Поздравляю тебя, Шариков! Ты - отец!

Глава 24. Самарский десант и «дипломатический протокол»

Глава 24. Самарский десант и «дипломатический протокол»

День выписки напоминал одновременно финал чемпионата мира и съезд послов ООН. У входа в клинику выстроилась колонна из черных «Майбахов», а в холле, нервно переступая с ноги на ногу, стояли мои родители.

Мама в своем лучшем платье «цвета самарского заката» и папа, который ради такого случая надел единственный клетчатый пиджак и выглядел так, будто готов в любой момент либо расплакаться, либо вызвать Шарикова на дуэль.

Когда мы с Яном вышли в холл – он с бережно зажатым в руках «конвертом», а я в свободном бежевом пальто – мама издала звук, похожий на крик чайки над Волгой.

– Танюша! Внучек! – она бросилась к нам, едва не сбив с ног охранника Яна. – Дай посмотреть! Батюшки, вылитый Аристархович, только нос наш, ковригинский!

Папа подошел к Яну. Несколько секунд они смотрели друг другу в глаза. Рост у них был почти одинаковый, только у Яна – выправка спецназовца, а у папы – мозоли от гаражных инструментов.

– Ну, что, зять... – папа протянул руку. – Смотри мне. Если Танюху обидишь, никакие твои телохранители от отцовской ярости не спасут. Из Самары сюда полтора часа на самолёте. Понял?

Ян, к моему удивлению, не стал включать властного «босса», а твердо пожал папину руку.

– Понял, Дмитрий Петрович. Регламент защиты семьи у меня в приоритете.

***

Но настоящее испытание ждало нас в пентхаусе. Там, среди белого мрамора и тишины, за накрытым столом уже восседала Инесса Павловна. Она выглядела так, будто собиралась подписывать пакт о ненападении с варварами.

Знакомство родителей началось с «минуты ледяного молчания».

– Очень приятно, – Инесса Павловна едва коснулась руки моей мамы кончиками пальцев. – Ян говорил, что вы из Самары. Кажется, там... производят самолеты?

– И лучших дочерей в стране, – отрезала мама, присаживаясь за стол и подозрительно оглядывая дефлопе на тарелке. – А у вас тут, я смотрю, порции как в аптеке. Дима, доставай наш стратегический запас!

Папа, получив команду, выложил на стол контейнеры, а потом торжественно достал сверток в фольге.

– Самарский лещ. Собственного копчения. К вашему французскому вину – самое то!

Инесса Павловна побледнела, глядя, как на её скатерть от кутюр ложится жирный хвост рыбы. Абырвалг, учуяв родной запах, мгновенно материализовался на столе и одобрительно мяукнул, глядя на моего папу.

– Ну, раз все в сборе... – Ян быстро взял ситуацию под контроль, пока моя мама не начала рассказывать про урожай кабачков. – Пора обсудить свадьбу. Татьяна настаивала, чтобы мы дождались рождения Максима.

– Правильно! – моя мама кивнула. – Танюха у нас гордая. Она не хотела на фотографиях быть похожей на дирижабль. Сейчас вот в форму придет, и закатим пир!

– Моя жена всегда в прекрасной форме, – галантно вставил Ян.

– Полагаю, торжество должно пройти в загородной усадьбе, – подала голос Инесса Павловна, брезгливо отодвигая рыбу салфеткой. – Триста гостей, симфонический оркестр, белые лилии...

– Простите, но у меня аллергия на лилии, – вмешалась я и, отпив чая, продолжила: – И гостей будет пятьдесят. Только свои. Свадьба – это не отчетное собрание акционеров, Инесса Павловна. Это семейный праздник.

– И никакого оркестра! – поддержал меня папа. – У меня кум на баяне так «Очи черные» выдает – вся Москва плясать будет!

Ян посмотрел на свою мать, которая была на грани обморока, потом на моего отца, который уже начал расчленять леща прямо на коллекционном фарфоре, и решительно ударил по столу.

– Решение принято. Свадьба будет через три месяца. В Самаре.

В комнате повисла тишина. Даже Абырвалг перестал жевать плавник.

– В Самаре? – дрожа от ужаса, будто её пригласили в гости к каннибалам, прошептала Инесса Павловна.

– На Волге! – радостно вскочила мама.

– На теплоходе! – добавил Ян, подмигивая мне. – Татьяна хотела свадьбу без живота? Будет ей свадьба с размахом, речными брызгами и баяном. Мама, готовься к экстремальному туризму.

Инесса Павловна посмотрела на довольного кота, на жирного леща, на сияющую меня... и вдруг, совершенно неожиданно, взяла бокал вина и чокнулась с моим папой.

– Ну, раз на теплоходе... Полагаю, мне придется купить шляпу с очень широкими полями. И беруши… Чтобы не слышать этого вашего баяниста.

Мы рассмеялись. В этот момент я поняла: наши абсолютно противоположные миры наконец-то состыковались. Не без потерь для интерьера, но с огромным плюсом для души.