Потаённые желания Тёмного Властелина

Глава 2

Так и не поняв, почему Маору ко мне, когда ещё все крепко спят, вдруг пришел, я бросила взгляд на долину и, заметив край поднимающегося солнышка, закуталась в плед. Ложиться спать уже нет никакого смысла, так хоть на рассвет посмотрю, полюбуюсь. А полюбоваться тут действительно было чем. Мир Мао был восхитителен.

До того, как я здесь очутилась, я почему–то представляла его планету мрачной, погруженной в постоянную тьму. Где голые стволы черных, высохших деревьев соседствуют с куцей растительностью. А алое солнце озаряет пустынный и безжизненный пейзаж кровавым светом, добавляя общей картине ужасающих и леденящих кровь красок. Ну а сам дворец демониона, сложенный из черных каменных блоков, стоит на самой высокой горе, а с другой стороны его окружает глубокий ров. Как же я ошибалась!

Стоило мне только очутиться на планете Армадан, мои глаза сразу разбежались от обилия удивительных и разнообразных красок вокруг, а яркое солнце даже ослепило меня на миг. Темно–зеленая густая трава, темно–синее небо, высокие деревья, окрашенные тысячами оттенков, и волшебный, будто сказочный, белоснежный замок с тонкими шпилями стоял прямо посреди леса, подле озера с кристально–чистой водой. Вот что я увидела, когда Маору поставил меня на землю. От этого зрелища у меня перехватило дыхание. И, пока мужчина потягивался, лениво обозревая округу, я наслаждалась свежим, чистым воздухом и видами.

— Это… это твой дом? — почему–то шепотом уточнила я, показав на замок, что стоял с другой стороны озера, на горе, окруженной непролазным лесом.

— Да, — Мао с хмурым видом кивнул. — Опасно было сразу туда перемещаться. Неизвестно сколько времени прошло с моего перемещения. Время в разных мирах течет по–разному. Могли и найти его мои… ярые почитатели. Но, смотрю, время года то же, замок цел. Да и Шантаэра тут нет, значит он убедился, что всё в порядке, и уже перенес всех детей внутрь.

— Как–то иначе я себе представляла твой замок, — честно призналась я. — Думала, тут будет мрачно, темно и летучие мыши вокруг кружить, оглашая жуткими воплями округу, отпугивая всех вокруг.

— Ага, а я сам буду на самой вершине стоять и злобно хохотать, — мужчина одарил меня скептическим взглядом.

— Ну–у–у вроде того, — я пожала плечами. — Но у тебя тут очень красиво. Совсем не верится, что это замок самого Повелителя.

— Властелина, вообще–то, — поправил меня Мао ещё более мрачным тоном. — Тут я живу, мне здесь нравится. Но резиденция в столице… примерно так и выглядит, как ты описываешь. Максимально отпугивающей, чтобы не ходили ко мне на приемы и с прошениями не спешили всякие бездельники… — увидев мой вопросительный взгляд, он добавил: — Но я не хожу, как придурок, по замку и не хохочу. Я там работаю. И мышей летучих у меня тоже нет…

После чего Маору, взяв меня крепко за ладонь, вытянул вперед руку, и мы тут же очутились в шикарном кабинете. Не было никакого портала, ничего. Миг, и мы стоим совсем в другом месте. Тоже так хочу!

— Присаживайся, — мужчина указал мне на кресло около письменного стола, а сам отошел к закрытому шкафу. — Сейчас я с тобой разберусь, и дальше буду делами государственными заниматься. Даже если пару дней тут только прошло, точно успел кто–то что–то наворотить… а мне это разгребать.

Продолжая бурчать про то, какие все вокруг остолопы, Мао открыл шкаф и начал там копаться. Я же, слушая его недовольство вполуха, внимательно осматривалась.

Ничего необычного — самый «заурядный», правда невероятно шикарный, кабинет. Письменный стол, обитый темной кожей стул, пара шкафов с книгами, пара — закрытых. Несколько изящных мягких кресел подле стола. Обивка из черного бархата с серебристой нитью. Деревянные подлокотники украшены замысловатой резьбой и раскрашены серебристой краской, а может, это само дерево имело такой необычный окрас. Темный наборный паркет на полу, сверху — светло–серый пушистый ковер. Три огромных окна, из которых яркий свет озаряет всю комнату: портьеры тоже из такой же, как и обивка кресел, черной с серебристым ткани отодвинуты в сторону. Никаких излишеств и пугающих элементов декора, в виде черепов и склянок с частями тел, тоже нет. По–мужски аскетично, но красиво.

Посмотрев на стол, я сразу увидела справа высокую кипу исписанных мелким, аккуратным подчерком бумаг на отполированной поверхности. Пару ручек, отдаленно похожих на земные, никаких перьев. Слева высилась стопка разного размера книг. Да, праздное времяпрепровождение — это, видимо, совсем не про Мао.

— Откинь волосы, — оторвав меня от дум, произнес мужчина, подойдя ко мне.

В руке он держал тонкую серебристую цепочку с небольшим, размером с ноготь мизинца, кулоном: золотистый камень каплевидной формы в искусной оправе.

— П-подарок? — спросила я, попутно собрав и приподняв распущенные волосы к затылку.

— Мера защиты, — хмыкнул Маору.

— От меня? — сразу насупившись, резюмировала я.

— От тебя нужно что–то более серьезное, — вдруг расхохотался Мао и, надев на меня цепочку и застегнув её, пояснил: — Вместо ошейника. Временно. Защита тут немного посерьезнее чем была, ну и ещё я сразу буду знать, где ты точно находишься.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Ага, — я важно покивала, украдкой пальчиком погладив камешек, и любуясь им. — Это как сигнализация у автомобиля: навороченная, с брелоком и всякими функциями.

— Понятия не имею, о чем ты говоришь. Хотя… — он, присев на подлокотник моего кресла, прикрыл глаза. — Да. Я понял. Что–то вроде того. Этот артефакт будет сигнализировать мне о твоем состоянии, твоем местонахождении и в случае чего подаст сигнал тревоги, ну и защитит тебя, если твоей жизни будет что–то угрожать.

— Спасибо, — я ещё раз обвела необыкновенный камень, который словно светился изнутри, пальцем.

— Пожалуйста, — взлохматив мне волосы, попутно почесав за ухом, отчего я невольно тихо мурлыкнула, демонион встал и положил мне руку на плечо. — Теперь мне пора заняться делами. Наотдыхался уже. А ты пока отдыхай.

— Мао, — покраснев, я отвела взгляд. — Ты говорил, что потом…

«мне всё расскажешь, как ко мне относишься», — сказала я, уже стоя посреди шикарной, белоснежной спальни…

— Это как понимать? — пробормотала я, оглядываясь. А сама уже знала ответ на свой вопрос. Мао переместил меня сюда. А мой вопрос так и завис где–то между его кабинетом и этой спальней. Опять я осталась без ответа!

Притопнув ножкой из–за легкого раздражения, я осмотрелась.

И тут тоже было красиво. Огромная кровать с балдахином. Все в белых тонах с жемчужным оттенком, с серебром. Хрустальная люстра. Пара прикроватных тумбочек. Два окна до пола, камин из белого камня. И четыре двери. Одна стеклянная вела на большой балкон, другая, судя по всему, в коридор, о том, куда вели другие, я пока только догадывалась. И, дабы не откладывать на потом и не топтаться без дела на месте, я сразу пошла все исследовать.

Открыв поочередно каждую дверь, я убедилась в своих догадках. Дверь, что была напротив балконной, вела в бесконечный, как мне показалось, коридор. Вторая, подле «входной», открывала недра бездонного, но сейчас абсолютно пустого, гардеробного шкафа, что по размерам больше напоминал комнату в моей квартире. Множество перекладин для вешалок. Стеллажей разных размеров, ящичков, и даже там было большое зеркало до пола. В котором я увидела своё отражение. Испугалась до чертиков — лохматое, чумазое нечто в огромном, волочащемся по полу, черном плаще. Под глазами я сразу разглядела круги, на щеке темное грязное пятно. А белые волосы больше по цвету и виду напоминали грязную половую тряпку. Ох-х… Красотка! Увидишь — устанешь креститься. И такую Мао даже поцеловал? Эдак ему можно за такой поступок и медаль вручить за самоотвержденность! А мне орден — за неряшливость. Срочно в душ!

И я рванула к последней двери, за которой обнаружила комнату метров сорок, не меньше. Все стены у неё были выполнены из цельных каменных плит, белого и синего мрамора. Хотя, может, и не мрамор это, но очень уж похож. И в этой комнате располагался бассейн длиной метров пять из светлого камня, а на дне которого был выложен рисунок в виде экзотического полураспущенного темно–синего цветка с золотистой сердцевиной. Ещё тут была ванна из толстого белого камня с темно–синими прожилками, почему–то с тремя краниками и ручками. Прямо в стене, рядом с ней был сделан шкафчик, в котором стояли разнообразные баночки и бутылочки. Также здесь за небольшой стенкой стоял, отдаленно напоминающий земной, подвесной унитаз из такого же камня, как и ванна. Ну и как не упомянуть огромные в виде арок окна до пола. Я от такой красоты обомлела и забыла, зачем сюда вообще пришла. Только приметив в очередной раз себя в отражении одного из зеркал на противоположной стене, я пришла в себя и без раздумий скинула плащ, и пошлепала к ванне, оставляя за собой грязные следы от босых пыльных ног на кристально чистом, белоснежном полу.

Через десять минут, пока я нежилась в горячей воде, намываясь всевозможными средствами с нежной консистенцией и умопомрачительно тонким, приятным ароматом, я вспомнила про детей… Прокляв себя, посыпав голову пеплом, оставшимся от моего мозга, я подскочила, быстро всё с себя смыла и, на ходу вытираясь, вылетела в комнату, попутно размышляя, во что мне завернуться — в простынь или наволочку. Надевать грязный плащ не хотелось, в полотенце тоже не разгуляешься — слишком толстым и махровым оно было, я была бы похожа на круглый шарик с ножками.

А в комнате меня уже ждали. Точнее, ждала крайне миловидная женщина лет шестидесяти на вид. Похожая на добродушную бабулю с седыми волосами, собранными в пучок, в длинной темной юбке и белоснежной строгой рубашке со стоячим воротничком. Она меня встретила такой приятной улыбкой, что я, сначала испугавшись, сразу оттаяла и ответила улыбкой.

Назвавшись Эни, она пояснила, что она здесь домоправительница, и с любой просьбой я могу к ней обращаться. Также женщина сразу успокоила меня, когда я спросила, где дети, что с ними всё в порядке, и они сейчас сладко спят в комнатах на втором этаже.

А ещё эта прелестная домоправительница пришла не с пустыми руками — она принесла нежно–голубое платье, белье, и на столе подле камина меня поджидал целый поднос, уставленный разными напитками и яствами.

С платьем она мне помогла сладить, попутно рассказывая, как тут у них всё устроено, и где что находится.

Столовая, кухня, общая гостиная и другие хозяйственные помещения, и комнаты для прислуги — всё это располагалось на первом этаже, второй этаж считался гостевым. Третий — «хозяйский». До меня тут обитал только Маору. Здесь у него и кабинет, и спальня. Остальные комнаты пустовали. Правда она тут же добавила, что вообще весь замок до нашего появления пустовал. Кроме небольшого штата прислуги, тут жил только Властелин. И опять чарующая, добрая улыбка коснулась её губ, когда она заговорила о Мао. Было видно, что не страх она испытывает к нему, а уважение, граничащее чуть ли не с почитанием. Вот дела! Волшебный замок в чудесном месте, ничего похожего на логово злодея и вселенского чудовища, прелестные интерьеры без отрубленных ножек и ручек, и слуги, которые его боготворят. Все стереотипы были разрушены. Меня это хоть и сбивало с толка, но радовало. Ведь теперь тут будут жить дети… и я… с мамой.

После такого краткого знакомства Эни отвела меня к детям, которых караулил Таэр. Их поселили в смежных комнатах, разложили по кроваткам, дверь между комнатами оставили открытой, и керр’эр’ир, поставив в проходе стул, с мрачным видом на нем восседал.

Узрев моё появление, он тяжело вздохнул:

— Спасибо тебе от всего сердца, — буркнул Шантаэр, — зная Мао, этими хулиганами теперь будем заниматься мы с тобой! Попомни моё слово!

— Я совсем не против, — я с замиранием сердца и умилением оглядела сладко спящих на кроватях малышей.

— А я — против! Мне не нравится это тело. Мне нравится воевать и…

— Тихо! — шикнула я, когда он повысил голос. — Разбудишь ещё. Пускай поспят спокойно, им через столько пришлось пройти.

— Лиэна, — он испуганно оглядел всех и, убедившись, что никто не проснулся, продолжил уже шепотом: — такой подлянки я от тебя не ожидал! Ты — ходячая неприятность. Сколько мне теперь лет нянькой придётся быть? Десять, двадцать? Я ведь с ума сойду!

— Извини, Таэр. Я ведь не знала, что так получится и тебе придется за ними приглядывать, — я подошла к нему ближе, чтобы не пришлось повышать голос. — Кстати, ещё я хотела сказать тебе спасибо за твою помощь и попросить прощения за своё поведение. Тебе опять из–за меня попало…

— Ладно, брось, — отмахнулся Шантаэр и посмотрел на меня своими алыми глазами. — Я сам виноват. Да и с этими, может, и сладим вместе.

— А может, и не заставит Мао тебя приглядывать? Или я попробую с ним поговорить и убедить, что и сама, одна справлюсь.

— Попомни мои слова, Мао мы будем видеть редко, особенно сейчас, и на разговоры он будет совсем не настроен. Так что пока не подходи даже близко к нему, если не хочешь познать силу его недовольства. А, поверь, он будет в очень дурном настроении пару дней — он ненавидит разбирать бумажки, коих наверняка скопилось сейчас превеликое множество, и бывать в столице, встречаться с напыщенными аристократами. Даже я пока буду избегать его общества и лучше побуду с детьми. Спокойнее всем будет…

И те слова Таэра оказались практически пророческими…