Одержимость Севера

Глава 21

Север

Хрустальные люстры, приглушенный свет, дорогие ковры под ногами. Здесь собрались только избранные — те, кто имеет вес в этом криминальном мире.

И среди них Старик, седовласый патриарх преступного клана, восседающий во главе стола, словно король на троне.

Я вошел в зал не один.

Пальцы впились в талию Влады, прижимая ее к себе так, будто я несу свой трофей. Что так и есть. Под кожей до сих пор зудит из-за вчерашнего боя. Даже перестрелки так не вставляют, как реакция этой куколки на меня.

А я ведь еще не распаковал ее.

— О-о-о, — разливается по залу голос Старика. — Север привел гостью!

Улыбка у него широкая, но глаза холодные, оценивающие.

Чувствую, как тело звёздочки напрягается, как десятки взглядов впиваются в нее. Кто-то с любопытством, кто-то с презрением, кто-то с ненавистью.

Катя.

У меня чуть телефон не взорвался в кармане. Названивала. Приду или нет.

Дочь Старика, темноволосая змея в обтягивающем красном платье, вскидывает голову, как хищница, учуявшая добычу. Глаза — два лезвия, направленные на мою Владу.

Ненавижу брюнеток. У меня на них аллергия.

— Пап! — ее голос прорезает зал, словно нож по стеклу.

Она вскакивает, подбегает к отцу, цепляется за его руку, что-то яростно шепчет на ухо. Старик хмурится, но лишь похлопывает ее по руке, как назойливую собачку.

— Север, — кивает он.

Я не спеша веду Владу дальше, пальцы чуть сильнее сжимают ее талию. Хотел немного успокоить, но получилось хуже. Она дергается как от удара.

До чего же слабая девчонка, а сердце-то какое великодушное. Кинулась в грязь спасать дворняжку, еще и смотрела на меня таким взглядом… словно это должно меня тронуть.

Она еще зеленая. Не понимает законов этого мира. Если ты слаб, тебя оттяпают. И никакой герой не придет на помощь.

— Поздравляю, — скупо говорю я, протягивая черную коробку с дорогими часами.

Старик берет подарок, и даже с интересом заглядывает внутрь.

Его лицо ожидаемо вытягивается в хищной ухмылке.

— Север, — довольно тянет он, примеряя часики. — Ты знал, как долго я за ними охотился?

Я усмехаюсь. Раритет, который стоил мне приличной суммы, но больше времени в поисках продавца.

— Кто это? — он указывает на Владу.

Окидываю девчонку равнодушным взглядом. Та белее снега. Почти прозрачная. Что? Настолько не понравилась бандитская сходка?

— Антидепрессант.

Отвечаю я и пацаны рядом прыскают от смеха.

Катя аж взвизгивает.

— Папа, ты же обещал!

Старик вздыхает, отодвигает бокал с коньяком.

— Север, поговорим.

Мы отходим в сторону, пришлось оставить Владу одну. Под прицелом десятков глаз. Но хуже голодных мужчин в этом зале только она. Катя.

— Ты серьезно? — Старик говорит тихо, но так, что каждое слово как молот.

— Что? — не выпускаю девчонку из поля зрения.

— Не играй в дурака. Катя ждет твоего предложения.

Я раздраженно веду плечом.

— Я никому ничего не должен.

— Ты должен мне, — Старик бросает взгляд на Владу. Сканирующий. Старой закалки. — И если думаешь, что можешь вот так вот взять какую-то шлюху и выставить ее перед всеми…

Из меня вырывается смех.

— Я могу трахать кого угодно. Даже если женюсь. Но я ведь не женюсь.

Старик замирает. Потом медленно улыбается.

— Ты уверен, что она стоит того, чтобы сжигать мосты?

Встречаюсь с ним глазами. Опасный блеск на дне слегка напрягает.

Жениться. Стать наследником Старика. Получить все.

Или…

Пальцы сами тянутся к сигарете. Прикуриваю, затягиваюсь глубоко, пока легкие не заполнит едкий дым.

Или остаться собой.

Последние пять лет я строил империю на его деньгах, лишь потому что он сам меня заприметил среди остальных. Я варюсь в этом мире с пятнадцати лет. Столько вложил, столько потерял.

И сегодня, к тридцати шести годам, у меня есть все, чего добивался. Деньги, власть, репутация.

Я могу купить кого угодно. Даже стараться не нужно, мое имя сделает все за меня. И мне этого, сука, достаточно. Я не намерен связывать себя узами брака, но Старик капает на мозг. Ждет, что соглашусь.

С одной стороны, тема годная.

Брак с его дочкой даст мне безграничную власть над другими авторитетами в северо-западном округе.

Но я не дурак. Понимаю, к чему все идет.

Старик хочет контролировать меня.

Боится, что далеко зайду.

В прошлом году едва не началась война из-за Града, который решил подставить меня перед Стариком.

«Град» Игорь Левин. Держал в руках Великий Новгород.

Когда-то был моим ближайшим соратником. Вместе мы поднимались наверх, но после одного провального дела я жёстко отстранил его, посчитав слабым звеном.

С тех пор Игорь затаил леденящую ненависть.

Подхожу к Владе, которая слишком долго осталась без присмотра. Все понимают, что моя. Никто не посмеет тронуть. Но в этом зале слишком много шакалов.

Никому нельзя доверять.

Черт его знает, чем меня эта звезда зацепила. Просто не похожа на заказных шлюх. Обычная девочка с района. Строит из себя недотрогу, но уверен, хороший подход быстро развяжет ей руки и не только.

Нет ничего и никого, чего Владисав Морозов не может получить.

— Мы уходим.

Хватаю ее за руку, но тут перед нами встает Катя.

Она лениво скользит взглядом по моим пальцам на хрупком теле Влады. И только я вижу в них жгучую ревность. Дай ей пистолет, уверен, тут же пристрелила бы девчонку.

Чертова сука. Никак не уймется.

Натянутая всеми. Прыгает из одной койки авторитета в другую. Но на мне почему-то задержалась.

— Мы можем поговорить? — и пытается взгляд невинным сделать. Ресницами страшными своими хлопает. Нарастила, блядь, эти гусеницы.

А у Влады не так. Свои. И даже губы. Да все натуральное по ходу. Аккуратное.

Подавляю вздох и зову Гришу на охрану. Я его сука еще порешаю за тот случай с побегом. Наверняка, залез на Владу, вот та и сбежала.

Катя заходит в свободную комнату. Медленно цокает каблуками, бедрами виляет так, что задница аппетитно подпрыгивает. Должное отдать, фигурка у нее зачетная. Если не смотреть в лицо и только со спины трахать…

— У тебя две минуты, — упираюсь об стол, расставляю ноги, расстегиваю рубашку на верхние пуговицы.

Душно, блядь.

Катя двигается как кошка. Грациозно. Медленно. Встает между моими ногами, ладонями упирается в мою грудь. Пальцами скользит по ней. В глаза заглядывает.

— Возьми меня, Влад. Здесь. Сейчас. Я готова для тебя.

И зазывно трется об мой пах. Руку мою берет и под свой подол тянет. Показать, насколько готова.

Но я вовремя дергаю назад.

— Отъебись.

Моя грубость ее уже не шокирует. Привыкла. И даже порой заводится.

— Почему ты не хочешь меня? — а вот истерику закатывать мне не надо. — Я же люблю тебя. Слышишь?

Она на грани срыва, а я смеюсь. Цинично. Жёстко.

Любит она. Конечно.

Избалованная дочка Старика, которая всегда получает то, хочет. В этой жажде мы с ней похожи. Но Морозов не позволяет играть с собой.

— Я бы не трахнул тебя, будь ты последней девушкой в этом мире, — карие глаза перестают собирать влагу и становятся какими-то дикими. — Если бы стоял выбор: ты или дрочка всю жизнь. Я бы выбрал второе.

Толкаю ее от себя. Несильно, но так, чтобы упала на диван. Поправляю рубашку, следя за ее реакцией. Катя похожа на ощетинившегося зверька, которому не дают десерт.

Она хватает бокал со стола и замахивается ровно в тот момент, когда я выхожу из комнаты. Хрусталь глухо разбивается о дерево.

Похуй.

Сегодня меня ждет моя Влада-не-шлюха. И я намерен хорошо провести эту ночь.