Падший ангел

Глава 9

Затылок пульсирует, и веки неестественно тяжелые. Дергаю рукой, чтобы попытаться встать, но кто-то останавливает меня.

– Не надо, piccolina, – это Доминик.

С трудом разлепляю веки и вижу, как друг закрепляет катетер на моей руке. Выглядит он так же, как я себя чувствую. Весьма паршиво. Перевожу взгляд наверх – катетер ведет к капельнице с жидкостью молочного цвета. Доминик садится рядом со мной и переплетает наши пальцы. Я в своей кровати. Кажется, я упала в обморок. Слабо улыбнувшись Дому, осматриваюсь вокруг и тут же хочу уснуть обратно.

Кроме Доминика в моей спальне сидят Росс и Николас. Росс туманным взглядом смотрит на меня. Его челюсти крепко сжаты. Рукава рубашки закатаны, и каждая мышца на теле напряжена. Росс бледен, словно увидел призрака. Загорелая кожа утратила весь блеск. Ник… он уставился в то место, где мы с Домиником держимся за руку. У него в руке бутылка воды и баночка с таблетками. Он выглядит хуже остальных. Волосы растрепаны, рубашка застегнута с пропуском через пуговицу, а под глазами жуткие синяки. Ник, судя по его виду, провел ночь с бутылкой крепкого алкоголя.

В комнате наступает гробовая тишина. Мой желудок сжимается от дискомфорта, царящего в помещении. Я чувствую себя загнанным в угол кошками мышонком.

Бросаю взгляд на Доминика, чтобы он помог мне сесть. В лежачем положении я кажусь себе совсем беспомощной. Смотрю в сторону кроватки – Марселлы там нет. Снова гляжу на Доминика, и он говорит:

– Марси на первом этаже. Она накормлена и уже заставила половину персонала играть с ней в куклы.

В обычных условиях я бы усмехнулась, но сейчас не такое время. Поправляю одеяло, и Дом садится ближе, спиной прислонившись к изголовью кровати, и обнимает меня за плечи. Росс не меняет своей позы, а вот Николас, вскинув брови, складывает руки на груди и бормочет:

– Кажется, я много пропустил. Что вообще здесь происходит?

– А что непонятного? Росс похитил Селену, – огрызается Дом.

Видимо, с Николасом у моего друга тоже плохие отношения. Росс поджимает губы, продолжая сверлить меня взглядом. Я тоже смотрю только на него. Почему-то уверена, что нашел меня именно он.

Вдруг Ник начинает смеяться. Хрипло и едко. Не помню, чтобы слышала такой смех от него.

– Селена, да у тебя талант! Ты влюбила в себя троих братьев Кинг, – говорит Николас. – Надо предупредить Гидеона, чтобы был осторожен, если он приедет сюда.

Мы не виделись два года. Один решает, что лучшим приветствием будет избиение моего лучшего друга, а второй – глупые обвинения? Даже ослабленная, я не могу сдержать возмущение, волной пробежавшее по венам.

– Дом, ты в какой команде: пришлось делиться, как мне, или смог добиться свидания наедине? – продолжает наступать Ник.

Дом дергается, но я удерживаю его. Какой бы я сейчас ни была слабой, моей силы хватает, чтобы успокоить друга.

– Заткнись, блять, – рычит Росс.

Вижу, как сжимаются его кулаки. Удивительно, что он не кинулся на Николаса. С Ником явно что-то не так. Может быть, это и сдерживает Росса от нападения.

– Я разве не прав? – Ник ехидно ухмыляется мне. – Селена, неужели Доминик не пал перед твоими чарами, как мы с Россом?

Мои глаза ползут на лоб. Какого черта происходит? Это не тот Ник, который делал все, чтобы я улыбнулась. Возможно, моя месть и подстроенная смерть сказались на нем сильнее, чем на Россе. В любом случае Ник не имеет никакого права обращаться со мной так.

– Засунь свой яд в задницу, – спокойно говорю я. – Доминик не влюблен в меня.

Я в принципе уверена в этом, но наши отношения довольно странные. Он был со мной на родах и воспитывал детей наравне со мной. Поворачиваюсь к Дому и на итальянском языке умоляю:

– Пожалуйста, скажи, что я права. Мне не нужен еще один чокнутый Кинг.

Лицо Доминика вытягивается от удивления, а затем морщится. Его губы кривятся, будто сама идея быть влюбленным в меня ужасает его.

– Крошка, я люблю тебя, но исключительно, как младшую сестру и лучшего друга, – отвечает он, и я с облегчением выдыхаю. Доминик повторяет Россу и Нику: – Я не влюблен в Селену, идиоты. В отличие от вас, мне знакома забота без условия проникновения в трусы к женщине.

Николас недоверчиво глядит на младшего брата. Мне не нужны его обиды, как и извинения. Пусть думает, что хочет. Росс встает со своего места и делает шаг к постели. Его не интересовали наши отношения с Домом, по крайне мере, не так, как я, потому что он продолжает смотреть на меня.

– Раз уж мы начали расставлять все точки над «i», то я хочу узнать, почему я нашел тебя без сознания, – заявляет Росс. Его глаза залезают под мою кожу, желая поскорее узнать правду.

– А еще я узнал, что по дому бегает маленькая девочка, – встревает Ник, подняв руку. – Хотелось бы разобраться и с этим моментом, поэтому выйди пока, братец.

Тело Доминика вибрирует от злости. Я крепче стискиваю его руку. Когда-то это должно было произойти. Если я не отвечу сейчас, то Росс или Ник могут в любой момент сделать тест ДНК. Долго скрывать правду о Марселле, находясь в чертовом поместье, не получится.

– Доминик никуда не уйдет, потому что он был со мной рядом все эти годы, – начинаю я.

– Черт, да у нас не было даже шанса быть рядом, потому что ты сбежала! – взвывает Ник.

– Заткнись! – рычат Росс и Доминик в один голос.

Я жмурюсь, сдерживая себя от ответного крика и напоминания о причинах своего ухода.

– Во время беременности у меня были проблемы, – продолжаю свой рассказ. – После всего я не могла есть и очень сильно похудела. Психиатр диагностировал мне апатическую депрессию, и уже полтора года я пью антидепрессанты. Сильный стресс сводит на нет их действие, и я не могу есть.

– Я найду лучшего специалиста, и он выпишет препараты посильнее, – заявляет Росс.

Зажмурившись, хочу провалиться сквозь землю. Мне не нужна его помощь или жалость. Я просто ставлю их в известность. Может быть, я сильно ударилась головой, раз решила рассказать, кто выступил донором спермы, как выразился ранее Доминик. Марселла должна узнать отца, хотя он и не заслуживает ее ноготка.

– О наш герой готов спасти принцессу, которую сам и запер, – Ник неуклюже поднимается со стула и тоже подходит к кровати. Он хлопает Росса по плечу и язвит: – Твои подвиги не дадут больше шансов на отцовство.

Росс скидывает руку брата и отталкивает его от себя. Он слишком спокоен. Ник намеренно провоцирует всех, словно хочет получить по лицу. Второй день подряд вокруг меня горят споры. Спасибо Доминику, который понял, что я не хочу слушать ссоры, и сейчас лишь поддерживающее держит меня за руку.

– Протрезвей, и мы поговорим, а пока сядь на место, черт тебя дери, – Росс усаживает Ника на стул, как маленького мальчика.

Николасу это не нравится, но он ослаблен для полноценного сопротивления. Росс разворачивается ко мне. Его взгляд весьма красноречив. Абсолютная уверенность в своих намерениях. Пусть я и не приму его помощь, но она подкупает меня.

– Селена, даже если Марселла не моя… дочь, – Росс запинается на последнем слове. – Я все равно хочу помочь.

– Ей не нужна… – взбеленившись, говорит Дом.

– Погоди, я сама, – сжимаю его ладонь, останавливая от дальнейших слов. Взяв всю волю в кулак, упираюсь взглядом в Росса и Ника. – Доминик прав, мне не нужна ваша помощь. Ни сейчас, ни когда-либо в будущем. Вы оба мне никто.

Ник кривится, но воздерживается от комментария, а Росс превращается в ледяную глыбу, не выражающую никаких эмоций. Так будет даже проще.

– Как бы то ни было, – делаю глубокий вдох, готовясь перерезать последнюю ниточку в этой паутине, – я говорю вам, кто отец Марселлы лишь потому, что вы все равно об этом узнаете. Я не дам право опеки и не разрешу увозить ее хотя бы на двадцать метров от себя.

Мое сердце замирает. Все мужчины перестают дышать и двигаться.

– Она твоя… Росс.

Его глаза расширяются, и я вижу, как дергаются колени. Росс шумно втягивает воздух через нос и, пошатываясь, отходи к окну. Он не смотрит в мою сторону, и я не могу понять, разочарован он или уже строит планы, как забрать Марселлу.

– У меня дежавю, – бормочет Николас и уходит из моей спальни, громко хлопнув дверью.

Росс продолжает смотреть в окно и молчит.

– Селена сделала тебе огромный подарок, Росс, – говорит Доминик. – Не отвечай злом на него.

Только время покажет, что же сделает Росс. Он одержим местью, поэтому внезапное отцовство может стать лишь песчинкой в его жизни. Выбирая между моей любовью и возмездием, он выбрал второе. Марселла должна быть любима, и я дам ей все, что в моих силах и больше. Таков долг матери. От Росса такой жертвы я не требую и даже не прошу.