Пончик для Пирожочка (СИ)

Глава 24. Несса

Филерана мы притащили на кухню, усадили на стул и, наверное, даже связали бы, будь под руками веревка. Фейман-младший заметно сердился, но требования наши выполнил и устроился на сиденье, хмуря светлые брови и скрестив на груди руки.

Минни продолжала наставлять на него вилку.

— Убери ты это уже наконец, — раздраженно сказал ей Гарт, когда в тесноте кухни острия чуть не воткнулись в него.

— Ни за что! — возразила подруга. — Вилка — страшное оружие. Два удара — восемь дырок!

— Для того, кто владеет магией на твоем уровне, — наверное, — буркнул он.

Только после этого Минни вспомнила, что рядом маги посильнее нее, и сконфуженно убрала свое импровизированное оружие.

— Признавайся во всем! — грозно сказала я Филерану, помахав перед ним венчиком, который попросту забыла вернуть в миску, когда побежала на вскрик подруги.

— В чем? — спросил он.

— Во всем!

— Это вы с вашим отцом подстроили ограбление? — насела сверху Франни, сверкая на парня глазами.

— Какое еще ограбление? Что вообще происходит, вы можете объяснить?

— Ну да, конечно, притворяйся! — бросил Гарт. — Зачем бы еще шпиону сюда являться?

— Какому шпиону? — продолжал ничего не понимать Филеран.

По кухне неожиданно разнеслось громкое дребезжание. Шеф ударил половником по пустой кастрюле и мрачно смотрел на нас.

— У вас что, работа закончилась? Сейчас слойки сгорят! Гарт, у тебя крем засыхает! Несса, что с обещанным безе и почему посуда до сих пор не вымыта?

Я со вздохом сунула наконец венчик в миску и взмахнула рукой. Яйца начали взбиваться сами, посуда тихо заплескалась в мойке.

Хорошо быть магом.

Гарт недовольно зыркнул на меня и вернулся к кремовым цветочкам. Франни уже кинулась к печке, однако Ардан ее остановил.

— Я помогу, — сказал он. — Торты сложнее, чем слойки, лучше ими займитесь.

Заслонка открылась сама, из нее вылетел противень, выпечка стала аккуратно слетать с него и укладываться на большое блюдо. Все вытаращились на графа.

— Что? — удивился он. — Я сто раз видел, как вы это делаете, пока чинил магпечку.

Самое поразительное было в том, что Ардан тут же отвернулся от висящего в воздухе противня и уставился на Феймана-младшего. Это никак не помешало слойкам ровными рядами ложиться в тарелку.

— Филеран, что вы здесь делаете? — неласково спросил он.

— Пришел узнать у Минни ее планы на вечер, — мрачно ответил тот. — Это теперь что, запрещено законом?

Мы все повернулись к запунцовевшей подруге.

— Так-так, — тихо и многозначительно произнес Гарт. — Вот и мотив для ограбления нашелся.

— Замолчи! — огрызнулась она. — Может, это твоих рук дело?

— Да что у вас стряслось? — перебил Филеран. — Какого демона со мной обращаются, как с преступником?

— Ты сын нашего главного конкурента, — объяснила я.

— И когда это стало поводом угрожать человеку вилками и венчиками?

Ардан недовольно посмотрел на нас.

— Прошу всех вернуться к работе и не забывать о покупателях. Их тоже нужно обслуживать. Мы с мистером Партинсом сами можем поговорить с Филераном.

Подруга уже со вздохом направилась в зал, однако граф вдруг ее остановил.

— Минни, задержись, пожалуйста.

— Несса, иди в зал, — приказал шеф.

Я уже собиралась заспорить, как Франни меня опередила:

— Я пойду. Гарт с цветами и сам справится, Нессе нужно еще пончики печь, а у меня сил нет за этим наблюдать. Боже мой, так последние нервы потрачу, а ведь думала, что моя работа — это отдых по сравнению с воспитанием трех детей, — бормотала себе под нос она, поправляя фартук и покидая кухню.

— Филеран, сегодня ночью из «Сладкого волшебства» исчез ценный предмет, без которого нам сложно работать, — объяснил Ардан. — У нас есть основания подозревать, что в этом не обошлось без участия конкурентов, то есть твоей семьи.

— Ну а я-то тут при чем? — непонимающе уставился на него парень.

Волдог, который все это время упорно держался рядом с графом, даже когда псу несколько раз чуть не наступили на лапы, гавкнул. Филеран опасливо скосился на него.

— Очевидно, потому что ты сын Мервита, а ваша семья отчего-то пытается как можно быстрее перекупить у меня это заведение, — ответил Ардан, не спускавший с него взгляда.

Слойки в это время закончили перемещаться на блюдо, противень сам по себе вернулся в печку, заслонка закрылась. Я восхищенно выдохнула. И ведь граф даже не концентрировался, хотя это новое для него действие!

— Настоятельно рекомендую честно рассказать, что ты об этом знаешь, пока мы спрашиваем вежливо, — продолжал он.

Пирожок оскалился, наглядно демонстрируя, что ждет Филерана в противном случае.

Однако тот, вместо того чтобы испугаться, внезапно рассердился.

— Слушайте, сегодня первый раз за много дней, когда все наконец отстали от меня настолько, что у меня появилось время в одиночестве прогуляться. И только я пошел пригласить симпатичную девушку на свидание, как происходит… вот это.

— И чем же таким занят твой отец?

— Да понятия не имею! Вы в самом деле полагаете, что отец ко мне прислушивается? Как бы не так! Я второй сын в семье, всё унаследует мой старший брат, который и с кухни-то не выходит. Готовить я люблю от души, и лучше всего у меня получается сметанный крем, но от мага во мне только название. Меня все привыкли использовать как гонца, а отец страшно любит посылать меня к богатым клиенткам, чтобы я их очаровывал и они покупали все, что им скажут, только меня задрало за столько лет скакать всюду бешеным зайцем и расшаркиваться перед людьми, которые этого ни демона не заслуживают. Я не Никки, которая только рада, что ее в конце концов подложат под какого-нибудь тупого, зато титулованного богатея.

— Вот спасибо, — у Ардана дернулся рот.

— Уж простите, ваше сиятельство. Не принимайте на свой счет, но большинство лордов с офицерскими званиями, которые есть в Шенберри, не более чем солдафоны, свято уверенные в том, что всегда правы и что все должны им подчиняться в ту же секунду. Поэтому моего отца здорово бесит, что вы от них отличаетесь и не поддаетесь на уговоры продать «Сладкое волшебство».

— Зачем ему так упорствовать в приобретении убыточной кондитерской? — подивился шеф.

— Зачем-зачем… — вздохнул Филеран. — Взять ваше оборудование, починить, поставить за него толковых людей — и деньги можно лопатой грести. Старый граф Райатт ничего не делал и никак своим положением не пользовался, чтобы привлечь состоятельных клиентов. Он вообще, кажется, считал, что если заменить хотя бы болтик, то будет осквернена память его жены. А у отца есть связи в ратуше. Внимание «Сладкому волшебству» было бы обеспечено. Отец уже спал и видел, как заведение будет принадлежать ему, и вдруг появляетесь вы, ваше сиятельство, и вместо того, чтобы закрыть, начинаете развивать кафе, причем почти так, как это сделал бы сам отец. Вы не представляете, сколько проклятий в ваш адрес я услышал за последние дни. Ну что, довольны правдой?

— Да, спасибо, — Ардан внезапно улыбнулся, а Филеран обескураженно моргнул. — Полагаю, вы можете быть свободны, если только у моих коллег нет к вам вопросов.

«Коллег», ну ничего себе. Красиво звучит! Слегка подбоченился даже Гарт.

— И что, вы даже своего ужасного пса на меня не натравите? — не поверил Филеран.

— Эй, лорд Ардан не такой! — возмутилась я.

Граф, кажется, спрятал улыбку.

— Несса, а ты разве не должна готовить апельсиновую глазурь для пончиков? — поинтересовался он.

— А у меня уже все готово! — хвастливо объявила я.

И с удивлением поняла, что это действительно так. Пока я слушала Феймана-младшего, руки работали будто сами по себе, как и магия. Посуда вымылась, безе взбилось, а в миске передо мной густо блестела веселая оранжевая глазурь, пока еще жидкая.

Может, сила лорда Ардана каким-то чудесным образом передалась мне?

— Филеран, я верю, что вы ни при чем, — сказал он. — И прошу простить, если показался грубым. В последние дни обстоятельства складываются так, что поневоле начнешь подозревать в них вражеские замыслы.

— На вашем месте я бы, наверное, тоже так подумал, — неохотно признался тот. — Но, повторюсь, ничего больше об отцовских планах я не знаю — он не считает нужным ставить меня в известность. Хотя он всегда говорит, что работает исключительно ради нас, его детей, на самом деле главное для него — это деньги, деньги и еще раз деньги. Иначе бы он не забывал, что у нас могут быть собственные желания, которые расходятся с его личным видением нашего будущего.

— Мне это хорошо знакомо, — с пониманием вздохнул Ардан. — Еще раз благодарю за ответы и не смею больше задерживать.

Филеран медленно, с настороженностью поднялся и поправил теплый осенний плащ, как будто ждал, что сейчас на него кинется с ножами все кафе, но ничего не случилось. Мы продолжали работать, а Пирожок, хоть и кровожадно облизнулся, оставался на месте.

На лицо парня наконец вернулась его привычная обаятельная улыбка, а в походку вернулась легкость. Он подошел к Минни, которая все это время, после слов Филерана о свидании, не знала, куда себя деть, и нервно схватилась за свой фартук. Щеки у нее были краснее, чем весенний редис.

— Прости, что размахивала вилкой и обзывала преступником, — выпалила она.

— Ничего, учитывая произошедшее, я могу понять, — ответил Филеран, хотя в его глазах промелькнула грусть.

Если он обратил внимание на Минни аж в колледже, то не удивительно, что такая реакция сегодня его расстроила. Однако парень тут же согнал тоскливое выражение с лица и заставил себя вновь улыбнуться.

— Готов принять извинения в виде прогулки. У тебя случайно нет планов на сегодняшний вечер?

Наверное, ему действительно очень хотелось пригласить подругу на свидание, раз он не побоялся сделать такое предложение при всех нас, догадываясь, что Минни вполне может отказать сыну нашего конкурента.

Она бросила испуганный взгляд на меня. Я тут же замотала головой и яростно задвигала бровями. Ну да, мы собирались вечером чаевничать и есть пироги — сначала у меня, потом у нее. Но разве ж мы в другой день этого не сделаем?

— Я совершенно свободна, — ответила Минни с такой осторожностью, как будто ждала подвоха.

Но его не последовало. Филеран улыбнулся той самой сияющей улыбкой, от которой когда-то сходила с ума половина девчонок в колледже, и сказал:

— Хорошо, тогда я зайду за тобой сразу после наступления сумерек. Или вы сегодня позже заканчиваете?

— Нет-нет, время подойдет, — торопливо заверила подруга.

Фейман-младший улыбнулся еще шире, весело поклонился нам на прощание и ушел.

Минни с минуту ошеломленно смотрела ему вслед, будто не веря, что все это произошло на самом деле. Из оцепенения ее вывело тихое фырканье Гарта.

— Вот так Фейманы и заполучат шпиона среди нас.

— Да ну тебя! — разозлилась подруга. — Ты за других хоть раз в жизни радовался или только ядом сочиться умеешь? Сам-то небось еще год собираться будешь, прежде чем наконец решишься кое-кого на свидание пригласить.

Маг-повар, испортив очередной кремовый цветок, выпрямился так резко, что едва не задел коротко стриженной макушкой край вытяжки, и зло уставился на Минни. Быть бы крупной склоке, но Ардан прикрикнул на обоих:

— Возвращайтесь к работе! Не до ссор сейчас. Мы и так лишились магингредиента, еще не хватало заказы задержать.

Минни и Гарт смерили друг друга уничтожающими взглядами, но сдержались и разошлись по кухне.

Воспользовавшись заминкой, я подошла к графу и заглянула в его задумчивое лицо. У меня не было ни капли сомнений, что обязательно найдет, как выкрутиться из этой ситуации. С тех пор как он к нам присоединился, стало казаться, что мы способны вообще на всё.

— Лорд Ардан, — тихо позвала я, — может быть, мне все-таки сходить за соком?

— Нет, — твердо ответил он и посмотрел на меня. — Несса, ты можешь гораздо больше, чем считаешь. Ничего из этого не произойдет, пока ты не поверишь в себя, и уж точно — пока ты будешь прикрываться магингредиентами и прочей шелухой. Сегодня настало время настоящего боя. Мистер Партинс, — граф повернулся к шефу. — Мы планировали для гостей «счастливую» выпечку. Везде, где это еще возможно, замените ее на праздничные тыквенные пончики, которые готовит Несса.

У меня полезли глаза на лоб. Да и у шефа тоже.

— Но мы же еще не толком не проверили этот рецепт… — начал он.

— Несса вчера дала мне попробовать, и я ручаюсь, что он придется большинству покупателей по вкусу, — уверенно произнес Ардан. — Говорите всем, что это самое свежее веяние из Альзаса, которое вот-вот захватит весь Коруэлл, но наши посетители могут попробовать его даже до того, как это успеют сделать жители столицы. Никто не упустит возможность обогнать напыщенных королевских придворных.

— А если у меня не получится? — ужаснулась я.

Это же чудовищная ответственность! Сок винного дерева давал гарантию — даже если само изделие не придется покупателю по вкусу, его настроение все равно приподнимется и в жизнь хотя бы ненадолго придет радость. А что мои пончики? Ну булка и булка. Если она кому-то покажется невкусной, настроение, наоборот, будет испорчено. А сочетание из тыквенной начинки и апельсиновой глазури я вообще придумала меньше суток назад. Столько всего может пойти не так!

— Ты уж постарайся, — Ардан был просто воплощенным спокойствием. — Делай все в точности, как вчера. Сосредоточься на работе и готовь, как будто для себя. Тебе же это нравится — печь пончики, верно? Вот и думай об этом.

Легко сказать! На меня накатила паника. Конечно, я давно мечтала о том, чтобы моя выпечка покорила сначала Шенберри, а потом весь Коруэлл, и в самых сладких и притом постыдных грезах появлялись картины того, как пончики в критический момент спасают «Сладкое волшебство» от катастрофы. Но фантазии — это одно, а реальность, когда покупатели толпами пойдут плеваться и жаловаться, — это совсем другое.

— Лорд Ардан… — предприняла последнюю, жалкую попытку воспротивиться я.

— Я в тебя верю, — перебил он, глядя мне в глаза.

И было в этих глазах что-то такое, из-за чего у меня трепыхнулось сердце.

Я вдруг осознала, что категорически не могу подвести графа. Если это случится, кафе закроется, и Ардан перестанет к нам приходить. А я, кажется, уже не могла без его постоянного присутствия рядом, без звуков его голоса, мягкого смеха и проницательного взгляда, в котором крылось гораздо больше, чем мой ограниченный разум мог бы представить.

Я сглотнула комок в горле.

— Спасибо.

Он улыбнулся. Господи, клянусь, эта улыбка могла бы растопить великую ледяную пустошь на Крайнем севере.

Ардан отвернулся от меня и обвел взглядом кухню.

— Я верю, что вы все сегодня справитесь на отлично, что бы ни случилось. Мы готовились к этому дню, и пропажа сока ничего не может изменить. Кто вор, мы выясним и потом, а сегодня вы должны работать не просто как единая команда — как одна душа. Удачи вам.

Ему ответил хор нестройных голосов. Прояснилось лицо Минни, даже шеф вдохновленно расправил плечи. Только Гарт оставался кислым, но и он со вздохом кивнул графу.

— А что же будете делать вы, ваше сиятельство? — уточнил главный повар. — Разве не поможете нам?

Тот рассмеялся.

— Вот уж в чем я вряд ли в силах вам помочь, так это в готовке.

— Меня берут некоторые сомнения, — пробормотал шеф, бросив взгляд на идеально ровные ряды слоек на блюде. — Вы как будто именно для этого и родились.

— Это ваша вотчина, — покачал головой Ардан. — Я займусь тем, что мне подходит больше — проверю, не учует ли Пирожок след нашего воришки.