Попаданец. Чужая империя

Глава 19 В чужой семье

Несмотря на юный возраст, я уже повидал, как умирают люди. Всё же, на медика учился, подрабатывал в реанимации. Наверное, я от природы такой: чужая смерть меня вообще никогда не трогала. Это если речь идёт о человеке. Животные — другое дело.

Однажды у меня умер любимый пес. Семь лет мы были неразлучны. Вот тут я горевал! Долго не мог себе места найти. Смерти людей по естественным причинам почему-то не вызывали такой бури эмоций. Особенно безболезненные.

Нет, не подумайте. Уход из жизни меня и не радовал совершенно. Родственникам умерших я всегда говорил слова сочувствия, выражал скорбь. И, наверное, мне было жалко тех, кто умер.

Но недостаточно. А вот убийство меня впечатлило. Был человек — и нет. Так просто, как будто шарик лопнул. Волосы на голове встали дыбом. Изо рта несчастного текла кровь и пена, тело рвала агония. Хрипы.

Моя энергия из пальцев рвалась наружу. Лицо несчастного исказила гримаса боли. А потом я отчётливо увидел всего глазах ужас. Разочарование. «Это всё⁈» — вопрошали глаза. Я понимал, что нужно бежать, но ноги будто приросли к земле. Не мог даже пошевелиться.

— Чего стал? — злобно спросил горец. — Иди за тачкой. Возле стойла возьмешь. Шевелись!

Он вытер свой кинжал о вещи Ивана. Как молниеносно он нанёс удар! Я даже не мог понять, жалко мне здоровяка или нет. В конце концов, он хотел убить нас обоих. Прямо угрожал! Со мной бы у него, наверно, получилось. А вот с охранником — нет. На негнущихся, ватных ногах я пошёл за тележкой. Прикатил её к месту преступления.

— Хорошо дрался, — похвалил меня горец с улыбкой. Он уже успокоился. — Как мужчина. Я — Ахмед. Лезгин. Оскорбил страшно труп.

— Да, — кивнул я. Не стоит спорить с человеком, у которого такой кинжал. — Я — Семён.

— Знаю, крестьянин, — снова улыбнулся Ахмед, но тут же стал серьёзным. — Аллах свидетель: он первый бил. И угрожал. Мне и тебе. Я защищался.

Я на всякий случай решил с ним не спорить. К тому же, в его словах была доля правды. Иван недвусмысленно заявил, что хотел меня убить. А Ахмеда и вовсе обозвал.

— Всё так. Аллах свидетель. Я буду молчать.

— Оправдали бы меня, — продолжал Ахмед с забавным акцентом. — Любым судом. Но зачем? Базар большой. Растворится Иван. Иди отдыхать, крестьянин. И молчи. Спросят: говори, Иван ушёл. Усёк?

— Конечно, — ответил я.

В душе была радость, за которую стыдно. Меня не убили! Правильно было бы вызвать полицию. Рассказать, как было дело. Заявить. Но полиция меня искала — это раз. Никто бы мне не дал её вызвать — это два. А в-третьих, Иван заслужил то, что с ним произошло. Эти горцы — сплошь серьёзные ребята. Нельзя с ними шутить.

Поэтому я ушёл отдыхать. Сил не оставалось. Красный столбик был близок к нулю, а синий стал заметно ниже. Я уже понял, что они означают. Красный — здоровье, синий — сила. Совсем как в играх! Их я не любил, если что. Когда-то давно, в детстве, играл в Diablo II. И в «Героев меча и магии». А больше ничего наш компьютер не тянул.

Уже когда я поступил на медфак, родители мне ноутбук подарили. Но я поклялся не заниматься на нём ерундой. И слово своё держал. Я пришёл в стойло, вымыл руки, стёр пот со лба. И — лёг спать, надеясь, что дурной сон закончится. Увы, я ошибался. Ночью у меня было нечто вроде видения.

Оно отличалось и от России 2022-го года, и от этого кривого зеркала, куда я попал в тело бомжа. Представьте — огромное поле. В центре — круг, я шёл по нему босиком. Поверхность напоминала грунт, как на теннисном корте. В центре стоял бородатый старик с длинным посохом. На мужчине был надет серый балахон. Я же носил только набедренную повязку.

Я приближался — старик делал взмах и бил посохом в центр. И я возвращался к началу поля. Снова шёл. Снова взмах. Возврат. Странно, но во сне эти перемещения меня совершенно не смущали. Я просто шёл и шёл. Чувствовал ногами грунт. Смотрел в глаза старика. И когда он снова занёс жезл, чтобы отправить меня обратно, я поднял руку.

— Я готов, — сказал ему. И тут же проснулся.

— Шёпотом говори, — прошептал Азад, тормоша меня за плечо. — Готов он. Спят все! За мной.

Азиат с хитрыми глазами меня не обманул. Мы снова пришли к его шатру, выпили чая и съели свежевыпеченные лепёшки. Они были пышными и по вкусу напоминали блины. Пальчики оближешь.

— Сегодня огурец пошёл, — сказал он. Я кивнул. — Взял большой грузовик. Будем огурец давать.

— Угу, — ответил.

— У меня ж тачкарь — как мул. Здоровый!

И засмеялся. Я тоже улыбнулся. Удивительное дело, но после вчерашних физических упражнений я не чувствовал усталости. Прикрыл глаза, чтобы увидеть столбики. Красный почти восстановился, а синий — остался на том же уровне. Мало!

— Что от тебя Иван хотел? Слышал, дрался он, — спросил Азад.

— Старые обиды, — пожал я плечами. — Он со мной бился. И проиграл.

— Иван — бригадир, — объяснил мой наниматель. — Всё про какого-то Семёна спрашивал. Видел, нет.

— Угу.

— Я же не знал, что он тебя искал, — ответил азиат. — Я бы тебя не выдал, брат.

— Он ушёл, — повторил ему я. — Вопрос закрыт. Ахмад выгнал Ивана.

— Ахмед, — поправил меня Азад. — Ахмед любит, чтобы всё было чисто. Это его стойло. Где ты спишь.

— Угу.

— И ты видел, как он его гнал? — продолжал допытываться азиат.

— Нет, — пожал я плечами. — Спать пошёл. Они там сами говорили. Но Иван ушёл — это факт.

Помолчали. Я отхлебнул ещё чая и увидел, что синий столбик немножко восстанавливается. Сделал большой глоток. Ты смотри, точно! Надо узнать рецепт.

— Ты теперь в семье, брат, — вдруг сказал смугляк с улыбкой. — Правильно, что ушёл этот Иван. Наших он бил. Чурками звал. А какие мы чурки? Мы — подданные.

— Полностью согласен.

— Покажешь себя хорошо — будешь нашим, — закончил смугляк. — Поднимешься. Ты говоришь красиво, можешь торговать. Директором можешь стать! Нам в семье нужны русские.

— Всегда мечтал, — сыронизировал я. Но Азад этого не понял.

— Только надо сначала деньгу сколотить, — сказал он. — А дальше поможем. Ну, пошли. Я вот торгую плохо. Малый доход имею. И на тачкаря знаешь, сколько трачу?

Несколько следующих суток напоминали день сурка. Пробуждение, лепёшка с чаем, бесконечные заезды с тачкой. Ужин. Один раз Азад в обед помыл здоровенный арбуз. Обожаю эту ягоду! Или фрукт. Но был и побочный эффект: арбуз обладает мочегонным эффектом, но во время работы справлять нужду просто негде.

На шестой день мне представилась возможность отличиться. И кардинально поменять судьбу бомжа — который уже по счёту раз.