Поздравляю тебя, Шариков! Ты - отец!

Глава 9. Флешка раздора

Глава 9. Флешка раздора

Подготовка Оли к «боевому вылету» заняла ровно десять минут. Она влезла в свой самый строгий костюм, который называла «прощай, здравый смысл», и накрасила губы такой алой помадой, что та выглядела как предупредительный сигнал светофора.

– Слушай мою команду, Ковригина, – Оля решительно крутанула руль своей малолитражки, подрезая огромный внедорожник. – Заходим быстро, подбородок выше, на охрану не смотрим. Я – твой официальный представитель и свидетель обвинения. Если кто-то попробует тебя выставить – я включу «режим бензопилы».

– Оля, у меня юбка на булавке, – напомнила я, судорожно сжимая золотистую флешку в кулаке. – Какая из меня Мата Хари? Я скорее похожа на колобка, который сбежал от лисы и решил вернуться за сдачей.

Но мою подругу было не остановить. Так всегда было, когда наступали на её любимую мозоль – несправедливость. Оля превращалась в локомотив, который нёсся, не видя препяствий.

Мы влетели в лобби бизнес-центра, игнорируя ошарашенный взгляд охранника. Мой пропуск еще работал – видимо, Шариков в своей ярости забыл нажать на кнопку «аннигилировать Ковригину».

Двери лифта разъехались на тридцатом этаже. Возле кабинета Яна Аристарховича уже стоял Аркадий Аполлонович Семплеяров. Он выглядел как ожившая иллюстрация к учебнику «Как выглядит заместитель босса по безопасности». Серый костюм, постная физиономия и кожаная папка в руках.

– Татьяна Дмитриевна? – он вскинул брови, поправляя очки. – Вы не расслышали распоряжение шефа? Ваше присутствие здесь нежелательно. Охрана уже…

– А вы, Аркадий Аполлонович, не расслышали мой ответ шефу? – я отодвинула его плечом, удивляясь собственной наглости. – С дороги. У нас сеанс разоблачения.

Я толкнула тяжёлую дверь кабинета. Ян Аристархович стоял у окна, заложив руки за спину. Услышав шум, он медленно обернулся. В его взгляде всё еще клубилась та самая арктическая стужа, смешанная с какой-то новой, болезненной тревогой.

– Я же сказал: через час, – холодно произнес он и кольнул взглядом мою подругу. – И без группы поддержки.

– Через час я буду занята поеданием огурцов, – я прошла к столу и с грохотом опустила на него сумку-крокодила. – А сейчас, Ян Аристархович, мы будем смотреть кино. Аркадий Аполлонович, заходите, не стесняйтесь. Вы же так гордитесь своей новой системой безопасности, которую внедрили полгода назад, верно? Ах, извините. Седьмой месяц уже пошёл!

Семплеяров зашёл в кабинет, плотно прикрыв за собой дверь. Его пальцы, сжимающие папку, едва заметно дрожали.

– Система работает безупречно, – отчеканил он. – Именно благодаря ей мы увидели, как вы выносите документы в сумке.

– Вы увидели то, что хотели увидеть, – я выложила на стол золотистую флешку. – Ян Аристархович, посмотрите. Это ваше?

Шариков подошёл ближе. Его глаза сузились.

– Это мой личный носитель. С мастер-копией проекта. Где ты её взяла?

– В вашем «крокодиле». В подкладке, – я указала на дыру в сумке. – Флешка пролежала там полгода и ещё чуть-чуть. С того самого утра в Самаре, когда я в темноте случайно сгребла со стола визитку и этот «брелок» вместо своих золотых колец и любимых серёжек.

– Это ничего не доказывает, – влез Семплеяров, его голос стал на тон выше. – Это лишь подтверждает, что вы её украли!

– Ошибаетесь, Аркадий Аполлонович, – я хищно улыбнулась, чувствуя, как ребёнок внутри одобрительно пнул меня под рёбра. – Если флешка с «мастер-копией» всё это время гнила в моей сумке, то ЧТО именно всплыло у конкурентов через неделю после командировки босса в Самару?

В кабинете повисла такая тишина, что стало слышно, как гудит кондиционер. Шариков медленно перевёл взгляд с флешки на своего зама.

– И самое интересное, – продолжила я, чувствуя, как азарт аналитика вытесняет страх. – Ваша «непогрешимая» система безопасности записывает каждое обращение к серверу. Ян Аристархович, проверьте логи за ту ночь. Кто заходил в систему из соседнего номера? Кто сделал дубликат, пока вы… хм… были заняты моим обучением логистике?

Семплеяров побледнел. Его лицо из серого превратилось в восковое.

– Это провокация! Эта женщина… она просто пытается спасти свою шкуру! Ян Аристархович, не слушайте её!

– Аркадий, – тихо сказал Шариков, и от этого тона мне самой захотелось спрятаться под стол. – Почему ты так нервничаешь? Ты же сам убеждал меня, что в моём самарском номере был только один посторонний человек.

Ян подошёл к компьютеру, быстро вставил флешку и защелкал клавишами.

– Странно… – прошептал он. – Файлы на этой флешке не открывались с даты нашей встречи. Но в реестре сервера есть запись о копировании данных той же ночью. С IP-адреса, который… Аркадий, почему здесь значится твой рабочий ноутбук?

– Я… я проверял защиту! – выкрикнул Семплеяров. – Хотел убедиться, что всё под контролем!

– Сеанс окончен, – я развела руками, глядя на побледневшего безопасника. – Чёрная магия разоблачена. И, кажется, кто-то остался без козырей.

Оля, стоявшая у двери, театрально поаплодировала.

– Браво, Ковригина! Аристархович, с вас ящик огурцов и публичное покаяние.

Ян медленно поднялся из-за стола. Он не смотрел на Семплеярова. Он смотрел на меня. В его глазах лёд окончательно треснул, обнажая что-то такое, от чего моё сердце снова пустилось в пляс.

– Аркадий, жди в приемной. СБ сейчас поднимется, – бросил он заму, не отрывая от меня взгляда.

Когда дверь за трясущимся Семплеяровым закрылась, а Оля, подмигнув мне, деликатно выскользнула следом, Ян подошёл ко мне вплотную.

– Значит, панталоны с начёсом и флешка в подкладке? – тихо спросил он. – Ты понимаешь, что ты сейчас сделала, Ковригина?

– Оправдала свою репутацию гениального аналитика? – буркнула я, пытаясь отойти, но упёрлась в его стол.

– Нет, – он накрыл мои ладони своими. – Ты только что доказала, что я – последний кретин на этой планете. И что огурцами я легко не отделаюсь.