Неразрывная цепь

Пролог

За тридцать с лишним лет работы в пилотируемой космической программе мне довелось встречаться и работать с самыми разными людьми. Инженеры и менеджеры, астронавты и техники, учёные и канцеляристы. Моё положение в огромной программной инфраструктуре было таким, что я общался буквально со всеми — от школьников до руководителей бизнеса и политиков. Я объездил весь мир и разговаривал с людьми на пяти континентах.

Довольно скоро я понял: большинство людей знает о нашей космической программе лишь то, что им показали по телевизору, в кино или написали в газетах и журналах. Эти краткие отчёты создавали впечатление, что для полёта человека на Луну достаточно космического корабля, большой ракеты и нескольких астронавтов. Я всегда считал, что наша приверженность космическим полётам — это дело долгосрочное, и людям нужно лучше понимать происходящее, чтобы найти своё место в том грандиозном приключении, которое мы начали.

Я понял, что мне нужно найти способ объяснить программу так, чтобы это было понятно студентам, учителям, бизнесменам, мастерам, домохозяйкам и общественным деятелям. Вот тогда мне и пришла в голову идея цепи.

Наша космическая программа всегда была куда больше, чем группа инженеров в белых халатах и лихие лётчики-испытатели. На самом деле в нашей пилотируемой программе с давних пор участвовали десятки тысяч людей — каждый из них звено в моей воображаемой цепи. Чтобы выполнить хотя бы одну успешную миссию, каждое звено должно работать в жёстких допусках. Отказ одного звена легко может погубить всю миссию. Блестящая история успехов, которую мы наблюдаем последние сорок лет, — свидетельство прочности и гибкости этой цепи из людей.

Раз уж мы договорились считать нашу космическую программу аналогом цепи, удобнее всего анализировать её по секциям. Секцией может быть двигатель, система наведения, радарная станция, космический корабль, стартовый комплекс, тренажёрный центр, компьютерная система слежения, научная исследовательская группа или конструкторская команда. Разные секции находятся в ведении разных организаций — центров НАСА, частных подрядчиков, военных структур, университетских аналитических групп. Каждая секция должна чётко стыковаться с соседними. На всём пути они подвергаются непрерывным проверкам — на дефекты, на соответствие требованиям безопасности. Бесконечная, казалось бы, череда «испытаний на стыковку» гарантирует, что целостность цепи не нарушена. Если одно звено выходит из строя, вся цепь становится бесполезной, пока это звено не починят или не заменят. Разнообразие навыков и знаний, необходимых для того, чтобы отправить одного человека в космос, — это просто не укладывается в голове.

Первая секция — это, по всей видимости, штаб-квартира НАСА в Вашингтоне и Конгресс Соединённых Штатов. Именно здесь определяются цели программы. По мере добавления новых секций цепь буквально расползается по всей планете. Каждый день число соединённых звеньев растёт — до тех пор, пока ракета с полезной нагрузкой не достигает стартового стола. Это последнее место, где неисправные звенья ещё можно легко починить. После старта исправить ошибки становится крайне трудно — а порой и невозможно. Экипаж может устранить некоторые неполадки, наземные службы могут попытаться скорректировать отдельные проблемы. Но заранее разработанные правила полёта — задолго до того, как корабль покидает стартовый стол, — определяют, что делать. Устраняются неисправности, оцениваются последствия, и миссия либо продолжается, либо прерывается. Когда полёт прерывают — значит, одно или несколько звеньев в нашей цепи не выдержали.

Газеты, журналы, телепередачи и кино нередко пытаются показать «самое важное» звено цепи. Они могут создать впечатление, что миссия удалась благодаря мгновенной реакции руководителей полёта или астронавта, перешедшего в последний момент на ручное управление. Но в действительности успех миссии в равной мере зависит и от операторов, успешно состыковавших корабль с носителем, и от техников, успешно заправивших ракету тысячами килограммов опасных химических веществ. На каждого, кто оказался в свете прожекторов, — тысяча других, кто помог ему выполнить его работу.

Есть ли в цепи звенья важнее других? Попробуйте потянуть цепь с надломленным или отсутствующим звеном. Она обречена оборваться. В конечном счёте успех нередко обеспечивает самое маленькое и, казалось бы, самое незначительное звено. Каждый должен справляться с работой. В цепи незначительных нет.

На следующих страницах я постараюсь рассказать о победах и поражениях, которые мы пережили, учась отправлять людей в космос. Мне повезло стать частью фантастического приключения, где было и множество побед, и множество ошибок. Тридцать лет я был звеном цепи, которая началась в чертёжных мастерских и дотянулась до Луны. Вот как я помню эти годы.

Гюнтер Вендт — Флорида, 2001