Пончик для Пирожочка (СИ)

Глава 7. Несса

Трясясь на жестком сиденье дилижанса, я проклинала все: и очередной серый дождливый день, и неровные дороги, и графа Райатта, из-за которого приходится это терпеть, и заболевшую тетку Минни, и даже саму Минни, если уж честно. Она могла бы и сама съездить к родственнице, чтобы выпытать у нее, чем питается хозяин. Однако подруге приперло взять меня, потому что, по ее собственным словам, она глупая, забывчивая и вообще сама не справится, хотя я что-то не припоминала за ней подобных недостатков.

Ехать в поместье пришлось ранним утром. Райатт жил за городом, и пешком по осенней хляби туда добраться было слишком трудно, а дилижанс до соседнего города, проезжавший мимо владений графа, отправлялся из Шенберри всего два раза в день: на рассвете и после обеда. Во втором случае мы бы не успели вернуться домой, так что выбора не оставалось.

Ясное дело, шеф разворчался ужасно. Который день подряд мы толком не работали, лишь шатались не пойми где, а главный повар и Франни тащили все на себе. Так за неделю кондитерскую с ног не поднимешь.

Но, пробурчавшись как следует, он нас все-таки отпустил, со вздохом сказав, что какая уже разница, если через несколько дней на «Волшебстве» будет поставлен крест. Хоть я и хотела узнать о любимом блюде графа, а после слов шефа почувствовала себя предательницей.

И правда, нам бы выполнять наши прямые обязанности и учиться у старших, пока это еще возможно, а мы за журавлями в небе гоняемся. Со стороны, наверное, наше постоянное отсутствие в кондитерской именно так и выглядело.

А потом вдобавок оказалось, что в дилижансе воняет, грязно так, будто по сиденьям и стенам проползло целое стадо хорошенько повалявшихся в луже свиней, и ужасно тесно. Перед главным праздником осени, Днем всех святых, который в некоторых деревнях по старинке называли Жатвой, жители небольших селений стремились попасть в более крупные города. Там можно было и повеселиться вовсю, и на ярмарке диковинок прикупить, и свой товар повыгоднее пристроить. Вот так и получилось, что я, по сути, сидела на коленях у Минни, хотя мы обе заплатили цену полного билета. И все потому что одна из пассажирок решила провезти с собой живую курицу в клетке…

Когда дилижанс замедлил ход, а снаружи раздалось: «Владения графа Райатта, выходите, кому надо!» — мы выкатились из экипажа с огромным облегчением и жадно вдохнули свежего воздуха. Вслед нам раздалось кудахтанье и вылетело облачко белых куриных перьев.

Дилижанс плавно качнулся и поехал дальше.

— Наконец-то, — едва слышно пробормотала Минни, расправляя платье.

Я тем временем огляделась и невольно выдала:

— О-о-о…

Оконца в дилижансе были маленькие, а сидели мы, как назло, в серединке, так что окрестностями полюбоваться не получилось. Теперь перед нами по обе стороны тракта простирались поля. Одно еще радостно желтело, ожидая уборки урожая, другие уже сиротливо подставляли под солнечные лучи «исподнее» — перепаханную сырую землю. Невдалеке виднелся лес, а перед ним — белый трехэтажный дворец. По бокам у него выделялись более крупные, чем основная часть, флигели, будто квадратные башенки, которые оканчивались крышей необычной формы. У каждой «башенки» она закруглялась и венчалась сооружением, похожим на беседку. Наверное, оттуда открывался прекрасный вид на окрестности.

Из-за этих флигелей здание напоминало старинный замок, но очень изящный и даже нежный. От основного тракта к нему отходила широкая дорога, упиравшаяся в кованые ворота. За ними было видно круглый фонтан — правда, он не работал. Вытянутые прямоугольные окна отражали пепельные облака и издалека казались дверьми в ненастное небо.

— Красота какая, да? — тоже выдохнула Минни.

— Ага, — только и смогла ответить я, не находя слов.

— Неудивительно, что за Ардана хочет выйти замуж каждая юбка Шенберри, — как всегда, очень рассудительно заметила подруга. — Особенно если учесть, насколько он сам хорош собой.

Мне невольно вспомнились его широкие плечи, стройная фигура и узкие бедра. Да, это тебе не долговязый Гарт-веник. А как граф, наверное, крепко прижимает к себе такими-то сильными руками…

По телу прошла странная дрожь. Сразу стало жарко в груди, и отчего-то засосало в животе, как от голода.

— Ты чего вздрагиваешь? — спросила Минни. — Замерзла, что ли?

От осознания, насколько неподобающими только что были мои мысли, а главное — насколько мне понравилось представлять Райатта в таком виде, жарко стало уже щекам. Я со стыдом отвернулась от подруги, надеясь, что она ни о чем не догадается.

Этот мужчина может разрушить нашу жизнь. А я еще слюни на него буду пускать? Ну уж нет, он этого недостоин!

— Да, сырость противная, пробирает до костей, — соврала я Минни. — Идем уже скорее. Надеюсь, на ходу согреюсь.

— Идем, — согласилась она.

Привратник удивился — гостей в поместье не ждали. Когда мы объяснили, к кому приехали, и показали заботливо заготовленные для тетки лекарства, нас пропустили без лишних вопросов и даже объяснили, куда идти. Отдельно и строго привратник предупредил, чтобы мы не шатались по владениям, припугнув Пирожком. Дескать, волдог не посмотрит, просто заблудились мы или обворовать графа пытаемся. Цапнет — и прощай, белый свет.

Мы покивали. Сомнения в этом не возникли ни на долю мгновения.

От ворот до дворца еще нужно было дойти — к нему вела широкая дорога с каретным подъездом к дому. Я шла хоть и не с раскрытым ртом — не настолько уж я простушка! — но постоянно озиралась и с восхищением разглядывала поместье.

Возле усыпанной мелкой галькой дороги, например, стояли фонари, и не простые, а фигурные. Мотивы повторялись в определенном порядке: стихия воды, огня, затем земли и воздуха. Семья Райаттов издавна славилась тем, что в ней рождаются сильные стихийники. Благодаря этому они и получили когда-то титул.

Через гальку пробивалась трава — похоже, кареты в последнее время ездили здесь реже, чем раньше. Оно и неудивительно. Старый граф давно не вел светской жизни, а молодой почти и не жил в Шенберри. Если присмотреться, становились видны и другие признаки запущенности. Кусты у дороги давно не подстригали, те же фонари при всей их красоте начали покрываться ржавчиной, давно увядшие розы на цветниках никто не срезал, тут и там облупилась краска.

И все равно поместье с дворцом поражали воображение. Мое — так уж точно.

— Ты куда? — одернула меня Минни, когда я по инерции направилась к главному, парадному входу. — Вход для слуг с другой стороны.

Я вздохнула, оглядывая широкую белокаменную лестницу, ведущую к крупным резным дверям. На перилах были установлены небольшие статуи, но отсюда толком не получалось разобрать, что они изображают. Вот бы подойти поближе, рассмотреть все детальки…

— Давай хоть на фонтан полюбуемся, — взмолилась я.

— Так он все равно не работает, — удивилась Минни.

— Вот какая ты!.. Ну и что, что не работает, зато красивый.

— Ну ладно, — смилостивилась она. — Но потом сразу пойдем к тетке. Не хочу много внимания к нам привлекать. Да и где-то тут бродит Пирожок…

Подруга нервно оглянулась, но зловещего пса поблизости было не видать.

— Может, граф уехал и его забрал, — предположила я.

Дома ли Райатт, мы у привратника не поинтересовались, и как теперь это выяснить, я не знала. Конюшня и прилегающий к ней каретный двор остались позади. По холодному отражению неба в окнах было ничего не понять.

— Ну да, а привратник зачем тогда волдогом припугивал? — спросила Минни.

— А для пущей острастки, чтобы поменьше слонялись, — пожала плечами я. — Давай, не упрямься, идем к фонтану. Ну не выпрыгнет же Пирожок прямо оттуда.

— Может, он и это умеет, — проворчала она, но пошла за мной следом.

Я подбежала к высокой чаше фонтана, оперлась на края и заглянула внутрь. Поскольку он не работал, то и воды, к сожалению, в нем не было, только небольшая лужица, оставшаяся после дождя, и ворох нападавших желтых листьев. Наверное, подачу выключили, потому что стояла уже поздняя осень — так поступали и с городским фонтаном, установленным перед ратушей. Интересно, а летом тут водились рыбки? Если да, то, наверное, карпы. Почему-то я представляла себе именно их.

Сам фонтан был выполнен из белого камня, скорее всего, мрамора — я в породах совсем не разбиралась. На постаменте стоял маг воды — очередной намек на таланты Райаттов. К знатокам скульптуры я не относилась, но не оценить работу безымянного мастера, который ее создал, было невозможно. Он прорезал в камне каждую деталь костюма, все складки на развевающемся плаще, даже ямочку на волевом подбородке мужчины, и выточил ему идеальные мускулы атлета. Статуя причудливо выгнулась, будто в танце, а струи, похоже, должны были бить прямо из его рук. Любопытное решение.

— Ну, нагляделась? — дернула меня за юбку Минни. — Пойдем уже. Я так скоро замерзну.

— Пойдем, — уныло согласилась я, бросив последний взгляд на скульптуру.

Нам пришлось обойти замок по кругу, чтобы добраться до заднего входа, предназначенного для слуг. По пути мы никого не встретили, хотя день только начинался. Минни вспомнила, как тетка рассказывала о том, что новый граф уволил половину слуг, посчитав, что они в относительно небольшом поместье не нужны и только маются от безделья. Ну да, для охраны, наверное, одного Пирожка с лихвой хватало…

Когда мы вежливо постучались в двери, никто, естественно, не открыл. Мы переглянулись с Минни, пожали плечами, и она толкнула створку сама. Та легко отворилась.

Мы робко засунули головы внутрь. Откуда-то издалека слышались голоса, однако нас никто не встретил. Небольшое междверное пространство со стенами, обшитыми деревом, пустовало. Проходов ни справа, ни слева не было, только еще одна массивная дверь впереди.

— Ну идем, что делать, — пробормотала подруга, явно стараясь подбодрить сама себя.

— Да не нападет на нас волдог, — успокоила я ее, верно поняв, отчего она нервничает. — Мы же идем ровно так, как сказал привратник. Ничего не нарушили, в неположенные места не забрели.

— Вопрос только в том, знает ли Пирожок, какие места положенные, а какие нет, — парировала она.

— Ну ты же трезвомыслящая девушка, Минни! Если бы пес этого не знал, он бы уже сожрал всех слуг.

— Может, и сожрал, — буркнула подруга. — А граф соврал, что их уволил.

Я закатила глаза.

— Ладно, первой пойду, раз ты такая трусишка.

Я смело шагнула вперед, схватилась за крупную медную ручку и с силой толкнула ее от себя, ожидая, что массивная на вид створка будет тяжело открываться. Однако она с неожиданной легкостью буквально отлетела от меня и во что-то врезалась. С той стороны раздались стук и тихое ругательство.

Сердце мое ухнуло в пятки. Вот еще не хватало в графском поместье кого-то сбить с ног! Я тут же ринулась вперед, чтобы помочь пострадавшему и скорее перед ним извиниться.

Но стоило мне увидеть этого человека, как вместо того, чтобы броситься к нему, я оцепенела. Руки похолодели, а сердце, кажется, и вовсе перестало биться.

На паркете валялась изящная аристократическая трость. Передо мной, морщась, потирал ушибленный лоб высокий мужчина в точно подогнанном по фигуре черном камзоле, с отросшими смоляными волосами. При виде меня его глаза расширились.

— Опять ты? — воскликнул граф Райатт.

Дорогие читатели, эта книга поступила в продажу. Надеюсь, мы еще с вами встретимся в продолжении, чтобы узнать, удалось ли Нессе впечатлить Пирожка с графом пончиками)) А пока напоминаю, что у меня группа в ВК и канал в Телеграме с одинаковым названием «Принцы и драконы | Книги Элис Айт». Там регулярно проводятся розыгрыши и другие активности по этой и другим историям;) Заглядывайте на огонек!