Потаённые желания Тёмного Властелина

Глава 36

— Кто его сделал?! — взревел гном уже не своим голосом, и я бочком, по стеночке, начала отступать в сторону выхода.

— Мастер пожелал сохранить инкогнито, — упорно талдычила я. — Если вы ответите мне на мой вопрос, может, я дам вам подсказку.

— Подсказку? — прищурившись, он смерил меня долгим взглядом, и я утвердительно кивнула. — Согласен.

И мастер–артефактор Мару сразу успокоился. Указав ладонью мне на одно из кресел, стоящих друг напротив друга, он присел в ближайшее к нему.

— Показывай! — дождавшись, когда я присяду, он требовательно протянул руку, и в этот раз я, аккуратно подтянув рукав платья, не очень долго, но хорошенько подумала, прежде чем вкладывать свою ладошку в его огромную мозолистую руку. А то, когда я сюда только пришла, так торопилась, да и вид небольшого коренастого гнома с большими добрыми глазами меня выбил из колеи и заставил забыть об опасности, что чуть ли не с порога ему показала браслет, и он минут десять, после того как его увидел, требовал(!) у меня назвать имя мастера, иначе сам он отказывался что–то говорить. Я предлагала ему деньги за то, чтобы он определил параметры артефакта, но он сразу отказался. И я уже подумала уйти, но вроде, наконец–то мы, пришли к консенсусу.

Вложив ладонь в его руку, я, наблюдая за горящими глазами гнома, пока он осматривал браслет со всех сторон, напряженно думала.

…Моё утро началось с того, что служанки мне из–за двери, открыть которую так и не смогли, естественно, из–за моей предусмотрительности, доложили, что Эллулиар Иргирмир отбыл по срочным делам. Также мне дозволено было выходить из дворца, но оборотень назначил встречу на полдень и просил на неё не опаздывать. Ещё служанки спросили о том, что мне принести на завтрак. Я ответила им, что мне ничего не надо и поблагодарила за всё.

С трудом поднявшись с кровати, я сразу засобиралась. Раз встреча утренняя откладывается, значит мне нужно получше подготовиться. Узнать, где лавка Мару, и навестить его. Выяснить по поводу моих артефактов. Этим я и занялась.

Перекусив остатками шоколада и приведя быстро себя в порядок, переоделась в темно–зеленое платье, тоже с длинными рукавами, скрыла ожерелье красивым платком и выбежала в коридор. Далее спустилась по той же черной лестнице, по которой попала сюда, и добралась до сада.

У стражников, стоявших у ворот, поинтересовалась, не знают ли они артефактора Мару. Ответ получила сразу, мастер был, и, действительно, очень известный. Мне даже дали подробную инструкцию, как до него добраться. И, окрыленная тем, что так всё хорошо складывается, я уже собиралась мчаться к лавке, но краем уха услышала, как другие стражники обсуждали странного заключенного, которого доставили вчера утром в темницу замка. Отойдя немного в сторону, якобы чтобы поправить туфельку, я прислушалась:

— …говорят, что дракона он убил, прям голыми руками… Жуткий тип — рожа перекошенная, крашенная, глаза сверкают, крылья вот как у мыши летучей и клыки! Здоровенный, как бык! Ты представляешь?! Да он чуть пол отряда на тот свет не отправил, и если бы сам сиятельный Император не вмешался…

Постояв ещё немного, поправив за это время ещё одну туфельку, перевязав шарф и вычистив все невидимые пылинки, я более ничего интересного не услышала от них, кроме того, что «чудище» сидит, окруженное заклинаниями, в клетке, и поговаривают, что ждет его смерть после карнавала, как только Император выяснит всё, что ему нужно.

Под описание «жуткий тип» Мао подходил просто идеально. Пусть и рожа у него не перекошенная, и он не здоровый, как бык, но, говорят же, у страха глаза велики, а уж что–что, а ужас Маору умел наводить качественно и быстро. А раз это мой Мао, значит я просто обязана сегодня попасть в темницу и вытащить его до окончания карнавала.

Когда стражники начали на меня уже с подозрением коситься, я направилась в город искать Мару.

Мастерская гнома располагалась в центре около того фонтана, где меня вчера Иргирмир нашел, так что я добралась быстро и не заплутала. А вот потом десять минут носилась от самого мастера по его небольшой мастерской. Уж больно ему захотелось узнать имя моего артефактора.

— Это… гениально, — благоговейно прошептал гном, нежно прикасаясь огрубевшими пальцами к камням. — Никогда прежде я не видел ничего подобного, я даже не думал, что такого можно вообще добиться!

И, как и в прошлый раз, я испытала гордость за Маору и его таланты, которые признают даже лучшие мастера, и за то, что я с ним знакома.

— Настолько искусные плетения, мастерское вплетение в них заклинаний и… запас. Резерв — он просто поражает воображение! — всё продолжал он, а я, услышав главное, сразу выпалила.

— Насколько мне хватит резерва?!

Гном недовольно поморщился от моего вопля, но, прикрыв ненадолго глаза, не отпуская руки, пробормотал через пару мгновений:

— Если в том же темпе, в котором ты сейчас его потребляешь… Лет на пятьсот точно, не меньше, — от такого заявления у меня челюсть рухнула на столик, который разделял нас с гномом. — Я даже представить себе не могу, как мастер смог уместить столько маны, и где он её взял в один миг. Ведь заполнять нужно одним единым потоком… — открыв глаза, Мару посмотрел на меня. — Я не знаю, кто это — хотя я знаю практически всех самых сильных магов тьмы, которых осталось не так и много … Но твой артефактор обладает чудовищно огромным запасом, сравнимым, наверное, с самим Богом. А если ещё принять во внимание, насколько уникален твой артефакт, то, думается мне, он не с этого континента. И это кто–то очень–очень древний, раз смог достичь таких, казалось бы, недосягаемых для простых смертных высот в этом искусстве. Знаешь, дитя, я уже и не хочу знать имя этого мастера…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Мои брови взлетели вверх.

— Мне никогда не повторить и четверти того, что он смог воплотить в этом артефакте, а я считал себя лучшим. И считал небезосновательно. Мои таланты признавали все правители государств, и не только они обращались ко мне за помощью… Но твой артефакт… — Мару обреченно покачал головой. — Сказать тебе, чтобы ты его хранила — бессмысленно. Он сам защитит тебя. Убережет даже от смерти… И ответ, который ты хотела знать, уже окончательный — если ты будешь тратить в таком же темпе, то хватит тебе больше чем на пятьсот лет, и это — не вливая в него ни капли больше. Но, как я смог сейчас заметить, артефакт полностью автономный. И если вдруг кто–то или что–то не «отрежет» тебя от маны, что разлита в воздухе, а это подвластно только Богам, то тебе не о чем беспокоиться. Никогда. Ты бы и потомкам могла его передать, вот только он завязан именно на тебе, и только тебе он дарует всю мощь. Для других он станет лишь хранилищем маны. И то, возможно, не восполняемой.

Дослушав его внимательно, я поблагодарила его от всего сердца, предложила заплатить за помощь, но он отказался, и, оставив Мару грустить и предаваться унынию, поспешила уйти из его мастерской.

Я получила ответы на свои вопросы. Маны мне хватит надолго. Мао полностью и навсегда, оказывается, озаботился моим «разумом», и даже без него рядом мне более ничего не грозит. И такое тепло вдруг окутало меня от этой мысли, что демонион позаботился обо мне, сделал что–то невероятно мощное и гениальное только для меня, ради меня, что даже слезы застлали глаза. Маору. Я спасу тебя. И не потому, что наши жизни связаны, не потому, что я обязана тебе и люблю тебя. А потому, что ты был так добр ко мне, заботился обо мне и оберегал меня, абсолютно чужую для тебя девушку.

Утерев краешком платка слезы, я поспешила вернуться обратно во дворец. Пусть встреча с Иргирмиром и назначена только на полдень, но я понятия не имела сколько сейчас времени. Выходила из комнаты я в начале девятого, это я запомнила — время посмотрела на часах, встроенных в статуэтку, что стояла на камине. Потом сколько я проторчала около охранников — неизвестно, плюс дорога до мастерской и обратно — в общем, получалось, что задерживаться мне не стоит. Но, не удержавшись, по пути я заглянула ненадолго в мастерскую по пошиву одежды — просто посмотреть, что здесь носят и что тут сейчас в моде. Фасоны были довольно простые, и мои платья, что сшил для меня «портной», могли спокойно сойти за здешние.

Как мне и сказали девушки, обратно во дворец я вернулась беспрепятственно.

Прошла через ворота, сад и, поднявшись опять по черной лестнице, зашла в свою комнату, где всё уже было прибрано. Кровать, которую я оставила не заправленной, была аккуратно застелена, камин — вычищен. В ванной всё вымыто.

Посмотрев на часы, увидела, что ещё только пять минут двенадцатого, и сразу полезла в «карман». Раз мне мастер–артефактор сказал, что запас маны у меня огромный и восполняемый, я теперь могу не беспокоиться о том, что её не хватит, и спокойно пользоваться силой.

Выложив несколько подходящих для карнавала платьев на кровать, достала туфельки, поставила горячую еду на стол, обновила запас шоколадок и фруктов в мешке и последним я вытащила кинжал. Красивый. С черным антрацитовым острым лезвием и гравировкой в виде тонкой вязи. Рукоять, тоже черного цвета, была украшена кроваво–красным каплевидным камнем. Откуда он у меня взялся? Спасибо тут можно сказать моему хвосту. Он оказался заядлым клептоманом и очень падким на красивые вещи… Когда перед встречей с мамой Мао выложил на пол шатра свой опасный арсенал, я ненадолго отвлеклась и хоть и старалась постоянно своего «пушистика» контролировать, но он всё–таки успел ухватить себе трофей. В тот момент, когда я это заметила, так спешила к маме, что просто спрятала оружие в «карман». А потом как–то и времени не было его вернуть Маору. Зато сейчас я была рада, что хвост тогда украл кинжал. Возможно, что он мне пригодится.

Быстро перекусив, запив всё прохладной водой, я перешила немного мешок, облагородив его, и спрятала в «карман». Отказываться от него не стоит. Но сейчас он будет только мешать.

Следом сшила себе небольшую перевязь для кинжала, которую можно было закрепить под платьем, что я сразу и сделала. Оружие лишним не будет.

Только мне стоило убрать нитки в карман и подойти к окну, раздался стук в дверь.

— Войдите, — доброжелательно воскликнула я, будто поджидала самого дорогого гостя.

И в комнату сразу вошел Иргирмир. А я невольно сделала шаг назад, прижавшись к стене.

Сегодня мужчина выглядел совсем иначе. Не было в нем той искры юношества, какого–то балагурства — холодный взгляд, собранный вид. Взрослый, мудрый воин, облаченный в шикарный белоснежный доспех с золотым гербом, на котором была высечена оскаленная голова лиса, под ней — две перекрещенные кости и странная надпись. За спиной — длинный алый плащ… И в мою голову сразу закралась мысль — а не догадался ли этот мужчина сразу, что я тоже не из этого мира? Не специально ли строил из себя эдакого недалекого бабника, чтобы заманить меня сюда? Ведь такого, что стоял сейчас передо мной с пытливым взглядом, так просто точно не одурачить глупыми шутками. Он не просто племянник Императора. Иргирмир — военный и, скорее всего, даже генерал целой армии.

И что мне теперь делать? Придерживаться своей тактики? А если меня уже раскрыли… Бежать? Но мне нужно попасть в темницу. Что толку от того, что я сейчас сбегу и тогда уже точно раскрою себя.

— Прекрасно выглядишь, — легким движением головы поприветствовал меня оборотень, улыбаясь, однако взгляд его глаз оставался всё таким же ледяным, пытливым.

— И вы… — я опустила взгляд и томно махнула ресницами. — Вам очень идет этот доспех.

— Благодарю. Извини, что изменил планы, но появились срочные дела, требующие моего вмешательства.

— Ну что вы, зачем извиняться, — промямлила я, стараясь говорить с придыханием, якобы зачарованная его красотой. — Я же всё понимаю, дела государственные. Так о чем вы хотели поговорить со мной?

Оборотень посмотрел на кровать и, сложив руки на груди, сказал:

— Смотрю, что ты подготовилась. Видимо, купила, когда ходила в город? — вероятно, ему уже доложили. Не удивлена.

— Да, воспользовалась случаем и сходила сначала к артефактору, — об этом нельзя утаивать, ведь за мной наверняка следили, — а потом заглянула к портному.

— Странные вы, девушки, создания. Денег нет, но на платья всегда найдете. А ты — ещё страннее. Сначала заглянула к артефактору, — он пристально посмотрел на мой платок, под которым скрывалось ожерелье. — Ну да ладно, меня твои секреты не интересуют. По поводу нарядов — они не подойдут. У нас, в нашем королевстве, белые цвета и его оттенки носят только незамужние. Ты пойдешь со мной, так что это вызовет лишь ненужные слухи…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– У меня… — перебила я его, но он лишь смерил меня тяжелым взглядом, от которого я была вынуждена замолчать, и продолжил:

— Через час к тебе придет портной. Он всё подготовит к карнавалу. Не спорь. Я хочу, чтобы ты привлекала к себе внимание, но о тебе не подумали как о невинной, что я выбрал своей истинной, или же о распутнице, которую я посмел пригласить.

На это я согласно кивнула. Спорить сейчас с этим мужчиной не стоит. Хочет — пускай платье сам заказывает. Да хоть в купальник меня обряжает, лишь бы ничего не заподозрил и был мною сегодня доволен.

— Насчет «существа» — ты выражала желание на него посмотреть. Запал не угас?

— Нет! — выпалила я. — Хочу!

— Ну, пошли тогда, полюбуемся на него, — усмехнувшись, глядя на мою прыть, произнес он и подставил локоть. — Любопытная кошечка.

Да, любопытство сгубило кошку, правильно говорят. А такой, как я, наверное, и девять жизней будет мало…