Потаённые желания Тёмного Властелина

Глава 43

Этот поцелуй не шел ни в какое сравнение с тем, первым. Нет. Это было сродни девятому валу, что обрушился на меня со всей силы, со сметающей всё на своем пути мощью смертоносной стихии.

Маору был неистов, заставляя меня отдаться ему сразу без остатка, подчиниться. Горячие губы коснулись моих, его язык обвел мои губы, и, когда я судорожно выдохнула, он ворвался внутрь. Мои ноги подогнулись, и демонион, подхватив под ягодицы одной рукой, приподнял меня. Второй ласкал мою спину, шею.

Сгорая от этих яростных ласк, я одновременно в них растворялась. А его язык то играл со мной, то был нежен… И это напоминало американские горки — либо секундная передышка, затишье и ласковый ветерок на коже, либо ты уже несешься вниз, сердце замирает, и ты целиком состоишь из оголенных нервов и вплетенных в них чувств, эмоций.

Мао покусывал мои губы, ласкал их, вовлекал мой язык в его безумную игру, и я не могла не поддаться. Я так давно этого желала, что уже через пару мгновений сама набросилась на него. Обвив руки вокруг его шеи, я ответила ему не менее яростно, вкладывая всё, что чувствую, в этот поцелуй. Я была не менее бесстыжа и у меня было не меньше напора. Но всё же демонион выигрывал в этой схватке, и я с радостью признавала его главенство. Я и вторая моя ипостась признали его. Мы готовы были слиться с ним прямо здесь, на площади, наплевав на окружающих нас людей и нелюдей. Стать с ним единым целым. Принадлежать и подчиняться только ему. Всегда.

Хаос из эмоций. Натянутые до предела нервы и пульсирующий сгусток в низу живота, который заставлял меня непроизвольно сжимать бедра и стонать. И рык Мао вперемешку со словом: «Моя!», когда он отрывался от моих губ, чтобы перевести дыхание. Всё это окончательно сводило с ума. Перед глазами заплясали звездочки, и начали расцветать яркие круги, моё дыхание давно растворилось в его. В голове царила пустота… И только мои стоны перемежаясь с его рычанием и нашим хриплым дыханием… Только его ласки, требовательные губы и горячий язык…

— Даэйра, — чуть оттолкнув меня от себя, прорычал Маору, дыша через рот, будто только что пробежал километров сорок без остановки. — Ты сводишь меня с ума… Я должен…

Его рука, которая поддерживала меня, ослабила хватку, и я соскользнула вниз, попутно ощутив нечто твердое своим животом… Ничего удивительного, меня саму сейчас можно было выжимать и вешать сушиться. Целиком.

Но отпускать Маору мне не хотелось. Всё ещё крепко держась за шею, я судорожно дышала и прижималась животом к его плоти, чей обжигающий жар ощущала даже через ткань брюк и платья.

— Нельзя… — с практически осязаемой, безумной болью на лице простонал он и, стащив мою руку со своей шеи, потащил меня через толпу, буквально раскидывая всех в разные стороны.

Демонион не обращал внимание на возмущенные вскрики и недовольство, которое вызывал своим поведением. Ему было плевать. Он пер вперед, а я, не поспевая за его широким шагом, вынуждена была чуть ли не вприпрыжку бежать за ним. Мои напряженные соски терлись о ткань платья, и это вызывало у меня стоны и тяжелые вздохи, что заставляло Маору каждый раз вздрагивать и прибавлять ещё хода.

Когда мы добрались до выхода с площади, мы фактически уже бежали. Но босиком мне было крайне неудобно скакать по порой острым краям брусчатки, и я начала запинаться и спотыкаться, попутно ойкая. Заметив это, демонион подхватил меня на руки и, уже не сдерживаясь, понесся в сторону городских ворот.

Первое время я просто прижималась щекой к его груди и слушала ровный, несмотря на бег, ритм сердца. А когда ясность рассудка начала понемногу возвращаться, на меня лавиной обрушились мысли.

Я понимала, что после испытанного мной я больше не смогу и помыслить о том, чтобы поцеловать или обнять другого мужчину. Не говоря о чем–то большем.

Поцелуй Волка был приятным, но поцелуй Маору был ошеломляющим, безумным и… И ещё я понимала, что если демонион вдруг отвергнет меня, то я навсегда останусь одна. Потому что только с ним всё было настоящим. Объятия, поцелуи, ласки… И больше ни с кем я никогда и ничего подобного не испытаю. Настоящая любовь. Не обычная влюбленность и не похоть, а именно настоящая любовь. Словно подаренная свыше. Навсегда. Навеки.

И я готова была отдаться этому чувству без остатка. Если бы точно знала, что взамен получу то же самое. Но мне не хотелось бы растворяться в мужчине, который не верит в любовь, который ничего не говорит, наоборот, стирает из моей памяти даже крохи… Ведь если я позволю себе произнести «люблю» ему сейчас, то обратного пути для меня уже не будет. И если Мао меня бросит или заведет любовницу, а может и жену, а я так и продолжу быть никем, без права даже на правду, то от меня останется лишь пустая и безжизненная оболочка. Я не могу этого допустить. Нет. Я не допущу этого! Пусть и без любви, но я хочу прожить жизнь так, чтобы не жалеть о серости прошедших дней. Достойную жизнь, наполненную пусть и крохотными, но радостными моментами.

Мао же, пока я размышляла, продолжал стремительно бежать. И всего через десять минут мы достигли выхода из города. Вот только тут случилась заминка. Торговцы решили покинуть город, и в воротах образовался приличный затор. Стражники не пропускали никого так просто, сначала они внимательно осматривали повозки и задавали какие–то вопросы.

Демонион зло поморщился, когда это увидел, и начал оглядываться в поисках другого выхода. А я, осмотревшись, заметила среди стражников знакомое лицо.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍– Отпусти, пожалуйста, — попросила я его и ответила на молчаливый вопрос, сопровождаемый изогнутой бровью: — Там мой знакомый, попробую договориться.

— Я уже ничему не удивляюсь. Словно ты в этом мире уже минимум месяц живешь в отличие от меня, а не несколько дней, — демонион качнул головой и нехотя опустил меня на мостовую.

Очутившись на земле, я быстрым шагом направилась в сторону ворот, обходя длинную очередь стороной.

— Фиан! — подойдя к мужчине, я помахала приветственно рукой и улыбнулась.

— Лиэна! — воин, заметив меня, ответил широкой улыбкой и расставил руки в стороны, видимо, желая обнять. Однако, заметив, что позади меня стоит хмурый мужик и, положив руку на моё плечо, смеряет его недобрым взглядом, быстро передумал. — Уже всё? Нагулял…ись? Рановато уходите, ещё фейерверк будет.

— Да, мы спешим, — взмахом головы я указала на очередь из существ, пеших и конных, и телег, которые хотели покинуть город. — Ты не мог бы нас пропустить?

— Что же без лошадей–то? Может, тебе из нашей конюшни поспокойнее кого дать, а потом как–нибудь вернешь? Поганцы–разбойники всё ещё бегают по округе.

— Нет, спасибо, всё хорошо. Нам ничего не угрожает, — я прижалась спиной к Мао, как бы намекая, что со мной спутник, который обо мне позаботится.

— Ну смотри. А пропустить–то пропустим, — он кивнул и гаркнул в сторону стражников, которые сейчас опрашивали очередного оборотня: — Пропусти этих двоих, они мои знакомые!

Дождавшись утвердительного кивка, он ухмыльнулся:

— Рад, что с тобой всё в порядке.

— Спасибо тебе, Фиан, — я взяла его за огромную, шершавую ладонь с намерением просто пожать, но, поддавшись импульсу и понимая, что вряд ли я его ещё когда–то увижу, поднялась на цыпочки и чмокнула его в щеку.

И, прежде чем мне мужчины что–то сказали на эту выходку, я помчалась к стражникам.

Благодаря «связям» и несмотря на недовольство других нас без лишних вопросов и без очереди выпустили.

Как только мы вышли за ворота, Мао, не спрашивая, ничего не говоря, опять подхватил меня на руки. Но бежать он не стал. Мы медленно прошли по подъемному мосту до тракта, свернули на перекресте направо, и, когда удалились примерно на километр от крепостной стены, он наконец заговорил:

— Тебе не позволительно так себя вести в будущем. И… мне это неприятно.

Мне захотелось закатить взгляд и произнести: «Ну началось», — но я сдержалась. Поскольку вспомнила поцелуй с Волком, и что за это мне ещё не перепало. Но, поджав губы, произнесла:

— Я очень хочу знать причины, почему мне не дозволено так поступать, а ещё почему тебе это неприятно. И я от своего желания не отступлюсь. Можешь наказать меня за эти слова. Но я так больше не могу. Честно. Мне уже до зубовного скрежета надоели эти твои недомолвки, тайны… И то, что ты стираешь мне память!

— Стираю? — демонион, будто ничего не понял, непонимающе посмотрел на меня. Нахмурился, а потом нехотя прорычал: — Вспомнила что–то, значит. Закономерно. В тебе моя магия, она растворяет печати в общем потоке силы. Нет, Лиэна, я ничего не стирал. Я лишь на время запечатал некоторые знания.

— Зачем? И почему?!

— Тебе было рано знать то, что я сказал. Не более. Я сниму с тебя печати. Скоро.

— А ответы на…

— И ответы на все свои вопросы ты тоже вскоре получишь, — он посмотрел на небо, и я поняла, что больше он ничего не скажет. Пока. Потом ему всё–таки придется. Маору обещал, а обещания свои, он, как я могла понять, всегда сдерживает.

Я тоже посмотрела на небо, на россыпь ярких звезд на черном небе и две разноцветные «луны». Все–таки красиво тут, но на Армадане мне нравится намного больше. Там всё… какое–то родное всё. Пусть и прожила я там меньше месяца, но успела влюбиться в тот мир. Искренне и беззаветно.

Вдруг я почувствовала легкий толчок и, оторвавшись от созерцания неба, поняла, что мы начали взлетать. Иллюзия с нас слетала подобно серебристым песчинкам. Ссыпаясь на землю, они сразу исчезали.

— Куда мы летим?

— Туда, где я кое–что оставил, прежде чем меня схватили.

— И что это?

— То, что я украл, — хмыкнул Маору. — Предвосхищая твой вопрос. Да, я украл, ради этого мы сюда и отправились. За информацией и знаниями о Хаосе. К сожалению, на этой планете остался только один последователь этих знаний, и она слишком сильна, чтобы я смог беспрепятственно забрать её с нами. Так что, направляясь к тебе, я… по пути залетел в одну библиотеку. Где «позаимствовал» один фолиант.

— И ты ещё удивляешься, что я столько всего успела. Сам–то… Интересно, и как ты всё это узнал и провернул? Ну про последователя и книгу.

— Про последователя я и так знал. Мы её с тобой видели. Та девушка, что была с эльфом. Это её планета. И я заранее выяснил, насколько она сильна, и что только она обладает этим даром. Как — у меня свои методы. Рассказывать долго и это совсем неважно. А по поводу библиотеки — в каждом из миров стараются сохранить учения, даже самые опасные и тайные, которые не должны быть применены. Выбери ту обитель знаний, что подревнее и хорошо сокрыта от посторонних глаз, заберись туда, и обязательно найдешь, что ищешь.

— Прямо поучения старого вора, — я хихикнула.

— Можешь и так считать. Я не скрываю от тебя своего прошлого и не стыжусь его. Но, как видишь, я прав. Правда, меня заметили и мне пришлось уходить от погони. А оторваться без магии от дракона оказалось довольно сложно. Пришлось вступить в бой, — мы поднялись метров на сто и направились в сторону гор с белоснежными шапками, — дракон–то в итоге, естественно, умер, но драка вышла долгой, и ему на помощь подоспели оборотни плюс тот… С кем ты… — из горла Маору донесся звук, похожий на звериный рык, и я покраснела. Я поняла, что он говорит о Волке и нашем поцелуе. Ревнует. Безумно приятно. И стыдно. Я фактически признавалась демониону в любви, а потом взяла и накинулась на Императора на его глазах, пока он скованный за решеткой сидел.

— А что ты украл? — поспешно выпалила я, желая перевести тему.

— Древнейший фолиант со знаниями о Хаосе, заклинаниями этой школы. Сейчас здесь эта магия считается тайной, запретной. И никто, кроме той девушки, не может её использовать. Так что буду осваивать силу Хаоса по книге. Не впервой, — Мао пожал плечами. — И её пришлось спрятать перед боем. Ведь доступа к подпространству у меня сейчас нет. Заберем фолиант и уберемся уже с этой планеты. Мы и так задержались.

— А как мы сможем «убраться», если ты не можешь пользоваться магией? Или печать на подобную магию не распространяется?

— Распространяется. Богиня полностью заблокировала мне доступ к внутренним резервам. Однако у тебя более чем достаточно маны, чтобы мы могли переместиться.

— Отлично! — обрадовалась я и поспешно добавила, нахмурившись: — А что насчет печати? Ты больше не сможешь пользоваться магией?

Ответом мне был коварный, насмешливый взгляд:

— Даэйра, если печать не исчезнет после того, как мы покинем этот мир, то, поверь, я найду способ избавиться от неё. Не беспокойся за меня. И верь.

И я верила. Я знала, что Маору найдет способ. Пусть и потратит сотни лет, но вернет. Плохо только, что если его подданные узнают о том, что он более не Повелитель Тьмы, то, возможно, придется туго. Но об этом я подумаю позже. Кстати, может, и решение этой проблемы есть у мужчины. Не удивлюсь.

Оставшийся путь до подножия горы мы пролетели в тишине, думая каждый о своем. Я попутно блаженствовала, прижимаясь к горячему торсу мужчины, и вспоминала волшебный поцелуй… И только мои мысли приняли особо горячий поворот, мы уже начали снижаться в небольшой густой лесок.

Приземлившись на огромном валуне, Мао опустил меня рядом и, размяв плечи, огляделся.

— Стой тут. Я быстро, — он сделал только шаг и напряженно замер. Обе его руки внезапно почернели, покрывшись броней, став похожими на драконьи лапы с острыми когтями.

— Так и знал, что вернешься сюда, — с улыбкой, голосом, напоминающим патоку, пропел Император, выходя из тени… — Ещё и невесту мою забрал, — издевательски поцокав языком, добавил: — Вот негодник!