Одержимость Севера

Глава 34

Потолок подвала покрыт трещинами. Я слежу за их узором уже третий час, пока Север застегивает ремень у противоположной стены после того, как дважды взял меня.

Воздух пахнет сыростью, сексом и его одеколоном. Дорогим. Приятным.

— Когда я увижу дочь?

Голос звучит хрипло от криков или от обезвоживания, я уже не различаю.

Север замирает. Поворачивается медленно, как хищник, учуявший слабину.

Пластиковая бутылка с водой шлёпается на матрас. Я не двигаюсь.

— О ней есть кому позаботиться. Грудью ты не кормишь, не вижу проблем.

Он намеренно тянет слова, наблюдая, как в ярости сжимаются мои кулаки.

— Зачем я тебе тогда?

Встаю, не обращая внимания на боль между бёдер.

— Ты ведь женился на эту… куклу с фарфоровой улыбкой. Пусть она рожает твоих наследников.

Север рассмеялся. Коротко, беззвучно.

Он трахал меня, когда сам…

— Я не женился.

Я замерла.

— В день свадьбы ты сбежала. И я отменил всё.

Морозов подходит ближе, его пальцы впились в мое бедро, оставляя красные отметины.

— Так что теперь, Влада, ты будешь здесь. Пока мне не надоест.

— А потом? — прошептала я.

— Потом? — он наклоняется, смотрит на мои губы. — Может, убью. Может, отпущу. Решу, когда время придет.

Я зажмурилась.

Его телефон вибрирует. Он даже не взглянул на экран.

— Ты будешь здесь. Будешь принимать меня, когда я захочу. Будешь рожать, если я решу, что ты заслужила. А если нет… — пальцы сжимают мое запястье, — … то будешь просто греться у моих ног, как собака.

Он встал, поправил манжеты рубашки.

— Я не собирался становиться отцом, но ты родила мне очень красивую дочь. Так что, выбирай.

…

Он заставил меня ждать целый час.

Его кабинет пахнет дорогой кожей и властью.

Владислав входит, как тень — бесшумно, неизбежно. На нем черный халат, расстегнутый на груди. Он держит в руке стакан виски, лёд уже почти растаял.

— Ты знаешь, зачем я тебя позвал, — он не поднимает глаз от документов.

Я стою посреди комнаты, чувствуя, как дрожат колени.

— Нет.

Влад наконец смотрит на меня. Глаза как обжигающий лед.

— Ты украла у меня файлы.

— Я не знаю, о чем ты.

— Садись, — мягко говорит он.

Я не двигаюсь.

Морозов встает.

Он идет ко мне слишком медленно, и с каждым шагом я чувствую, как воздух становится гуще.

Его пальцы касаются моего подбородка — сначала легко, потом слишком крепко.

— Я дал тебе все. А ты… предала меня.

Голос тихий, опасный.

Я чувствую, как сердце бьется где-то в горле.

— Владислав, пожалуйста…

— Тш-ш-ш…

Его рука резко сжимает мои волосы. Больно. И тянет вниз, к столу.

— Посмотри! — он прижимает мое лицо к стеклу. — Видишь это?

Он достает телефон, показывает видео. Там мой брат Артем. Сидит на металлическом стуле, его левый глаз заплыл от свежего кровоподтека, но он упрямо смотрит в камеру. Север проводит пальцем по экрану, увеличивая изображение.

— Каждую ночь, которую ты проводишь в сопротивлении, он будет получать вот такой… подарок.

Меня затошнило от ужаса.

— Зачем все это?

— Он умрет, если ты не подчинишься.

Слезы жгут глаза, но я не позволила им упасть. Север наблюдает за мной, его взгляд скользит по моему лицу, словно он изучает карту моих эмоций.

— Что ты хочешь? Я все тебе сказала! Мне никто не помогал. Катя пришла, сообщила о вашей свадьбе, потом ты сам подтвердил ее слова, уточнив, что я остаюсь греть твою постель. После я сбежала, но клянусь Влад… клянусь, я не знала о ребенке.

Он отпускает меня. Резко.

— А если бы знала? — его голос стал тише, но от этого только опаснее. — М?

Я подняла голову, встречая его ледяной взгляд.

— Если бы знала, ни за что не позволила бы расти без отца. Ты не знаешь через что мы с Алиной прошли… Что мне приходилось делать ради ее безопасности.

Его губы искривились в жестокой усмешке:

— Ты сама виновата, Влада. И мне чертовски хочется наказать тебя за то, что мой ребенок страдал из-за твоей глупости.

— Это не было глупостью! — я вскочила на ноги, наручники звякнули за спиной. — Я просто хотела…

— Чего? — он шагнул вперед, сокращая расстояние между нами до минимума.

Я опускаю глаза, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.

— Влада!

— Я хотела, чтобы ты был моим! — слова вырвались против моей воли. — Целиком. Но когда Катя сказала о вашей свадьбе… а потом ты сам…

Он замер. В комнате повисла тишина, прерываемая только нашим дыханием. Затем Север медленно поднял руку, его пальцы коснулись моей щеки, задевая слезу, которую я не смогла сдержать.

— Ты… до сих пор ко мне что-то чувствуешь? — его голос звучит странно. Все еще жестко, но с новой, незнакомой ноткой. — После всего, что я сделал?

Я закрываю глаза, чувствуя, как его пальцы скользят по моей коже. Ответ застрял в горле — правда, которую я боялась признать даже самой себе.

Он ведь нравился мне. Где-то глубоко внутри, я грезила о счастливом розовом будущем рядом с ним. Я была готова принять его мир, если бы он хотел принять меня как свою единственную.

Но зачем я Морозову, когда он может заполучить любую женщину?