По светлому следу

КАТАСТРОФЫ НЕ БУДЕТ, ЕСЛИ…
ОПАСНЫЙ ЭКСПЕРИМЕНТ

Местность вокруг была унылой: песок да колючие кактусы — настоящая пустыня. Солнце жгло немилосердно, как и полагается в пустыне. Генерал Хазард давно уже снял свой пробковый шлем и держал его на коленях. Раскаленный воздух, врывавшийся в штабную машину сквозь боковые окна, лишь усиливал духоту. Хазард чувствовал, что еще полчаса такой езды — и ему будет совсем худо…

— Как вы только не изжаритесь тут? — проворчал он, косясь в сторону полковника Причарда, все еще сидевшего в кителе, застегнутом на все пуговицы.

— Привычка, сэр, — хладнокровно ответил Причард.

— Сколько еще до базы?

— Мили три с половиной.

Генерал жадно выпил несколько глотков газированной воды и вытер влажным платком испарину, тотчас же выступившую на лбу. Он знал, что жажды все равно не утолить, но ничего уже не мог поделать с собой. А сухопарый полковник Причард действительно чувствовал себя в этом пекле самым превосходным образом. Он не только не пил, но даже и не взглянул ни разу на сифон с газированной водой. И лоб его, несмотря на застегнутый китель, был совершенно сух.

«Обжились тут, — с непонятным раздражением подумал о нем Хазард. — Совсем в черномазых скоро превратятся…»

Ему вспомнилось, что накануне второй мировой войны военное министерство усомнилось в чистоте расы Причарда. Подозревалось, что в жилах не то бабушки его, не то прабабушки текла негритянская кровь. Расследование, однако, не подтвердило этих подозрений, и Причард был оставлен в кадрах штабных офицеров спецкорпуса. После этой проверки стал он более жестоким к солдатам-неграм и карал их за малейшую провинность.

— Ну-с, — после довольно продолжительного молчания обратился Хазард к Причарду, — кого же вы обрекли на это дело?

— Джека Адамса, — ответил Причард равнодушным тоном.

— Негра?

— Да, сэр. Только этот негр — робот.

— Робот? — удивленно поднял кустистые брови генерал.

— Совершенно верно, сэр. Нам сконструировал его ваш друг профессор Писфул…

— За каким чертом? — грубо оборвал полковника Хазард. Ему не понравилось, что Причард назвал Писфула его другом.

— Для работы в складах термоядерного оружия. Он делает все безукоризненно точно и отлично управляем на расстоянии с помощью телевизионной аппаратуры, установленной в его корпусе.

— Похоже, что старик Писфул придумал полезную штуку, — одобрительно кивнул Хазард, снова наливая стаканчик газированной воды из сифона. — Ну, а почему же считаете вы этого робота негром?

— Я специально просел сделать его цветным, ибо негры — прирожденные слуги белых, — убежденно заявил полковник Причард. — И потом он ведь говорящий робот. Ваш Писфул… простите, сэр, — профессор Писфул вмонтировал в него ленту с магнитной записью. В нужный момент она приходит в действие, и Джек начинает говорить. Вернее, говорил, высказывал даже какие-то соображения.

— Говорил? А теперь, что же, потерял дар речи?

— Нет, сэр. Просто я попросил Писфула сделать его не таким болтливым. Нам достаточно, чтобы он только отвечал на вопросы. Теперь на все команды оператора он лишь докладывает лаконично: «Ясно, сэр», «Слушаюсь, сэр», «Готово, сэр».

— Нельзя сказать, чтобы все это было очень остроумно, — иронически усмехнулся Хазард, — но в общем сойдет… Ну, а базу вы уже передислоцировали?

— Да, сэр. Все наши бомбардировщики, техническая часть и личный состав окончательно перебазировались вчера на новое место в строгом соответствии с приказом генерального штаба.

— Значит, наш эксперимент мы проведем теперь здесь без всякого ущерба?

— Так точно, сэр.

— А последствия радиоактивного заражения?…

— Все учтено, сэр. Во-первых, вокруг — голая пустыня, во-вторых…

— Ну, хорошо, — нетерпеливо прервал полковника Хазард, — не будем сейчас вдаваться в подробности. Мне важно лишь одно — чтобы было как можно меньше шуму вокруг этого эксперимента. Когда же мы, однако, прибудем на место?

— Уже прибыли, сэр.

Машина остановилась возле какого-то холма, покрытого зарослями колючей растительности.

Генерал Хазард, несмотря на свою тучную фигуру, довольно легко выпрыгнул из машины и с удивлением стал оглядываться по сторонам.

— Как, это разве здесь?

— Да, сэр. Прошу за мной.

И, слегка пригнувшись, Причард пролез в узкий, хорошо замаскированный кустарником вход в подземное убежище. Рослый генерал последовал за ним, сердито ворча:

— Да вы меня, полковник, в преисподнюю какую-то ведете. Посветили хотя бы…

— Сейчас выберемся в освещенное помещение, сэр.

Вскоре они действительно выбрались в довольно просторный каземат, обложенный изнутри стальными тюбингами. В тусклом свете синих ламп, подвешенных под потолком, Хазард разглядел большой стол, на котором стояли два включенных цветных телевизора конструкции профессора Писфула. Штабные офицеры спецкорпуса тотчас же подали генералу и полковнику складные походные стулья. Один из них, с погонами майора, негромко стал что-то докладывать Причарду. Другой офицер, в чине капитана, принялся настраивать телевизор, стоявший против генерала Хазарда.

— Это что там такое, капитан? — спросил его Хазард, кивнув на экран.

— Общий вид бывшей базы тяжелых бомбардировщиков, сэр.

— У вас есть связь с оператором?

— Так точно, сэр.

— Передайте ему — пусть покажет возможно крупнее все ее участки.

— Слушаюсь, сэр.

Пока капитан связывался по радиотелефону с оператором передающего телевизионного пункта, Хазард повернулся к Причарду:

— Ну, что там у вас?

— Все готово, сэр. Прикажете начинать?

— Покажите мне, где это все должно произойти. Причард подошел к телевизору Хазарда.

— Вот тут, сэр, — указал он на небольшой продолговатый холмик полуовальной формы.

— Сколько их там?

— Одна, сэр. Остальные вывезены на новую базу.

Генерал некоторое бремя молча наблюдал за экраном, на котором все еще демонстрировались различные объекты бывшей базы тяжелых бомбардировщиков. Потом он посмотрел на часы и кивнул Причарду:

— Ну что ж, начинайте.

— Слушаюсь, сэр.

Причард подошел к радиотелефону-

— Дежурный! — коротко бросил он в микрофон. — Готов ли ваш Джек? Пошлите его в склад сектора «Зет-15».

Вернувшись к своему телевизору, Причард приказал майору потушить свет.

Изображение на экранах стало четче, контрастнее. Это был вход в дежурное помещение базы тяжелых бомбардировщиков. Медленно раздвинулись металлические половинки его наружных дверей, и из каземата не торопясь вышла угловатая фигура, облаченная в военную форму.

— Дайте крупнее! — отрывисто приказал генерал.

— Крупнее уже невозможно, сэр, — ответил Причард. — Мы и так используем самый совершенный наш телеобъектив.

Капитан, все время напряженно стоявший позади генерала, торопливо стал подкручивать ручку фокусировки изображения. Тонкие пальцы его заметно дрожали.

— Оставьте аппарат в покое, капитан! — раздраженно проговорил Хазард — ему тоже передалось нервное напряжение окружающих. — И не дышите мне в затылок.

Джек между тем довольно естественно, совсем как живой, шагал по территории базы. Похоже было даже, что он насвистывал что-то.

— Оператор! — нервно крикнул Причард в микрофон. — Почему не работает передающая радиостанция Джека?

Почти тотчас же из динамиков телевизоров послышалась мелодия популярной негритянской песенки, которую беспечно насвистывал Джек.

— Писфул записал этот мотив на магнитной ленте Джека, — пояснил полковник Причард. — Профессор, видно, не лишен чувства юмора…

— Зато вы, кажется, лишены чувства меры, полковник, — недовольно проворчал Хазард. — За каким чертом мне этот концерт вашего робота?

Причард снова отдал распоряжение оператору, и свист тотчас прекратился.

«Ну и неврастеник же этот Хазард», — с неприязнью подумал Причард о генерале.

А Джек тем временем достиг сектора «Зет-15» и скрылся за овальной насыпью верхнего покрытия одного из складов. Хазард неспокойно заерзал на своем стуле. Капитан, регулировавший его телевизор, совсем перестал дышать. Даже знаменитый своим хладнокровием Причард почувствовал с досадой, как повлажнели вдруг его ладони.

— Почему не работает телекамера Джека? — прокричал он в микрофон.

— Там слишком темно, сэр, — отозвался оператор. — Вы же знаете, что у нас нет теперь электростанции. А Джек и без того знает, что ему делать. Он ведь должен только пройти мимо бомбы…

— Прекратить эту болтовню! — раздраженно проговорил Хазард. — Прикажите снова дать общий вид базы.

Когда оператор переключил камеру на панораму базы, отчего освещенность экрана увеличилась, все вздрогнули невольно. Потом наступило томительное, тревожное ожидание. Слышно было только, как тикали настольные часы да негромко гудело что-то в телевизорах…

И вдруг на матовую поверхность четко вырисовывавшихся квадратов посадочной площадки аэродрома упала какая-то подвижная тень. Опытный глаз генерала Хазарда тотчас же распознал по этой тени четырехмоторный пассажирский самолет, идущий на посадку…

— Что же это такое, полковник?! — воскликнул Хазард, вскакивая с места. — Откуда он взялся?

— Не знаю, сэр… — растерянно проговорил Причард.

— Немедленно прикажите оператору… — дрогнувшим голосом прокричал Хазард, но было уже поздно. Экраны телевизоров ярко вспыхнули вдруг, и Хазарду показалось, будто он ослеп от этой вспышки.

Мгновение назад ярко сиявшее над подземным убежищем небо сразу же стало черным, как ночью. А на том месте, где был склад сектора «Зет-15», бешено заклубилась темно-бурая масса пыли, из которой чудовищной силой выпирало раскаленное добела, слепящее глаза гигантское полушарие. Хлынули по земле мощные воздушные струи. Раскаленная полусфера, мгновенно разрастаясь и тускнея, устремилась в небо, увлекая за собой клубящуюся массу пыли и газа.

А еще через какие-то доли секунды в воздухе висел уже десятикилометровый фантастический гриб, гигантская витая ножка и пышная, с розоватыми просветами, шляпка которого продолжали бешено клубиться, почти не меняя своих очертаний.