Притворись моей

Глава 29

Паша

Я методично накидывался. Сделав еще один щедрый глоток коньяка, ощутил, как он мягко катится по пищеводу. Лепота.

Полтора месяца вел себя практически как праведник, но сегодня, чтобы не съехать крышей на хрен, мне нужна была разрядка.

Другими словами, я бухал в одну глотку, дабы не сорваться к Мышке и не оттрахать ее до потери сознания.

Занавес.

С тех пор, как Маша, прихватив с собой сумочку и куцее серенькое пальто, вылетела из приемной, я больше не мог думать ни о чем другом. Вот так она отреагировала на предложение о головокружительном сексе с коучем в моей роли — дала деру!

От разочарования и злости я даже передумал ехать домой, хотя, учитывая чересчур загруженные дни, неплохо было бы провести время с пользой для организма и отоспаться.

Хер!

У самурая же нет цели…

Заржал, вливая в себя остатки коньяка, и тут же делая официантке знак, принести новую бутылку. Воздействие алкоголя я едва чувствовал — все еще не мог выкинуть Машу из головы.

И ведь она не сопротивлялась… Сперва, растерялась немного, а потом сама… САМА начала меня целовать! Смущенно, робко… Застенчиво потянулась ко мне своими ручонками. Шептала что-то, прижимаясь так, что я еще сильнее дурел.

Мы оторваться друг от друга не могли. Багровая завеса будто упала перед глазами. Проснулись древние бродячие инстинкты. Заграбастать. Увести в свою берлогу. Стать хозяином этой киски. Долго и обстоятельно учить заниматься любовью…

А потом такой облом!

Мне ведь не шестнадцать лет, чтобы приглашать на свидания и ходить за ручку. Хотя, я и в шестнадцать никогда этим не занимался, будем честны. Сразу лез девкам в трусы. Осечки случались довольно редко, ведь все были в курсе, кто у нас папочка…

Сыновьям депутатов, по негласному правилу, отказывать нельзя, и я класса с десятого имел многочисленных шлюх во все щели.

А тут у нас девственница, еще и с посттравматическим синдромом.

Свезло, так свезло. Пиздец, как весело! И я ведь малодушно пытался оставить ее в покое, потому что не планировал, вот вообще не мой вариант с какой стороны не глянь.

Мы с Мышкой из разных галактик параллельных вселенных. Диаметрально противоположные. Но я думать кроме нее больше ни о чем не мог…

А после того, как нарисовался этот ухажер из Барсуковских ебеней — все стало в разы хуже. И ведь башкой понимал, вся эта ситуация тупая до безобразия!

Может, правда, Мышке счастье привалило?

Нарисовался деревенский кабальеро. Мне надо бы угомониться, тем более, батя пообещал заняться переоформлением семейного бизнеса на меня сразу после «свадьбы». Тут продержаться-то всего ничего, и наши с Машей пути разойдутся…

Запрокинув голову, я разглядывал мерцающую подсветку на потолке, пытаясь хотя бы на один вечер забыться.

Периодически ко мне подсаживались какие-то девки, но вопреки собственным ожиданиям внутренний радар не реагировал… Вообще по нулям.

Возможно потому, что сегодня я слишком внимательно разглядывал девчонок. Горячих. Стильных. Дорогих. И они вызывали лишь чувство гадливости. Тупые продажные шкуры.

Слишком свежи были воспоминания, как я тискал и целовал Машу на ее письменном столе. Мне снова захотелось зажать милую скромную Мышку в ее очередной нелепой блузке расцветки под хохлому.

Зажать и облапать. Вот бы уединиться с Машей в приватной кабинке, потягивая шампанское, время от времени прерываясь на сеансы секса.

Одному Богу известно, как я вообще остановился…

Потому что в моих руках Машенька ощущалась как мед. Сладкая. Пахучая. Аккуратненькая такая. Удобно устроившись между ее разведенных ножек, я озверел… Обнюхивал и целовал. И снова нюхал. Зависимый, не употребляя. Потому что… хотелось. Столько всего хотелось с ней сделать.

Например, взять быстро и жестко. А, выдохнув, снова все повторить… Медленно. Уже у меня на коленях, чтобы контролировать каждую свою фрикцию, отслеживая ее реакцию на меня… Мурашки языком слизывать, растворяясь в нашем обоюдном кайфе.

Да, кайф… Чтобы она оказалась полностью в моих руках. В моей власти. А думать о чьем-то удовольствии — вообще не моя история. Потому что легче заплатить деньги, и уже вообще ни о чем не думать. Пусть шлюхи думают. Я так привык.

Но сегодня, когда Машеньке понравились мои поцелуи, порвало меня. Мозг вытек к херам. Сумасшествие, бля! И эта эротичная красная бретелька под дешманской блузкой забила контрольный — можно готовить гроб.

Я ведь помнил те ее простенькие трусы, оставленные сохнуть на батарее в Дубках. У меня на нее и в них, вернее, без них, стояк жестокий, а, представив, что Мышка приняла мои подарки…

Красный ажурный комплект белья был самым развратным из всех.

Да там трусы микроскопические с прозрачным передом! Неужели осмелилась? Я бы их зубами с нее содрал, а потом оттрахал пальцами, языком и членом.

Интересно, моя скромница думала обо мне, облачившись в этот порно комплект?

Схватив бутылку, я пригубил прямо из горла, стараясь не концентрироваться на конском стояке, заметном, наверняка, с Останкинской телебашни.

Вот тебе и разрядка! В «Темной ночи» привыкли к моим бухим закидонам, осталось только обкончаться в штаны прямо в центре зала Апостолову на потеху.

А хер ему!

Подмигнув проходящей мимо официантке, я прихватил свой коньячок, отправившись подальше от посторонних глаз в вип-кабинку.

Продолжая нажираться в хламину, представлял, будто трахаю Машу, захлебываясь от ощущений. Блять. И еще раз блять.

Сто раз блять!!!

Мышка меня бесила. Бесила неимоверно. Рвала в клочья все шаблоны в моей дурной башке. Дожились, ревновал к какому-то деревенскому очку!

Это ж надо было додуматься подарить гвоздики! Кто в наше время дарит гвоздики???

Зато Маша так искренне радовалась этим ебаным гвоздичкам, проигнорировав при этом гору люксового шмотья! Дура деревенская! Серая Мышка! Была и будет!

Заржал, давясь алкоголем.

А ведь я подарил от души! Хотелось нарядить ее в самые лучшие тряпки, чтобы наши девки, глядя на Машу, иссохлись от черной зависти. Слышал же, как они обсуждают ее по углам. Не терпелось заткнуть этим сукам их грязные рты.

Прислал Маше шикарное кашемировое пальто, а она, гордо задрав нос, продолжала ходить в своем невзрачном сером и черевичках «прощай молодость», не обращая внимания на косые взгляды.

Доводила она меня этой своей принципиальностью до исступления, потому что любая другая на ее месте упала бы передо мной на колени, рассыпавшись в благодарностях и глубоком минете.

Но только не моя фиктивная невеста, разумеется!

Зато сидеть в обнимку с букетиком гвоздичек — это, пожалуйста! И пошел ты, Паша, со своим тяжелым люксом на хуй собачий!

Сегодня вечером я вернулся в офис за документами. Уставший и злой, наткнулся на очередного курьера с букетом желтых хризантем. Сука, как поэтично! Вместо того чтобы расписаться, чуть его не отпинал, посоветовав забыть сюда дорогу…

Потом вдруг увидел Машу сквозь щель в дверном проеме. Она как обычно засиживалась на работе, хотя офис уже давно опустел.

Некоторое время я, молча, разглядывал девчонку, пытаясь настроиться на отрезвляющий лад. Отрезвляющий, потому что рядом с Мышкой в последнее время я чувствовал себя заправским алкашом.

Мысли путались. Слова складывались с трудом. Шутки выходили натужными и не смешными. А еще из-за постоянного стояка приходилось ходить чуть ли не в раскорячку.

Обсуждая с Машей рабочие вопросы, я мог думать только о том, как ее маленький чувственный ротик вбирает мой каменный член, а губки смыкаются на головке, со вкусом ее посасывая и причмокивая от удовольствия.

Маша сосредоточенно рассказывала мне распорядок встреч, косясь на пухлую упаковку влажных салфеток на моем рабочем столе, даже не догадываясь, сколько раз я уже выебал ее во всех возможных позах, передергивая среди рабочего дня.

Все это было дико и странно.

Я боялся своих ощущений до чертиков, потому что кроме постоянной и безоговорочной похоти, даже кончив в салфетку перед ее визитом, мне хотелось продолжать наше общение.

Ее присутствие одновременно и будоражило, и успокаивало. Как так могло быть? Пазл просто разваливался у меня в башке…

А пусть она сама и ответит. Хохотнув, я потянулся к мобиле.