— Выйди, — цедит сквозь зубы Амир, а я пораженно перевожу глаза на Эльмиру. Она даже не красная. Просто безжизненная сейчас.
— Что… что ты творишь? Ты не в себе, да? — спрашиваю, наконец, выкручиваясь из его объятий…
Как такое возможно? Это он сейчас жену свою просто взял и выставил за то, что она зашла не в подходящий момент к сыну? Когда муженек зажимал в углу няньку? Хочется истерично хохотать, глядя им всем в лицо.
— Не буду вас отвлекать, — говорит бесцветным голосом Эльмира, — Мария я вообще-то к Вам. Хотела передать, что Галина все-таки решила прийти на работу и через полчаса уже будет. С учетом всего произошедшего сегодня, думаю, Вы заслужили отгул даже несмотря на то, что наше время подходит к концу. Так что можете ехать в город.
Она разворачивается с идеально ровной спиной и выходит обратно, словно бы неживая.
Я смотрю на Амира.
— Один вопрос только. Вы все сумасшедшие? — стараюсь говорить тихо из-за ребенка, но голос все равно срывается, — что вообще происходит в этом чертовом доме и как тут вообще можно вырасти нормальным ребенком?!
Не выдерживаю, эмоции захлестывают.
— Ты при ней меня тискал, Амир! И она это просто съела?! Что это вообще такое?!
Он поднимает на меня полностью, как кажется, протрезвевший взгляд.
— Я тебе объяснял уже много-много раз, Маша. А ты упорно не слышишь. Нет ни хера никакой семьи, — смотрит сейчас так тяжело, что придавливает грудь, — мы играем свои роли. Точка. Нет ничего. Ни секса, ни дружбы, ни взаимопонимания. Только расчет. Да и он уже условный. Я давно вытянул бизнес из задницы и давно уже ни от кого не завишу. Теперь уже они все от меня зависят. И она, и ее братец, и вся их семейка, — сжимает в этот момент со всей силы руку в кулак, — как родителей не стало, последнее желание сохранять этот фарс пропало…
— Но сохраняешь… — отвечаю, отворачиваясь к окну и пытаясь переварить очередное его откровение, которое сейчас предстало перед моими глазами.
— Ради Артура, — говорит он и подходит к ребенку, — Пацан ни в чем не виноват… Эта сука начнет меня им шантажировать, судиться… Ты ж видишь, какая она мать… Кто от этого выиграет? Явно не он… Это та война, в которой не будет победителей…
— Ты унижаешь её. В чем она виновата, Амир? — продолжаю говорить то, что у меня в голове. Хватит уже политесов, — в том, что ты женился на кошельке ее отца? Почему вообще, мужчины, вы жалеете только себя? Хорошо, ты живешь с нелюбимой, а с чего ты вообще взял, что и она была счастлива идти за тебя?! Эти твои гульки с женщинами… Я слышала, как она кричала, как ты выходил в свет с женщиной, позорил её.
Амир пренебрежительно отмахивается рукой.
— Не было никакой женщины, Маша. Она говорила про мою помощницу, которая и правда часто меня сопровождает. Между нами ничего нет и быть не может- она женщина моего близкого друга и они скоро поженятся. Просто у Эльмиры все на публику. Её совершенно не трогает, что я буду трахать новых баб хоть каждый вечер, главное, чтобы это было шито-крыто. Всё для показухи, не поняла еще? Именно потому ничего ни хрена и не получилось. Сначала я верил, что мы хотя бы сможем построить союз, партию, группу по взаимным интересам. По факту мы не создали даже пустоту. Знаешь, кто мы? Сервиз на кухне, который стоит в серванте… Так что да, ревности у нее нет.
— А если она погуляет от тебя? — пытаюсь уколоть его за живое, триггерное.
Он переводит на меня совершенно сухой взгляд.
— Смешнее всего, что и это ей не нужно. Не потому, что она блюдет верность. Потому что фригидная сука. Холодная, расчетливая, равнодушная ко всему человеческому, кроме бабла. Ты видела, как она к сыну относится? Откуда там чувства, Маша? Давно все мертво…
В дверь осторожно постучались и на пороге появилась Галина. Вид у нее не было болезненный, но уж точно уставший. Уж и не знаю, возможно, она просто юлила и отлынивала от работы… Сейчас не до этого.
Она оглядела нас удивленным взглядом, но сил что-то ей объяснять не было.
Я пожелала хорошего дежурства, скорейшего выздоровления и быстро ретировалась.
Амир подловил меня уже на выходе.
— Я тебя отвезу.
— Нет, — твердо произнесла я, — такси уже подъезжает...
И все равно, он поперся за мной и усадил меня в машину, сунув купюру водителю. Попыталась закрыть дверь, но он не дал.
— Маш, я завтра позвоню или заеду. Будь в городе, пожалуйста. Нужно поговорить об Артуре.
Лишь выдохнула. Как же я мечтала избавиться от этой семейки… Как же мечтала оказаться от него подальше…
Амир назвал мой адрес, вернее, адрес Лизки, а мое сердце ушло в пятки. Помнит… И наверняка при желании будет искать меня именно там… Нельзя, чтобы он что-то заподозрил…
Пока ехала, набрала подруге, улетевшей со своим меценатом на Мальдивы. Квартира была свободной… Мне так и так нужно было приехать и полить цветы…
Решено- при всем соблазне, перекантуюсь этот день в городе, чтобы не вызвать его подозрения… А там посмотрим… Мысль о том, что могла выкаблучить Эльмира, не выходила из головы. Я ведь слышала только версию Амира относительно всего происходящего. Бьюсь об заклад, ее правда жизни не менее убедительная…
Не успела я сосредоточиться на этой мысли, как телефон в кармане плаща завибрировал.
Посмотрела на экран и замерла. Эльмира…
— Еще раз здравствуйте, Маша, — услышала ее снова отстраненный и высокомерный голос, словно бы и не было всей этой унизительной для нее сцены.
— Вы смогли бы завтра подъехать на чашку кофе в центр? Часов в одиннадцать утра?
_______
Девочки, следующая прода в среду.