Плохое путешествие 3

Глава 2 - Старые знакомые

Сколько мы скакали? Час? Два? Не знаю, как много в адских гончих лошадиных сил, но поместье пропало из поля зрения, а великая гора-стена скрылась в пылевой завесе, как будто её нет совсем.

И всё бы хорошо, по ощущениям мы преодолели большую часть пути, но продолжать поездку на загривке Ириски я уже не мог. Дело даже не в том, что мне не хватало опыта верховой езды. Когда тебя преследует армия разъярённых демонов, чему угодно научишься и даже память предков пробудишь. Просто поездки на загривке гончей без седла в принципе невозможны. Я как будто оседлал огромного окуня. Щетина с чешуёй мало того, что были острыми, так ещё и скользкими.

В общем, в какой-то момент я не выдержал и на полном ходу свалился на землю. Прокатился кубарем, глотнул пыли, долбанулся локтём и отхватил кучу мелких ушибов.

— Угх! Кхе-кхе! Зараза! — выругавшись, принялся отплёвываться от попавшего в рот красного песка, и тут же пришлось закрыть глаза от настигшего меня облака пыли, которое лихо поднимали гончие во время своего спринта.

Что приятно — стая моментально остановилась, развернулась и подошла ко мне. Ириска заботливо ткнулась мордой в бок, пытаясь выяснить, в чём дело.

— Всё нормально. Я жив. Всё хорошо.

Усевшись, откинулся, оперевшись на руки, и огляделся. В первую очередь осмотрел печальное состояние своего живота и груди, которые сейчас были измазаны в крови, как и мои штаны. Но на самом деле всё было не так плохо, как казалось. Жгло, щипало, саднило, но в остальном нормально. Всё-таки я стал значительно крепче. Если раньше толком процесс был незаметен, в силу того, что он протекал довольно плавно, то после обработки Мавики это стало видно невооруженным глазом.

Вокруг на несколько километров простирались красные пустоши, постепенно превращающиеся в кряжистые горы, сопки, ущелья и каньоны. А в центре пролегала одна единственная ухабистая дорога, ведущая к рынку великого владыки Маммона.

— Уф!

Ириска принялась подталкивать меня носом в спину, мол, вставай, двуногий, немного осталось, скоро будем там, где надо, а где не надо — не будем. Мерседес просто уселась на задницу и терпеливо ждала, когда я соизволю погрузить свою тушу обратно, а другие гончие решили воспользоваться минуткой отдыха и, немного потоптавшись, прилегли отдохнуть.

А я тем временем думал, и то, что приходило в мою замечательную рогатую голову, мне не очень нравилось. Во-первых, как это ни прискорбно, но с гончими придётся расстаться. Потому что искать, а в том, что меня будут искать, я не сомневался, какого-то там демона намного сложнее, чем демона, который гоняет с шестью огромными собаками.

«И ведь скулить будет… Рвать своим печальным видом моё чувственное сердечко», — подумал я про Ириску.

Кроме того, мне нужна одежда. Если в лицо меня узнать будет проблематично, очень сомневаюсь, что в аду есть те, кто профессионально составляют фотороботы, да и камеры наблюдения мне здесь не встречались, то вот мои уникальные татуировки — это огромнейшее палево, которое нужно закрывать любыми доступными способами.

После непродолжительной стоянки я немного посовещался с гончими, и мы решили, да, у нас был консилиум, что нужно свернуть с этой дороги и двинуться в сторону главного тракта. Их разделяли небольшие каменистые холмы, испещренные тропинками, различными лазами, ущельями и пещерами, что нам, в принципе, на руку. Если за нами кого-нибудь отправят в погоню, то найти нас будет значительно сложнее.

Что касается рынка, то для начала наведаюсь к грёбаному тапиру, и если честно, то глаза бы мои его не видели. Стоит отметить, что сейчас, когда эмоции утихли, я понимаю, почему он поступил так, а не иначе, но тем не менее осадочек остался. Однако, как бы там ни было, мне нужны деньги, а он, так уж случилось, мне задолжал. Остается надеяться, что за прошедшие несколько месяцев Фикул не успел потратить всю сумму. После того как стрясу причитающееся, заскочу к мяснику и послушаю последние новости, узнаю, где найти чёртовы баржи Абаддона и как туда попасть. Прикуплю припасов, а затем снова выдвинусь в путь. Такой план.

***

— У-у-у… У-у-у-у-у… У-у-у-у-у-у-у! У-у-у! У-у!

В общем, Ириске план совсем не понравился. Она ещё долго продолжала скулить, рассказывая, насколько сильно недовольна нашим расставанием. Я шёл рядом, поглаживая её по загривку, и объяснял, что так будет лучше для всех, но такое чувство, что мои разговоры возымели обратный эффект.

— У-у-у! У-У-У! У-У-У-У-У-У!!!

— Аф! — наконец не выдержала Мерседес, обернулась, тявкнула и в довесок хлопнула хвостом по земле. Это даже помогло, Ириска на минуту стихла, а потом всё равно начала свистеть носом. Тихонько так и очень жалобно.

— Слушай, я всё понимаю. — Решил провести индивидуальную беседу, когда моё сердечко не выдержало этой душещипательной атаки. — Но тут дело не в тебе, дело во мне.

— У-у…

— Нам не обязательно расставаться навсегда. Нужно просто сделать небольшой перерыв, пока всё не уляжется.

Ириска остановилась, посмотрела на меня своей носатой мордой, а затем снова засеменила и продолжила тихо посвистывать носом.

Вскоре после того как мы свернули с дороги, ландшафт несколько изменился. Чем дальше мы продвигались, тем больше на пути нам попадались огромные валуны. Где-то примерно через час наша стайка зашла в небольшое ущелье с целой кучей развилок. Я не боялся заблудиться, потому как оно было совсем не глубоким и при желании можно просто вскарабкаться наверх и осмотреться.

— Дерьмо собачье! — Внезапно раздался чей-то недовольный писклявый голос.

Гончие, включая меня, тут же замерли. Звери припали к земле, готовясь в любую секунду ринуться в бой. Даже Ириска замолчала и перестала скулить.

— Сколько? — послышался второй такой же писклявый голос.

Как будто Элвин и бурундуки попали в ад и решили поругаться.

— Два серых… Твою-то душу мать, что нам с этим делать?

— Ты хорошо всё осмотрел? Может, в тапках? Проверил тапки?

— В тапках?

— Да-да, в тапках! Я пару раз видел, как они деньги внутрь подошвы запихивают.

— А что насчет дупла?

— Дупла? Предлагаешь им в задницу заглянуть? С ума сошёл?!

— Не, ну а чё?! Почему деньги можно прятать в тапки и нельзя прятать в заднице?! Сам посуди, вот нет у тебя карманов, а монеты куда-то складывать надо и…

— И давай-ка я засуну их себе в жопу, да? Класс! Многофункциональный пердак-копилка! Охеренная идея, Брум!

— Правда?

— НЕТ! Это дерьмовая идея! Причём буквально дерьмовая! Иди проверяй стельки, дубина!

Я сказать ничего не успел, а гончие, словно змеи, поползли дальше. Мерседес впереди, остальные сзади в парах и Ириска замыкающая.

— Стоять всем! — зашипел я.

Не знаю, чьи голоса мне довелось услышать, но, думаю, будет лучшим решением сперва попробовать поговорить.

— Ждите здесь. Если что-то пойдёт не так, тогда подключайтесь. — шёпотом проговорил я, пройдясь взглядом по каждой гончей. До сих пор не верится, что они меня понимают. Особенно Солярис, которая в собственных лапах может запутаться и упасть.

Тихо переставляя ноги, подобрался к небольшому валуну и выглянул из-за него. И, в общем, картина, которая передо мной развернулась, была странной. Начну с того, что на земле лежало два трупа обычных демонов, а рядом копошилось четверо коротышек. Двое шмонали карманы мертвецов, один засунул голову в их мешок и выкидывал оттуда вещи, последний дербанил сандалю.

Маленькие рожки на большой голове, нос пятачком, ноги с копытцами, тощие тела, покрытые чёрной шерстью, непропорционально широкие жопки и выпуклые животы. Если бы увидел их где-нибудь на картинке, то назвал потешными.

— Вы кто, бл*ть, такие?

Я не знаю, куда подевалось моё воспитание в этот момент, возможно, эффект неожиданности, но из меня вырвалось то, что вырвалось. Просто по закону жанра там должна была быть очередная тянка, которая скрасит моё путешествие к очередной цели. Ну, чтоб было с кем поболтать, а не тупо в описание.

Трое замерли, побросали свои дела и уставились на меня, только четвертый, увлечённый своим занятием, продолжал ковыряться в мешке.

— Слушайте, тут какое-то говно! — наконец вытащил он голову и перевернул мешок, высыпая содержимое на землю. — А вы чего… Опа-на… — проговорил коротышка, глядя на меня.

— Ты, по-моему, зашёл не в то место и не в то время, засранец. — начал тот, что стоял ближе ко мне. При этом в его руках блеснула маленькая заточка, размером с мой средний палец, которую он начал лихо перекидывать из одной руки в другую. — Слышь, паря, кармашки выверни, дай посмотреть, что внутри.

— А не то мы тебя вывернем, ха-ха, и посмотрим, что внутри. — усмехнулся другой коротышка.

Это были какие-то даже не гопники, я не знаю, как их описать, скорее микро-гопники или… мини-гопники. У меня при всём желании не получалось воспринимать их серьёзно, хоть два трупа и говорили о том, что стоило бы это сделать.

Я присел на корточки, чтобы быть с ними на одном уровне. Буквально.

— Ты хоть знаешь, кто мы такие, а? Знаешь? Знаешь, что с тобой будет?

— А кто вы такие, а?

Я вроде уже спрашивал.

— О-о, паря, — коротышка с заточкой подошёл ко мне в упор. — Ты даже не знаешь, кто мы такие.

— О-о, херня на ножках, — протянул саркастичным тоном. — Я даже не знаю, кто вы такие.

— Мы… — барабанная дробь. — Черти. Смекаешь, что это значит?

Я задумался. В каждой игре есть свои правила, и если следовать их правилам и логике, то выходит…

— Это значит, что вы… черти?

— Да-а-а… — покачал он головой с довольной улыбкой. — В смысле, ты чё несёшь вообще?! Это значит, что выворачивай карманы, твою мать!

— И дупло покажи! — прокричал тот, что был с мешком.

— Да, и дупло пока… То есть нет! Дупло не надо.

— Только карманы? — усмехнулся я.

Морду чёрта перекосило. Он несколько раз хрюкнул, ударил копытом, а затем перекинул заточку с одной руки в другую.

— Чё, смешно тебе? Большим себя почувствовал? А если так?

Мелкий свистнул, и к нему тут же подбежал другой чёрт. В общем… первый залез второму на плечи и самодовольно хмыкнул.

— Страшно?

Лол, нет.

Вот честно, можно было его просто в лоб толкнуть, но моё любопытство победило, и я поднялся с корточек.

Чёрт не растерялся и свистнул ещё раз. И да, они, сука, выстроились в грёбаную башню из четырёх чертей. Причём самый нижний вообще нихрена не разделял радости от этого манёвра. Бедняга пыхтел и покачивался, переминаясь с одного копытца на другое.

— Драка или зассал? — дерзко крикнул тот, у которого была заточка, сидя на самом верху.

В этот момент самый нижний чёрт оступился и чуть не упал, но ловкости хватило, чтобы удержать равновесие. Правда, пришлось один раз крутануться вокруг своей оси, из-за чего я какое-то время был вынужден смотреть на четыре чёртовых задницы. И это тоже в буквальном смысле.

К слову, самый верхний, когда башня повернулась ко мне передом, к лесу задом, сохранял каменное выражение лица, будто так и было задумано.

— Ладно, вы крутые. Драться я не хочу, но мне нужны вещи. — Я кивнул в сторону трупов. — Штаны, рубаха, плащ и сами трупы.

— Ха! Дохера хочешь! — Чёрт усмехнулся и свистнул ещё раз. В этот момент на стенах ущелья то тут, то там стали появляться чёрные рогатые рожицы с пяточками. При беглом подсчёте выходило штук тридцать. — Ну что?! Снимай штаны, мы тебе твоё дупло просветим… — За моей спиной раздались тяжёлые шаги. Гончие, видимо, устали ждать, вышли ко мне и встали спиной, намекая, что черти сегодня по записи идут к проктологу первыми. Мини-гопник моментально изменился в лице.

— Или… Или не просветим. А знаешь что? Я тут подумал и решил! — Всплеснул мелкий своими лапками. — Давай мы сами эти трупы разденем? Одежду аккуратно сложим и отдадим! А трупы… Да чёрт с ними, с трупами этими, верно говорю?! — Башенка с чертями опять неловко повернулась вокруг своей оси.

— Да-да… Верно… — Послышались нестройные голоса со стен ущелья.

— Отличные вы ребята. С вами приятно иметь дело. — одобрительно покачал я головой, почесывая Ириску за ухом. Трудом сдержался чтобы не взаржать на весь каньон.

— Ага, обращайся. — недовольно хрюкнул чёрт, похлопал того, что сидел ниже, тот в свою очередь похлопал следующего и… Короче, башенка развернулась и медленно побрела к телам убитых демонов.

— У-у? — Ириска склонила морду набок, глядя чёртикам вслед.

— Понятия не имею… Но! Теперь у вас есть жратва, а у меня одежда. По-моему всё удачно получилось. Не зря зашли.

И кто бы мог подумать, что в аду есть настоящие черти, да?

***

Мы, наконец, добрались до края ущелья, и каким-то образом оказались на вершине холма. Отсюда открывался замечательный вид на знакомую долину. Вдалеке полыхало огненное море, по главному тракту сновали маленькие фигурки торговцев, горела выгребная яма. Однако, помимо хороших новостей, были и печальные.

Я с лёгкой улыбкой оглядел стаю. Ещё вроде попрощаться не успели, а внутри уже тоска растеклась. Маскировал как мог.

— Думаю, здесь мы с вами расстанемся. Если повезёт, то ещё встретимся, а если нет, то… Видимо, судьба такая.

Ириска призывно засвистела носом, переминаясь с лапы на лапу.

— Мерседес, — обратился я к альфе, чья мощная фигура выделялась на фоне остальных гончих. — Береги их. Не ссорьтесь, помогайте друг другу. Заботьтесь друг о друге.

В ответ получил сдержанный кивок.

— Солярис, — перевел взгляд на самую бедовую гончую. — Просто… Просто сначала думай, потом делай, окей? — хохотнул я.

— Аф! — завиляла она хвостом, словно обещая постараться.

— Ирис...

Перед своей гоней я присел на колено, прижался лбом к её морде и крепко обнял, насколько позволяли руки.

— Надеюсь, ещё увидимся. — тихо сказал я, чувствуя, как на меня накатывает печаль от расставания. Всё-таки это моя первая собака. Да ещё такая, о которой и мечтать не смел.

Так мы простояли, наверное, около минуты, но спасибо Мерседес, она не дала долго разводить сопли, и вскоре, под её громкий пронзительный вой, стая понеслась прочь.

Только Ириска один раз обернулась напоследок, а затем побежала следом. Ну а я, маскируясь под обычного путника, направился к главному тракту.

***

Сначала я услышал знакомый хор голосов — гул толпы, крики торговцев, звон монет. Затем передо мной возникли сами ворота рынка Маммона. Поправив одежду так, чтобы татуировки не было видно, натянул посильнее капюшон и перешагнул границу, где меня тут же встретил рынок плоти, который подобно плесени разросся на несколько улиц во все стороны.

Он стал громче, насыщенней, появились новые подиумы, места содержания рабов. Бедняги сидели в клетках и клянчили еду, протягивая худые руки к равнодушной толпе. В воздухе гремели возгласы о продаже, покупке, информация о скидках, реклама товара, а нос щекотали знакомые запахи фекалий, пота, мочи и гари.

— Десять здоровых особей за двадцать серых монет! Всего за двадцать серых монет! — кричал торговец, размахивая кнутом над головой своего «товара».

— Бутыли с ангельской кровью! Не разбавленная! Покупайте бутыли с ангельской кровью! Предложение ограничено! — зазывал другой, держа в руках сосуд, который источал мягкий серебристый свет.

— Набираем ловцов в отряд! Осталось два места! Не хочешь быть рабом — будь ловцом! Ищем сильных демонов! Оплата вовремя, два раза за средний цикл! Стартовая экипировка от наймита! — рекламировал вербовщик, стоя на ящике и оглядывая прохожих.

Казалось, что здесь ничего не изменилось. Может, стало чуточку живее, но не более. Однако первое впечатление было обманчивым. Стоило мне шагнуть за пределы рынка плоти и перейти в торговый район, как я понял, что он находится в катастрофическом положении.

Большинство лавок закрылись. Какие-то были разбиты, на других виднелись следы огня. Улочки между лавками пустовали, исчезли бесконечные потоки покупателей и продавцов. Лишь изредка мелькали одинокие фигуры, спешащие по своим делам.

Более-менее ситуация была только на главном тракте, который шёл от врат к подъёмнику. Он по-прежнему оставался густонаселённым: торговцы, погонщики карганов, авантюристы — все они толпились здесь, создавая видимость жизни. Но остальная часть района значительно опустела, словно вымерла.

«Надеюсь, Фикул всё ещё продаёт горшки, иначе с деньгами у меня будут проблемы», — подумал я.

Никто не замечал, никто не обращал внимания, и никому не было до меня дела. Уверен, что среди этой разношёрстной толпы найдутся те, кто сейчас пристально вглядывается в лица, пытаясь отыскать беглого раба по имени Хью с татуировками драконов. Но у них ничего не выйдет. Это всё равно что пытаться найти иголку в стоге сена.

Как бы там ни было, вскоре мне удалось выйти на знакомую улочку, которая, как и весь район, значительно поредела.

— Тфу-ты… — чертыхнулся я, когда среди привычного запаха гари в нос ударил аромат жжёной жопной кучерявости. И что самое смешное, это даже немного обнадёживало. Значит, хоть что-то осталось прежним.

Ещё несколько минут ходьбы, и я увидел поднятый козырёк лавки Фикула. Только горшков перед ней больше не было. Всё стояло внутри магазина или на прилавке. Подозреваю, что это вынужденная мера против воришек, которых, судя по всему, стало больше.

Стараясь сильно не отсвечивать, я подошёл ближе и тут же взял с прилавка один горшок, изображая заинтересованного покупателя.

— Пять серых, — прозвучал уставший голос.

Я украдкой взглянул из-за горшка на Фикула. Он, казалось, был точно таким же, что неудивительно — с того момента, как нас разлучили с Дурой, прошло всего несколько месяцев. Однако, как и в случае с рынком, разница всё же была, и кое-что изменилось. Он как будто стал меньше, чуть осунулся, а в его глазах появилась тень усталости.

— Раньше они стоили один серебряный, — ответил я спокойным голосом, держа горшок перед лицом.

Фикул ответил не сразу. Сперва, по традиции, пыхнул облаком кучерявого дыма.

— Раньше да… Инфляция сожрала твоё «раньше». А сейчас пять серых. Либо бери, либо проваливай.

Я аж бровь выгнул от такого объяснения. Поставил горшок на место и взглянул Фикулу в его маленькие чёрные глаза-бусинки. Тапир, похоже, узнал меня, но не до конца был уверен в своих догадках.

— Х-хью? — слегка прищурился он и подался вперёд. — Это ведь ты?

— Это я, Фикул. Это я.

Гончар собирался что-то сказать, даже открыл рот, но всё же промолчал.

Понимаю, трудно подобрать слова в такие моменты.

— Мстить пришёл? — наконец спросил он, его голос звучал тихо, но без страха.

— Нет.

Мы так и стояли, пялясь друг на друга. Желание его хорошенько обругать, высказать всё в лицо, устроить драму или даже драку куда-то пропало. Он поступил как поступил. Возможно, испугался. Возможно, его жизненный опыт подсказал сделать так, а не иначе. Однако, несмотря на то, что нанести ему тяжкие телесные мне уже не хотелось, я всё ещё был зол.

Тем временем Фикул хмыкнул, неожиданно развернулся и ушёл в глубь гончарной мастерской. А когда вернулся обратно, то аккуратно выложил на стол три синих соулкоина. Те самые, которые я заработал за продажу бюста в-попу-любимой Хелены.

— Я не хотел, чтобы так получилось, Хью. Но рисковать мне хотелось ещё меньше. Мне жаль, что так вышло.

Я поджал губы и сгрёб монеты. Что тут ещё скажешь?

— Мне тоже.

И всё.

Молча развернувшись, двинулся прочь. В этот момент у меня было такое ощущение, что мы больше никогда не увидимся. Фикул как-то сказал, что демоны с именем не делают горшки, и похоже, что в этом он был прав. С каждым шагом я всё дальше удалялся от его гончарной мастерской, а затем, не оглядываясь, повернул на ближайшем перекрёстке. Думаю, этот разговор и три синяка — последнее, что связывало меня с этим местом и торговлей горшками.

Дальше я собирался посетить лавку мясника, и если раньше мои носовые рецепторы будоражил запах табака Фикула, то сейчас вместо него встречал аромат жареного мяса. Даже не думал, что настолько соскучусь по шашлыку, который готовит Буч.

Грильница, в отличие от остального рынка, не изменилась совсем. Да, вокруг меньше стало лавок, очереди за едой почти не было, а столы пустовали, но сам мясник… А где он, кстати?

Я посмотрел налево — никого, направо — тоже никого. В жаровнях горел огонь, тлели угли, мясо тихонько шкварчало, а мясника нет. Только его служка Альфред чем-то занимался у дальнего разделочного стола.

И что делать? Крикнуть «Эй!»? Пощёлкать пальцами?

— Изви…

— Аха-ха-ха! — внезапно улицу накрыл рокочущий хохот. В тот же момент что-то обхватило меня и оторвало от земли. — Извини-и-ите! Ха-ха-ха! Я знаю только одного глупого беса во всей преисподней, который говорит «извини-и-ите»!

— Б-буч! Отпусти!

— Хер тебе на воротник! — ещё громче рассмеялся мясник и принялся тереть кулаком мою макушку. Я попытался разжать его хватку и выскользнуть, но у меня не получилось этого сделать даже на миллиметр. Как уже говорил ранее, мясник имел второе имя, которое мне было неизвестно, и обладал не только запредельной силой, но и скоростью.

В общем, давайте пропустим этот унизительный момент и перейдём к сути. К слову, стоит отметить, несмотря на неожиданно радушное приветствие, которое видели все окружающие, моего имени он вслух не назвал.

Буч затащил меня к себе в грильницу, подальше от чужих ушей, усадил за стол и тут же поставил передо мной поднос с сочной мясистой ножкой и большой стакан пенного пойла.

— Смотрю, возмужа-а-ал, подро-о-ос. — протянул Буч, усмехнувшись, и принялся дербанить окорок, запивая брагой. — Демоницу, видать, какую-то шоркал, да? Шоркал же? Суккубу не боюсь сладкую, а? Хе-хе-хе… Мясистую.

— Не… Она тоже быха сфоехо хода слухой. — Я не отставал от мясника в поедании ништяков.

“Чёрт побери, какое же оно вкусное!”

— Ну, поздравля-я-яю, поздравля-яю, хе-хе-хе. — Он снова впился зубами в мясо, а затем рывком отодрал огромный кусок. — Значит, ты у нас теперь беглый раб, да?

В этот момент я немного напрягся.

“Откуда он знает? Или просто предположил?”

— Не смотри ты так на меня. Тебя уже ищут, бестолочь.

— Ищут? Но я же только…

— Только убежал? Так потому и ищут, что только убежал. Видимо, Хелена тобой очень дорожит, раз послала в погоню самого Дуллахана.

— Не то чтобы дорожит, просто мы друг друга немного не поняли…

— Немного? — Буч снова захохотал. — Когда друг друга «немного» не понимают, то не посылают следом Дуллахана. Вы, видимо, дохрена друг друга не поняли. Мне даже кажется, ты её на хер триста раз подряд отправил, чтоб такое заслужить.

— Ну… Может, и было что-то такое… А кто этот Дуллахан? Страшный сильно?

Буч подался вперёд, уперев кулак в стол.

— Слышал про всадника без головы?

— Хм, доводилось.

— Вот он за тобой и идёт. — Мясник снова откинулся назад и заговорил спокойным голосом, продолжая уминать мясо. — Был тут до тебя. Вы с ним разминулись буквально в пару минут.

— А-а… — Я оглядел стол, еду, выпивку, которую цедил мелкими глотками, и перевёл взгляд на Буча.

— Что? Думаешь, пока ты тут жрёшь, вокруг моей грильницы собирается засада?

Я ничего не ответил, только осторожно окинул взглядом местность, в особенности крыши пристроек. Мясник тем временем, стянул последний слой мяса с косточки, выкинул за спину и продолжил.

— Хах, брось, Хью. Ни мне, ни Дуллахану не нужны засады или другие хитрости, чтобы тебя поймать. Хотел бы, так давно поймал.

— Тогда почему?

— Почему не сдам тебя? — спросил он, облизывая пальцы. Потом так и вовсе принялся когтем промеж зубов ковыряться. Тётушка Гортензия такое поведение бы не одобрила. — Как бы тебе объяснить… Видишь ли, у Великой матери есть какой-то план. Да, чаще она раздаёт имена за какие-либо заслуги, но случается так, что демон получается его, потому что ей так нужно. Я не знаю, что конкретно она задумала и зачем тебе дала имя, но получил ты его явно не спроста. И вот, мне бы не хотелось быть тем, кто спутал ей карты, понимаешь? Пусть это будет Дуллахан или сука Хелена, кто угодно. Можешь сам пойти утопиться, но мне оно не надо. Я прекрасно живу и собираюсь прожить ещё о-о-очень долго. Зачем мне галочка рядом с моим именем? Пусть там стоит плюс вместо минуса. Кстати, про твою подружку я тоже так думаю.

— Звучит как сюжетная броня от автора книги.

— Не совсем тебя понял, но я точно знаю, что Великая не любит что-либо дарить просто так. Она справедлива и честна. Может недоговаривать, но не лгать. И если думаешь, что тебе что-то подадут на блюдечке, то советую сразу отбросить эти глупые мысли. Никогда Преисподняя не дарит подарков за просто так. За всё нужно платить либо головой, либо руками, либо задницей. Понимай это как знаешь.

Я согласился. Не хотел с ним спорить или разводить философские беседы. Стопроцентная информация на эту тему вряд ли у кого-нибудь есть, и всё, что я сейчас услышал, скорее не более чем домыслы.

— Наверное, в таком случае стоит перестать называть её старушкой… — хохотнул, поднимая свою кружку.

И в этот момент у неё внезапно отвалилось дно. Повисла неловкая тишина, которую первым нарушил Буч.

— Хотя бы у меня в заведении больше так не делай. — неодобрительно покачал головой мясник, глядя на мокрое пятно на земле. — Кстати, а ты чего вообще припёрся-то? Тебе бы по-хорошему залечь куда-нибудь или спрятаться где-нибудь, пока шум не утихнет.

— Соскучился по твоей стряпне. — усмехнулся я и помахал окороком перед своим лицом. — А ещё хотел узнать, как мне попасть на баржи Абаддона.

— А-а-а, хе-хе, — Буч погрозил пальцем и покачал головой. — Безручку свою найти хочешь, значит. Слухи до меня недавно дошли, что капитан Тринадцатого по имени Геркас обзавёлся зверушкой. Злая, говорят, тварь. Сильная, как тысяча чертей. Но знаешь, что самое интересное?

— Что?

— Говорят, рука у неё всего одна.

Я почему-то сейчас уверен, что речь идёт именно про Дуру. Хотя и мясник, судя по всему, тоже так думает.

— И как мне добраться до него?

— О, тут ничего сложного. Иди к подъёмнику и спроси, кто в ближайшее время отправляется на Хэллпирс. Караван или даже телегу какую-нибудь обязательно найдёшь. Три дня пути, и считай, что уже там.

— Спасибо, Буч. Искренне.

— Ой, не надо. — забулькал мясник. — Я это от скуки делаю. Попадись ты мне под голодную руку, уже бы вертел из жопы торчал.

Я ему, конечно же, верил. Нет, серьёзно. Прям было видно, что он нихрена не шутит. И всё-таки он помог.

— Как хорошо, что ты сытый.

— Ха-ха-ха! — ударил он кулаком по столу. — Да-а-а… И последнее, — Буч снова подался вперёд. — Берегись Дуллахана. Я серьёзно. Он силён.

На этом наш разговор закончился. Я ещё раз поблагодарил мясника за его советы и информацию, кивнув в знак уважения. Он это определённо заслужил. Взял порцию мяса про запас, разбив одну синюю монету на серые, и направился к подъёмнику.

Хочу сказать, что местность вокруг него практически не изменилась. Всё так же шумно, везде, куда ни глянь, стояли ящики с товаром, сновали группы авантюристов, а торговцы о чём-то оживлённо беседовали между собой. К слову, зазывал здесь почти не было. Большинство предпочитали решать дела тет-а-тет, без лишнего шума. Кричали в основном грузчики, перетаскивающие тяжёлые тюки, и погонщики карганов, которые пытались усмирить своих упрямых животных. В остальном этот район выглядел довольно опрятно и даже мирно. Совсем не то, что я видел рядом с рынком плоти, где каждый второй готов был перерезать тебе горло за пару монет.

Пришлось немного побродить в поисках подходящего перевозчика, но в итоге, как и сказал Буч, я довольно быстро отыскал нужного.

— До Хэлпирса? — спросил я, подходя к демону, который сидел на краю своей телеги, куря трубку. Популярный, видимо, досуг в аду.

— Да, — сухо ответил он, не отрывая взгляда от своих сапог. — Двадцать серых. Три дня пути. С меня только дорога, припасы бери с собой.

— И как скоро отправляешься?

Извозчик оглянулся, осматривая телегу. К слову, половина мест уже была занята. Затем он медленно повернулся ко мне и ответил:

— Как заполнится.

— Успею закупиться?

— Должен. Но можешь и не успеть.

Бляха… Голодным ехать не хотелось. Я уже представил, как сижу в телеге, слушая урчание собственного живота, пока остальные пассажиры жуют свои припасы.

Извозчик, видимо, заметил мои метания и поспешил успокоить:

— Да ты не переживай. Вон видишь те две телеги? — Он указал пальцем в сторону. — Они тоже туда отправляются. Опоздаешь ко мне, сядешь на одну из них. Проблемы нет никакой. Но…

— Но? — насторожился я.

Демон усмехнулся, обнажив ряд острых зубов.

— У них может быть дороже.

— Хах, понял. Ладно, дядь, попытаюсь успеть.

На припасы пришлось потратить ещё около тридцати серых. Я взял себе нормальный мешок, сушёного мяса, каких-то хлебцов до кучи, сандалии со шнурками и одежду чуть получше взамен той, что снял с покойников. Всё ещё рвань, но уже не такая страшная. По крайней мере, теперь я не выглядел как бродяга, который только что вылез из могилы.

И да, мне повезло, я успел вернуться к тому извозчику, с которым разговаривал в последний раз. Вскоре наша маршрутка, запряжённая парой усталых карганов, отправилась в путь.

Я устроился на краю телеги, положив мешок с припасами рядом. Вокруг сидели такие же путники: пара демонов, которые о чём-то тихо переговаривались, и ещё несколько одиночек в потрёпанных плащах, которые предпочитали держаться особняком, а ещё какой-то дёрганный тощий хер. Специально сел от него подальше, чтобы не нервировал.

Телега медленно выехала за пределы рынка, и я почувствовал, как напряжение немного спало.

«Потерпи, Дура. Я скоро найду тебя», — подумал я, глядя на пыльную дорогу, которая уходила вдаль, к горизонту, затянутому кроваво-красными тучами.