Признание в убийстве

I

После третьей порции виски Клив Хэлфорд почувствовал наконец приятное опьянение.

Бар-салон маленького спокойного кабаре «Роза и Корона», недалеко от Финчли-роад, был почти пуст, его завсегдатаи собирались здесь значительно позднее. Клив спрашивал себя, почему Сильвия назначила ему свидание в такое странное время — в шесть часов вечера. Но, нуждаясь в ее помощи, без единого пенса в кармане, он не мог себе позволить ей возразить.

Он посмотрел на часы и забеспокоился. Было почти семь. «Она, правда, никогда не отличалась особой пунктуальностью!» — подумал он.

Положив локти на стойку бара, он взглянул на себя в зеркало за батареей разноцветных бутылок на полке буфета и остался доволен. Он выглядел моложе своих тридцати восьми лет, несмотря на постоянное перенапряжение, которого требовала от него жизнь, полная всевозможных уловок и авантюр. Мужчины недолюбливали его за природную элегантность и высокомерие, женщинам же он нравился: жгучий брюнет, большие черные глаза, нагловатый взгляд, от которого ничего не ускользало.

Загадочный для многих мужчин, которые его знали, он имел мало друзей. Его образ жизни требовал таких доходов, которых у него никогда не было. Клив жил в комфортабельной квартире, был всегда безупречно одет и обедал в лучших ресторанах. Он покупал и продавал подержанные машины, старинную мебель, украшения и множество других вещей, которые только возможно было купить или продать. Страдая от долгов, он тратил без счета, когда был при деньгах, и посещал места, где можно было достать или заработать несколько фунтов.

Будучи когда-то любовником Сильвии, он едва не женился на ней, но побоялся быть связанным и, поразмыслив, решил с ней порвать. Через некоторое время она его простила.

Она охотно давала ему небольшие суммы денег, иногда приглашала к себе обедать или ужинать, особенно, если при этом, как ей казалось, он мог бы завязать деловые знакомства.

Клива удивлял брак Сильвии с Гарри Ламбертом, мужем, которого никто не знал, которого он нигде никогда не встречал, и который, казалось, не желал ничего знать о друзьях своей жены. Клив находил эту ситуацию странной.

В семь часов открылась дверь и вошла Сильвия в белом плаще с зеленым шелковым платочком на голове.

Она холодно, почти враждебно, приветствовала Клива и заказала два виски.

— Послушайте, Клив, не надо мне звонить и требовать встречи, когда вам вздумается. То время прошло, запомните это!

— О’кей, дорогая… — сказал он ласково, глядя на большой бриллиант, сверкающий у нее на пальце. — Что вас так встревожило?

Сильвия пожала плечами.

— Я не хочу постоянно волноваться, Клив! Если Гарри о вас узнает, он очень рассердится…

Клив удивленно поднял брови.

— О-о! С каких это пор вам стали запрещать встречаться со старыми друзьями, Сильвия? Раньше я не слышал от вас об этом ни слова. Как бы то ни было, он даже не знает о моем существовании, и еще меньше знает о том, что вы иногда одалживаете мне несколько фунтов. По правде говоря, я сейчас немного поистратился, и, если вас не слишком затруднит…

— Прекрасно, избавьте меня от подробностей, — сказала Сильвия сухо.

Вынув из сумочки пачку ассигнаций, она положила их на стойку бара перед Кливом:

— Вот, возьмите… В последний раз даю вам деньги… Мне это не нравится, Клив!

Он посмотрел ей в лицо, оценил ситуацию, и понял, что положение изменилось. Она казалась суровой, язвительной, почти ненавидящей. Он положил деньги в карман, сожалея, что не имеет возможности отказаться.

Повернувшись к бармену, чтобы взять свой стакан, он сказал:

— Спасибо. Сожалею, что был вынужден просить вас о помощи.

После короткого молчания Сильвия спросила:

— Почему вы не найдете постоянного занятия, вместо того чтобы изо дня в день побираться у знакомых, даже у женщин?

— Какое же занятие могу я найти в моем возрасте, не имея никакой специальности? Вы уже забыли, как сурова жизнь, моя крошка? Вышли замуж за богатого и больше не знаете нужды в деньгах!

Она посмотрела на него немного мягче и дружески похлопала по плечу. Не так давно, в сущности, она его страстно любила и хранила живые воспоминания о том времени. Кроме того, хотя он этого и не знал, но ее положение, на самом деле, вовсе не было таким уж стабильным…

— Я всегда вам помогала, Клив, не обижайтесь на меня! А сейчас я должна идти… Я жду Гарри с минуты на минуту.

Она соскользнула с высокого табурета и ушла так быстро, что он даже не успел ответить.

— Девка… — пробормотал он сквозь зубы. — Теперь она меня презирает, когда стала богачкой!

Он подумал о ее красивом комфортабельном доме, о мехах, драгоценностях и частых поездках на континент. Жизнь Сильвии переменилась от бедности к богатству за одну ночь. Она встретила Гарри Ламберта в Париже, где служила манекенщицей, по крайней мере, так она говорила, и там все началось.

Клив вышел из кабаре в восемь часов. Дождь перестал, но мостовые еще блестели под светом уличных фонарей. Он поднял воротник пальто и пошел к машине.

От самой дальней аллеи парка Сент-Джонс Вуд до Хит-коттеджа было всего несколько минут езды.

Не зная, чем заняться в ближайшие час-полтора, он решил заглянуть туда, в надежде увидеть загадочного Гарри Ламберта. Сильвия не любила говорить о своем муже, и Клив был крайне заинтригован.

Он оставил машину на достаточном расстоянии от коттеджа и направился пешком к ограде из кованого железа, окружавшей сад. По дороге Клив вдруг подумал, что Сильвия, какой он ее знал, определенно предпочла бы такому уединенному дому шикарные апартаменты «Мэйфера».

Шум листвы и гул мотора проехавшего автомобиля заглушили скрип створки ворот, когда он приоткрыл ее и проник в небольшой мощеный дворик перед фасадом здания.

В освещенных окнах первого этажа были задернуты плотные двойные занавеси, и Клив не смог ничего увидеть.

Мгновенье спустя он услышал голоса, входная дверь открылась, пропустив во двор полосу света, в дверном проеме обозначились два силуэта. Клив притаился за углом дома и вскоре увидел высокого человека, которого не мог разглядеть. Человек подошел к своей машине, припаркованной немного дальше, под буком, сел за руль, и через несколько секунд раздался шум мотора.

Клив осторожно выскользнул за ограду и успел увидеть вдали огни задних фонарей машины, которая набирала скорость.

Он тоже сел в автомобиль и поехал следом, держась на значительном расстоянии.

Обе машины пересекли Сюисс Коттедж-парк, проехали по Веллингтон-роад до Лордс, откуда спустились до Бейкер-стрит. В этом месте «АХУ-413» повернул направо в направлении Мэрбл Арч, пересек Парк-лейн и направился к Пелл Мелл по Лоувер Редженс-лейн, где и остановился перед входом в известный закрытый клуб.

Клив, улыбнувшись, тоже поставил машину, выключил фары и подумал, что «папаша Ламберт» выпьет пару пива в своем клубе, где у него, может быть, деловая встреча, и выйдет. Интересно будет посмотреть, куда он поедет дальше.

Автомобильные часы на приборном щитке показывали четверть десятого.

Клив зажег сигарету и стал ждать.

Через час маленький «остин» все еще был на месте. Клив, окончательно продрогший, вышел из машины, чтобы размять ноги.

У входа в клуб он остановился. Портье в униформе дежурил у дверей просторного холла, где люди стояли и ходили в одиночку и небольшими группами. Гарри Ламберт мог быть одним из них…

После двух часов ожидания, когда терпение Клива окончательно лопнуло, он отказался от своей затеи. Машина Ламберта все еще стояла там, где он ее оставил. Клив запомнил номер и отправился восвояси, сожалея о напрасно потраченном времени. Он поставил машину в гараж и зашел в кафе поужинать.

Когда Клив вернулся домой, он решил позвонить в клуб, чтобы узнать, там ли еще мистер Ламберт. Он мог всегда сослаться на то, что ошибся номером, если бы Гарри попросили к телефону, и был крайне удивлен, когда ему ответили, что среди членов клуба нет никого, кто бы носил имя Ламберт.

— Этот джентльмен, возможно, визитер?

Клив подождал несколько минут, пока служащий просматривал список приглашенных в тот вечер в клуб, но человека с таким именем не обнаружилось.

— Он был там между четвертью десятого и половиной двенадцатого… — запротестовал Клив. — Я видел, как он входил.

Служащий еще раз извинился и заверил, что определенно произошла ошибка, так как имя Ламберт совершенно неизвестно в клубе.

Клив Хэлфорд, заинтригованный, повесил трубку. Человек, за которым он следил от самого Хит-коттеджа, оказался членом или визитером клуба, но не Ламбертом! Клив обещал себе в этом разобраться, хотя бы для того, чтобы удовлетворить свое любопытство.

Маленькая квартирка Клива была в полном беспорядке — уборщица не приходила, так как он задолжал ей несколько шиллингов. Она, однако, не стеснялась пить его виски и делать свой выбор среди банок с консервами и пакетиков чая. Он размышлял, сидя в глубоком кресле в гостиной, как ему решить эту проблему, когда раздался телефонный звонок.

Звонил Дерек Рэнделл, средней руки архитектор, с которым Клив встретился у Сильвии года два назад. Дерек был женат на Норме, коллеге Сильвии. Женщины оставались в большой дружбе. Клив, со своей стороны, подружился с Дереком, часто бывал у них в доме.

— Я ждал вас больше часа, старина. Вам, вероятно, что-то помешало?

Клив, который совсем забыл о своей встрече с Дереком, не задумываясь, ответил:

— Да, в самом деле, у меня была куча дел, я не смог вовремя освободиться. Глубоко сожалею, дружище, но вы теперь знаете все, как есть…

— О, да, конечно! Не беспокойтесь!

Дерек собирался повесить трубку, когда Клив вспомнил одну деталь:

— Одну минутку, Дерек. Вы не знаете, какой марки машина у мужа Сильвии? Вы живете недалеко, может быть, вы ее видели? Возле коттеджа, когда я там проезжал, стоял «остин», и я подумал, не машина ли это Ламберта?

— Ничего не могу сказать определенного. Я вижу время от времени какую-то маленькую машину у дома Сильвии, но не думаю, чтобы она принадлежала Ламберту. Такой богатый человек, как он, может позволить себе что-нибудь получше! Скорее всего, это машина соседа…

— Вы правы. Наверняка, так оно и есть.

Клив предпочел не говорить Дереку, что видел человека, который поздно вечером вышел из коттеджа и сел в «остин».

— Встретимся у Сильвии, Клив. Вы, конечно, придете к ней на прием в воскресенье вечером? Спокойной ночи, старина!

Клив Хэлфорд в растерянности повесил трубку. Никто не говорил ему о приеме, который давала Сильвия. Почему она сама не сказала ему об этом сегодня вечером? Значит, она действительно решила вычеркнуть его из жизни раз и навсегда?

Час спустя, докуривая в постели последнюю сигарету, он обдумывал план, который позволил бы ему узнать о взаимоотношениях Сильвии и ее таинственного мужа.

На следующее утро, в десять часов, Клив позвонил Сильвии и спросил, почему она не пригласила его на прием.

Страдающим голосом он сказал:

— Вообразите, что я испытал, когда Дерек мне об этом сообщил вчера вечером…

— Мне очень жаль, Клив, но я вам сказала все: я согласна с вами выпить стаканчик время от времени, но это не должно входить в привычку. Ясно?

— Хорошо, дорогая, как хотите. Я только хотел бы знать, почему вы вычеркнули меня из вашей жизни, больше ничего. Я очень привязан к вам, Сильвия…

Он засмеялся, чтобы скрыть свое разочарование.

— Не говорите глупости! Вы просто находите удобным обращаться ко мне, когда у вас туго с деньгами, вот и все. Вы можете поставить меня в неловкое положение, Клив, а я не хочу иметь неприятности. Буду с вами откровенна…

Клив решительно перебил ее.

— Вы упрямы и жестоки, позвольте вам заметить! Вы не должны, по крайней мере, компрометировать меня в глазах наших общих друзей и, хотите вы или нет, я приду в воскресенье… Неуловимый Гарри будет?

Сильвия, не говоря ни слова, повесила трубку. Клив, улыбаясь, сделал то же самое. Он пойдет к Сильвии в воскресенье. Она не посмеет его не принять, если не хочет скандала. Может, она его боится? Вот что надо ему использовать! Она, похоже, беспокоится, как бы он не открыл глаза любимому муженьку на ее прошлое? Но он мог уже сделать это тысячу раз… Нет, тут что-то другое!

Внезапно он вспомнил, что Ламберт приезжает в Хит-коттедж почти всегда в пятницу вечером. Сильвия много раз говорила ему об этом. Деловой человек, много путешествующий, старается вернуться домой на уик-энд. На этот раз Клив будет там и увидит его!

II

В пятницу вечером, как только стемнело, Клив остановил машину под деревом, недалеко от Хит-коттеджа и выключил фары.

Сидя за рулем, он ожидал появления «остина», когда в нескольких метрах от него остановилось такси. Из него вышел мужчина, расплатился с шофером и сделал несколько шагов по улице. Клив был уверен, что узнал человека, за которым следил два дня назад. Тем более, что тот без колебаний направился прямо к главному входу в коттедж, и вошел, не позвонив!

У Клива Хэлфорда была с собой бутылка виски и термос с чаем. Он приготовился ждать, стараясь представить себе, что произойдет дальше.

Ламберт, к большому удивлению Клива, вышел из дома сразу после полуночи и у станции метро Сент-Джонс Вуд взял такси.

Транспорта на улицах было немного, и Клив должен был держаться на достаточном расстоянии, чтобы не привлечь внимание водителя.

Ламберт расплатился за проезд у клуба на Пелл Мелл.

Чтобы не потерять его из виду, Хэлфорд прошел вовнутрь, не рискуя быть замеченным, так как Ламберт не имел случая видеть его когда-нибудь прежде.

В этот вечер Ламберт не зашел в бар. Он пересек помещение клуба, вышел и на Сент-Джеймс-стрит снова взял такси.

Кливу удалось сразу поймать другое такси. Свою машину он оставил у дверей клуба. Это его не беспокоило: он всегда мог ее забрать. Все более заинтригованный странным поведением Ламберта, Клив подумал, что если тот маскируется таким сложным способом, значит на то есть веские причины.

Клив теперь уже не забудет облик Ламберта: его гордую походку, красивое лицо, густые серебристые волосы…

Когда такси остановилось на Лаундс-сквер, Клив велел своему шоферу притормозить немного дальше. Он выбрался из машины, приблизился к дому, куда только что вошел Ламберт, и запомнил его номер. Клив подождал немного, чтобы убедиться, не выйдет ли тот обратно, но около часа ночи свет во всех окнах второго этажа погас, и он вернулся к себе, усталый и продрогший после семичасовой слежки.

На следующее утро, приняв ванну, Клив оделся и отправился в муниципальную библиотеку. Там он порылся в справочниках и нашел имя: «Генри Рикар» — владелец того самого дома на Лаундс-сквер. К полудню он добрался на автобусе до Кнайтбриджа и провел там некоторое время, вычитывая из газет и журналов сведения о семье Рикаров.

Генри Рикар, известный банкир, женат, отец двоих взрослых детей. Кроме того, описание внешности мистера Рикара, которое дал ему почтальон, точно соответствовало внешности Гарри Ламберта!

Закончив свое расследование, Клив вернулся домой, сел и принялся составлять дальнейший план действий.

Знает ли правду Сильвия? Чего стоит тайна Генри Рикара?

Он обещал себе все это выяснить.