Обычная жизнь Хикикомори

Глава 24 Вызов принят

Первая линия неуверенная и дрожащая. Вторая — чуть смелее. Я начал набрасывать сцену из начала Главы 2.

Крупный план руки Джекса, сжатой в дрожащий кулак. Без цифровых инструментов приходилось фокусироваться на сути и не обращать внимания на все остальное. На передаче дрожи линией. На фактуре кожи штриховкой. На капле крови темным пятном мягкого графита.

Сначала было неловко. Линии ложились криво, ластик оставлял грязные разводы. Я забыл, как это — рисовать без гаджетов, без Ctrl+Z… Но постепенно что-то получалось. Тактильные ощущение были приятными. Шероховатость бумаги под пальцем. Запах графита и древесины карандаша. Мозг переключился с тоски по планшету на процесс. На то, чтобы вдохнуть жизнь в Джекса здесь и сейчас, на грубом листе бумаги.

Я рисовал Рэй, выглядывающую из-за угла. Ее глаза — большие, полные шока и научного азарта. Без цифровых кистей пришлось выкручиваться штриховкой, передавая блеск в глазах точками бликов. Это было сложнее. Медленнее. Каждая линия требовала сосредоточения.

Я убил на это почти весь день. Страница скетчбука заполнилась черно-белыми набросками ключевых панелей второй главы. Они были грубыми, далекими от идеала, но живыми. И главное — они были перенесены из воображение на что-то осязаемое. Физическое доказательство, что история не стоит на месте, даже в ожидании планшета.

Вечерний звонок Кимико застал меня за штриховкой фона за спиной Рэй.

— Кайто-кун! Привет! — ее голос, как всегда, был бодрым лучом света — Чем занимался весь этот долгий день? Не сошел с ума от безделья?

Я отложил карандаш, с наслаждением потянулся, спина затекла.

— Привет, Кимико-тян. Нет, не сошел — улыбнулся я, глядя на заполненный набросками лист — Ждал… Ну, точнее, готовился к завтра. Планшет должен приехать. А пока делал скетчи. На бумаге. Для второй главы и третьей глав.

— О, правда? Здорово! — искренне обрадовалась она. Потом пауза — А планы на завтра? Будешь… ждать курьера и рисовать заново?

В ее голосе то же легкое, едва уловимое недоумение, как будто я собирался весь день наблюдать за ростом грибов.

— Да — подтвердил я — Встречу курьера, установлю драйвера, скачаю кисти и расширения… И буду рисовать. Это моя работа.

— Просто… Я не представляю — честно призналась она — Весь день, каждый день, сидеть дома и творить… Это же так… необычно. Не скучно? Не одиноко?

Я посмотрел на свои бумажные наброски. На Джекса и Рэй, рожденных из графита и пожал плечами сам себе.

— Я привык — сказал я просто — И это не так уж отличается от дня обычного работающего японца, правда? Основную часть дня занимает работа. Потом обед. Затем пару перерывов на кофе. Под вечер — немного развлечений: игры, аниме, манга… Разве не так у всех людей жизнь работает?

— Хм… — она задумалась — Ну, когда ты так говоришь… Да, пожалуй. Просто работа у тебя… Очень необычная. И очень… Изолированная.

— Зато я сам себе начальник — пошутил я и она рассмеялась.

Тишина в трубке была теплой.

— Слушай, Кайто-кун… — начала она чуть тише, с той самой ноткой застенчивости — Я тут подумала… Может, как-нибудь повторим обед с суши? У тебя дома? Мне… Мне было очень приятно. Я бы хотела посомтреть как ты работаешь, это интересно.

Шок. Потом волна тепла, смывающая остатки дневной фрустрации. Она хочет прийти снова! Ничего не отпугнуло ее от меня!

— Д-да! — выпалил я, слишком громко и быстро — Конечно! Очень хочу! Какой день тебе удобен?

Четверг. Через четыре дня. Договорились и разговор закончился. После звонка я сидел с глупой улыбкой, глядя на бумажные скетчи. Предвкушение свидания смешивалось с предвкушением завтрашнего планшета. Двойной заряд.

Я аккуратно закрыл скетчбук. Наброски были готовы. Завтра, когда приедет планшет, мне нужно будет только сверяться с ними и рисовать чистовую работу. Довольный, я убрал карандаши.

Лежа в постели, я смотрел в темноту. В памяти всплывали ее слова, ее смех. Перед глазами стояли бумажные Джекс и Рэй — грубые, но полные потенциала.

Я уснул с ощущением, что даже в ожидании, даже на бумаге, мир движется вперед.

Сон был беспокойным и прерывистым. Я просыпался каждые пару часов, впиваясь взглядом в потолок, прислушиваясь к тишине квартиры, которая казалась громче обычного.

Когда будильник прозвенел, я сорвался с кровати быстрее, чем когда-либо. Сердце колотилось, предвкушение смешивалось с остатками ночной тревоги. Планшет. Скоро он будет здесь. Сегодня. Я повторял это как мантру, пока делал кофе крепкий, и сахара побольше чтобы взбодриться.

С кружкой подошел к окну. Утро было ясным и солнечным. И там, внизу, как живой символ нового дня и новых привычек, уже работал Бутэ. Он усердно подметал тротуар у соседнего подъезда, его оранжевая жилетка ярко выделялась на фоне серого асфальта.

Он поднял голову, будто почувствовал мой взгляд. Увидел меня. Широко улыбнулся своей новой, трезвой улыбкой и помахал метлой. Я автоматически помахал в ответ кружкой. Простой жест. Приветствие. Знак того, что я здесь, что я часть этого утра, пусть и за стеклом.

И тут мой желудок предательски заурчал. Громко и настойчиво. Еда. Да, черт возьми, я забыл поесть вчера вечером, увлекшись скетчами и разговором с Кимико. Настроение слегка померкло. Я открыл холодильник. Пустота смотрела на меня с единственной полки. Пачка масла с истекшим сроком годности, полбанки старого майонеза и бутылка соевого соуса. В шкафах пустые пачки от лапши быстрого приготовления, пачка риса, и наполовину съеденные крекеры. Ничего готового. Ничего быстрого.

Взял крекеры и пошел хрустреть. Хотя бы что-то.

Легкая волна страха. Я схватил телефон, открыл банковское приложение. Моя карта была привязана к папиному счету — мне ведь еще нет восемнадцати.

Баланс высветился холодными цифрами. 4200 йен. Остатки после покупки планшета.

В последние дни… Дни страха перед Синдзи, дни погружения в мангу, дни ожидания и рисования скетчей… Они украли время. Время, которое я должен был потратить на рисование персонажей для аукциона. На свой заработок. А я потратил его на историю, которая, возможно, никому не будет нужна. И теперь я еще и два дня ничего не продавал и не рисовал. А новый планшет съел львиную долю оставшихся денег.

Холодный страх, знакомый и липкий, пополз по спине. Деньги на исходе. Еды нет. Что делать?

Режим экономии. Скромная еда раз в день. Рис и немного рыбы. Все. Главное — дождаться планшета. Начать работать и продавать арты. Тогда все наладится. Надо просто пережить это время. Эти голодные день ожидания.

Я заварил еще одну кружку кофе. Голод временно притих, придавленный кофеином и адреналином ожидания. Время снова поползло со скоростью улитки. Я пытался читать, смотреть что-то — бесполезно. Каждая минута была наполнена прислушиванием к подъезду.

В 9:48 сердце заколотилось сильнее. Уже вот-вот. Они обычно с десяти начинают работать…

Тук-тук-тук!

Стук в дверь прозвучал как спасение. Я рванул к двери, забыв про все, сразу открыл.

Курьер. Синяя униформа, усталое лицо, а в руках… ОНА. Картонная коробка. Скромная, невзрачная, но для меня — священный Грааль.

— Кайто… сан, верно? — переспросил он, сверяясь с планшетом.

— Да! Да, это я! — голос предательски дрогнул.

— Распишитесь вот здесь…

Он протянул ручку. Мои пальцы дрожали, когда я ставил каракулю. Я бросил беглый взгляд на коробку. Не помята? Нет, вроде целая. Скотч на месте, заводская пленка тоже. Этого достаточно. Неудобно заставлять курьера ждать дольше, чем надо.

— Спасибо! — выпалил я, хватая коробку.

Она была легче, чем я ожидал. Дешевый пластик…

Я захлопнул дверь, прижимая коробку к груди так сильно, что картон чуть помялся. Планшет здесь! Мое спасение прибыло! Я почти бегом понес его в комнату, смахнул со стола мертвый Intuos. Руки тряслись, когда я рвал скотч, разрывал пупырчатую пленку. Вот он! Сам планшет маленький, пластиковый, выглядел… дешево, но зато новый. Стилус, кабель, инструкция на китайском. Никакой элегантности старого Wacom, но главное — чтобы он работал!

Я торопливо подключил кабель к компьютеру. Драйвера скачались быстро. Запустил графический редактор. Взял новый стилус в руку. Легкое, пластмассовое, не такое удобное, как старое. Неважно! Открыл новый холст. Белый. Чистый. Готовый принять жизнь.

С трепетом я поднес перо к поверхности планшета и коснулся. На экране… Ничего. Ни одной точки. Ни одной черточки.

Надо сильнее, наверное.

Подумал я с легкой паникой. Нажал. Сильнее. НИЧЕГО. Экран оставался девственно чистым.

Холодный пот выступил на спине. Я отключил кабель, подключил заново, перезапустил программу. Перезагрузил компьютер. Проверил настройки планшета в системе — он распознался. Драйвер активен.

Снова стилус к планшету. Нажимаю сильно. Очень сильно. НИЧЕГО. Абсолютная пустота экрана.

И тут до меня дошло. Вспомнились отзывы, которые я мельком видел, выбирая эту дешевую модель: «Брак матрицы», «Не реагирует на перо», «Заводской косяк»…

Заводской брак… Мой новый, только что купленный планшет… не работал…

Стилус был бесполезным куском пластика. Планшет — мертвым куском пластика. Мои последние деньги… потрачены впустую. Мои надежды на быструю работу… разбиты вдребезги.

Я не знал что делать. Мне хотелось смеяться, как безумец и плакать одновременно. Это не просто брак, это не просто случайность… Это случайность, которая грозит мне тем, что я останусь без жилья! Хикикомори без жилья!

Я откинулся на спинку стула, выпустив стилус из ослабевших пальцев. Он глухо стукнулся о стол. Я смотрел на мертвый экран нового планшета, на чистый холст в программе, который так и остался чистым. А на кухне пустой холодильник. Цифры в банковском приложении совсем маленькие. Скетчбук с бумажными набросками так и не сможет стать цифровой реальностью, а даже если бы и стал — он не принесет денег. Ни одной работы на аукционе.

Кажется, это конец для меня? Жизнь закончена? Обычная и привычная жизнь хикикомори…

Тишина в комнате стала абсолютной. Даже дыхание казалось слишком громким. Голод, забытый на время ажиотажа, вернулся, сжимая желудок холодной пустотой. Но это было ничто по сравнению с другой пустотой внутри. Пустотой от краха всех сегодняшних планов и надежд. Пустотой, которая глядела на меня с безжизненного экрана нового, бесполезного планшета.

Паника, холодная и тошнотворная, поднялась из желудка к горлу.

Аренда! Через сколько? Две недели? Нужно платить, но откуда? Скромная еда раз в день? Да, лапша из дешевой доставки, вода из-под крана — так я смогу протянуть пару недель. Но аренда… Аренда — это пропасть, в которую я неминуемо рухну, если сейчас же не начну зарабатывать. А чтобы зарабатывать, мне нужен рабочий планшет. Чтобы рисовать. Чтобы продавать арты.

Но планшет мертв!

Ксо! Ксо! Ксо-о-о!!!

Мысль ударила с новой силой. Значит его нужно обменять, по гарантии. Надежда, крошечная и колючая, кольнула сквозь панику. Да! Гарантия! Производитель обязан заменить брак!

Я схватил телефон, пальцы дрожали, сбиваясь с поиска. Обмен бракованного планшета Huion гарантия… Сотни ссылок. Форумы. Инструкции. Я жадно впивался в текст.

Шаг 1: Обратиться в службу поддержки продавца или производителя онлайн, описать проблему. Уже сделал? Нет. Сделаю, это не главное.

Шаг 2: Получить RMA-номер (разрешение на возврат). Ладно.

Шаг 3: Упаковать устройство со всеми комплектующими и документами(чек, гарантийный талон). Чек… Чек был в коробке! Нашел! Гарантийный талон… Вот он!

Шаг 4: Отправить посылку в любом почтовом отделении или…

Я замер. Следующая строчка плыла перед глазами.

…или лично привезти товар в пункт выдачи/сервисный центр продавца для осмотра и оформления возврата/обмена.

Л ично. Привезти. В пункт выдачи.

Кровь отхлынула от лица. По спине пробежали ледяные мурашки, сменившиеся липким, холодным потом. Весь мир сузился до этого слова.

Лично.

Это означало… Выйти из квартиры. Спуститься по лестнице. Выйти на улицу. Идти по улице. Войти в какое-то здание. Подойти к стойке. Говорить с незнакомым человеком. Показать документы. Получить новый планшет или ждать, пока его пришлют после проверки. Но в любом случае… Выйти!

Два года. Два года эти стены были моей крепостью, моей тюрьмой, моим единственным безопасным миром. Мир за дверью был враждебной территорией, полной непредсказуемости, шума, людей, взглядов… а теперь там появился и Синдзи. Я научился жить в этих четырех стенах. Наладил быт. Зарабатывал. Даже… даже впустил Кимико в свою жизнь. Но выйти самому? Добровольно? Осознанно?

Желудок свело от голода и страха. Я посмотрел на пустой холодильник. На цифры в приложении банка. На черный экран планшета. На скетчбук с набросками. Манга, которая могла бы спасти меня в будущем.

Выбора не было.

Ледяная ясность накрыла меня, как волна. Паника отступила, оставив после себя холодное, безжалостное осознание фактов:

Без рабочего планшета — нет заработка. Нет заработка — голод и выселение. Чтобы получить рабочий планшет, нужно обменять бракованный. Чтобы обменять, нужно выйти из дома. Лично.

Это был замкнутый круг. И единственный выход из него лежал через ту самую дверь, которую я запер два года назад, завалив грузом страхов и фобий.

Мне жизненно необходимо выйти.

Мысль повисла в воздухе, тяжелая, невероятная. Я подошел к входной двери. Не к глазку. Вплотную. Положил ладонь на холодную поверхность. За ней подъезд. Потом лестница. Двор. Улица. Люди. Мир.

Сердце бешено колотилось. Дыхание стало частым и поверхностным. Ноги подкашивались. Старый, знакомый ужас агорафобии сжимал горло.

Не могу. Не смогу. Упаду. Задохнусь. Все увидят меня, все поймут что я странный и не такой… А еще Синдзи…

За моей спиной стояли призраки голода и отсутствия жилья. К родителям я точно не вернусь и не хочу просить их о помощи. Точно не после слов отца о гордости… Точно не после этого. Как теперь могу сказать ему, что у меня нет денег на жизнь?

Это было сильнее страха перед миром.

Я отшатнулся от двери, будто пьяный. Страх настолько сильно завладел мною, что даже колени тряслись. Подошел к столу. Взял коробку с бракованным планшетом. Аккуратно, с почти ритуальной тщательностью, уложил туда все: само устройство, перо, кабели, чек, гарантийный талон. Закрыл коробку трясущимися руками, замотал скотчем. Положил рядом паспорт. Документы.

Затем подошел к окну. Миру было плевать на мой страх.

Я посмотрел на дату в телефоне. Я не могу откладывать поход. Я должен сделать это сегодня. Каждый день промедления приближает меня к выселению, я уже не говорю о еде…

Я должен сделать это…

Я взял телефон. Нашел адрес ближайшего пункта выдачи. Он был в трехста метрах от моего дома. Для обычных людей это совсем немного. Наверное, обычный человек даже не заметит этого расстояния, но для меня эти триста метров превращались в три тысячи метров.

Люди, гул улицы, открытое пространство, ветер, шум, крики, музыка, животные, скорые и полицейские машины, среди людей могут скрываться преступники, убийцы, грабители, якудза…

Новый приступ паники. Я зажмурился и отрицательно замотал головой, отгоняя плохие мысли.

Давай! Давай, Кайто! Если этого не сделать, то твоей жизни конец! Давай же! Сначала только дверь. Потом — лестница. Потом двор. Потом… потом решим! Просто выйди из квартиры! Нельзя ждать! Нам нужны деньги! Мы должны работать и показать людям нашу мангу! Иначе вся наша жизнь пойдет ко дну!

Я должен… Я могу…

Будто в трансе я быстро надел новые штаны еще с биркой, новую футболку… Посмотрел в зеркало на свою новую внешность, которую мне подарила Кимико. Хотя бы на счет волос у людей не будет ко мне вопросов…

Я надел старые кроссовки в коридоре. Надо мной нависла огромная дверь. Дверь отделявшее мое королевство от страшного и ужасного мира. От людей.

Руки тряслись, я не чувствовал веса собственного тела, ладони были потными как-будто я вынырнул из бассейна. Я еще не вышел из дома, а уже весь мокрый.

Я не могу проиграть этому миру! Не могу! Я хикикомори, но я живой! Живой! Я существую!

Я покрепче прижал коробку с планшетом к груди и открыл дверь…