Поздравляю тебя, Шариков! Ты - отец!

Эпилог. Аудит счастья

Эпилог. Аудит счастья

В главном офисе холдинга «Шариков Групп» царила тишина, которую обычно называют «затишьем перед бурей». Но сегодня буря была не корпоративной, а вполне себе семейной. Ей почти исполнился годик, и буря резво передвигалась на четвереньках в брендовом комбинезоне с огромным принтом енота на спине.

Татьяна Дмитриевна Шарикова, официально – глава департамента внутреннего аудита, а неофициально – единственная женщина, способная приструнить «стального барона», вошла в кабинет мужа без стука.

– Ян, ты обещал, что совещание закончится в двенадцать, – Таня поправила строгий пиджак, который едва скрывал её озорную улыбку.

Ян Аристархович сидел перед огромным монитором, пытаясь сохранить лицо перед советом директоров в Zoom.

– Коллеги, я настаиваю на увеличении дебиторской задолженности... – продолжал Шариков, но тут же осёкся.

Поскольку в этот момент Максим Янович, совершающий активный разведывательный забег по персидскому ковру, дотянулся до брюк отца и с победным криком «Ба!» потянул штанину на себя.

– Па-па! – Максим засиял, демонстрируя четыре зуба.

На экране Zoom воцарилась гробовая тишина. Суровые акционеры из Лондона и Сингапура замерли, глядя, как в кадре появляется маленькая ручка, пытающаяся стянуть с руки Яна часы, стоимостью в бюджет небольшого города.

– Прошу прощения, господа, – невозмутимо произнёс Ян, подхватывая сына и усаживая его на колени. – У нас внеплановый аудит. Продолжайте.

На вершине огромного огнеупорного сейфа, где хранились самые важные документы компании, меланхолично развалился Абырвалг. Его морда выражала крайнюю степень презрения к международному бизнесу.

Не желая отвлекать мужа от работы, Таня молча указала на кота и вопросительно выгнула брови. Прикрывая микрофон, Ян шепнул:

– У нашего главного по безопасности обнаружили аллергию на котов. Оля в слезах, Глеб в соплях... Я не смог бросить своего старого друга в беде.

Конечно, Таня догадалась, что речь о коте, сожравшего двадцать шёлковых галстуков её мужа.

– Поэтому Абырвалг теперь официально «хранитель архива»? – хмыкнула она, почесав кота за ушком. Тот даже не приоткрыл глаз. – Зато Оля и Глеб счастливы в своей стерильной от шерсти квартире. Глеб её до сих пор «оптимизирует» по утрам, чтобы она на работу не опаздывала.

Ян посмотрел на жену, на сына, который уже вовсю грыз его золотую ручку, и на кота, оккупировавшего сейф. Год назад его кабинет был похож на операционную – холодный, пустой и безупречный. Теперь здесь пахло детским печеньем, а на стене вместо графиков висел первый рисунок Макса (кажется, это был чебурек, но Таня утверждала, что это логотип компании).

– Татьяна Дмитриевна, – Ян выключил камеру, прервав совещание на самом интересном месте. – Как глава аудита, скажи: каковы наши показатели на сегодняшний день?

Таня подошла ближе и обняла его за плечи, глядя на их отражение в панорамном окне на фоне Москвы-реки.

– Анализ завершён, Ян Аристархович. Выявлен стопроцентный избыток любви, хронический дефицит тишины и абсолютная нецелесообразность жизни друг без друга.

– Вердикт? – Ян притянул её к себе, прижимая к груди их маленького годовалого «енотика».

– Семья Шариковых признана самым успешным проектом десятилетия, – улыбнулась Таня. – Обжалованию не подлежит.

Абырвалг на сейфе громко зевнул и перевернулся на другой бок. Жизнь и в пентхаусе, и в офисе наконец-то вошла в свой единственный правильный регламент – регламент абсолютного счастья.