не требуется. Я заклинанием вызываю мертвеца — вы идете через кладбище и по пути развеиваете нежить. Затем спокойно покидаете кладбище через портал, находящийся на той стороне погоста. Итак, есть желающие покинуть это место первыми?

К удивлению Сауэла, вышли сразу пять адепток. Ведьмочки с легкостью справились с заданием и скрылись в портале. Их пример был очень заразителен, и за ними ринулись сдавать зачет и остальные. Предпоследней с заданием справилась Элерия. Остановившись у арки портала, она с тревогой посмотрела на сестру, но Сауэл приказал ей покинуть учебное место.

Напуганная Айрин во все глаза смотрела на профессора.

— Не бойтесь, адептка Айрин. Заклинание успокоения нежити произнесли уже двадцать пять раз. Оно должно без запинки слететь с ваших губ.

Айрин тяжело сглотнула, сделала робкий, неуверенный шаг, за ним другой. Пройдя примерно до середины кладбища, она остановилась, увидев шевеление рядом со своими ногами.

К огорчению Сауэла, это был не мертвец, а всего лишь осыпание грунта, но ведьмочка об этом не знала. Она обмерла от испуга, наблюдая за своим медленным погружением под землю.

Выругавшись, некромант бросился к Айрин и успел поймать ее в самый последний момент, когда она уже практически полностью ушла под рыхлые слои песка. Схватив девушку за руку, он потянул ее и ловко вытащил наружу.

Сауэл не успел ничего ей объяснить, как вдруг она в одно мгновение повисла на нем, обхватив его талию ногами, а шею — руками. Попытка оторвать ее от себя ни к чему не привела — ведьмочка лишь крепче вцепилась в него. Сауэл не мог появиться с ведьмочкой в обнимку перед преподавателями и адептами академии. Пришлось активировать портал в свой кабинет и там приводить Айрин в чувство.

«И надо же было такому случиться!» От досады Сауэл сжал хрупкое тело девушки и сел на диван, давая возможность успокоиться и ей, и себе. Для удобства ему пришлось поддерживать девушку, обняв ее руками.

Они довольно-таки долго просидели в обнимку. Уткнувшись в его волосы лицом, Айрин мирно посапывала. Стоило ему лишь попытаться высвободиться из объятий девушки, она еще сильнее прижималась к нему. Вдыхая тонкий, едва уловимый запах персика, идущий от волос ведьмочки, Сауэл замер в блаженной истоме. На душе мужчины было легко и спокойно, словно он нашел то, что так давно потерял. Выпускать Айрин из своих рук совершенно не хотелось, но и оставить ее у себя он не мог, да и сестра девушки уже наверняка вся извелась от незнания, куда пропала ее близняшка.

— Айрин, — уткнувшись ей в волосы, прошептал Сауэл. — Айрин, просыпайся, тебя Элерия уже заждалась.

Имя сестры подействовало, но не настолько, чтобы девушка слезла с его рук.

— Айрин, ты боишься? — спросил он и сразу встретился с чернотой ее глаз.

Их лица обдавало едва уловимое обоюдное дыхание; губы едва не касались друг друга, настолько близко они находились. Сауэл не понимал, как поборол в себе желание испробовать их на вкус и нежность.

— Айрин, я расскажу кое-что только тебе, а ты пообещай, что никому не расскажешь… —некромант замолк в ожидании. Дождавшись утвердительного кивка, он продолжил: — Мы все сегодня были не на кладбище, а на учебном полигоне, только с профессиональной иллюзией. Неужели я бы повел таких красивых девушек на настоящее кладбище⁈ Таких, как вы, только на свидание приглашать. Хотя на свидание еще рано — вам, наверное, и пятнадцати еще нет.

— Нам уже по шестнадцать! — возмущенно ответила Айрин, но слезать с рук некроманта не спешила.

— Тем более… Уже, наверно, влюблена в какого-нибудь юношу?

— Еще чего… Ни в кого я не влюблена!

Сауэл вздохнул с облегчением и улыбнулся.

— Айрин, тебе нужно возвращаться в общежитие.

Лучше бы он этого не говорил! Девушка вновь прильнула к нему намертво. Вспомнив об одной вещичке у себя в кармане, Сауэл обрадовался внезапно пришедшей идее.

— Айрин, а давай я тебе колечко-артефакт подарю?

Слово «колечко», как и ожидал Сауэл, подействовало волшебно. Девушка отстранилась от него, осматриваясь по сторонам.

— Айрин, ты не могла бы сесть рядом на диван? А я достану из кармана подарок для тебя.

Ведьмочка без разговоров выпустила Сауэла из крепких объятий и села рядом в ожидании. Она внимательно наблюдала за всеми действиями профессора. При виде тонкого ободка колечка ее глаза блеснули любопытством.

Положив колечко в руку ведьмочке, Сауэл сжал ее пальцы и улыбнулся.

— С помощью этого колечка ты сможешь в любое время появиться возле меня. Просто надень его на палец.

Айрин разжала ладонь. Она долго изучала артефакт, но почему-то занервничав, протянула его назад. Сауэл испугался, что сейчас ему придется еще и утихомиривать речной поток слез, поэтому поспешил ее успокоить.

— Айрин, имея это колечко, ты сможешь не бояться нежити, ведь ты в любое время сможешь от нее скрыться.

Сауэл понимал, что говорил полную чушь, но не знал, как еще мог выпроводить испуганную адептку, поэтому выкручивался как мог. Он умолчал и о том, что кольцо можно было использовать лишь один раз, но ведь оно могло вообще никогда не понадобиться: девушка вернется к себе в общежитие, успокоится и заживет обычной жизнью.

— Так что, согласна?

Айрин качнула головой и, вздохнув, встала с дивана.

— Я тогда пойду.

— Я провожу тебя до твоей комнаты. И, Айрин… помни о нашем уговоре.

Элерия, увидев сестру, бросилась ее обнимать, приговаривая:

— Айрин… Айрин… Где ты была все это время? Как я рада, что с тобой ничего не случилось.

Девушка заговорщицки улыбнулась профессору, дав ему понять, что не проговорится об артефактах иллюзии.

Когда некромант ушел, Элерия, видя, что Айрин не торопилась отвечать на ее вопросы, повела близняшку в столовую. Но аппетита у сестры явно не было. Она вяло ковыряла вилкой по тарелке, выпив лишь стакан морса.

Вернувшись в комнату, сестры решили лечь спать. Обе чувствовали себя измотанными: день выдался богатым на впечатления. Элерия легла на кровать, укрылась одеялом, широко зевнула и посмотрела на стоявшую возле кровати сестру.

— Слушай, Айрин, я что-то не пойму, где ты столько времени пропадала?

Худенькие покатые плечи сестры поднялись от тяжкого вздоха.

— Давай, я тебе завтра все расскажу. Сил нет сейчас заново все вспоминать, да и опять ломота во всем теле.

— Тогда укладывайся спать. Завтра у нас опять лекции у некроманта. А он и правда не страшный, а когда улыбается, даже красивый, и шрамы его совсем не портят. А ты как к нему относишься?

Элерия заснула, не дождавшись ответа, но вскоре ее вырвали из сновидений пропитанные болью стоны сестры.

— Айрин! — воскликнула она и, подбежав к ее кровати, замерла с широко открытыми глазами.

Волосы на голове сестры стали серебристо-белыми, а на ее лицо то наползала, то исчезала маска незнакомки. Элерию начала колотить дрожь. Вспомнив о наказе отца, она хотела уже побежать к своей тумбочке, чтобы взять кольцо-артефакт, но, увидев кольцо на тумбочке Айрин, схватила его и надела ей на палец.

Желтый свет портала ослепил Элерию, и она мгновенно зажмурилась, а когда распахнула ресницы, сестры на кровати не оказалось.